Bunin & Co
8.46K subscribers
19 photos
2 files
279 links
Политическая аналитика от экспертов Центра политических технологий им. Игоря Бунина
Download Telegram
Заявление Андрея Ищенко об участии в выборах губернатора Приморского края не было согласовано с руководством КПРФ. Для партии это неприятная новость, так как речь идет о системе договоренностей с властью, в рамках которой КПРФ не участвует в приморских выборах, а взамен получает возможность провести своего кандидата Валентина Коновалова на пост главы Хакасии. Теперь же способность коммунистов выполнять свои неформальные обязательства оказалась под сомнением.

Самое интересное, что буквально несколько дней назад и сам Ищенко не выражал никакого желания идти на выборы в качестве самовыдвиженца в связи с безнадежностью этого занятия. Ведь такому кандидату надо не только преодолеть муниципальный фильтр, но и собрать подписи избирателей, которые избирком признает подлинными (а при желании можно опротестовать и подпись самого кандидата). Причем времени на сбор подписей очень мало, а муниципальный фильтр Ищенко в прошлый раз преодолел только при поддержке власти, которая не видела в нем серьезного соперника. Сейчас, понятно, ситуация совсем иная.

Похоже, что на решение Ищенко оказала влияние внутренняя ситуация в регионе, где его электоральный успех вызвал рост ожиданий и эмоций. Немалая часть коммунистического актива в Приморье недовольна отказом от борьбы, тема Хакасии и связанных с ней разменов ее совершенно не волнует. Поэтому Ищенко демонстрирует решимость идти до конца. «Низовое» давление оказывается фактором, влияющим на принятие политических решений. Другое дело, что оно не способно обеспечить преодоление муниципального фильтра.

Алексей Макаркин
Армения: перспективы недавней «партии власти» в новой политической реальности

На фоне в целом предсказуемого результата предстоящих парламентских выборов в Армении стоило бы обратить внимание на Республиканскую партию. Еще до апреля 2018 года она была правящей. Фактически ее выдвиженец Армен Саркисян был избран президентом, а год назад РПА выиграла парламентские выборы и кампанию по выборам мэра Еревана. Но сегодня позиции республиканцев радикально изменились. После бархатной революции они так и не смогли создать действенную оппозицию Пашиняну, пост ереванского мэра был ими утерян, а новая власть превратила бывшую «партию власти» в объект постоянных риторических атак. РПА, чтобы сохраниться в армянской политике, нужна «перезагрузка». И об этом на своей странице в социальной сети фейсбук заявил один из ее лидеров Виген Саркисян. По его словам, после смены власти РПА должна не дуться на народ, а представить заявку на служение ему в новом статусе». Саркисян полагает, что позиция «уйти, умыв руки» недостойна.

Между тем, если республиканцы и могут как-то «перестроить ряды», так это под водительством именно этого политика. В его пользу опыт. Пять лет во главе администрации президента и полтора года работы на посту министра обороны. В Армении глава оборонного ведомства – фигура особого рода. Заметим, что когда его бывший шеф Серж Саргсян заявил об отставке, фамилия Вигена называлась среди претендентов на пост нового главы МИД или минобороны даже ярыми оппонентами РПА. Саркисян считается неплохим профессионалом, получившим опыт, как в стране, так и за рубежом (он к тому же обучался, как в России, так и в США).

Саркисян заявил о необходимости принять участие в предстоящих парламентских выборах. У РПА там шансов немного. Но «холодный душ» был бы полезен партии сегодня. Хотя бы для понимания той стартовых условий, в которых ей надо «перестраиваться». Ставить крест на РПА даже при ее незавидном положении не следует. Достаточно посмотреть на соседнюю Грузию, где некогда правящее «Единое национальное движение», пройдя через серию унизительных поражений, сделало заявку на успех в президентской кампании. У Пашиняна впереди уверенная победа. Но также и ответственность за практические дела. И неизбежное разочарование, а также спад завышенных ожиданий. В этом контексте «обновленная» РПА имеет шанс. Однако сначала необходимо пройти это болезненное обновление.

Сергей Маркедонов
Саммит ОДКБ: вопрос о председательстве не решен

В Астане завершил работу очередной саммит ОДКБ. Наверное, это событие не привлекло бы к себе значительное внимание, если бы не два момента. Во-первых, интрига с назначением нового генсека организации и страны-председателя (Армения или Белоруссия). Во-вторых, принятие правового статуса наблюдателя и партнера ОДКБ.

Прежний генеральный секретарь Юрий Хачатуров, представлявший Армению покинул свой пост. Согласно формально-правовым аспектам, его страна вне зависимости от имени и фамилии чиновника, должна занимать квоту генсека до 2020 года. В чем же проблема? Хачатуров был привлечен к уголовной ответственности у себя на родине без соблюдения всех необходимых формальностей относительно его иммунитета. Однако данный вопрос не является исключительно процедурным. Такое решение приняла «революционная власть» во главе с Николом Пашиняном, а в «пакете» с бывшим генсеком гнев армянских правоохранителей обрушился также на экс-президента Роберта Кочаряна. В итоге возникла идея передать квоту в ОДКБ Белоруссии. И Минск, и Астана были бы не против, тем более, что само назначение Хачатурова в 2017 году шло в обстановке острого торга между ними и Москвой. С одной стороны и Россия хотела бы наказать ереванских строптивцев. А с другой, есть опасность активизации настроений внутри Армении, относящихся критически и к ОДКБ, и к членству страны в ЕАЭС. Передача квоты Белоруссии наверняка обострит дискуссии вокруг вопроса об эффективности организации для Еревана.

В итоге решили столь сложный паззл не решать на саммите, чтобы не нарушить торжественную атмосферу с участием первых лиц государств-участников объединения. Однако уже сейчас понятно: ОДКБ по-прежнему не достигает единства. Внутри много противоречий, солидарность остается недостижимой мечтой. И в любом случае, выберут ли нового генсека из Минска или из Еревана, станутся те, кто не согласится этим решением.

Что же касается вопроса о статусе наблюдателя и партнера, то пока неясно, как практически будет осуществляться привлечение к более тесной кооперации с ОДКБ третьих стран. Широко обсуждаемое в СМИ приглашение Азербайджана или Сербии пока что остается на уровне идей. Сложно предугадать, как посмотрят на это старые проверенные члены интеграционной структуры. И пока не отвеченным остается вопрос: станет ли погоня за количеством участников вызовом для качества, прежде всего единства рядов организации.

Сергей Маркедонов
На смену Юнкеру: определился фаворит на пост главы Еврокомиссии

После выборов в Европарламент в мае 2019 г. должна состояться смена всех руководителей европейских властных институтов. Наибольший интерес представляет вопрос, кто станет новым главой исполнительного органа ЕС – Европейской комиссии, мощной бюрократической структуры, в штате которой более 32 тыс. служащих. Вообще-то председателя Еврокомиссии выдвигает Совет ЕС, состоящий из глав государств и правительств стран-членов союза. Но затем эта кандидатура должна получить поддержку большинства депутатов Европарламента. Так что традиционно руководителем Еврокомиссии становится кандидат крупнейшей парламентской фракции. А таковой традиционно является фракция Европейской народной партии (ЕНП), представляющей собой союз христианско-демократических и консервативных партий Европы (за исключением британских консерваторов). Сейчас во фракции ЕНП 219 членов из 705.

8 ноября Европейская народная партия на съезде в Хельсинки выдвинула своего кандидата - 46-летнего Манфреда Вебера (с 2014 года председатель фракции ЕНП и зампредседателя баварского ХСС. Против Вебера играло отсутствие у него государственного опыта. Действительно, став евродепутатом еще в 2004 году, Вебер никогда не занимал министерских постов в Германии – в отличие от Юнкера и его предшественников Ж. М. Баррозу и Р. Проди, которые были премьерами в своих странах. Легкая победа Вебера на съезде ЕНП объясняется тем, что его заранее поддержала Ангела Меркель. По некоторым данным, Меркель и Эммануэль Макрон неформально договорились между собой о том, что в 2019 году главой Еврокомиссии станет представитель Германии, а следующим председателем Европейского центрального банка – представитель Франции.

Впрочем, для осуществления амбиций Манфреда Вебера надо, чтобы ЕНП не просто победила на выборах в Европарламент, но смогла сформировать там коалицию большинства. При нынешних крайне подвижных политических раскладах на континенте, с почти повсеместным продвижением национал-популистов, это вовсе не гарантировано. Нельзя сбрасывать со счетов и то, что некоторые лидеры менее крупных стран ЕС попытаются сопротивляться появлению во главе Еврокомиссии представителя Германии – и так самой влиятельной страны Евросоюза. А ко времени практического обсуждения этого вопроса Ангела Меркель, имеющая огромный авторитет в ЕС, уже может сойти с политической сцены. Так что возможны варианты.

Александр Ивахник
Любопытные данные свежих опросов опубликовали вчера Левада-центр и ФОМ. Они касаются социального самочувствия и мироощущения российских граждан. Хотя пик недовольства жителей страны действиями властей отмечался в июле-августе – в связи с новостью о пенсионной реформе, а сейчас произошло некоторое привыкание к перспективе увеличения пенсионного возраста, тем не менее похоже, что эта новость вызвала резкое усиление общей социальной депрессии. По данным Левада-центра, лишь 15% респондентов могут планировать свое будущее на срок больше 5 лет, 35% – на ближайшие год-два, а 46% «не знают, что с ними будет даже в ближайшие месяцы» (год назад таких было заметно меньше – 38%). Тот же опрос показал, что 2/3 жителей страны в состоянии ясно представить себе будущее России на период не более двух лет, причем 39% – на срок менее года. Очевидно, к личной социальной неуверенности здесь добавляются и тревожные ощущения в связи с переходящей все красные линии официальной военно-милитаристской риторикой.

Социологи ФОМ впрямую задали вопрос: «Какое настроение, по Вашему мнению, преобладает сегодня среди Ваших родных, друзей, коллег, знакомых – спокойное или тревожное?» Доля отметивших тревожное настроение (48%) превысила долю заявивших о спокойном настроении (46%). В феврале этого года соотношение было совсем другим – соответственно 34% и 59%. Очень показателен и последний замер ФОМом социального оптимизма в стране. Лишь 15% респондентов считают, что жизнь в России через полгода-год станет лучше, а 33% думают, что она изменится к худшему. В феврале 2018 г. оптимисты составляли 26%, а пессимисты – всего 15%. Очевидно, властям надо очень основательно и взвешенно думать не только над тем, как преодолеть затянувшуюся экономическую стагнацию, но и над тем, как выбираться из социально-психологической ямы, в которую погрузилась значительная часть населения страны. Нагнетание атмосферы осажденной крепости здесь явно не поможет.

Александр Ивахник
История с арестованным австрийским полковником, работавшим на Россию, интересна тем, что его сотрудничество началось в 1988 году, но, видимо, вскоре было прервано (поэтому в СМИ говорится о 20-летнем, а не о 30-летнем сотрудничестве). После распада СССР агенты были напуганы, так как Россия не просто позиционировала себя в качестве партнера Запада, но и искренне стремилась стать частью западного мира. Многие источники информации тогда прервали контакты из опасений, что их имена будут раскрыты – если не на государственном уровне (это все же было маловероятно), то кем-то из многочисленных перебежчиков.

Однако к концу 1990-х ситуация изменилась – особенно после войны в Югославии и марш-броска российских десантников на Приштину. Стало ясно, что противостояние продолжается, хотя и в других формах. Поэтому некоторые старые источники стали возвращаться к активному сотрудничеству. Так, в 1999 году отношения с российской разведкой, прерванные в 1991-м, возобновил один из советских «суперагентов», сотрудник ФБР Роберт Ханссен. Правда, его тут же выдал кто-то из завербованных американцами сотрудников российских спецслужб. По одной из версий, полковник СВР Александр Запорожский, которого в 2010 году обменяли на нелегалов вместе с Сергеем Скрипалем, по другой – перебежчик Сергей Третьяков. А австриец продержался существенно дольше.

В результате этой истории российско-австрийские отношения неизбежно «похолодают» (демонстративных шагов вроде приглашения президента России на свадьбу главы МИД Австрии больше не будет), но разрыва не произойдет. Австрия продолжает быть заинтересованной в строительстве «Северного потока-2», а также в своей роли возможного посредника между Россией и Западом. Можно вспомнить, что когда согласовалось место проведения саммита Владимира Путина и Дональда Трампа, то Россия предпочитала именно австрийский вариант, хотя в конце концов был выбран финский.

Алексей Макаркин
Уроки выборов в Хакасии

1. Когда происходят две активные мобилизации – провластная и протестная – то у «протестников» есть фора за счет более высокой мотивированности избирателей. Ее можно перебить массовым приводом, но при наличии большого числа также мотивированных наблюдателей привод работает плохо. Да и в принципе «приводимые» избиратели нередко манкируют своими неформальными обязанностями, то вообще не приходя на участки, то голосуя по собственному разумению.

2. В Хакасии для провластных избирателей впервые возникла проблема голосования не «за», а «против», причем будущая альтернатива выглядела весьма неопределенно. То ли врио Развожаев, то ли мэр Абакана Булакин, то ли еще кто. Сигналы, которые направляли политики, провластные избиратели воспринимали слабо – им нужны четкие и ясные указания.

3. Разрыв в первом туре между Коноваловым и Зиминым был настолько велик (12 процентных пунктов), что Коновалов с самого начала был фаворитом выборов. Похоже, что часть местных элит с этим смирилась. Интересно, что по первым полпроцента (а это обычно административный ресурс, результаты которого считают быстрее), Коновалов был впереди с 57%.

4. В условиях, когда ценность стабильности быстро девальвируется, призывы к «ответственному и разумному голосованию» становятся неэффективными. Люди готовы рискнуть, считая, что хуже не будет.

5. КПРФ не стала выдвигать Ищенко в Приморье и очень аккуратно протестовала против пенсионной реформы. Взамен она получила не отказ власти от борьбы в регионе (на это она и не рассчитывала), а отказ от снятия Коновалова по формальным основаниям (попытки были) и адекватный подсчет голосов – и этого коммунистам оказалось достаточно.

Алексей Макаркин
Совсем недавно исполнилось восемь лет деятельности Сергея Собянина на посту мэра Москвы. Сама эта дата не сопровождалась какими-либо торжествами, да и мэр к этому вряд ли стремился, поскольку его позиции уже упрочили прошедшие в сентябре выборы. Тогда в условиях почти такой же явки, как и на выборах 2013 года, Собянин резко увеличил свою личную поддержку. Это является очевидным признаком укрепления его политических позиций в городе за последние годы и приобретения реальной, обусловленной делами поддержки со стороны москвичей. Что касается уровня явки, то он был совершенно нормальным для крупного города и по российским, и по мировым меркам. Столица, хотя и не сразу, но признала Собянина своим мэром, и это уже непреложный факт.

Сегодня мы видим, как растут оппозиционные настроения в глубинке, где дело доходит до поражений «Единой России» и действующих губернаторов. В Москве, которая еще сравнительно недавно считалась главным центром оппозиционного движения и оплотом т.н. «рассерженных горожан», ничего подобного не происходит. Напротив, город стал демонстрировать высокий уровень поддержки действующей власти. И это, конечно, является признанием ее заслуг в деле благоустройства города, налаживания работы транспортной инфраструктуры и решения многих других социально значимых проблем. При этом основная часть бюджетных средств по-прежнему уходит на социальную сферу, обеспечивая достаточно высокие стандарты социальной поддержки. В сфере здравоохранения были, в частности, предприняты и точечные меры, направленные на организацию помощи больным с сердечнососудистыми заболеваниями и раннюю диагностику онкологических заболеваний.

Тем самым Собянин и его правительство за прошедшие 8 лет сумели создать эффективно работающую управленческую модель, которая в основе своей признана и принята горожанами, и именно это ярко продемонстрировали выборы мэра. Все это не вызывает особой дискуссии прежде всего по той причине, что видимые успехи мэрии подтверждаются реальными достижениями.

Напротив, тот оппозиционный электорат, который голосовал в свое время за Навального или Митрохина, к настоящему времени рассыпался. Часть либеральной оппозиции не пришла на выборы, некоторые голосовали за оппозиционных кандидатов, например, за Свиридова, а многие бывшие «рассерженные горожане» уже «успокоились» и проголосовали за действующую власть. И с этой точки зрения отсутствие либеральных кандидатов на выборах мэра очень слабо повлияло на их результат. А это, в свою очередь, свидетельствует о снижении интереса москвичей к данной части политического спектра. Причем локальные успехи оппозиции в отдельных районах на прошедших ранее муниципальных выборах также не были конвертированы в дальнейшее укрепление ее политической поддержки. В тех же самых районах на выборах мэра протестный фон обычно был немного выше среднего, но не более того – никаких переворотов в массовом сознании не свершилось, дальнейшего роста оппозиционности в условно «протестных» районах не наблюдается. Что касается муниципальных оппозиционеров, то их деятельность локализована, и им трудно раскрутиться в городском масштабе.

Проблемой оппозиции на будущих выборах станет невозможность предложить реальную альтернативу действующей власти и внятную программу действий, способную вызвать интерес и доверие москвичей. Безудержный популизм тоже не поможет, поскольку на выборах в МГД нужно отрабатывать локальную, окружную повестку и хорошо ее знать.

Таким образом, выборы мэра задали тренд, вполне позитивный для действующей власти и в связи с будущими выборами в МГД. По итогам работы мэра за 8 лет видны и понятны достижения и основные направления курса городской власти. Запас прочности у московской власти сейчас достаточно велик для того, чтобы проводить этот курс уверенной рукой. Что не отрицает, а напротив, подтверждает необходимость публичного обсуждения этого курса – главное, чтобы оно было компетентным.

Ростислав Туровский
Рамзан Кадыров: проблемы, которых раньше не было...

В Шалинский районный суд пришли в качестве свидетелей старейшины из райцентра Курчалой, хорошо знающие главу чеченского «Мемориала» Оюба Титиева, которого судят по обвинению в хранении наркотиков. И выступили в его защиту, рассказав, что Титиев – человек нравственный и религиозный, не курит, не пьет и тем более не употребляет наркотиков. И это притом, что Рамзан Кадыров публично ссылался на свидетеля, который якобы подтвердил, что Титиев курил анашу. Этот свидетель был, кроме того, показан на ЧГТРК «Грозный» в фильме, посвященном «разоблачению» Титиева. Для современной Чечни такое различие в позициях Кадырова и старейшин – беспрецедентный случай.

А тут еще на «Росбалте» появился материал о том, что продолжается расследование дела об убийстве Бориса Немцова. И одного из осужденных, Шахида Губашева перевели в одну из самых строгих колоний, расположенную в поселке Харп, где отбывают наказание осужденные на пожизненный срок заключения. Причем это пример для остальных: если не будете сговорчивее, то отправитесь к белым медведям. И что допросы с использованием полиграфа уже прошли с осужденным Хамзатом Бахаевым, у которого выяснили знаком ли с Русланом Геремеевым и Русланом Мухудиновым; считает ли их заказчиками преступления и т.д. А главный осужденный, Заур Дадаев, который непосредственно стрелял в Немцова, собрал столько взысканий, что его перевели в помещения камерного типа (ПКТ) в Ангарске.

Можно вспомнить и недавние ингушские истории – как Рамзан вместе с охраной приезжал в Ингушетию на встречи с лидерами тамошнего протеста и как в результате не смог добиться привычных и комфортных для него односторонних извинений – уступить пришлось обоим сторонам. Что неудивительно, так как в поддержку своих лидеров в Ингушетии собирались сотни людей. В совокупности получается интересная картина, свидетельствующая о наборе проблем, с которыми сталкивается Кадыров.

Алексей Макаркин
Выборы в Донбассе: много шума из ничего

Состоявшиеся в воскресенье выборы в самопровозглашенных ДНР и ЛНР по большому счету ничего не изменили. Было сделано всё, чтобы устранить элементы конкурентности на выборах и зачистить квазипарламенты (Народные советы) от ненадежных людей. В ЛНР конкуренции не было в принципе: все лидеры военно-полевой вольницы ранее ушли из жизни не по своей воле. А в ДНР грубо не допустили к выборам потенциальных соперников Пушилина – ярких фигур «русской весны» Павла Губарева и Александра Ходаковского. В результате Москва получит заметно более однородные, надежные и предсказуемые правящие группы в обеих республиках, что позволит, в частности усилить контроль над финансовыми потоками и сократить масштабы хищения ресурсов, идущих из России.

Безусловно, обратила на себя внимание крайне высокая явка на выборах – около 80%. Конечно, сыграл свою роль жесткий административный ресурс и распродажа продуктов у избирательных участков. Но по преимуществу люди шли голосовать сами. Не надо забывать, что это были всего-то вторые выборы в истории самопровозглашенных республик. Для жителей ДНР и ЛНР, видимо, было психологически важно подтвердить свой первоначальный выбор против попавшего под чуждое влияние, а позже проявившего себя как карателя Киева и в пользу культурно-исторически близкой и пришедшей на помощь России. Другой вопрос: насколько в головах местных жителей до сих пор сохраняются иллюзии относительно возможности присоединения к России. Но голосовали избиратели Донбасса за Пушилина и Пасечника не потому, что им так нравятся бывший МММ-щик и бывший госбезопасник Украины и ЛНР, а потому, что Москва сделала ставку на эти фигуры и соответственно они смогут обеспечить тесное взаимодействие с Россией.

А что касается внешней реакции – тут всё предсказуемо. Германия, Франция, США, ОБСЕ выборы в самопровозглашенных республиках осудили как незаконные и противоречащие Минским соглашениям. Украина назвала их фейковыми, возбудила уголовное дело против организаторов выборного процесса и призвала к новым санкциям против России.

Видимо, у России есть понимание по поводу того, что никакого влияния на ближайшие перспективы урегулирования в Донбассе состоявшиеся выборы не окажут. В марте в Украине пройдут президентские выборы, а осенью – парламентские. Политическая элита в Киеве уже вовсю погружена в предвыборные баталии, и пока эти электоральные интриги не будут завершены, никакое продвижение политического процесса по решению конфликта в Донбассе в принципе невозможно.

Александр Ивахник
12 ноября белорусский президент Александр Лукашенко провел встречу с послом Азербайджана в Минске Латифом Гандиловым, которая неожиданно вызвала большой резонанс. Встреча прошла вскоре после саммита ОДКБ в Астане, где не был решен вопрос о генсеке организации. Сегодня на этот пост претендуют Беларусь и Армения. В ходе своей беседы с азербайджанским послом Лукашенко не просто обозначил позицию официального Минска, но и фактически выступил с критическими оценками в адрес правительства Никола Пашиняна. Он усомнился в способности Еревана «справляться с большой нагрузкой» в условиях «переходного периода», а также посетовал на то, что и.о. премьера Армении должен «просто разбираться с ситуацией» в своем кабинете. Как следствие - жесткая реакция со стороны армянского МИДа.

Впрочем, для Лукашенко привычно «гнуть свою линию» на закавказском направлении. Будучи не просто членом ОДКБ, но и общего с РФ Союзного государства, Минск не пошел на признание Абхазии и Южной Осетии. И по поводу вступления Армении в ЕАЭС у Лукашенко, как и у Нурсултана Назарбаева, были свои возражения. Так в ходе ноябрьской встречи с Латифом Гандиловым, белорусский президент заявил, что «закрытых тем» между Минском и Баку нет. Думается, что причин для такой линии несколько. Во-первых, Лукашенко в канун утверждения нового генсека ОДКБ пытается поднять «ставки» и обеспечить выигрышные позиции для своего кандидата. Как минимум, он хочет не проиграть, так как в случае, если данный вопрос не будет решен в декабре, ОДКБ возглавить «технический генсек», представитель РФ. Во-вторых, Минск традиционно воздерживается от всего того, что можно рассматривать, как угрозу сепаратизма. Так было в случае с Абхазией и Южной Осетией, Крымом, Донбассом. Почему Карабах должен стать исключением? Как глава молодого государства Лукашенко с опаской относится к любым прецедентам пересмотра границ или даже постановки их под сомнение. Здесь, как говорится, «ничего личного». В-третьих, как и в случае с Грузией, на азербайджанском направлении Минск имеет свои интересы. Они могут не совпадать с интеграционными устремлениями других союзников. Однако белорусская сторона не раз демонстрировала: для нее национальный эгоизм важнее абстрактных ценностей «единства».

По словам военного эксперта Леонида Нерсисяна, «в ОДКБ у всех государств есть вертикальные двухсторонние связи с Россией, а вот горизонтальных друг с другом - нет». Лучше и не скажешь! И «ноябрьские тезисы» Лукашенко- блестящее тому подтверждение.

Сергей Маркедонов
Почему украинские епископы не подчинились Порошенко?

На самом деле, большинство епископов настроены конформистски – они не борцы и не склонны к конфликтам с властью. Но в данном случае есть три фактора, которые определили их позицию.

Первый – епископ, как и обычный священник, зависит от начальства – в данном случае от Синода УПЦ МП. Его можно перевести в другую епархию, отправить на покой, запретить в служении или даже лишить сана. Никакие нормы трудового законодательства здесь не действуют. Восстановиться в сане после его лишения крайне сложно. Епископ Иоанн (Боднарчук), еще до Филарета ушедший из РПЦ, был лишен сана в 1989 году, а в 1992-м попросил восстановить его. Однако его не приняли, а рекомендовали подождать Поместного собора, который состоялся лишь в 2009 году. Иоанн собора не дождался – он погиб в автокатастрофе в 1994-м.

Правда, сейчас в случае лишения сана можно быстро «восстановиться» в Константинополе. Но возникает вторая проблема – а признают ли это прихожане? Опрос, проведенный в сентябре Киевским международным институтом социологии, Центром Разумкова и центром «Социс», показал, что 68% респондентов считают себя православными, из них 45% назвали себя прихожанами УПЦ Киевского патриархата и почти 17% —УПЦ МП. Но среди этих 17% - основная часть практикующих верующих, которые регулярно ходят в церковь, участвуют в крестных ходах и паломничествах. Для большинства из них связь с Москвой является привычной частью жизни – Сергий Радонежский и Серафим Саровский столь же им близки, как и равноапостольные Владимир и Ольга. Эти верующие могут не только не пустить «отступника» в храмы, но и выгнать его из епархиального управления – и никакой Константинополь им не указ.

И третья проблема. Жесткая ставка на автокефалию – это проект Порошенко. А президентские выборы будут следующей весной, и не факт, что он переизберется (пока он отстает по опросам и от Тимошенко, и от артиста Зеленского, который тоже может принять участие в выборах). В случае поражения Порошенко его преемник, видимо, будет поддерживать автокефалию, но насколько ревностно – вопрос. Украинские епископы помнят, как ослабли позиции Филарета после поражения на выборах 1994 года его политического союзника Кравчука. И рисковать не хотят. Поэтому даже для тех, кто сочувствует автокефалии, комфортным выглядит сочетание голосования против нее на Соборе УПЦ МП и передачи доверенности для голосования на будущем автокефалистском соборе митрополиту Симеону (Шостацкому), который свою ставку уже сделал. А в случае необходимости доверенность можно и дезавуировать.

Алексей Макаркин
Недавняя заочная словесная перепалка между Макроном и Трампом получила продолжение. Ангела Меркель, выступая в Европарламенте (возможно, это было ее последнее выступление), отбросив свойственную ей дипломатичность, горячо поддержала французского коллегу, подвергнув критике политику американского президента. Подробнее об этом сюжете в аналитической статье АлександраИивахника. https://telegra.ph/SSHA-ES-napryazhennost-sohranyaetsya-11-15
Фактор России занимает традиционно важную роль в грузинской внутриполитической повестке дня. Если оппоненты хотят уличить друг друга в недостаточно эффективной защите национальных интересов, то они вспоминают о «руке Москвы».

Не обошлось без этого и между двумя турами президентских выборов. И нужный повод нашелся. Фактически сама российская сторона его и создала. У селения Атоци Горийского района на прошлой неделе были возведены проволочные заграждения со стороны Южной Осетии. В Грузии процесс обустройство границы на югоосетинском направлении называют «бордеризацией». Традиционно ее историю ведут с весны 2013 г., когда Южная Осетия при поддержке РФ стала устанавливать пограничные знаки и ограждения из колючей проволоки на линии разделения частично признанной республики и «ядровой Грузии» (термин Меркель). С этого времени всякая активность по обустройству границы вызывает всплески дискуссий об истинных намерениях Москвы.

В контексте же жесткой предвыборной борьбы работы у селения Атоци за несколько дней оказались в фокусе всеобщего внимания. То, что для России является третьестепенным информационным сюжетом, в Грузии воспринимают, как продолжение «пятидневной войны» и «аннексионистской политики Кремля». В итоге не слишком известный населенный пункт стал своеобразным «магнитом» для высокопоставленных визитеров, как от власти, так и от оппозиции, включая и тех политиков, кто во второй тур не попал, но не отказал себе в возможности дополнительно «засветиться» на теме защиты «территориальной целостности» страны. Там же состоялся своеобразный диалог между Саломе Зурабишвили и «гражданскими активистами», настроенными оппозиционно. Она также пообщалась с местными жителями, озвучив им все те оценки, которые призваны были продемонстрировать готовность власти противостоять наступательным движениям северного соседа.

Однако от пристального взгляда критиков Зурабишвили не ушло то, что она назвала грузино-югоосетинский рубеж границей. В Тбилиси если и считают его границей, то административной, а не межгосударственной. Но кандидат, поддерживаемый «Грузинской мечтой» не сделала соответствующих разъяснений. По мнению экспертов, это стало ее ошибкой. И оппозиция, для которой всякое лыко в строку, уже пытается «раскрутить» слова Зурабишвили для ее дискредитации в канун второго тура.

Сергей Маркедонов
Конкурс «Великие имена России», несмотря на всю критику, может рассматриваться как индикатор общественных настроений. Рассмотрим несколько показательных кейсов.

Калининград: «западники» против разных «патриотов». С самого начала впереди оказался вариант с Кантом (европейская идентичность региона, неразрывно связанная с его немецкой историей). «Белых патриотов», выбирающих императрицу Елизавету Петровну, существенно меньше. У «красных патриотов» изначально непростая ситуация, потому что им приходится выбирать между двумя военачальниками – маршалом Василевским и генералом Черняховским. В сумме у них чуть больше голосов, чем у Канта, а по отдельности – существенно меньше.

Мурманск: две мобилизации. «Белые» изначально стали активно продвигать Николая II, при котором город был основан. В ответ началась «красная» мобилизация – за знаменитого полярника и бывшего чекиста Папанина. Пока обе мобилизации уравновешивают друг друга.

Омск: традиция и модерн. В Омске происходит целенаправленное продвижение образа Дмитрия Карбышева как символа города. Он уроженец города, царский офицер, военный ученый-инженер, коммунист, герой, погибший в нацистском концлагере – вроде все условия для консенсусного выбора. И вдруг предсказуемый и спокойный ход событий нарушила активная кампания в поддержку кандидатуры рок-музыканта Егора Летова. Чтобы избежать неожиданностей, Летова в список не включили, что вызвало бурные протесты со стороны модернистской части общества. Минкульт, понятно, на стороне традиционалистов – Мединский назвал поклонников Летова маргиналами.

Уфа: битва вокруг Мустая Карима. В Башкирии в следующем году будет торжественно отмечаться столетие со дня рождения советского писателя Мустая Карима – в связи с этим ожидается присвоение его имени аэропорту. Примечательно, что внук писателя и учредитель Фонда имени Мустая Карима Тимербулат Каримов – зять Игоря Сечина. Недавно в честь писателя назвали улицу в Москве. Но голосование началось с мощной мобилизации в поддержку другого кандидата, летчика, дважды Героя Советского Союза Мусы Гареева, которая объективно носила «антикаримовский» характера. Потом резко прибавили и сторонники Карима – и их кандидат оказался впереди. В результате голосование за название уфимского аэропорта стало самым активным – уже более 23 тысяч человек.

Татарстан: национальный баланс. В республике голосуют за названия двух аэропортов. Президент Рустам Минниханов уже заявил, что проголосовал за поэта Габдуллу Тукая для Казани и нефтяника Николая Лемаева для Нижнекамска. Ряд статусных татарстанских персон уже публично поддержали эту татарско-русскую «связку». Пока эти кандидатуры предсказуемо лидируют.

Алексей Макаркин
О соглашении по Брекзит

- Тереза Мэй пошла на большие уступки по условиям выхода из ЕС под давлением бизнеса.

- Мэй с большим трудом удалось добиться одобрения проекта своим правительством. На заседании кабинета около 10 из 25 министров высказывались против его положений, среди них главы МИД, МВД и министр внешней торговли. Были отправлены в отставку или ушли сами профильный министр по вопросам выхода из ЕС, министр занятости и пенсий, а также 4 заммистра.

- Во время обсуждения проекта в Палате общин Мэй оказалась меж двух огней - жесткие брекзитеры обвиняли ее в сохранении таможенного союза на переходный период с нечёткими сроками, что не позволит давать таможенные льготы другим странам, а мягкие брекзитеры, напротив, указывали на экономические потери от слишком жёсткого, по их мнению, разрыва с ЕС.

- Не исключено, что противники Мэй попытаются инициировать вотум недоверия премьеру, однако сил довести его до конца явно не хватит.

- Зато вполне возможно, что после подписания соглашения оно застрянет на уровне ратификации британским парламентом, где разномастных противников такого варианта достаточно, чтобы заблокировать его.

Александр Ивахник

Более подробно о сути соглашения и разногласиях по нему - в аналитическом материале. https://telegra.ph/Predvaritelnye-usloviya-Brekzita-uspeh-ili-zapadnya-dlya-Terezy-Mehj-11-15
Определилась дата второго тура президентских выборов в Грузии - 28 ноября. На первый взгляд, решение носило чисто технический характер (голосование должно сотояться не позднее 1 лекабря). Однако при более глубоком рассмотрении видно, что власти и оппозиция по-разному оценивают это решение. Представители «Единого национального движения» и других объединений, готовых поддержать кандидата от бывшей «партии власти» Григола Вашадзе, предлагали назначить день голосования в выходной день. ЦИК же остановился на дате 28 ноября, она выпадает на среду. Этот день будет для граждан Грузии выходным.

Но проблема в том, что те граждане кавказской республики, которые проживают за пределами исторической родины, будут трудиться в соответствии с правилами тех стран, где они пребывают. И не факт, что им удастся выбраться на участники в посольствах и консульствах. Между тем, в первом туре именно они в массе своей поддержали Григола Вашадзе. В этом контексте оппозиция активно обсуждает версию, согласно которой решение ЦИК было принято после неформальный указаний лидера «Грузинской мечты» Бидзины Иванишвили. Впрочем, в конспирологических версиях в Грузии никогда не было недостатка. Как бы то ни было, а власти пытаются предпринять сверхусилия для того, чтобы не пропустить вперед протеже Михаила Саакашвили.

Между двумя турами между основными конкурентами развернулась жесткая борьба. Представители «Грузинской мечты» построили свою кампанию вокруг идеи недопущения реванша со стороны команды экс-президента. Отсюда апелляции к истории ноября 2007 года, когда Саакашвили принял решение о разгоне массовых протестных акций. Представители же «Единого национального движения» сделали ставку на «патриотическую мобилизацию». Вспомнили и про слова Зурабишвили об ответственности Тбилиси за «пятидневную войну», и про бизнес Иванишвили в России. Две компании «Рустави-2» и «Имеди» стали двумя полюсами информационного противостояния. «Принцип партийности» восторжествовал, объективности на ведущих ТВ-каналах более нет. Власти пытаются сохранить инициативу. Но, очевидно, это у них не слишком хорошо получается. Проблемы множатся. Здесь и акции протеста против действий правоохранительных структур, и пресловутая «бордеризация» на югоосетинском направлении, не говоря уже об усталости избирателя от несбывшихся обещаний. Тем не менее, интрига по-прежнему сохраняется.

Сергей Маркедонов
Очередной опрос ВЦИОМ показал, что практически все индексы социального самочувствия в октябре 2018 года оказались «в минусе» по отношению к аналогичному периоду прошлого года.

Уровень социального оптимизма (40 пунктов) значительно уступает значениям 2017 года (63 пункта). Индекс оценок экономической ситуации в стране в сравнении с прошлым годом значительно ниже, чем был год назад (43 пункта в 2018 году и 59 пункта в 2017-м). Индекс оценок общего вектора развития страны осенью этого года тоже заметно уступает показателям прошлого года (57 пунктов против 74).

Таким образом, россияне стали значительно более пессимистичными, но в полное уныние на сегодняшний момент не впали. Четверть россиян (25%) ожидает улучшения жизненной ситуации (своей и семьи), столько же (25%), напротив, дают негативный прогноз, еще 40% считают, что через год будут жить примерно так же, как и сейчас. На смену оптимизму пришло не отчаяние, а, скорее, усталое разочарование в возможности улучшения как своего жизненного уровня, так и ситуации в стране.

Интересно также, что за год чуть повысился - с 60 до 63 пунктов - индекс удовлетворенности жизнью. О том, что жизнь их в целом устраивает, сегодня говорят 58% россиян, об обратном - 16%, еще 21% частично согласны и с первыми, и со вторыми. Этот индекс связан с внутренним самочувствием человека – видит ли он все окружающее в черном свете или нет. И здесь тоже россияне «держатся» - видимо, у одних действительно плюсы (новая работа, свадьба, успехи детей и др.) перевешивают минусы. А у других работают психологические защитные механизмы, не позволяющие впасть в безнадежную апатию. Проблема в том, сколько еще будет длиться выматывающая людей стагнация. И, в частности, как общество пройдет 2019 год с повышением цен из-за увеличения НДС, причем в условиях низкого экономического роста и начала реализации пенсионной реформы.

Алексей Макаркин
На днях было опубликовано любопытное исследование Германского экономического института, касающееся взаимосвязи поддержки демократии и восприятия коррупции в посткоммунистических странах Восточной Европы. Авторы отмечают, что вера в демократию в восточноевропейских странах, входящих в ЕС, с 2006 г. заметно снизилась. В 2006 г. доля людей, согласных с утверждением «Демократия предпочтительнее любой другой формы политической системы», составляла в Западной Европе 74%, в Восточной Европе – 57%. В 2016 г. соответствующие цифры составили 79% и 49%, т.е. доля приверженцев демократии в «новой Европе» сократилась на 8 пунктов. Ниже среднего эта доля была в Польше и Хорватии – по 48%, в Чехии – 46%, в Болгарии – 43%, в Латвии – 41%, в Словакии – 37%.

Авторы исследования считают, что снижение веры в демократическую систему прежде всего объясняется резким ростом коррупции в странах Восточной Европы за тот же период, причем коррупции, с которой непосредственно сталкиваются сами граждане. В среднем по восточноевропейским странам доля респондентов, сообщивших, что им пришлось время от времени неофициально платить деньги во взаимоотношениях с госорганами, возросла за 10 лет с 5,7% до 9,4%. В 2016 году эта доля составляла (в порядке убывания): в Румынии – 26%, в Болгарии – 15%, в Венгрии – 13%, в Словакии – 9%, в Польше, Хорватии и Словении – по 8%, в Чехии – 5%, в Литве и Эстонии – по 4%, в Латвии – 3%. Правда, не всегда действует прямая взаимосвязь между распространенностью бытовой коррупции и верой в демократию. Например, в Латвии низка доля и тех, кто сталкивался с вымогательством денег, и тех, кто предпочитает демократию. Зато здесь действует такой мощный негативный фактор отношения к демократии, как категория «неграждане».

Кстати, в опросных данных, приведенных в исследовании, присутствует и Россия. В 2016 году доля россиян, сообщивших о случаях неофициальных плат в общении с госорганами, составила 14% (меньше, чем в Румынии и Болгарии). А доля приверженцев демократической системы равнялась 35% – это меньше, чем в любой восточноевропейской стране, и заметно меньше, чем в Украине (45%). Впрочем, можно предположить, что низкая поддержка демократии в России связана не столько с бытовой коррупцией, сколько с широко распространенным представлением, что коррупция пронизывает всю государственную вертикаль – и прежде всего верхушку. А во-вторых, с мощной и целенаправленной антизападной пропагандой на федеральных телеканалах и прочих государственных медиа. Ведь Запад ассоциируется в умах россиян как раз с демократической системой.

Александр Ивахник
Митрополит Тихон (Шевкунов) предлагает своим целевым аудиториям (а они разные – от силовиков до бабушек) - тот вариант православия, который их полностью устраивает. Это сочетание традиционной монашеской духовности и патриотического дискурса, в котором есть место и новомученикам, и Сталину, хотя, конечно, в разных качествах. Новомученики – это однозначно жертвы (и Тихон возвел храм в Сретенском монастыре, посвященный их памяти), а Сталин – и гонитель, и трагическая фигура, над которой не следует издеваться как в фильме «Смерть Сталина». Зато либералы, развалившие страну в 1917-м (и, подразумевается, в 1991-м), однозначно плохи. И бабушке, и силовику все это близко. Книгу «Несвятые святые» критикуют за оправдание конформизма в советское время – но ведь конформистами были и бабушка (тогда учительница, врач или инженер), и «силовик» (тогда молодой лейтенант или капитан). При этом Тихон – один из немногих православных деятелей, который умеет преподнести все это в яркой пиаровской оболочке, просто и ясно, без излишней слащавости.

Такой подход связан с дилеммой, перед которой РПЦ оказалась в 1960-е годы. Митрополит Никодим, учитель патриарха Кирилла, предлагал церкви меняться в соответствии с духом времени, выглядеть широко мыслящей, стараться привлечь в свои ряды людей образованных и сомневающихся. Его оппоненты, поддерживавшие патриарха Пимена (в том числе и монахи из Троице-Сергиевой лавры и Псково-Печерского монастыря), исходили из того, что церковь должна быть духовной и патриотичной, органично встроенной в отечественную историю. Тогда она и власти будет полезна, в нее и интеллигент-«почвенник» со временем придет, а интеллигент-либерал такой церкви только вреден.

Тихону удается придерживаться условно «пименовской» линии, тогда как Кириллу куда сложнее. Он должен маневрировать между попытками провести осторожные перемены в церкви (от поощрения возведения низких иконостасов в храмов до издания по его благословению собрания сочинений отца Александра Меня), стремлением не обидеть крайних консерваторов и встроиться в патриотический дискурс. В результате патриарха критикуют и за «ретроградство», и за «модернизм». У Тихона тоже бывают проблемы – например, с его высказыванием о ритуальном характере убийства царской семьи – но они не столь значительны.

Алексей Макаркин