Утро 26 апреля 1986 года. Ровно 40 лет назад более двух миллионов человек ещё не знали, что произошло событие, которое изменит их жизнь.

Авария на Чернобыльской АЭС.

Моя мама, Ирина Сорокина, ликвидатор. Отправив меня к бабушке во Львов, она поехала вслед за папой, в Припять. Он был одним из руководителей УС-605, которое закрывало саркофагом реактор. Осмысленным ли было это решение, понимала ли она до конца последствия? В чём-то да, в чём-то — нет. Я думаю, ею двигала любовь и желание разделить со своим человеком их общий путь.

Потом она стала членом Общественной палаты от Союза Чернобыльцев, защищала права участников операции и вынужденных переселенцев.

Когда папы не стало, в 2014 году, она почти превратилась в тень.

Сложно описать словами ощущение от потери подобного масштаба. Это может понять только тот, кто сталкивался с аналогичным уровнем личной трагедии. Другим не объяснить.

Но она нашла в себе силы, собралась, создала Фонд и построила Храм Спаса Нерукотворного памяти ликвидаторов аварии на Чернобыльской АЭС, на папиной малой родине — в Белгородской области, в Волоконовке. Затем — образовательно-музейное пространство, которое посвящено истории аварии и ликвидации последствий.

Живое получилось место, и людьми любимое.

В день освящения храма она зажгла первую свечу и поставила её за папу — и за тех, чьи имена уже не вспомнить. А потом тихо сказала: «Главное, чтобы сюда пришли дети тех, кого мы потеряли. И чтобы они не боялись радиации — боялись только одного: забыть».

А потом началась СВО. И перед регионом встали совсем другие задачи.

Такой вот жизненный путь на благо Родины, и подвиг — вместо нытья и недовольства.

Небольшой фрагмент настоящей истории о героях-ликвидаторах. Личная история о Чернобыле. О судьбах людей и их истинных мотивах.

Не смотрите чужое кино про Чернобыль, снятое «добрыми соседями» под свои политические задачки.

Кино, где подвиг подменён принуждением, искажает главное. Моя мама и тысячи таких же — не писали сценариев, они просто любили, строили и искренне хотели быть полезными своей стране.

Не надо воровать у ликвидаторов их главное человеческое право: быть героями по собственной воле.