Ушла эпоха.
Скажут. Я тоже — скажу
//
Добавлю, что ушла она, а вдохновляющие образы остались. И снова супер-актуальны
Скажут. Я тоже — скажу
//
Добавлю, что ушла она, а вдохновляющие образы остались. И снова супер-актуальны
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Вот такой пред-предновогодний эфир
//
С очаровательным сюрпризиком
//
С очаровательным сюрпризиком
Новогодняя ночь.
Каждый (под новый) год почему-то стоит у меня пред глазами женщина, встречающая Новый Год с семьёй…
Их только двое:
И маленькая ёлочка, украшенная и поставленная матерью на могилу дочери;
И две свечи — одну женщина держит сама, а вторую воткнула в снег, словно дала дочке
А на заднем плане — огни города, празднующего наступивший Новый год
//
Сергей Андрияка, как говорят —на Николин день ехал в автобусе с могилы отца — с Хованского кладбища. И а а автобусе услышал рассказ пожилой пассажирки: похоронив свою единственную дочь и оставшись совсем одна, женщина рассказывала, что с тех пор она каждый год проводит новогоднюю ночь у могилы.
Андрияка был поражён этой историей. В тот же день, придя в храм, он услышал проповедь священника, который рассказывал, что на общем фоне праздника и веселья многие люди испытывают разные переживания, среди которых и потери, и одиночество. «Рассказ женщины и проповедь в храме соединились в моём сознании. Задумавшись над полярностью одномоментных переживаний и чувств, я написал эту картину», — вспоминал художник
//
И я вспоминаю — и что-то это во мне прокручивает важное. Какой-то важный механизм в сердце
Каждый (под новый) год почему-то стоит у меня пред глазами женщина, встречающая Новый Год с семьёй…
Их только двое:
И маленькая ёлочка, украшенная и поставленная матерью на могилу дочери;
И две свечи — одну женщина держит сама, а вторую воткнула в снег, словно дала дочке
А на заднем плане — огни города, празднующего наступивший Новый год
//
Сергей Андрияка, как говорят —на Николин день ехал в автобусе с могилы отца — с Хованского кладбища. И а а автобусе услышал рассказ пожилой пассажирки: похоронив свою единственную дочь и оставшись совсем одна, женщина рассказывала, что с тех пор она каждый год проводит новогоднюю ночь у могилы.
Андрияка был поражён этой историей. В тот же день, придя в храм, он услышал проповедь священника, который рассказывал, что на общем фоне праздника и веселья многие люди испытывают разные переживания, среди которых и потери, и одиночество. «Рассказ женщины и проповедь в храме соединились в моём сознании. Задумавшись над полярностью одномоментных переживаний и чувств, я написал эту картину», — вспоминал художник
//
И я вспоминаю — и что-то это во мне прокручивает важное. Какой-то важный механизм в сердце
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Это будет «другой» год.
Для всех.
Прогноз от Тамара Глоба
Мы встречаемся каждый раз в конце декабря и специально запоминаем. Всё — работает
//
И ещё:
«Мы никогда не были так близки к миру». Это сейчас
В конце 2021 так было сказано о военных действиях
Для всех.
Прогноз от Тамара Глоба
Мы встречаемся каждый раз в конце декабря и специально запоминаем. Всё — работает
//
И ещё:
«Мы никогда не были так близки к миру». Это сейчас
В конце 2021 так было сказано о военных действиях
Родителями быть очень радостно
//
Дядю Стёпу смотрели
//
Дядю Стёпу смотрели
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Не спешите жалеть этих ребят
//
Они живые. И при памяти.
Каждый год, когда температура падает ниже нуля, американские аллигаторы входят в состояние, которое называется брумация (аналог зимней спячки у рептилий)
//
Главное — успеть высунуть зубастое лицо над поверхностью, пока лёд не поймал в ловушку под водой. Высунули — и замирают в этой позе
//
Метаболизм замедляется до минимума. Но они не спят. Они в сознании. Смотрите на видео — аллигатор следит глазами за камерой, хотя его тело — сковано в ледяном плену.
Они дышат. Ждут. Не двигаются неделями. А когда лёд тает — просто оттаивают и уплывают, как будто ничего не произошло
(Но запоминают ребят с камерами 😅)
//
Однако, только представьте эту выдержку: лежать вмороженным в лёд, в полном сознании, дни или недели, зная, что нужно просто… ждать. Без паники. Без движения. Чистое доверие инстинкту выживания.
Есть чему поучиться
//
Видео: smartanimalz
//
Они живые. И при памяти.
Каждый год, когда температура падает ниже нуля, американские аллигаторы входят в состояние, которое называется брумация (аналог зимней спячки у рептилий)
//
Главное — успеть высунуть зубастое лицо над поверхностью, пока лёд не поймал в ловушку под водой. Высунули — и замирают в этой позе
//
Метаболизм замедляется до минимума. Но они не спят. Они в сознании. Смотрите на видео — аллигатор следит глазами за камерой, хотя его тело — сковано в ледяном плену.
Они дышат. Ждут. Не двигаются неделями. А когда лёд тает — просто оттаивают и уплывают, как будто ничего не произошло
(Но запоминают ребят с камерами 😅)
//
Однако, только представьте эту выдержку: лежать вмороженным в лёд, в полном сознании, дни или недели, зная, что нужно просто… ждать. Без паники. Без движения. Чистое доверие инстинкту выживания.
Есть чему поучиться
//
Видео: smartanimalz
У Чебурашки ярд практически за день,
Простоквашино — ярд сегодня
Буратино — вот-вот и тоже в миллиардеры
Простоквашино — ярд сегодня
Буратино — вот-вот и тоже в миллиардеры
Храм Покрова на Нерли.
Боголюбово
//
Считаю его самым красивым.
Главным.
Произведением архитектуры
//
И плохо то здание или пространство, которое не стремится быть им
//
С праздником всех
Боголюбово
//
Считаю его самым красивым.
Главным.
Произведением архитектуры
//
И плохо то здание или пространство, которое не стремится быть им
//
С праздником всех