Почему Восточный полигон не вывезет?
Перенастройка торговых потоков в Азиатско-Тихоокеанский регион усилила спрос на восточное окно. Контейнерные ставки и сроки доставки в 2023–2024 гг. выросли из‑за объективной нехватки слотов и энергомощностей.
Ставка за перевозку 40-футового контейнера резко выросла (в 2023 году - 320-360 тыс. рублей, в 2024-м - больше 600 тыс. рублей), а срок доставки растянулся с 40 дней до трёх месяцев.
Координационный центр.
Бутылочное горлышко сменило форму. Раньше оно было «в тоннах пути», сегодня — в узле координации: где взять слот в графике, тягу нужного класса, мегаватты на подстанции и место в порту одновременно.
На участках с подталкиванием и длинносоставами цена ошибки в графике — не минуты, а потерянные сутки. В heavy‑haul системах мира эффект дают не километры новых путей, а дисциплина слота и единый диспетчерский контур от шахты до причала.
Пример -В Австралии есть т.н. Hunter Valley Coal Chain. Отдельная координационная организация управляет всей логистикой от разреза до причала, слоты продаются и исполняются как финансовые обязательства. Интеграция всех участников в единой системе повышает фактическую, а не паспортную пропускную способность.
Сдвиг номенклатуры.
Рост потоков с новых месторождений (антрацит Сыллахского месторождения, концентрат Куранаха, медь с Малмыжа) усиливает «плечи» с тяжёлыми профилями и предъявляет более жёсткие требования к тяге и энергоснабжению.
Именно энергетика — скрытый лимит. Каждый дополнительный «поезд‑9600» на электровозной тяге — это конкретные мегаватты с конкретной подстанции, которых... нет. Без ускоренного усиления сетей и АСДУ энергия станет серым кардиналом уже после ввода путей.
Пример -Канада (коридоры CN/CP через Скалистые горы): тяжёлые профили «едут» за счёт распределённой тяги, точного графика и жёстких приоритетов на узких участках.
• Китай (специализированные угольные коридоры типа Дацин/Хаоцзи): эффект достигается за счет специализации плеч, концентрации потоков и исключения смешанных режимов.
География рисков.
Треть путей Восточного полигона — на вечной мерзлоте, там пять сейсмозон и экстремальные перепады температур. Инфраструктура должна быть устойчива к климатическим и геотехническим шокам.
Что может помешать?
Финансы: урезание инвестпрограммы в 2025 году и высокая доля «дорогих» объектов на этапе III повышают риск разрыва между целями (210/270 млн тонн) и вводом критических узлов.
Порты и подходы: без синхронизации с наращиванием мощностей порта Ванино и других дальневосточных гаваней узкое горлышко просто «переедет» на последнюю милю.
Энергия и электрификация: перенос готовности «Волочаевка‑2 – Комсомольск – Ванино» на 2027 год — это отсрочка сквозной электровозной логики и экономического эффекта.
Технологии и кадры: тяжёлые составы требуют устойчивого парка тяги, запасных частей и бригад; «круглогодичная стройка» — это не только бетон, но и люди.
Рыночные факторы: доля угля в потоке чувствительна к ценовым циклам и декарбонизации в Азии; контейнерный сегмент зависит от ставок океанских линий и расписаний фидерных сервисов.
Задача со звездочкой – не построить новые рельсы, а перевести заявленную провозную способность в устойчивые экспортные потоки за счёт единого контура планирования «шахта–порт–судно».
Пока далеко до создания единого центра управления слотами и энергомощностями от разреза до причала с жёсткими контрактными обязательствами для всех звеньев цепочки, но без этого новые поезда на новых рельсах будут ездить по-старому.
Перенастройка торговых потоков в Азиатско-Тихоокеанский регион усилила спрос на восточное окно. Контейнерные ставки и сроки доставки в 2023–2024 гг. выросли из‑за объективной нехватки слотов и энергомощностей.
Ставка за перевозку 40-футового контейнера резко выросла (в 2023 году - 320-360 тыс. рублей, в 2024-м - больше 600 тыс. рублей), а срок доставки растянулся с 40 дней до трёх месяцев.
Координационный центр.
Бутылочное горлышко сменило форму. Раньше оно было «в тоннах пути», сегодня — в узле координации: где взять слот в графике, тягу нужного класса, мегаватты на подстанции и место в порту одновременно.
На участках с подталкиванием и длинносоставами цена ошибки в графике — не минуты, а потерянные сутки. В heavy‑haul системах мира эффект дают не километры новых путей, а дисциплина слота и единый диспетчерский контур от шахты до причала.
Пример -В Австралии есть т.н. Hunter Valley Coal Chain. Отдельная координационная организация управляет всей логистикой от разреза до причала, слоты продаются и исполняются как финансовые обязательства. Интеграция всех участников в единой системе повышает фактическую, а не паспортную пропускную способность.
Сдвиг номенклатуры.
Рост потоков с новых месторождений (антрацит Сыллахского месторождения, концентрат Куранаха, медь с Малмыжа) усиливает «плечи» с тяжёлыми профилями и предъявляет более жёсткие требования к тяге и энергоснабжению.
Именно энергетика — скрытый лимит. Каждый дополнительный «поезд‑9600» на электровозной тяге — это конкретные мегаватты с конкретной подстанции, которых... нет. Без ускоренного усиления сетей и АСДУ энергия станет серым кардиналом уже после ввода путей.
Пример -Канада (коридоры CN/CP через Скалистые горы): тяжёлые профили «едут» за счёт распределённой тяги, точного графика и жёстких приоритетов на узких участках.
• Китай (специализированные угольные коридоры типа Дацин/Хаоцзи): эффект достигается за счет специализации плеч, концентрации потоков и исключения смешанных режимов.
География рисков.
Треть путей Восточного полигона — на вечной мерзлоте, там пять сейсмозон и экстремальные перепады температур. Инфраструктура должна быть устойчива к климатическим и геотехническим шокам.
Что может помешать?
Финансы: урезание инвестпрограммы в 2025 году и высокая доля «дорогих» объектов на этапе III повышают риск разрыва между целями (210/270 млн тонн) и вводом критических узлов.
Порты и подходы: без синхронизации с наращиванием мощностей порта Ванино и других дальневосточных гаваней узкое горлышко просто «переедет» на последнюю милю.
Энергия и электрификация: перенос готовности «Волочаевка‑2 – Комсомольск – Ванино» на 2027 год — это отсрочка сквозной электровозной логики и экономического эффекта.
Технологии и кадры: тяжёлые составы требуют устойчивого парка тяги, запасных частей и бригад; «круглогодичная стройка» — это не только бетон, но и люди.
Рыночные факторы: доля угля в потоке чувствительна к ценовым циклам и декарбонизации в Азии; контейнерный сегмент зависит от ставок океанских линий и расписаний фидерных сервисов.
Задача со звездочкой – не построить новые рельсы, а перевести заявленную провозную способность в устойчивые экспортные потоки за счёт единого контура планирования «шахта–порт–судно».
Пока далеко до создания единого центра управления слотами и энергомощностями от разреза до причала с жёсткими контрактными обязательствами для всех звеньев цепочки, но без этого новые поезда на новых рельсах будут ездить по-старому.
❤2
7 ноября 1934 года в 19 часов 30 минут домна выдала первую плавку. Были получены первые 64 тонны высококачественного литейного чугуна. Первую плавку провел горновой Иван Иванович Шмидг, мастер своего дела, пускавший четыре доменные печи Магнитогорского комбината.
Поздравляем НЛМК!
@nlmk_official
Поздравляем НЛМК!
@nlmk_official
❤8🔥6🍾6
🇰🇿 ГМК Казахстана на бирже: три компании определяют почти весь рынок
Казахстан богат ресурсами, но его публичный горно-металлургический сектор заметно уже самой отрасли. В подборке — 12 компаний с казахстанскими активами и совокупной капитализацией около $24 млрд. При этом крупные игроки KAZ Minerals, «Казахмыс», «Казцинк» и ERG остаются за пределами этого биржевого среза.
Главная особенность — высокая концентрация. На «Казатомпром», Solidcore Resources и Jiaxin International приходится около 94% стоимости подборки. Остальные девять компаний вместе стоят примерно $1,4 млрд.
Три компании, задающие масштаб
⚛️ «Казатомпром» — $15,7–16 млрд, или около двух третей общей капитализации. Ключевая публичная ставка на уран. Среди главных факторов — цены на уран, выполнение производственного плана и санкционный фон вокруг российского урана. Прогноз добычи на 2026 год сохранён на уровне 27,5–29 тыс. тонн на 100%-ной основе.
🌟 Solidcore Resources — около $4,41 млрд и 18% подборки. Золотодобывающая история с действующими активами Кызыл и Варвара. Следующий крупный этап развития — Сырымбет: CAPEX $468 млн, доля компании 55%, запуск запланирован на второе полугодие 2029 года. При оценке важно учитывать и финансирование роста: в материалах отмечены чистая денежная позиция $841 млн и выпуск 102,92 млн акций по $11,66.
💡 Jiaxin International — около $2,19 млрд и 9% подборки. Вольфрамовый проект Богуты уже вышел на промышленное производство. По приведённым данным за первое полугодие произведено 4 137 тонн концентрата, выручка составила HK$2,7 млрд, чистая прибыль — HK$1,58 млрд. Это уже история работающего предприятия, а не только ожиданий запуска.
Среди производителей выделяются Central Asia Metals — около $420 млн, катодная медь на Коунраде — и AltynGold — около $353 млн, золото на Секисовском и Терен-Сае.
У CAML отмечены свободный денежный поток $46,8 млн за полугодие и дивидендная политика в размере 30–50% FCF. У AltynGold — рост выручки на 65% и ожидание обновления статуса лицензии по Терен-Саю в IV квартале 2026 года.
Далее идут компании, стоимость которых в большей степени связана с будущим развитием проектов:
Ferro-Alloy Resources — около $52 млн. Ванадий на Баласаускандыке, стадия FEED после завершения ТЭО. Главный вопрос — привлечение финансирования строительства.
Sarytogan Graphite — около $11 млн. Графитовый проект с опубликованным DFS. Заявлены CAPEX $80,5 млн и IRR 19,8%; финансирование и обязательные соглашения о сбыте ещё предстоит обеспечить.
Arras Minerals, East Star Resources и Mogotes Metals — разведочные истории с капитализацией примерно $87–179 млн. Здесь важнее результаты бурения, условия партнёрств и права на активы, чем текущая прибыль. При этом Mogotes представлен как опцион на Бескаугу: оценивать всю компанию исключительно как казахстанский актив было бы некорректно.
Это подборка компаний с активами в Казахстане, а не индекс акций исключительно казахстанских горнодобывающих предприятий. Листинги распределены между KASE, AIX, Лондоном, Гонконгом, Торонто и Австралией.
Кроме того, в список включена Condor Energies — газовая история с добычей в Узбекистане и СПГ-проектами в Казахстане, то есть не классический ГМК.
Отдельно стоит Северный Катпар: в материалах приведён широкий диапазон оценки $27–92 млн и отмечено расхождение данных. Прежний сценарий выхода на Nasdaq через KAZR после сообщения о прекращении сделки со Skyline Builders больше нельзя считать актуальной основой оценки.
Что это означает для инвестора
Публичный ГМК Казахстана условно делится на три группы: крупные производители с действующим бизнесом, небольшие производители с отдельными точками роста и проекты, которым ещё предстоит пройти путь от разведки или ТЭО до финансирования и запуска.
Сравнивать их только по капитализации недостаточно.
Небольшой размер компании сам по себе не означает дешевизну, если впереди строительство, новые выпуски акций и неопределённость сроков. Именно различие стадий — главный контекст для чтения этой карты рынка.
Казахстан богат ресурсами, но его публичный горно-металлургический сектор заметно уже самой отрасли. В подборке — 12 компаний с казахстанскими активами и совокупной капитализацией около $24 млрд. При этом крупные игроки KAZ Minerals, «Казахмыс», «Казцинк» и ERG остаются за пределами этого биржевого среза.
Главная особенность — высокая концентрация. На «Казатомпром», Solidcore Resources и Jiaxin International приходится около 94% стоимости подборки. Остальные девять компаний вместе стоят примерно $1,4 млрд.
Три компании, задающие масштаб
Среди производителей выделяются Central Asia Metals — около $420 млн, катодная медь на Коунраде — и AltynGold — около $353 млн, золото на Секисовском и Терен-Сае.
У CAML отмечены свободный денежный поток $46,8 млн за полугодие и дивидендная политика в размере 30–50% FCF. У AltynGold — рост выручки на 65% и ожидание обновления статуса лицензии по Терен-Саю в IV квартале 2026 года.
Далее идут компании, стоимость которых в большей степени связана с будущим развитием проектов:
Ferro-Alloy Resources — около $52 млн. Ванадий на Баласаускандыке, стадия FEED после завершения ТЭО. Главный вопрос — привлечение финансирования строительства.
Sarytogan Graphite — около $11 млн. Графитовый проект с опубликованным DFS. Заявлены CAPEX $80,5 млн и IRR 19,8%; финансирование и обязательные соглашения о сбыте ещё предстоит обеспечить.
Arras Minerals, East Star Resources и Mogotes Metals — разведочные истории с капитализацией примерно $87–179 млн. Здесь важнее результаты бурения, условия партнёрств и права на активы, чем текущая прибыль. При этом Mogotes представлен как опцион на Бескаугу: оценивать всю компанию исключительно как казахстанский актив было бы некорректно.
Это подборка компаний с активами в Казахстане, а не индекс акций исключительно казахстанских горнодобывающих предприятий. Листинги распределены между KASE, AIX, Лондоном, Гонконгом, Торонто и Австралией.
Кроме того, в список включена Condor Energies — газовая история с добычей в Узбекистане и СПГ-проектами в Казахстане, то есть не классический ГМК.
Отдельно стоит Северный Катпар: в материалах приведён широкий диапазон оценки $27–92 млн и отмечено расхождение данных. Прежний сценарий выхода на Nasdaq через KAZR после сообщения о прекращении сделки со Skyline Builders больше нельзя считать актуальной основой оценки.
Что это означает для инвестора
Публичный ГМК Казахстана условно делится на три группы: крупные производители с действующим бизнесом, небольшие производители с отдельными точками роста и проекты, которым ещё предстоит пройти путь от разведки или ТЭО до финансирования и запуска.
Сравнивать их только по капитализации недостаточно.
Небольшой размер компании сам по себе не означает дешевизну, если впереди строительство, новые выпуски акций и неопределённость сроков. Именно различие стадий — главный контекст для чтения этой карты рынка.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍4🤔1
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Коммерсантъ
Цветмет озолотился
Цена на импортную медь в Китае бьет рекорды
Визуализация ежегодного производства металлов и руды в мире
• Железная руда составляет примерно 93% общего веса показанных товаров, что отражает огромные масштабы сталелитейного производства.
• Производство лития увеличилось более чем в три раза в период с 2020 по 2025 год.
• Добыча редкоземельных элементов достигла 390 000 тонн оксидного эквивалента, что примерно на 39% выше, чем 280 000 тонн, зафиксированных в 2021 году.
Каждый мост, автомобиль, линия электропередачи, аккумулятор и смартфон начинается с сырья, собранного с земли. Тем не менее, количество добычи ежегодно варьируется на порядки — от миллиардов тонн железной руды до всего нескольких десятков тонн специализированных металлов.
Это также показывает, почему вес материала — лишь один из способов оценить его значимость.
По 35 видам металлов показатели составляют примерно 2,8 миллиарда тонн, при этом только желруда приносит 2,6 миллиарда тонн.
Железная руда и хромит считаются валовой массой руды или концентрата, а медь, никель и литий измеряются по содержащемуся металлу; Первичный алюминий и магний отражают выход плавильного завода.
Железная руда доминирует в мировом производстве по массе с оценочными оценками в 2025 году произведёнными около 2,6 миллиарда тонн. Это более чем в 35 раз больше, чем заявленные 74 миллиона тонн первичного алюминия, что является следующим по величине показателем в этой селекции, и помогает объяснить, почему железная руда доминирует в визуальном виде.
Большая часть этого материала в конечном итоге питает Сталелитейное производство, которая снабжает балками, арматурными прутьями, машинами, транспортными средствами, железными дорогами и инфраструктурой развивающихся городов.
Промышленные металлы составляют основу современной инфраструктуры
После железной руды крупнейшие объёмы составляют несколько известных промышленных ресурсов: алюминий — 74 миллиона тонн, хромитовые руды и концентраты — 51 миллион тонн, и медь — 23 миллиона тонн.
Аккумуляторные металлы и редкоземельные элементы быстро растут
Некоторые из самых стратегически важные материалы выглядят почти невидимыми рядом с железной рудой.
Производство лития достигло примерно 290 000 тонн в 2025 году, что более чем в три раза превышает примерно 82 500 тонн в 2020 году, на фоне быстрого роста спроса на перезаряжаемые аккумуляторы.
Золото иллюстрирует разницу между тоннажем и экономической значимостью.Мировая добыча Около 3 300 тонн в 2025 году, по сравнению с 26 000 тоннами серебра и 23 миллионами тонн меди, тем не менее золото остаётся очень ценным из-за его дефицита и использования в ювелирных изделиях, инвестициях и технологиях.
Платина и палладий производятся с меньшим обьемом, весом примерно 170 и 190 тонн соответственно, но они критически важны для таких применений, как каталитические нейтрализаторы и промышленные процессы.
• Железная руда составляет примерно 93% общего веса показанных товаров, что отражает огромные масштабы сталелитейного производства.
• Производство лития увеличилось более чем в три раза в период с 2020 по 2025 год.
• Добыча редкоземельных элементов достигла 390 000 тонн оксидного эквивалента, что примерно на 39% выше, чем 280 000 тонн, зафиксированных в 2021 году.
Каждый мост, автомобиль, линия электропередачи, аккумулятор и смартфон начинается с сырья, собранного с земли. Тем не менее, количество добычи ежегодно варьируется на порядки — от миллиардов тонн железной руды до всего нескольких десятков тонн специализированных металлов.
Это также показывает, почему вес материала — лишь один из способов оценить его значимость.
По 35 видам металлов показатели составляют примерно 2,8 миллиарда тонн, при этом только желруда приносит 2,6 миллиарда тонн.
Железная руда и хромит считаются валовой массой руды или концентрата, а медь, никель и литий измеряются по содержащемуся металлу; Первичный алюминий и магний отражают выход плавильного завода.
Железная руда доминирует в мировом производстве по массе с оценочными оценками в 2025 году произведёнными около 2,6 миллиарда тонн. Это более чем в 35 раз больше, чем заявленные 74 миллиона тонн первичного алюминия, что является следующим по величине показателем в этой селекции, и помогает объяснить, почему железная руда доминирует в визуальном виде.
Большая часть этого материала в конечном итоге питает Сталелитейное производство, которая снабжает балками, арматурными прутьями, машинами, транспортными средствами, железными дорогами и инфраструктурой развивающихся городов.
Промышленные металлы составляют основу современной инфраструктуры
После железной руды крупнейшие объёмы составляют несколько известных промышленных ресурсов: алюминий — 74 миллиона тонн, хромитовые руды и концентраты — 51 миллион тонн, и медь — 23 миллиона тонн.
Аккумуляторные металлы и редкоземельные элементы быстро растут
Некоторые из самых стратегически важные материалы выглядят почти невидимыми рядом с железной рудой.
Производство лития достигло примерно 290 000 тонн в 2025 году, что более чем в три раза превышает примерно 82 500 тонн в 2020 году, на фоне быстрого роста спроса на перезаряжаемые аккумуляторы.
Золото иллюстрирует разницу между тоннажем и экономической значимостью.Мировая добыча Около 3 300 тонн в 2025 году, по сравнению с 26 000 тоннами серебра и 23 миллионами тонн меди, тем не менее золото остаётся очень ценным из-за его дефицита и использования в ювелирных изделиях, инвестициях и технологиях.
Платина и палладий производятся с меньшим обьемом, весом примерно 170 и 190 тонн соответственно, но они критически важны для таких применений, как каталитические нейтрализаторы и промышленные процессы.
🔥4
Ассоциация «Русская сталь» попросила исключить железную руду из перечня товаров, на которые предлагается распространить налог на сверхдоходы.
Законопроект № 618-9 уже принят Госдумой в первом чтении и предусматривает ставку 30% при росте средней мировой цены сырья более чем на 10% относительно уровня 2025 года.
Ассоциация считает некорректным использовать 2025 год как базу: цены на железорудное сырьё тогда были низкими, поэтому восстановление рынка может быть ошибочно принято за «сверхдоход».
По её мнению, налог будет неравномерным: сильнее ударит по отраслям с низкой рентабельностью в 2025 году, а не по тем, кто получил реальную дополнительную прибыль.
Внутренние цены на ЖРС с 2022 года не привязаны к мировым котировкам, а экспорт ограничен дорогой логистикой и проблемами Восточного полигона и Азово-Черноморского бассейна.
Главные аргументы:
Железная руда для большинства компаний — не конечный продукт, а сырьё для дальнейшего производства металлопродукции.
Рентабельность вертикально интегрированных холдингов сейчас на исторических минимумах, поэтому налог может сократить поступления с последующих переделов и ухудшить состояние отрасли.
Металлурги указывают, что черная металлургия уже столкнулась с ростом НДПИ, акцизом на сталь, вывозными пошлинами и налогом на сверхприбыль в 2020–2025 годах.
Новое изъятие, по их оценке, уменьшит средства на инвестиции, поддержание производства и сохранение персонала.
Законопроект вводит налог на прирост стоимости добытого полезного ископаемого, если средняя мировая цена за период превышает базу 2025 года минимум на 10%; общая ставка — 30%, для золота — 20%. «Русская сталь» просит исключить железную руду из-под его действия.
Доля импорта стальной продукции на рынке РФ упала в 3-м квартале 2026 года до 5,6% по сравнению с 6,5% во втором квартале и 8,5% в 1-м квартале этого года, говорится в презентации "Русской стали"
Законопроект № 618-9 уже принят Госдумой в первом чтении и предусматривает ставку 30% при росте средней мировой цены сырья более чем на 10% относительно уровня 2025 года.
Ассоциация считает некорректным использовать 2025 год как базу: цены на железорудное сырьё тогда были низкими, поэтому восстановление рынка может быть ошибочно принято за «сверхдоход».
По её мнению, налог будет неравномерным: сильнее ударит по отраслям с низкой рентабельностью в 2025 году, а не по тем, кто получил реальную дополнительную прибыль.
Внутренние цены на ЖРС с 2022 года не привязаны к мировым котировкам, а экспорт ограничен дорогой логистикой и проблемами Восточного полигона и Азово-Черноморского бассейна.
Главные аргументы:
Железная руда для большинства компаний — не конечный продукт, а сырьё для дальнейшего производства металлопродукции.
Рентабельность вертикально интегрированных холдингов сейчас на исторических минимумах, поэтому налог может сократить поступления с последующих переделов и ухудшить состояние отрасли.
Металлурги указывают, что черная металлургия уже столкнулась с ростом НДПИ, акцизом на сталь, вывозными пошлинами и налогом на сверхприбыль в 2020–2025 годах.
Новое изъятие, по их оценке, уменьшит средства на инвестиции, поддержание производства и сохранение персонала.
Законопроект вводит налог на прирост стоимости добытого полезного ископаемого, если средняя мировая цена за период превышает базу 2025 года минимум на 10%; общая ставка — 30%, для золота — 20%. «Русская сталь» просит исключить железную руду из-под его действия.
Доля импорта стальной продукции на рынке РФ упала в 3-м квартале 2026 года до 5,6% по сравнению с 6,5% во втором квартале и 8,5% в 1-м квартале этого года, говорится в презентации "Русской стали"
👍2
Китайский спрос определяет, растёт мировой угольный рынок или начинает сокращаться.
Китай потребляет около 5 млрд тонн угля в год - более 56% мирового объёма и примерно на 30% больше, чем весь остальной мир вместе взятый. При этом около трети всего угля, потребляемого на планете, сжигается на китайских электростанциях.
С конца 1980-х мировой спрос на уголь вырос примерно вдвое - с около 20 тыс. ТВт·ч до более чем 45 тыс. ТВт·ч. Но практически весь прирост пришёлся на Китай. За пределами КНР потребление за почти четыре десятилетия почти не изменилось: было чуть больше 20 тыс. ТВт·ч тогда и остаётся примерно на том же уровне сейчас. Иными словами, весь угольный рывок последних десятилетий в значительной степени оказался китайским.
Особенно резко разрыв начал увеличиваться после 2000 года, когда Китай вошёл в период стремительной индустриализации. Росли производство стали и цемента, строительство, экспортная промышленность и, вместе с ними, спрос на электроэнергию. В результате доля КНР в мировом потреблении угля выросла примерно с четверти в начале 1990-х до более 55% сегодня. Сейчас Китай потребляет примерно в 12 раз больше угля, чем США, и почти в четыре раза больше Индии.
Китай потребляет около 5 млрд тонн угля в год - более 56% мирового объёма и примерно на 30% больше, чем весь остальной мир вместе взятый. При этом около трети всего угля, потребляемого на планете, сжигается на китайских электростанциях.
С конца 1980-х мировой спрос на уголь вырос примерно вдвое - с около 20 тыс. ТВт·ч до более чем 45 тыс. ТВт·ч. Но практически весь прирост пришёлся на Китай. За пределами КНР потребление за почти четыре десятилетия почти не изменилось: было чуть больше 20 тыс. ТВт·ч тогда и остаётся примерно на том же уровне сейчас. Иными словами, весь угольный рывок последних десятилетий в значительной степени оказался китайским.
Особенно резко разрыв начал увеличиваться после 2000 года, когда Китай вошёл в период стремительной индустриализации. Росли производство стали и цемента, строительство, экспортная промышленность и, вместе с ними, спрос на электроэнергию. В результате доля КНР в мировом потреблении угля выросла примерно с четверти в начале 1990-х до более 55% сегодня. Сейчас Китай потребляет примерно в 12 раз больше угля, чем США, и почти в четыре раза больше Индии.
❤3
Forwarded from Вместе
Ситуация на российском рынке металлопотребления остается сложной, и рассчитывать только на циклическое восстановление спроса больше не приходится.
Виктор Тарнавский.
@severstal #Северсталь
#аналитика #металлургия #рынок_металлов #МеталлЭкспо
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍3
По оценкам аналитиков, общий экспорт энергетического угля из России в этом году увеличится на 15–17%-Ъ
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Коммерсантъ
Угольщики разогрели экспорт
Доля России в поставках энергетического угля в Индию удвоилась
Forwarded from Kept
Обвал цен
В октябре цены в горно-металлургическом секторе преимущественно снижались – за исключением меди, свинца и алмазов, где цены ушли в боковой тренд. Что повлияло на цены, читайте в обзоре динамики цен на основные товары сектора металлургии и горной добычи.
Цены на медь оставались стабильными: при все еще ограниченной добыче ожидается рост спроса со стороны отраслей ИИ и энергоперехода.
Котировки лития к концу месяца опустились до 14 тыс. долл. США за т (впервые с декабря 2025 г.), кобальта – ниже 33 тыс. долл. США за т (впервые с сентября 2025 г.).
Итоги октября – в обзоре Kept.
#MetalsMining
В октябре цены в горно-металлургическом секторе преимущественно снижались – за исключением меди, свинца и алмазов, где цены ушли в боковой тренд. Что повлияло на цены, читайте в обзоре динамики цен на основные товары сектора металлургии и горной добычи.
Цены на медь оставались стабильными: при все еще ограниченной добыче ожидается рост спроса со стороны отраслей ИИ и энергоперехода.
Котировки лития к концу месяца опустились до 14 тыс. долл. США за т (впервые с декабря 2025 г.), кобальта – ниже 33 тыс. долл. США за т (впервые с сентября 2025 г.).
Итоги октября – в обзоре Kept.
#MetalsMining
Ещё в январе золото ставило рекорды выше $5 500 за унцию и выглядело как единственный актив, которому можно доверить пенсию, нервы и семейную драгоценность. Сейчас оно торгуется около $4 100 — примерно на 30% ниже пика. «Тихая гавань» не утонула, но дала заметную течь.
Осень для золота выдалась нервной: в сентябре металл потерял 8,5%, в октябре — ещё около 7%. Это худший октябрь с кризисного 2008 года: тогда рынки хотя бы честно предупреждали, что будет больно.
В ноябре котировки немного отскочили, но восстановлением это пока не назовёшь: золото остаётся вблизи годовых минимумов.
📉 Что обрушило главный защитный актив?
Главная причина — американские ставки. ФРС в октябре оставила их на уровне 3,75–4%, а рынок обсуждает возможное повышение уже в декабре.
Для золота это неудобная арифметика. Облигации платят процент, а золото — нет: ни купонов, ни дивидендов, зато исправно требует места в сейфе.
Когда доходность долларовых бумаг растёт, а доллар укрепляется, держать металл становится менее заманчиво.
Но самое интересное случилось 30 октября: американские технологические акции резко упали, а золото вместо привычного «спасения» обвалилось ещё на 3,5%. Инвесторам срочно понадобились деньги, чтобы закрыть убытки и обеспечить позиции. В такой момент продают не только рискованные активы, но и всё, что можно быстро превратить в наличные — включая золото.
Иными словами, в панике «тихая гавань» иногда работает как банкомат: все хотят снять деньги одновременно.
💵 А покупатели закончились?
Как раз нет. По данным World Gold Council, в третьем квартале инвесторы вложили в золотые ETF рекордные $31 млрд. В сентябре фонды привлекли около $10 млрд — даже несмотря на падение цены металла на 8,5%.
То есть одни инвесторы методично докупают физический металл, а другие закрывают спекулятивные позиции на фьючерсном рынке. Пока продавцы оказались сильнее. Но это не значит, что покупателей нет: у одних горизонт измеряется годами, а у других — маржин-коллом.
Чего ждать дальше?
Сейчас многое зависит от ФРС. Если инфляция в США останется высокой, а ставки продолжат расти, золото может уйти ниже: доходные облигации начнут оттягивать деньги, как магнит — скрепки.
Но ослабление доллара, возврат ожиданий снижения ставок или новый финансовый стресс способны снова поддержать спрос на металл. Золото, как правило, не любит спокойствия — впрочем, рынки в спокойствии не особенно нуждаются в золоте.
💡 Покупать на просадке?
Для долгосрочной защиты портфеля золото по-прежнему интересно. Но закупаться «на всю котлету» на первом же отскоке — не инвестиционная стратегия, а попытка поймать нож в темноте.
Разумнее входить частями и заранее определить долю металла в портфеле. Так вы не будете зависеть от одного ценового уровня и не станете заложником надежды, что $4 000 — точно дно.
С акциями золотодобытчиков отдельная история. Например, у «Полюса» за первое полугодие продажи золота сократились на 20%, а денежные затраты на унцию выросли на 64%. Высокая цена металла не гарантирует роста прибыли, если себестоимость растёт быстрее котировок.
И не забываем про рубль: для российского инвестора важна не только долларовая цена унции, но и валютный курс. Иногда золото растёт в долларах, а в рублях — не растёт вовсе. Финансовая магия в действии.
золото остаётся хорошей долгой историей, но рассчитывать на быстрый возврат к январским рекордам пока не стоит. Сначала рынку нужно понять, какую политику выберет ФРС в следующем году, а золоту — пережить период, когда инвесторы используют его как кассу для покрытия чужих убытков. Не является ИРР
Осень для золота выдалась нервной: в сентябре металл потерял 8,5%, в октябре — ещё около 7%. Это худший октябрь с кризисного 2008 года: тогда рынки хотя бы честно предупреждали, что будет больно.
В ноябре котировки немного отскочили, но восстановлением это пока не назовёшь: золото остаётся вблизи годовых минимумов.
📉 Что обрушило главный защитный актив?
Главная причина — американские ставки. ФРС в октябре оставила их на уровне 3,75–4%, а рынок обсуждает возможное повышение уже в декабре.
Для золота это неудобная арифметика. Облигации платят процент, а золото — нет: ни купонов, ни дивидендов, зато исправно требует места в сейфе.
Когда доходность долларовых бумаг растёт, а доллар укрепляется, держать металл становится менее заманчиво.
Но самое интересное случилось 30 октября: американские технологические акции резко упали, а золото вместо привычного «спасения» обвалилось ещё на 3,5%. Инвесторам срочно понадобились деньги, чтобы закрыть убытки и обеспечить позиции. В такой момент продают не только рискованные активы, но и всё, что можно быстро превратить в наличные — включая золото.
Иными словами, в панике «тихая гавань» иногда работает как банкомат: все хотят снять деньги одновременно.
💵 А покупатели закончились?
Как раз нет. По данным World Gold Council, в третьем квартале инвесторы вложили в золотые ETF рекордные $31 млрд. В сентябре фонды привлекли около $10 млрд — даже несмотря на падение цены металла на 8,5%.
То есть одни инвесторы методично докупают физический металл, а другие закрывают спекулятивные позиции на фьючерсном рынке. Пока продавцы оказались сильнее. Но это не значит, что покупателей нет: у одних горизонт измеряется годами, а у других — маржин-коллом.
Чего ждать дальше?
Сейчас многое зависит от ФРС. Если инфляция в США останется высокой, а ставки продолжат расти, золото может уйти ниже: доходные облигации начнут оттягивать деньги, как магнит — скрепки.
Но ослабление доллара, возврат ожиданий снижения ставок или новый финансовый стресс способны снова поддержать спрос на металл. Золото, как правило, не любит спокойствия — впрочем, рынки в спокойствии не особенно нуждаются в золоте.
💡 Покупать на просадке?
Для долгосрочной защиты портфеля золото по-прежнему интересно. Но закупаться «на всю котлету» на первом же отскоке — не инвестиционная стратегия, а попытка поймать нож в темноте.
Разумнее входить частями и заранее определить долю металла в портфеле. Так вы не будете зависеть от одного ценового уровня и не станете заложником надежды, что $4 000 — точно дно.
С акциями золотодобытчиков отдельная история. Например, у «Полюса» за первое полугодие продажи золота сократились на 20%, а денежные затраты на унцию выросли на 64%. Высокая цена металла не гарантирует роста прибыли, если себестоимость растёт быстрее котировок.
И не забываем про рубль: для российского инвестора важна не только долларовая цена унции, но и валютный курс. Иногда золото растёт в долларах, а в рублях — не растёт вовсе. Финансовая магия в действии.
золото остаётся хорошей долгой историей, но рассчитывать на быстрый возврат к январским рекордам пока не стоит. Сначала рынку нужно понять, какую политику выберет ФРС в следующем году, а золоту — пережить период, когда инвесторы используют его как кассу для покрытия чужих убытков. Не является ИРР
👍2
🇨🇳 За 10 месяцев года чистый экспорт все еще снизился на 2%. Хотя Китай стремится к дальнейшему сокращению «избыточного» объема производства стали в 2026 году (который также снизился на 4% в годовом исчислении в 2025 году), чистый экспорт остается близким к историческим максимумам (после роста на 25% и 8% в годовом исчислении в 2024 и 2025 годах соответственно).
Текущий пятилетний план не содержит конкретных целей по сокращению производственных мощностей; однако, мы считаем, что дальнейшие постепенные меры, направленные на регулирование предложения, могут помочь восстановить баланс на рынке и поддержать мировые цены на сталь.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍1
⚡Взрыв на турецком заводе Habaş — краткосрочно bullish для мировых цен на слябы и плоский прокат. Авария на заводе в Алии (Измир) 9 ноября привела к остановке производства; при длительном простое это может заметно сократить турецкий экспорт слябов и усилить спрос на импортный прокат.
Что произошло
Взрыв произошел в плавильном цехе Habaş во время работ на электродуговой печи; по последним данным, погибли 17 человек. Предприятие остановило производство, а сотрудники вне зоны аварии получили указание выйти на работу 10 ноября без производственной программы.
Важно: авария произошла не в период активной выплавки — производство уже было остановлено для техобслуживания. Поэтому точные сроки восстановления пока неясны и будут зависеть от расследования и объема ремонта.
Масштаб для рынка
Habaş в 2025 году произвела 3,88 млн т стали, или около 10% всего турецкого производства (38,1 млн т). Это не 2,2 млн т слябов и не более 8% мировой торговли: такая оценка в исходном тезисе завышена.
🇹🇷 Как повлияет на объемы
Экспорт слябов из Турции сократится. При остановке плавильного цеха Habaş теряет до 0,18 млн т собственного сляба в месяц, то есть примерно 2,2 млн т в годовом выражении.
Импорт слябов в Турцию может вырасти. Если стан горячей прокатки запустят раньше плавильного производства, Habaş придется закупать весь сляб для проката — ориентировочно 0,18 млн т в месяц; часть закупок традиционно приходится на российский материал.
Экспорт г/к может временно снизиться. При нехватке сляба завод не сможет полностью загрузить прокатный стан мощностью 4,5 млн т/год, что уменьшит доступность турецкого горячекатаного проката на экспортных рынках.
Эффект для мирового баланса будет умеренным, но локально значимым и для Европы. Потеря 2,2 млн т слябов в год — заметный объем для турецкого и средиземноморского рынка, однако он не эквивалентен более 8% мировой торговли сталью.
Ценовой сигнал
Краткосрочно это вызовет рост цен для слябов, г/к и в целом плоского проката, особенно в Турции, на рынках Средиземноморья и среди поставщиков полупродукта. Рост будет тем заметнее, чем дольше простаивает плавильный цех и чем раньше возобновит работу прокатный стан.
Что произошло
Взрыв произошел в плавильном цехе Habaş во время работ на электродуговой печи; по последним данным, погибли 17 человек. Предприятие остановило производство, а сотрудники вне зоны аварии получили указание выйти на работу 10 ноября без производственной программы.
Важно: авария произошла не в период активной выплавки — производство уже было остановлено для техобслуживания. Поэтому точные сроки восстановления пока неясны и будут зависеть от расследования и объема ремонта.
Масштаб для рынка
Habaş в 2025 году произвела 3,88 млн т стали, или около 10% всего турецкого производства (38,1 млн т). Это не 2,2 млн т слябов и не более 8% мировой торговли: такая оценка в исходном тезисе завышена.
🇹🇷 Как повлияет на объемы
Экспорт слябов из Турции сократится. При остановке плавильного цеха Habaş теряет до 0,18 млн т собственного сляба в месяц, то есть примерно 2,2 млн т в годовом выражении.
Импорт слябов в Турцию может вырасти. Если стан горячей прокатки запустят раньше плавильного производства, Habaş придется закупать весь сляб для проката — ориентировочно 0,18 млн т в месяц; часть закупок традиционно приходится на российский материал.
Экспорт г/к может временно снизиться. При нехватке сляба завод не сможет полностью загрузить прокатный стан мощностью 4,5 млн т/год, что уменьшит доступность турецкого горячекатаного проката на экспортных рынках.
Эффект для мирового баланса будет умеренным, но локально значимым и для Европы. Потеря 2,2 млн т слябов в год — заметный объем для турецкого и средиземноморского рынка, однако он не эквивалентен более 8% мировой торговли сталью.
Ценовой сигнал
Краткосрочно это вызовет рост цен для слябов, г/к и в целом плоского проката, особенно в Турции, на рынках Средиземноморья и среди поставщиков полупродукта. Рост будет тем заметнее, чем дольше простаивает плавильный цех и чем раньше возобновит работу прокатный стан.
❤3