Bunin & Co
8.46K subscribers
19 photos
2 files
279 links
Политическая аналитика от экспертов Центра политических технологий им. Игоря Бунина
Download Telegram
История с мозаикой в главном храме Вооруженных сил связана с тремя интересными обстоятельствами.

Во-первых, с неясностью механизма принятия решений в рамках политики памяти. Это уже наглядно проявилось в странной истории с памятником Жукову в Москве. Предлагаемые объяснения (памятник отправлен на реставрацию, вместо него установлен временный, который потом чуть ли не продавил постамент и тоже был снят) не выдерживают элементарной критики. Ясно, что имела место попытка замены одного памятника на другой, причем проводившаяся в зоне влияния ФСО. Но решение оказалось не консенсусным и было быстро пересмотрено. Странно также думать, что мозаика с действующим президентом и другими начальниками не прошла все необходимые политические согласования. Другое дело, что они явно носили неформальный характер и могли быть подвергнуты ревизии.

Во-вторых, образ Сталина в сугубо положительном контексте на другой мозаике поставил в крайне неудобное положение Русскую православную церковь, для которой «вождь народов» остается неприемлемой фигурой. Но так как заказчиком выступила не церковь, а Минобороны, то церковь согласилась с таким сюжетом что привело к серьезному репутационному ущербу. Не только церковные либералы, но и часть консерваторов выступили с критикой такого решения. Тут приходится выбирать – или мозаика со Сталиным, или почитание новомучеников. Отсюда и крайне невнятные разъяснения представителей церкви.

В-третьих, история с мозаикой стала имиджевым и аппаратным ударом по позициям Сергея Шойгу, который лично патронирует строительство храма. Министру на символическом уровне дается понять, что его возможности велики, но не безграничны.

Алексей Макаркин
С приближением единого дня голосования губернаторы оказываются перед уже привычной дилеммой – выдвигаться от «Единой России» или использовать самовыдвижение. В этом сезоне выбор стал гораздо более сложным. Руководство партии предприняло большие усилия, чтобы плотнее включить региональных лидеров в партийную повестку. В отличие от практики прошлых лет, когда это не поощрялось, множество губернаторов лично возглавили региональные отделения «Единой России». Нельзя сказать, что губернаторы в этом так нуждались – им проще и удобнее управлять партией «со стороны», но центру важно было поддержать статус «Единой России» в непростых условиях. Тем самым при активном участии Дмитрия Медведева связка исполнительной власти и «Единой России» приобрела зримый характер. Причем создавал он эту связку в прошлом году, еще находясь на посту премьер-министра, соединяя тем самым партийную и исполнительную вертикаль. Более того, глава партии подверг публичной критике практику самовыдвижений.

В этой логике можно было бы ожидать, что выдвижения от партии станут более частыми, но в самое последнее время стала складываться и группа будущих самовыдвиженцев. Для этого региональные законодательные собрания меняют местные нормы, где самовыдвижение обычно не предусмотрено, что ясно прочитывается как подготовка губернаторов к самовыдвижению. Уже с уверенностью можно утверждать, что самовыдвиженцами станут недавно назначенные врио главы Камчатского края Солодов, Пермского края - Махонин и врио главы Республики Коми Уйба, к ним присоединяется назначенный в прошлом году врио губернатора Иркутской области Кобзев. Причем речь идет вовсе не только о регионах с провальными результатами и слабыми позициями партии. Решения носят ситуативный характер и обусловлены особенностями личностей губернаторов, которые к партии отношения не имели, а также их дистанцированными отношениями с местными элитами, напротив, укорененными в партии. Кроме того, уже по привычной для эсеров схеме не пойдет от «родной» партии врио главы Чувашии Николаев.

Все это ситуативно, учитывая проблемы с партийным рейтингом, выглядит вполне логичным, и список самовыдвиженцев может еще вырасти. Но получается, что губернаторский корпус сейчас еще рельефнее делится на «партийных» и «независимых». Причем это размежевание связано в основном с новыми главами, которые составляют основу обеих групп. Стоит напомнить, что на сегодняшний день 26 региональных глав возглавляют отделения «Единой России», тогда как 10 избрались в роли самовыдвиженцев (включая одного эсера). Один из последних, Олег Кожемяко, впрочем, впоследствии возглавил партийное отделение, что свидетельствовало об условности этих граней. И тем не менее, если в первом случае механизм управления партией понятен (хотя и не идеален), то взаимное дистанцирование губернаторов и партии в другой, притом тоже растущей группе регионов чревато усугублением ее проблем.

Ростислав Туровский
Пандемия пандемией, а выборы – по расписанию. Что происходит в американской кампании?

За апрель у президента рейтинг практически не изменился, у Байдена – опустился на несколько пунктов, и ныне они составляют соответственно 42,3% и 47,6%. Правда при этом букмекеры оценивают шансы Трампа на переизбрание выше: 50,3% против 41,8% у Байдена.

Пандемия поставила Трампа на авансцену публичного внимания и заперла Байдена в на скорую руку оборудованной телестудии в подвале его дома в Делавэре. Однако пока эта «ассиметрия» не перебила основную тенденцию американской политики последних лет – предельную поляризацию электората на сторонников и противников действующего президента. Эффект «сплочения вокруг флага» в период опасности у Трампа – в отличие от многих европейских лидеров – практически не сработал. Рейтинг его одобрения в конце марта поднялся на 3 пункта, но к началу мая вернулся к «докризисным» значения на уровне 44% -  у многих губернаторов штатов уровень одобрения поднялся гораздо выше. А относительно низкая активность Байдена, по мнению многих обозревателей, пошла ему даже не пользу (хотя в более долгой перспективе «сидение в подвале» продолжаться без электоральных последствий не может). Поляризация электората ограничивает и эффект скандала с Тарой Рид, обвинившей Байдена в сексуальных домогательствах в 1993 г.

Даже если кампания – с отступлением пандемии – примет более привычные очертания, можно не сомневаться, что ее главной интригой станет референдум о доверии Трампу. За полтора месяца работу потеряли 30 миллионов американцев. К июню безработица поднимется до 20%.  Главный козырь Трампа прошлых трех лет  – динамично развивающаяся экономика и миллионы новых рабочих мест – вряд ли будет работать в таких условиях. Поллстеры Республиканской партии  фиксируют снижение рейтинга президента в критически важных штатах: Мичигане, Флориде, Висконсине. Упала его поддержка в старшей возрастной когорте и среди избирателей с высшим образованием.

Предрешенности, разумеется, нет: основное ядро сторонников Трамп сохраняет. Непонятна дальнейшая траектория событий и с пандемией, и с ее социально-экономическими последствиями. Байдену придется фактически заново определять свою предвыборную платформу и убеждать в ней избирателей. Сейчас мы наблюдаем, скорее всего, затишье перед электоральной бурей.

Борис Макаренко
Когда Касым-Жомарт Токаев лишил сенаторских полномочий (и соответственно, поста спикера Сената) Даригу Назарбаеву, то возник вопрос о ее преемнике. Будет ли им человек Токаева или Нурсултана Назарбаева. Закрытость казахстанской аппаратной политики не позволяла сразу понять, стал ли инициатором этого кадрового решения действующий президент или его преемник. Напомним, что когда Токаев стал президентом в прошлом году, то многие считали, что он лишь местоблюститель, задачей которого является обеспечение процесса транзита власти от отца к дочери. Тем более, что пост спикера Сената в Казахстане особенно политически значим, так как он исполняет обязанности президента в случае его отставки (как это произошло с Токаевым после ухода Назарбаева). В то же время сохранялась вероятность, что Назарбаев по каким-то своим причинам решил заменить дочь на кого-либо из давних соратников или родственников.

И вот новый спикер – Маулен Ашимбаев. 49 лет. Магистерскую степень в области международных отношений получил в Флетчеровской школе права и дипломатии университета Тафтса. Своей первоначальной карьерой обязан Назарбаеву – был заместителем секретаря Совбеза, замом руководителя администрации президента. Но в 2012 году был отправлен в Мажилис (нижнюю палату парламента) на куда менее значимый пост председателя Комитета по международным делам, обороне и безопасности. Лишь в 2018-м он стал первым зампредом «партии власти» - «Нур Отан». Дальше самое интересное – в прошлом году Ашимбаев возглавил штаб Токаева на выборах, полгода был его помощником, а в декабре был назначен первым замом руководителя президентской администрации. Теперь его карьера получила новый мощный импульс. Так что Токаев смог провести лояльного ему человека на пост спикера Сената. Какова в этом роль Назарбаева – возможно, узнаем в скором будущем.

Алексей Макаркин
Недавние замены глав Архангельской области и Ненецкого АО оживили разговоры о возможном объединении двух субъектов федерации, составляющих матрешку. Действительно, во главе регионов встали люди, которым легко договориться между собой: врио губернатора Архангельской области Александр Цыбульский до недавнего времени руководил НАО, а врио главы НАО Юрий Бездудный работал его заместителем. При этом оба губернатора – варяги, которых с этими регионами ничего не связывает. И тот же Бездудный по договоренности с Кремлем и Цыбульским вполне может согласиться на объединение.

В прошлом был, кстати, период, когда в 2009-14 годах НАО возглавлял бывший заместитель губернатора Архангельской области Игорь Федоров, что воспринималось как шаг к возможному объединению, но тогда на это не решились. Как раз в тот период периодические слухи об объединении сильно раздражали население и элиты НАО, что оборачивалось протестным голосованием на федеральных выборах и тревожило этим уже центральные власти.

На сегодняшний день Ненецкий АО, с одной стороны, ослаблен политически и финансово. Его нефтяные богатства не очень ему помогают в силу особенностей налогово-бюджетной системы и договоренностей с Архангельском. Так, бюджетные доходы НАО в прошлом году составили 24,5 миллиардов рублей, а Архангельской области – почти 108 миллиардов. Впрочем, на душу населения финансово-экономические показатели НАО, где живут всего лишь около 45 тыс. чел., остаются очень высокими, и округу есть, за что бороться.

Поэтому, с другой стороны, стойкое неприятие идеи объединения остается, вероятно, главной «национальной идеей» НАО. По-прежнему трудно себе представить аргументы, с помощью которых можно «уговорить» жителей региона проголосовать «за» на референдуме. Таких референдумов у нас не было уже 13 лет, поскольку все более или менее «простые» случаи через объединение прошли, а нефтегазовые автономные округа остались в качестве «крепких орешков». Реалистичным проект объединения может стать только в случае, если референдумы будут отменены, как это предлагалось уже очень давно, и решения будут принимать региональные органы власти. В сущности, подобные практики как раз отработаны на примерах многочисленных объединений муниципальных образований в самых разных частях страны. Если преодоление кризисных процессов в ближайшей перспективе и в самом деле будет сопровождаться ограничением электоральных процедур, то можно упростить и процедуру перекройки административной карты России вплоть до более радикальных изменений, чем объединение одной или двух оставшихся матрешек (не забывая про матрешку тюменскую). Но это уже будет иметь отношение не к избирательной кампании Цыбульского, а к последующим политическим трансформациям.

Ростислав Туровский
Тяжко пострадавшая от коронавируса Италия по мере затухания эпидемии сталкивается с той же сложной дилеммой, что и другие страны: стараться свести к минимуму новые случаи заражения или решиться на свертывание ограничительных мер для восстановления экономики. В Италии экономика, и так находившаяся в депрессивном состоянии, за семь недель локдауна пострадала особенно сильно. По итогам года ожидается спад ВВП на 10-15%.

В разгар эпидемии беспартийный премьер-министр Джузеппе Конте, волею случая оказавшийся во главе правительства два года назад, почти не встречал критики в свой адрес. Введенный им жесткий карантин получил одобрение 90% населения, а его личный рейтинг взлетел с 40% до 70%. Однако к концу апреля, когда число новых заражений и смертей существенно снизилось, ситуация изменилась. Осторожный курс Конте на медленное и весьма дозированное смягчение режима локдауна стал встречать растущее недовольство со стороны бизнеса, региональных властей и католической церкви. Все они хотят более быстрого открытия экономики и социальной жизни.

Правительство Конте сделало шаг в этом направлении. С 4 мая около 4 млн человек вернулись на работу, главным образом в строительстве и обрабатывающей промышленности. Были открыты парки, началась работа кафе и ресторанов на вынос. Итальянцам разрешили посещать членов семьи и других близких. Но церкви по-прежнему закрыты, а школы не откроются до сентября. Главное же – предприятия мелкого и среднего бизнеса, составляющие базу итальянской экономики, в основном остаются не у дел. Бары, рестораны, парикмахерские и прочие предприятия услуг откроются не раньше июня. Причем далеко не все предприниматели получили обещанную правительством прямую финансовую помощь в полном объеме. На прошлой неделе владельцы мелких бизнесов сферы торговли и услуг устроили в ряде городов публичные акции в знак протеста против недостаточной госпомощи. В Милане несколько тысяч предпринимателей передали местным чиновникам ключи от своих заведений.

Рост недовольства в обществе стимулировал активность политической оппозиции. На прошлой неделе десятки депутатов от праворадикальной партии «Лига» Маттео Сальвини на несколько дней оккупировали здание парламента, протестуя против сохранения карантинных ограничений. Резкая критика звучит и изнутри правительственной коалиции – со стороны лидера новой партии «Живая Италия» и экс-премьера Маттео Ренци. Едва ли в ближайшие месяцы Ренци или другие партлидеры возьмут на себя ответственность за провоцирование вакуума власти. Но в случае крупных неудач в деле восстановления экономики и катастрофического роста безработицы не исключено возникновение правительственного кризиса и поиски новой властной конфигурации.

Александр Ивахник
История с Никитой Михалковым и его конспирологической передачей с фейками о коронавирусе интересна тем, что множество людей, обычно пренебрежительно относящихся к принципу свободы слова, на сей раз выступили за безусловное право режиссера говорить все, что ему вздумается. Хотя интересы Михалкова ущемили по минимуму – просто повторы программы назначили на неудобное время.

Выступления сторонников реакции за права и свободы человека не укладываются в стереотипный образ охранителя, требующего держать и не пущать. Но здесь все достаточно просто. Речь идет о той самой свободе для своих, в отстаивании которой реакционеры обвиняют либералов. Так же, как человек, требующий в период пандемии продолжать православные богослужения с участием мирян (и выступающий в данном случае в защиту чувств верующих), может считать крайне нежелательной деятельность на территории страны любых «нетрадиционных» конфессий. Но вспомним, что в 90-е годы – кроме краткого перерыва во время гражданского конфликта 1993 года – продолжала выходить газета «Завтра», поливавшая грязью и либералов, и Ельцина, и всю российскую власть в целом. И ничего – терпели. В те годы пытались закрывать только откровенно погромные малотиражные газетки – и то у их издателей находилась масса защитников, в том числе в силовых ведомствах.

Для сторонника реакции же любое «либеральное» отношение к либералам совершенно неприемлемо. Потому что, по их мнению, стоит дать либералам свободу высказываний и действий, то они начнут смущать молодежь и подрывать устои. Поэтому для Михалкова неприемлемы ни «Тангейзер», ни Ельцин-центр. Похоже, что один из факторов, влияющих на такую позицию -недостаточная собственная конкурентоспособность в борьбе за умы и сердца. Для понимания масштаба проблемы можно сравнить количество просмотров в Сети программ Дудя и Михалкова.

Алексей Макаркин
Еще о влиянии пандемии на электоральные настроения в США.

В свежем опросе портала RealClearPolitics.com 76% опрошенных назвали пандемию «главным   фактором, влияющим на принятие их электоральных решений на предстоящих выборах. На второе  место вышла проблема экономики – 72%, тогда как в феврале эта цифра составляла всего 58% - явная связь с экономическими последствиями пандемии. А вот проблемы здравоохранения, парадоксальным образом, с февраля не стали более актуальными: показатель остался на уровне 67% (как и в феврале). Очевидно, сказывается то, что пик эпидемии уже пройден и люди стали задумываться о будущем (напомним, за полтора месяца работу потеряли 30 млн американцев).

Оценивая, кто как себя показал во время пандемии, респонденты самую оценку поставили себе – за соблюдение правил поведения: 3,12 по пятибальной шкале. Работу губернаторов оценили в среднем на 2,68, а вот Трамп – из всех, про кого спрашивали, оказался на последнем месте с 1,81 балла.

Вопрос, разумеется, сильно политизирован. Озабеченность пандемией гораздо выше среди сторонников Демократической партии и Джо Байдена (85% против 66% среди сторонников Трампа). Сторонники демократов щедро ставили Трампу «колы» (56%) и «двойки» (еще 19%). Но «плохие новости» для Трампа в том, что среди избирателей, зарегистрированных как независимые, неудовлетворительные оценки ему поставили 45%. Еще одна плохая – для него - новость:  среди респондентов «поколения Z”и  «миллениалов» (рожденные после 1980 г.)Две трети из них сообщили, что пострадали от последствий пандемии:, в т.ч. 55%  -  были уволены, отправлены в неоплачиваемые отпуска или переведены на неполный рабочий день. В «Поколении Х» (1960-1980 г.р.) таких 45%, и лишь в старшей возрастной когорте (где много пенсионеров) таковых лишь 14%.

До выборов еще ровно полгода – многое изменится, в том числе, восприятие пандемии. Но очевидно, что сегодняшние настроения не пройдут бесследно.

Борис Макаренко
В среду главы стран Евросоюза ненадолго отвлеклись от коронавирусного кризиса, чтобы в очередной раз обозначить свой интерес к региону Западных Балкан. В режиме видеоконференции прошел саммит ЕС с лидерами балканских стран, стремящихся вступить в союз: Сербии, Черногории, Северной Македонии, Албании, Боснии и Герцеговины и Косово.

По идее саммит должен был продемонстрировать, что дорога к вступлению этих стран в состав ЕС не закрыта. Однако в принятой по итогам саммита «Загребской декларации» на этот счет содержится единственная весьма общая формулировка: «ЕС вновь подтверждает свою безоговорочную поддержку европейской перспективе Западных Балкан». Слова о потенциальном расширении ЕС и даже о переговорах о вступлении в союз в ней вообще отсутствуют. Иного трудно было ожидать. Ряд влиятельных государств ЕС, в первую очередь, Франция и Нидерланды, уже не первый год подвергают сомнению перспективу дальнейшего расширения. Это безусловно связано с тем, что старая Европа так и не смогла переварить стремительную экспансию ЕС в нулевых годах в страны Восточной и Южной Европы. А уж в условиях вопиющего дефицита солидарности внутри союза, проявившегося на начальной стадии пандемии, и при неизбежности будущих острых дискуссий об извлечении необходимых уроков говорить о гипотетическом расширении ЕС и вовсе неуместно.

Зато на ходе саммита сказалась озабоченность лидеров ЕС возросшим геостратегическим соперничеством в регионе Западных Балкан, попытками таких держав, как Китай и Россия, увеличить там свое влияние. В «Загребской декларации» недвусмысленно заявлено: «ЕС вновь повторяет свои призывы ко всем партнерам продвигаться к полному согласованию с внешнеполитическими позициями ЕС, особенно там, где речь идет о главных общих интересах, и действовать соответствующим образом». Нетрудно догадаться, что лидеров ЕС особенно напрягла позиция президента Сербии Вучича, который в марте, после получения помощи для борьбы с коронавирусом от Китая и России, заявил о том, что европейская солидарность не существует, что это «всего лишь сказка». Вучич лично встречал в аэропорту китайский самолет с медоборудованием и назвал председателя Си «братом».

В ходе виртуального саммита было объявлено о том, что ЕС выделил шести балканским странам 3,3 млрд евро в виде субсидий и кредитов для борьбы с коронавирусом и поддержания экономик. При этом бросается в глаза необычная ремарка в тексте декларации: «Тот факт, что эта помощь и сотрудничество значительно превосходят то, что предоставили региону другие партнеры, заслуживает публичного признания». Однако практического осуществления этой помощи еще придется дожидаться.

Александр Ивахник
Франция являет собой редкий в Европе пример страны, где в период пандемии коронавируса почти не действовал эффект «сплочения вокруг флага». Конечно, президент Макрон и его правительство с начала вспышки в стране инфекции действовали не безошибочно. Считается, что Макрон на неделю запоздал с решением о жестком общенациональном карантине – он был введен 17 марта. Поначалу медленно вводилось массовое тестирование, был допущен дефицит масок и СИЗ для медиков. Но с этим столкнулись и другие страны ЕС.

В целом же власти действовали достаточно эффективно. Они сумели не допустить расползания наиболее опасных очагов заражения с севера и востока страны. Больничная система испытывала перегрузки, но коллапса удалось избежать. Было налажено использование скоростных поездов для перевозки тяжелобольных в менее затронутые инфекцией регионы. Конечно, по количеству смертей от коронавируса (26 тысяч на 8 мая) Франция сильно проигрывает образцовой Германии, но отстает от Британии, Италии и Испании. Правительство Эдуара Филиппа быстро разработало и внедрило масштабные меры по поддержке бизнеса и граждан. Сейчас более 11 млн людей, оставшихся без работы, получают 80% своей обычной зарплаты от государства. Макрон и правительство осуществляли оперативную и достаточно честную коммуникацию с обществом по ситуации с кризисом.

Тем не менее и социальные сети, и традиционные СМИ почти с самого начала были настроены не просто критично, но враждебно к действиям правительства. Тем же отличалась политическая оппозиция слева и справа. Массовые настроения также характеризуются скептицизмом и недоверием. Лишь до 25 марта более половины французов считали, что правительство обладает способностью справиться с коронавирусным кризисом, затем эта доля снизилась до 35-45%. Опрос в конце апреля, когда премьер Филипп уже заявил о разработке шагов по смягчению ограничений, показал, что 62% не верили в способность правительства успешно осуществить стратегию выхода из локдауна. Согласно тому же опросу, 58% французов считают, что президент Макрон «плохо» делает свою работу.

Сейчас объявлено, что с 11 мая во Франции начнется поэтапная отмена ограничений. На большей части страны будут открыты школы, парки и большинство магазинов, расширится работа общественного транспорта. С 7% до 25% от обычного возрастет трафик скоростных пассажирских поездов. В начале июня в некоторых регионах планируется открыть кафе, рестораны, музеи и кинотеатры. Но еще до начала реализации этих мер у них обнаружилось немало противников, как в рядах депутатов и мэров, так и среди учителей и работников транспорта. Видимо, это извечная французская черта: всегда быть недовольным действиями национальных властей.

Александр Ивахник
Владимир Жириновский сделал заявление, как это нередко бывает, носящее зондажный характер – о возможности отмены всенародного голосования по конституционным поправкам. Дмитрий Песков тут же заявил, что позиция президента не изменилась – надо голосовать. Но это не означает, что в этой истории сказано последнее слово – например, Конституционный суд может вынести решение о возможности вступления поправок в силу без плебисцита. А Федеральное собрание изменить соответствующий закон – тем более, что вся стандартная процедура по принятию поправок уже прошла. А президент может согласиться с мнением судей и парламентариев.

Зондаж Жириновского связан с тем, что удачную дату для голосования подобрать трудно. Скорее всего, пандемия не закончится по всей стране к концу июня – поэтому массовые мероприятия могут быть рискованны. Да и люди будут усталыми и вымотанными, что способно стимулировать раздражение. Июль-август – сезон демобилизации. Сентябрь – единый день голосования со своей логикой, губернаторскими и местными кампаниями, которые могут привести к снижению числа голосующих за поправки (так как неизбежно активизируется оппозиция). Конец года – похолодание в совокупности с неизбежными последствиями экономического спада. 2021 год – вообще непредсказуемо, да и поздно.

В то же время отмена голосования – вопрос престижа. Слишком много сил было направлено на то, чтобы обосновать необходимость совета с народом. И вопрос дополнительной легитимности – сама процедура была придумана для того, чтобы «укоренить» поправки, максимально затруднить возможность их пересмотра даже в отдаленном будущем. А раз так, то поиск оптимальной даты продолжится – а на крайний и нежелательный случай остается «вариант Жириновского».

Алексей Макаркин
О переговорах между ЕС и Великобританией о будущих отношениях после брексита все вроде бы уже забыли на фоне катаклизмов с коронавирусом, но они вновь возобновились во вторник. Около 200 человек с обеих сторон в режиме видеосвязи будут согласовывать позиции в течение недели. Обе стороны признают, что за два предыдущих раунда переговоров в начале марта и середине апреля значимого продвижения к взаимоприемлемому соглашению не произошло. Никто не ждет большого прогресса и на этот раз.

Стороны по-прежнему разделены принципиальными противоречиями по нескольким важным вопросам. Во-первых, ЕС настаивает на включении в соглашение о свободной торговле гарантий равных условий конкуренции, что на практике означает обязательство Британии следовать трудовым и экологическим нормам ЕС. Лондон твердо намерен сохранять полный контроль над будущим регулированием своих стандартов. Во-вторых, ЕС нацелен на единое широкомасштабное соглашение, включающее помимо торговли товарами и услугами вопросы рыболовства, авиасообщения, энергетики и безопасности. Правительство Бориса Джонсона хочет заключения отдельных соглашений в этих сферах. В-третьих, камнем преткновения является вопрос о будущем механизме разрешения споров между сторонами. Брюссель считает, что частью этого механизма должен быть Суд ЕС, а Лондон отвергает любые покушения на свой суверенитет.

Судя по всему, главный переговорщик от ЕС Мишель Барнье нацелен на жесткое ведение переговоров и не склонен отказываться от изначально заявленных позиций. Недавно он заявил, что в Лондоне должны осознать «реальность»: речь идет о заключении соглашения между огромным блоком и отдельным государством. Но нет и никаких признаков того, что британский кабинет готов к компромиссам. После переговоров на этой неделе четвертый раунд состоится в начале июня, а до конца месяца стороны должны решить, продлевать ли переходный период, который завершается 31 декабря, чтобы дать дополнительное время переговорщикам.

И сам Джонсон, и его министры не раз заявляли, что это исключено. В Брюсселе были надежды на то, что тяжелый коронавирусный удар по британской экономике побудит Лондон к большей гибкости. Но сейчас среди жестких брекситеров, преобладающих в парламентской фракции тори, да и в правительстве, распространяется противоположная точка зрения. А именно: социально-экономические тяготы, которые неизбежно будут связаны с преодолением карантинных ограничений, просто отодвинут на задний план проблемы, которые вызовет выход из единого рынка и таможенного союза ЕС без полноценного соглашения. Так или иначе, июнь должен прояснить дальнейшую траекторию движения на долгом пути размежевания Британии с Евросоюзом.

Александр Ивахник
Об изменениях в избирательном законодательстве

1. Голосование по почте и через интернет – это нормально. Эстонцы давно используют электронное голосование, швейцарцы привыкли голосовать по почте. Чем больше возможностей для выражения своей позиции, тем лучше. Проблема не в технике, а в политике – в доверии к организаторам выборов, в прозрачности и подконтрольности процедур.

2. Запрет на участие в выборах оппозиционерам, осужденным по «митинговой» и «экстремистской» статьям – пример того, как созданный прецедент можно использовать до бесконечности. Когда вводили запрет на участие в выборах лицам, осужденным за тяжкие и особо тяжкие преступления, то в публичном пространстве это представлялось как закон против маньяков и бандитов. Оказалось, что тяжкие преступления – это те, максимальное наказание за которые не превышает 10 лет. Теперь же можно не допустить и по «митинговой» статье, которая действует, несмотря на позицию Конституционного суда. А понятие экстремизма в современной России настолько растяжимо, что по этой статье можно привлечь и за цитирование Локка.

3. Возможность сбора подписей через сайт госуслуг – это очевидный плюс в условиях произвола графологов, способных забраковать любую подпись (вплоть до автографа самого кандидата). Проблемы три. Первая – решение вопроса отдано регионам, которые могут отдать предпочтение бумажным подписям. Вторая – в электронном виде можно собирать лишь не более половины подписей. И третья – усложняется процедура сбора бумажных подписей – теперь избиратель должен написать свои фамилию, имя, отчество. А почерк у них разный, так что графологи остаются востребованными.

Алексей Макаркин
Одним из первых следствий вспышки коронавируса в Европе стало обрушение режима Шенгенской зоны, которая охватывала 22 страны ЕС, а также Швейцарию, Норвегию, Лихтенштейн и Исландию. Уже в середине марта одно государство за другим стали закрывать внешние границы, чтобы не допустить проникновения инфекции на свою территорию.

На начальном этапе выхода из национальных локдаунов пространство передвижений внутри ЕС представляет собой сочетание закрытых границ, двусторонних соглашений, регулирующих трансграничный туризм, и кластеров свободного пересечения границ. Примером последнего являются мало затронутые эпидемией Литва, Латвия и Эстония, которые договорились отменить ограничения на перемещение своих граждан и обязательную двухнедельную самоизоляцию.

На днях о планах смягчить с 16 мая ограничения на своих границах объявила Германия. Должны будут открыться все пограничные пропускные пункты с Австрией, Данией, Францией, Люксембургом и Швейцарией, но выборочные проверки в связи с коронавирусом сохранятся минимум до 15 июня. Парламентарии Бельгии, Нидерландов и Люксембурга сейчас совместно разрабатывают планы по открытию границ между этими странами, но пока не ясно, когда это произойдет.

Перед началом летнего сезона правительства ряда стран ЕС, для которых туризм является важнейшей статьей дохода, выступили с предложениями касательно приема внешних гостей. Так, Греция допустила возможность приезда зарубежных туристов при условии их предварительного тестирования перед вылетом из своих стран. Хорватия предложила Чехии создать воздушный коридор для беспрепятственного приезда жителей страны на отдых. Также Загреб проведет переговоры с рядом других стран, в которых эпидемиологическая ситуация является спокойной. Другая туристическая страна – Австрия – намерена вскоре приступить к постепенному открытию своих границ.

По вопросу постепенного восстановления свободы передвижения решила сказать свое слово и Еврокомиссия. В среду она выступила с набором рекомендаций по смягчению пограничного контроля и отмене ограничений на путешествия внутри ЕС, которые прямо нацелены на спасение летнего туристического сезона. ЕК предлагает поэтапный и скоординированный подход, согласно которому отмена ограничений сначала должна охватить страны и регионы с похожей эпидемиологической ситуацией и при обязательном соблюдении социального дистанцирования. Только на втором этапе, после надежного подавления эпидемии в Европе, свободное перемещение может быть восстановлено по всей Шенгенской зоне. Понятное дело, речь идет по крайней мере о нескольких месяцах. Что касается путешественников из-за пределов ЕС, то эта тема вообще пока не обсуждается.

Александр Ивахник
Постоянный представитель России при ЕС Владимир Чижов пополнил ряды многочисленных авторов, упомянувших в качестве подлинного фальшивый план Аллена Даллеса, «целью которого являлось уничтожение СССР методами пропаганды, разобщения национальностей и социальных групп, морального разложения населения». Многочисленные опровержения не действуют на конспирологов, искренне считающих, что Даллес мог написать текст в стилистике советского писателя-соцреалиста. Но в статье Чижова интереснее другое – формулировки типа «оголтелая кампания дезинформации», «беспрецедентный вал неприкрытой лжи». Это лексикон как раз времен Анатолия Иванова, который и придумал «план Даллеса» - так что современная российская дипломатия освоила зубодробительный стиль передовиц брежневской эпохи.

Алексей Макаркин
Грузия постепенно снимает ограничения, введенные из-за распространения пандемии коронавируса. И хотя чрезвычайное положение в стране продлится до 22 мая, уже с 27 апреля начал реализовываться поэтапный план санитарно-эпидемиологической либерализации. Власти полагают, что он растянется до 6 июля. Открываются города, возобновляют работу автомойки, автосервисы, стройкомпании и пункты ремонта бытовой техники.  

Вместе со снятием санитарных ограничений просыпается и внутренняя политика, поставленная на паузу в марте 2020 года. Напомню, что 31 октября в стране пройдут парламентские выборы, главная избирательная кампания четырехлетия. Но при этом правила игры, по которым должно пройти голосования до конца не утверждены. 8 марта власти и оппозиция заключили компромиссное соглашение по поводу расширения пропорционально избираемой части депутатского корпуса (120 из 150 мандатов будут определяться таким способом). Но из-за режима ЧП этот документ так и «застрял» в парламентском бюро, где был зарегистрирован.

Казалось бы, искомый компромисс найден. Однако власти и оппозиция по-разному трактуют его. В мае 2020 года противники «Грузинской мечты» активизировали свои требования по освобождению политических заключенных. К таковым они относят экс-министра Ираклия Окруашвили, бывшего мэра грузинской столицы Гигу Угулаву и бизнесмена Георгия Руруа, поддерживающего оппозиционные медиаструктуры. Правящая партия «Грузинская мечта» говорит, что соглашение от 8 марта касается выборов и пунктов, относящихся к деполитизации правосудия. И не содержит прямых ссылок на освобождение политических заключенных. Оппоненты «партии власти», полагают, что отделение права от политики как раз и предполагает освобождение тех оппозиционеров, кто оказался в тюрьме. Официальные же представители исполнительной и судебной власти аргументируют свою позицию тем, что все статьи, вменяемые трем указанным выше персонам, уголовные, а не «политические». 

Как бы то ни было, а сторонники «Европейской Грузии» и «Единого национального движения» пытаются привлечь на свою сторону политиков из США и стран ЕС. Недавно на сайте Европарламента было размещено обращение известного литовского политика Андрюса Кубилюса, созвучное риторике представителей грузинской оппозиции. Один из ее лидеров Сергей Капанадзе 14 мая заявил, что Грузия не получит обещанную ей зарубежную финансовую помощь, если не решит положительно вопрос с «политзаключенными».  Лидер «Европейской Грузии» Давид Бакрадзе за несколько дней до этого и вовсе пообещал, что члены его фракции в парламенте не будут голосовать за пакет, утвержденный 8 марта. Хотя для самой оппозиции, находящейся в меньшинстве в высшем законодательном органе республики, это и чревато.

Таким образом, пробуждение от пандемии в Грузии сопровождается активизацией политической жизни. И уже сейчас видно: ближе к выборам борьба между властью и оппозицией будет только нарастать. 

Сергей Маркедонов
Неспособность Великобритании и ЕС договориться о взаимоприемлемом торгово-экономическом соглашении после брексита сильно отравляет общую атмосферу во взаимоотношениях двух сторон. Об этом свидетельствует случившийся на днях, казалось бы, малозначительный эпизод.

10 мая Борис Джонсон сообщил, что Британия вскоре станет направлять всех иностранцев, прибывающих из-за рубежа, на обязательную двухнедельную самоизоляцию. В тот же день он провел телефонный разговор с президентом Макроном, в ходе которого лидеры договорились о том, что на данном этапе карантинные меры не будут применяться к приезжим из Франции.

Эта двусторонняя договоренность вызвала недовольство в Брюсселе. 13 мая появились сообщения, что Еврокомиссия настаивает на том, чтобы Великобритания распространила освобождение от прохождения самоизоляции на граждан всех стран ЕС с похожей эпидемиологической ситуацией. Представитель ЕК отметил, что исключение для Франции фактически представляет собой дискриминацию по признаку национального гражданства, что противоречит правилам ЕС. В таком случае Британия может быть подвергнута разбирательству в Суде ЕС с риском наложения высоких штрафов. Стоит напомнить, что в течение переходного периода до конца 2020 года Великобритания подпадает под юрисдикцию этого суда.

Эти новости мгновенно вызвали негодующую реакцию со стороны жестких брекситеров в рядах парламентариев-тори, для которых Суд ЕС всегда являлся ненавистным институтом. Они призвали Бориса Джонсона отмести угрозы из Брюсселя. Стив Бейкер, один из ключевых участников кампании за брексит, подчеркнул: «Пришло время нам постоять за себя и сделать то, что мы считаем правильным». Бывший лидер Консервативной партии Иан Дункан Смит, в свою очередь, заявил: «Ну и что с того? Мы принимаем решение о том, что служит большей безопасности британского народа, а не они».

В конце концов, на Даунинг-стрит, 10 решили выйти из щекотливой ситуации самым незатейливым образом. Официальный представитель премьер-министра выступил с опровержением сообщения о том, что Джонсон и Макрон договорились о нераспространении на французских граждан требования о самоизоляции. «Посмотрите на то, что действительно было сказано в воскресном совместном заявлении. Там говорится, что карантинные меры не будут применяться к Франции на этом этапе, и ключевые слова здесь – «на этом этапе», – сказал он журналистам. – Таким образом, для Франции не предусмотрено исключение. Мы лишь сказали, что в предстоящие недели будем работать над этим вопросом вместе с французской стороной». Поистине причудливой становится публичная дипломатия в эпоху брексита и коронавируса.

Александр Ивахник
Отставка главы ВТО Роберту Азеведу за год до окончания полномочий была хоть и внезапной, но объяснимой. Бразилец Азеведу, находившийся на посту гендиректора ВТО с 2013 года, не смог ничего сделать, чтобы поднять дееспособность организации перед лицом торговых войн, развернутых президентом Трампом с Китаем и отчасти с Евросоюзом. В конце прошлого года США практически парализовали важнейшую функцию ВТО – разрешение торговых споров между странами-членами, заблокировав назначение новых судей в ее арбитражном органе. В последние месяцы к этому добавилось разрушительное влияние пандемии коронавируса, которая побудила крупные страны действовать совершенно обособленно.

Собственно, сам Азеведу откровенно признал, что оставаться во главе ВТО до конца срока для него не имеет смысла. В интервью агентству Bloomberg он сказал: «Честно говоря, я ухожу, потому что думаю, что это наилучшая вещь для меня, моей семьи и организации. Сейчас мы ничего не делаем, не идет никаких переговоров, всё встало. Ничего не происходит в плане регулярной работы». Он добавил, что лучше уйти сейчас, чтобы избежать ситуации, когда процесс отбора его преемника совпадет по времени с подготовкой следующей двухгодичной конференции министров торговли, которая из-за пандемии перенесена на середину 2021 года. С этой конференцией связывают определенные надежды в плане реформирования ВТО и определения ее роли в пост-коронавирусном мире.

Любопытна реакция Дональда Трампа на уход Азеведу. Он сказал журналистам, что его это устраивает, и воспользовался случаем, чтобы лишний раз раскритиковать ВТО. «Это ужасная организация, – сказал Трамп. – Она с нами обходилась очень плохо. Они относятся к Китаю как к развивающейся стране. Поэтому Китай получает много преимуществ, а США – нет». Впрочем, Трамп не одинок. Евросоюз и Япония также считают, что глобальные торговые правила должны отражать резко усилившиеся позиции Китая, который сохраняет масштабные госсубсидии своим предприятиям и накладывает строгие ограничения на работу в стране иностранных компаний.

В ближайшее время начнется подбор кандидатур на роль нового руководителя ВТО, который сможет предложить далеко идущие реформы с прицелом на то, чтобы снова сделать организацию востребованной. По мнению экспертов, такой кандидат, в отличие от Азеведу, должен быть не карьерным дипломатом, а опытным государственным деятелем, имеющим международный статус и влияние. По данным Politico, в Женеве в этой связи упоминают имена главы МИД Испании Аранчи Гонсалес и бывшего еврокомиссара по торговле Сесилии Мальмстрём. Однако ясно, что в нынешних условиях обостренных торгово-экономических противоречий ведущим игрокам будет крайне сложно договориться о взаимоприемлемой фигуре.

Александр Ивахник
У президента Грузии мало полномочий. Но есть среди них одно, которое может существенно повлиять на внутриполитические расклады в стране. Речь, конечно же, о праве помилования. 15 мая 2020 года президент Саломе Зурабишвили воспользовалась им. Она помиловала трех оппозиционных политиков (Гигу Угулава, Ираклия Окруашвили и Георгия Руруа). Оппоненты правящей партии связывали их освобождение с выполнением «Меморандума о взаимопонимании», подписанного 8 марта. 

 Этот документ зарегистрирован в бюро парламента. В условиях пандемии коронавируса голосование по нему было отложено. Но сейчас, когда санитарные нормы смягчаются, а политическая жизнь восстанавливается, принятие компромиссных поправок к Конституции, крайне важно. Иначе в преддверии главной избирательной кампании четырехлетия будет решительно неясно, по каким правилам ее проводить. Но если власти рассматривали мартовский Меморандум, как, прежде всего, компромиссное решение по системе выборов, то оппозиция трактовала его, как пакет, в котором конституционные пункты сочетались с вопросом и деполитизации судебных процедур. И настаивали на выполнении его в полном объеме. Угрожая при этом провалить голосование по поправкам в парламенте.

 Похоже, точка зрения оппозиции победила. И решение Зурабишвили (которое, понятное дело, не могло бы быть принято без визы фактического руководителя страны Бидзины Иванишвили)- яркое тому свидетельство. Но чем руководствовался лидер «Грузинской мечты»? Откуда такая готовность уступать? Сначала мартовский пакет, потом помилование. Думается, власти решали сразу несколько вопросов.

Во-первых, они старались смягчить выход из пандемии, играя на опережение и предупреждая возможные массовые протесты. Очевидно, они будут сосредотачиваться уже на самой кампании, не создавая дополнительных проблем на ее старте. Сейчас важно принять поправки, которые во многом стали итогом медиации со стороны посольства США. Помимо этого, решается проблема успокоения западных партнеров. Не зря представители Евросоюза и США уже дали позитивные оценки решению президента Грузии. При этом Зурабишвили отправляет сигнал избирателям «Мечты», особо подчеркивая, что помилование не означает отказа от признания самой вины ранее осужденных персонажей. Это- акт доброй воли государства. 

Во-вторых, Иванишвили рассчитывает на то, что разнородная оппозиция не договорится о разделе одномандатных округов (а это 30 мандатов, почти пятая часть всего будущего депутатского корпуса). Также он полагает, что личные амбиции оппозиционеров помогут ему и его партии. К чему укреплять единство в их рядах? Не лучше ли отдать пешку, чтобы потом взять ферзя или ладью. Но в этой внешне безупречной схеме есть свои изъяны. Почувствовав вкус победы, оппозиция может не совершать тех ошибок, на которые рассчитывает Иванишвили. Как минимум, в теории такая возможность имеется.  

Сергей Маркедонов
    
Режим ЧП в Армении, введенный еще 16 марта в связи с распространением пандемии коронавируса, сохраняется. Он продлен до 13 июня. Однако нерешенные внутриполитические проблемы, поставленные, казалось бы, на паузу, дают о себе знать. 

Страна ушла на карантин в тот момент, когда велась подготовка к проведению референдума, касающегося статуса судей Конституционного суда. Голосование первоначально было намечено на 5 апреля, но затем из-за введения чрезвычайного положения оно было отложено. Но «заморозка» проблемы не означает ее решения. От того, что на первый план выдвинулись санитарно-эпидемиологические сюжеты, противоречия между исполнительной и судебной властью никуда не делись. Между тем, премьер-министр Армении Никол Пашинян не раз говорил, что видит в обновлении всей судебной системы залог успеха «бархатной революции», ее второй этап. Но далеко не факт, что референдум после карантина станет для правительства легкой процедурой. 

Тем более, что сразу же по окончании ЧП голосование не организуешь. Согласно законодательству республики, референдум можно осуществить только через 50 дней после завершения режима чрезвычайного положения. Следовательно, вся та кампания, которая разворачивалась в эпоху «до вируса», может быть признана холостой. По сути, убеждение граждан в значимости замены судей КС нужно начинать заново. Вследствие же экономических сложностей, связанных с выходом из карантина организовать эффективную информационную кампанию в пользу референдума будет непросто

Отсюда поиск механизмов, которые без нарушения законодательства, помогли бы реализовать второй этап «бархатной революции» без особых политических потрясений.  В этой связи Никол Пашинян обратился в Венецианскую комиссию Совета Европы (консультативный орган, занимающийся содействием в конституционных реформах для стран- членов СЕ) с просьбой разъяснить ситуацию, возможны ли изменения в Основной закон не посредством всенародного голосования, а в национальном парламенте. Об этом премьер заявил 16 мая 2020 года. Если ответ будет позитивным, то он даст возможность правительству инициировать ротацию судей КС силами депутатов. 

Но здесь есть два нюанса. Не факт, что Венецианская комиссия станет горячей поклонницей «второго этапа» революции и выдаст карт-бланш команде Пашиняна. Внутри парламента у премьера устойчивое большинство. Но имеются и оппоненты. В любом случае, даже если их голоса и не определяют игру сегодня, они могут прозвучать. Получается, что сама исполнительная власть звала народ на референдум, и даже оттягивала введение режима ЧП из-за этого. Но затем, осознав трудности на пути реализации своей цели, решила поменять правила игры. Не самая лучшая аттестация, если говорить о стратегической перспективе, а не реализации сиюминутных задач. В то же самое время мы видим снова «внутреннего цензора» Пашиняна, Имея возможность прибегать к популистским практикам, он все-таки не рискует скатиться к стилю «матроса Железняка». И в 2020 году, к тому же, его популярность не столь абсолютна, как это было год и два назад. Приходиться строить сложные схемы, искать легалистские основания для решения острой проблемы. Обозначенной Пашиняном еще в прошлом году. Но до сих пор не получившей решения. 

Сергей Маркедонов