Forwarded from Казахстан и все-все-все
Доклад «Образы прошлого будущего России»
Известный российский политтехнолог Евгений Минченко недавно мощно вернулся к своей исходной профессии историка и это уже вылилось в 2 интересных документа – первый дискуссия с Юрием Афониным про Ленина и вот новый доклад «Образы прошлого будущего России». Я и напишу про второй доклад, так как он крайне интересен.
Что он и его соавторы пишут в аннотации доклада:
Это крайне интересное исследование, которое со всех сторон разбирает исторические воззрения российской элиты. И это крайне важно, потому что они реально применяют это в жизни и соответственно, это влияет не только на Россию, но и на другие страны. Почитайте это интересно.
Есть правда одна проблема, которая понятна всем, кто внимательно читает доклад – российские политики историю России любят, но они ее не знают. Точнее знают в рамках советского учебника истории, который читали в детстве и может несколько книг/фильмов в рамках нарратива, созданного теми же советскими учебниками. Поэтому в их знаниях видны вопиющие пробелы.
К примеру, из всех упоминаний выпадает Михаил Романов, который на всю российскую истории второй по размеру прироста территории – 2 миллиона километров, что в 4 раза больше, чем тот же Сталин и в 2 раза больше Петра I. Ну то есть, все представления российской элиты основаны на том нарративе, который был создан Сталиным после 1943 года и который потом плавно перешел уже в поздний СССР. Все последующие исследования советских и российских ученых прошли мимо российской элиты в силу возраста и видимо, круга общения.
Фактически, доклад демонстрирует то, то воззрения российской элиты на историю страны находится на максимально далеком от современного состояния российской исторической науки расстоянии. Они где-то остались в начале 80-х, может начале 90-х, но наука с тех пор ушла очень далеко. Плюс они все пропустили кучу исследования повседневной жизни, экономики, социальной истории и прочего, что выпустили российские ученые. И скорее всего, ничего из этого и не прочитают никогда. Почему книги не читают их референты и советники - это уже другой вопрос.
Вот такая интересная и в определенном смысле печальная картина.
Известный российский политтехнолог Евгений Минченко недавно мощно вернулся к своей исходной профессии историка и это уже вылилось в 2 интересных документа – первый дискуссия с Юрием Афониным про Ленина и вот новый доклад «Образы прошлого будущего России». Я и напишу про второй доклад, так как он крайне интересен.
Что он и его соавторы пишут в аннотации доклада:
«Это исследование – наш первый подход к деконструкции способа мышления российских элит и общества.
Мы опирались на сухую статистику – данные социологических опросов, анализ модерируемой государством культурной политики, анализ публичных высказываний первых лиц государства и лидеров политических партий.
Где они видят «золотой век» в истории России?
Кто их герои?
Как субъективные оценки прошлого политическими лидерами влияют на то, как они проектируют будущее?
Какие объективные факторы, в том числе накопленные стереотипы массового сознания, ограничивают их высказывания?»
Это крайне интересное исследование, которое со всех сторон разбирает исторические воззрения российской элиты. И это крайне важно, потому что они реально применяют это в жизни и соответственно, это влияет не только на Россию, но и на другие страны. Почитайте это интересно.
Есть правда одна проблема, которая понятна всем, кто внимательно читает доклад – российские политики историю России любят, но они ее не знают. Точнее знают в рамках советского учебника истории, который читали в детстве и может несколько книг/фильмов в рамках нарратива, созданного теми же советскими учебниками. Поэтому в их знаниях видны вопиющие пробелы.
К примеру, из всех упоминаний выпадает Михаил Романов, который на всю российскую истории второй по размеру прироста территории – 2 миллиона километров, что в 4 раза больше, чем тот же Сталин и в 2 раза больше Петра I. Ну то есть, все представления российской элиты основаны на том нарративе, который был создан Сталиным после 1943 года и который потом плавно перешел уже в поздний СССР. Все последующие исследования советских и российских ученых прошли мимо российской элиты в силу возраста и видимо, круга общения.
Фактически, доклад демонстрирует то, то воззрения российской элиты на историю страны находится на максимально далеком от современного состояния российской исторической науки расстоянии. Они где-то остались в начале 80-х, может начале 90-х, но наука с тех пор ушла очень далеко. Плюс они все пропустили кучу исследования повседневной жизни, экономики, социальной истории и прочего, что выпустили российские ученые. И скорее всего, ничего из этого и не прочитают никогда. Почему книги не читают их референты и советники - это уже другой вопрос.
Вот такая интересная и в определенном смысле печальная картина.
👍1🤔1
Forwarded from Мысли ВиктОра️
Если попробую выписать все интересные мысли, то допустимого объёма поста не хватит. У меня и так 160 распечатанных страниц доклада все в пометках...
Поэтому поделюсь интересными скринами для затравки!
И очень рекомендую прочитать всем, кто работает на стыке политики и медиа.
А также всем, кто работает со смыслами, с историей и вообще занимается чем-то общественно важным.
Евгений Минченко проделал очень серьезную и важную работу. В этих исследованиях много неочевидного, взгляд на историю и вообще осмысление прошлого с самых неожиданных ракурсов.
И, разумеется, всё в контексте актуальной политической повестки.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤔1
Forwarded from Егор Холмогоров
Молиться надо Николаю
II.
Убеждения иметь как Александр III.
Дисциплину - как Николай I.
Инициативу - как Петр I.
Стойкость как Василий II.
А действовать надо как Иван III.
II.
Убеждения иметь как Александр III.
Дисциплину - как Николай I.
Инициативу - как Петр I.
Стойкость как Василий II.
А действовать надо как Иван III.
❤2👍1🤮1💯1
Forwarded from ФоРГО
Актуальность исторических образов в политике современных партий
Разрозненность и противоречивость восприятия отечественной истории политиками усиливается на фоне очевидного государственного интереса к ней. Об этом говорится в докладе «Образы прошлого будущего России: как обращение к истории влияет на актуальную политику», подготовленном компанией «Минченко консалтинг».
«Единая Россия» вслед за лидерами государства движется в цивилизационно-государственнической парадигме, хотя исторические воззрения президента Владимира Путина стоят особняком от элитного мейнстрима, говорится в докладе.
КПРФ, как утверждает исследование, предлагает избирателям «крайне противоречивый нарратив», а ее лидеры «так и не дают ответа на вопрос, как выбирать между фигурами Ленина и Сталина».
В свою очередь «Справедливая Россия» «выглядит более искренним сторонником СССР». Лидера партии Сергея Миронова можно отнести к представителям неосоветского дискурса, считают эксперты.
А в случае с ЛДПР после избрания в 2022 г. Леонида Слуцкого лидером произошло серьезное изменение и идеологии в целом, и исторического нарратива по сравнению с яркими образами правителей-маяков империи Романовых вроде Павла I, стремившегося к азартной геополитической игре, при Владимире Жириновском, отмечают политологи.
Единственной парламентской партией, которая выстраивает образ будущего без оглядки на прошлое, являются «Новые люди», говорится в докладе.
Партии в своих практических действиях ориентируются на запросы базового электората и позиции конкурентов, а не на классические идеологические доктрины, говорит президент ФоРГО Константин Костин. По его словам, даже при создании многие политические силы не соответствовали формальным идеологическим атрибутивным характеристикам.
«Например, ЛДПР сложно назвать партией либеральной и демократической, она состоялась в нише мягкого национализма и великодержавности. А авторы Манифеста коммунистической партии Карл Маркс и Фридрих Энгельс с удивлением бы узнали, какое количество крупных капиталистов участвовало в создании КПРФ и входило в разные годы в ее фракцию в Госдуме», – сказал эксперт.
По мнению Костина, для избирателя важны в первую очередь идеологические маркеры и конкретные программы, которые порой могут отличаться от номинальных идеологических установок. «Хотя, конечно, подобные истории добавляют уязвимости для критики», – заключил он.
Источник: Ведомости
Разрозненность и противоречивость восприятия отечественной истории политиками усиливается на фоне очевидного государственного интереса к ней. Об этом говорится в докладе «Образы прошлого будущего России: как обращение к истории влияет на актуальную политику», подготовленном компанией «Минченко консалтинг».
«Единая Россия» вслед за лидерами государства движется в цивилизационно-государственнической парадигме, хотя исторические воззрения президента Владимира Путина стоят особняком от элитного мейнстрима, говорится в докладе.
КПРФ, как утверждает исследование, предлагает избирателям «крайне противоречивый нарратив», а ее лидеры «так и не дают ответа на вопрос, как выбирать между фигурами Ленина и Сталина».
В свою очередь «Справедливая Россия» «выглядит более искренним сторонником СССР». Лидера партии Сергея Миронова можно отнести к представителям неосоветского дискурса, считают эксперты.
А в случае с ЛДПР после избрания в 2022 г. Леонида Слуцкого лидером произошло серьезное изменение и идеологии в целом, и исторического нарратива по сравнению с яркими образами правителей-маяков империи Романовых вроде Павла I, стремившегося к азартной геополитической игре, при Владимире Жириновском, отмечают политологи.
Единственной парламентской партией, которая выстраивает образ будущего без оглядки на прошлое, являются «Новые люди», говорится в докладе.
Партии в своих практических действиях ориентируются на запросы базового электората и позиции конкурентов, а не на классические идеологические доктрины, говорит президент ФоРГО Константин Костин. По его словам, даже при создании многие политические силы не соответствовали формальным идеологическим атрибутивным характеристикам.
«Например, ЛДПР сложно назвать партией либеральной и демократической, она состоялась в нише мягкого национализма и великодержавности. А авторы Манифеста коммунистической партии Карл Маркс и Фридрих Энгельс с удивлением бы узнали, какое количество крупных капиталистов участвовало в создании КПРФ и входило в разные годы в ее фракцию в Госдуме», – сказал эксперт.
По мнению Костина, для избирателя важны в первую очередь идеологические маркеры и конкретные программы, которые порой могут отличаться от номинальных идеологических установок. «Хотя, конечно, подобные истории добавляют уязвимости для критики», – заключил он.
Источник: Ведомости
🔥1
Forwarded from Президент Ассоциации «Электрокабель»
С праздником, дорогие кабельщики! С Днём России 🇷🇺
В качестве праздничной «открытки» — любопытный доклад нашего спикера Евгения Минченко.
Для тех, кто редко заглядывает на заседания Ассоциации: это один из ведущих политтехнологов современной России, автор концепции «Политбюро 2.0».
Доклад — о том, как сегодня в России воспринимают историю, какие исторические образы работают в политике и почему споры о прошлом на самом деле — разговор о будущем.
Для тех, кто не любит «много букофф», — несколько любопытных выводов:
• История России воспринимается противоречиво Несмотря на большой государственный интерес к теме, единого взгляда на прошлое нет — ни у элит, ни у общества.
• «Золотой век» России так и не определён Политические игроки не договорились, какой исторический период считать образцом.
• Советский опыт — тема сложная Часть элит готова обращаться к нему в поисках образа будущего, но согласия, что именно стоит брать за основу, нет.
• Цивилизационный взгляд побеждает И в политике, и в академической среде всё чаще Россию рассматривают как особую цивилизацию со своей логикой развития.
• Сильная сторона подхода — способность объединять Он сглаживает противоречия и помогает собрать историю в единую картину.
• Слабая сторона — сложность объяснить переломы Петровские реформы, революции и другие «разрывы» в истории плохо вписываются в цельную модель.
• Поэтому Ленин и Пётр I остаются в числе самых позитивно оцениваемых правителей Даже несмотря на популярность цивилизационной парадигмы.
• Главный политический сюжет — «возвращение домой» и «оборона крепости» Во многом именно это сегодня определяет содержание программ и вектор политических решений.
Есть над чем подумать в праздничный день.
В качестве праздничной «открытки» — любопытный доклад нашего спикера Евгения Минченко.
Для тех, кто редко заглядывает на заседания Ассоциации: это один из ведущих политтехнологов современной России, автор концепции «Политбюро 2.0».
Доклад — о том, как сегодня в России воспринимают историю, какие исторические образы работают в политике и почему споры о прошлом на самом деле — разговор о будущем.
Для тех, кто не любит «много букофф», — несколько любопытных выводов:
• История России воспринимается противоречиво Несмотря на большой государственный интерес к теме, единого взгляда на прошлое нет — ни у элит, ни у общества.
• «Золотой век» России так и не определён Политические игроки не договорились, какой исторический период считать образцом.
• Советский опыт — тема сложная Часть элит готова обращаться к нему в поисках образа будущего, но согласия, что именно стоит брать за основу, нет.
• Цивилизационный взгляд побеждает И в политике, и в академической среде всё чаще Россию рассматривают как особую цивилизацию со своей логикой развития.
• Сильная сторона подхода — способность объединять Он сглаживает противоречия и помогает собрать историю в единую картину.
• Слабая сторона — сложность объяснить переломы Петровские реформы, революции и другие «разрывы» в истории плохо вписываются в цельную модель.
• Поэтому Ленин и Пётр I остаются в числе самых позитивно оцениваемых правителей Даже несмотря на популярность цивилизационной парадигмы.
• Главный политический сюжет — «возвращение домой» и «оборона крепости» Во многом именно это сегодня определяет содержание программ и вектор политических решений.
Есть над чем подумать в праздничный день.
👍1
Forwarded from Уголок молодого политолога (Dmitry Zaviryukhin)
В «Минченко консалтинг» очень подробно и обоснованно доказывают, что историческая память перестает быть исключительно предметом академических дискуссий и превращается в полноценный инструмент политического целеполагания, легитимации решений и внутриэлитной конкуренции.
Теоретико-методологические основания исследования выстроены на сочетании дискурс-анализа и количественного контент-анализа высказываний 12 ключевых политических и общественных деятелей. Оригинальным решением выглядит наложение четырех универсальных сюжетов Хорхе Луиса Борхеса (осада крепости, возвращение домой, поиск сокровищ, самопожертвование бога) на идеологические нарративы – это позволяет перевести абстрактные политические принципы в эмоционально воспринимаемые структуры. Дополнительно авторы анализируют материальные артефакты исторической памяти: памятники, топонимику, кинематограф, видеоигры и указы о юбилеях, что дает объемную картину не только декларируемых, но и практически реализуемых образов прошлого.
По основному содержанию доклад фиксирует доминирование цивилизационного нарратива («Россия как государство-цивилизация»), который разделяют такие разные фигуры, как Владимир Путин, Геннадий Зюганов и патриарх Кирилл. При этом ранее влиятельный нарратив «Россия как часть Запада» находится в глубоком кризисе, уступая место концепции «России как истинного Запада» – хранителя традиционных ценностей, якобы утраченных исторической Европой. Неосоветизм оказывается крайне неоднородным: от антиэлитного сталинизма и социального государства до антиколониализма и технооптимистического «государства ученых и инженеров». Важным наблюдением становится расхождение между цивилизационным позиционированием МИД, МВД и ФСО (ведущих родословную от имперской России) и неосоветским самоопределением ФСБ и СВР (начинающих с ВЧК).
Главной силой цивилизационного подхода является его гармонизирующий потенциал – он позволяет соединить Петра I, Екатерину II и даже Сталина в единую линию «тысячелетней России». Однако его ахиллесова пята – невозможность внятно объяснить внутренние разрывы (Петровские реформы, революцию 1917 года). Авторы справедливо указывают на «пропущенные эпизоды»: тему союзников (Антанта, антигитлеровская коалиция), конфликт с маоистским Китаем, крепостное право и церковный раскол.
Раздел, посвященный топонимике, позволяет увидеть наиболее инерционный и материально закрепленный слой исторической памяти. Доклад приводит выразительные цифры: в России насчитывается более 8 тысяч улиц, так или иначе связанных с именем Ленина (включая производные «Ленинская», «Ильича» и др.), а площадь Ленина является самой распространенной площадью в стране – 250 случаев, что составляет 8% от всех площадей. При этом центральные улицы и площади имени Ленина присутствуют примерно в 80% российских городов. Это количественное доминирование, дополненное монументальным наследием (свыше тысячи официально учтенных памятников Ленину и неофициально – более шести тысяч), создает фундаментальный разрыв между официально продвигаемым цивилизационным нарративом, где акцент смещен в сторону имперских правителей, и повседневной средой, которая продолжает воспроизводить советскую топику. Авторы справедливо заключают, что подобная топонимическая инерция – один из ключевых факторов устойчивости ностальгии по СССР в массовом сознании, с которым политикам приходится считаться независимо от их собственных идеологических предпочтений.
Имперская ностальгия питается прежде всего элитным запросом на величие, суверенитет и непрерывность тысячелетней истории. Доклад фиксирует, что Владимир Путин, называя идеальным правителем Александра III, а «золотым веком» – петербургский период, задает вектор, который подхватывается государственным кинематографом (пять фильмов о Екатерине II, четыре о Петре I) и юбилейной политикой (300-летие Екатерины II, 250-летие Суворова). Однако эта имперская ностальгия, в отличие от советской, почти не имеет бытовой, «уличной» основы – памятников дореволюционным правителям на порядки меньше, чем ленинским, а центральные площади городов носят имя Ленина, а не Александра III. Таким образом, «империя» остается преимущественно кабинетным конструктом элит и экранным образом, тогда как «советское» продолжает жить в повседневном ландшафте – и это расхождение создает внутреннее напряжение между декларируемым цивилизационным нарративом и реальной исторической средой обитания большинства россиян.
Доклад фиксирует существенную дифференциацию исторических образов по партийно-политическому спектру, причем нередко с разрывом между официальной доктриной и реальной риторикой. КПРФ под руководством Геннадия Зюганова парадоксальным образом совмещает ленинский и сталинский культы, оставаясь в цивилизационном нарративе («Владимир Ленин принес новую версию православия»), но фактически отказывается от ответственности за поздний СССР, игнорируя Брежнева и клеймя Горбачева. В ЛДПР с уходом Владимира Жириновского, выстраивавшего целостную картину вокруг Павла I и Ивана III, произошла смена оптики: Леонид Слуцкий практически не обращается к историческим персоналиям, заменяя геополитическую авантюру неосоветским социальным популизмом и апелляцией к брежневскому «государству благосостояния». «Справедливая Россия» Сергея Миронова использует историю фрагментарно – как иллюстрацию тезисов о социальном неравенстве, причем с фактическими ошибками. Уникальную позицию занимают «Новые люди» Алексея Нечаева: это единственная парламентская партия, которая в 2025–2026 годах вообще не апеллирует к политическим деятелям прошлого, делая ставку на технооптимизм и образ будущего. На фоне этого «Яблоко» Григория Явлинского остается маргинальным носителем западнического нарратива, идеализируя Перестройку и Горбачева, но и Явлинский в последнее время перешел к умеренной критике Запада.
В целом доклад дает трезвую оценку: ключевыми политическими сюжетами остаются «возвращение домой» и «оборона крепости», что предопределяет охранительный вектор решений и лишь у партии «Новые люди» фиксируется технооптимистический поиск сокровищ без оглядки на идеализированное прошлое.
#новости
#аналитика
Теоретико-методологические основания исследования выстроены на сочетании дискурс-анализа и количественного контент-анализа высказываний 12 ключевых политических и общественных деятелей. Оригинальным решением выглядит наложение четырех универсальных сюжетов Хорхе Луиса Борхеса (осада крепости, возвращение домой, поиск сокровищ, самопожертвование бога) на идеологические нарративы – это позволяет перевести абстрактные политические принципы в эмоционально воспринимаемые структуры. Дополнительно авторы анализируют материальные артефакты исторической памяти: памятники, топонимику, кинематограф, видеоигры и указы о юбилеях, что дает объемную картину не только декларируемых, но и практически реализуемых образов прошлого.
По основному содержанию доклад фиксирует доминирование цивилизационного нарратива («Россия как государство-цивилизация»), который разделяют такие разные фигуры, как Владимир Путин, Геннадий Зюганов и патриарх Кирилл. При этом ранее влиятельный нарратив «Россия как часть Запада» находится в глубоком кризисе, уступая место концепции «России как истинного Запада» – хранителя традиционных ценностей, якобы утраченных исторической Европой. Неосоветизм оказывается крайне неоднородным: от антиэлитного сталинизма и социального государства до антиколониализма и технооптимистического «государства ученых и инженеров». Важным наблюдением становится расхождение между цивилизационным позиционированием МИД, МВД и ФСО (ведущих родословную от имперской России) и неосоветским самоопределением ФСБ и СВР (начинающих с ВЧК).
Главной силой цивилизационного подхода является его гармонизирующий потенциал – он позволяет соединить Петра I, Екатерину II и даже Сталина в единую линию «тысячелетней России». Однако его ахиллесова пята – невозможность внятно объяснить внутренние разрывы (Петровские реформы, революцию 1917 года). Авторы справедливо указывают на «пропущенные эпизоды»: тему союзников (Антанта, антигитлеровская коалиция), конфликт с маоистским Китаем, крепостное право и церковный раскол.
Раздел, посвященный топонимике, позволяет увидеть наиболее инерционный и материально закрепленный слой исторической памяти. Доклад приводит выразительные цифры: в России насчитывается более 8 тысяч улиц, так или иначе связанных с именем Ленина (включая производные «Ленинская», «Ильича» и др.), а площадь Ленина является самой распространенной площадью в стране – 250 случаев, что составляет 8% от всех площадей. При этом центральные улицы и площади имени Ленина присутствуют примерно в 80% российских городов. Это количественное доминирование, дополненное монументальным наследием (свыше тысячи официально учтенных памятников Ленину и неофициально – более шести тысяч), создает фундаментальный разрыв между официально продвигаемым цивилизационным нарративом, где акцент смещен в сторону имперских правителей, и повседневной средой, которая продолжает воспроизводить советскую топику. Авторы справедливо заключают, что подобная топонимическая инерция – один из ключевых факторов устойчивости ностальгии по СССР в массовом сознании, с которым политикам приходится считаться независимо от их собственных идеологических предпочтений.
Имперская ностальгия питается прежде всего элитным запросом на величие, суверенитет и непрерывность тысячелетней истории. Доклад фиксирует, что Владимир Путин, называя идеальным правителем Александра III, а «золотым веком» – петербургский период, задает вектор, который подхватывается государственным кинематографом (пять фильмов о Екатерине II, четыре о Петре I) и юбилейной политикой (300-летие Екатерины II, 250-летие Суворова). Однако эта имперская ностальгия, в отличие от советской, почти не имеет бытовой, «уличной» основы – памятников дореволюционным правителям на порядки меньше, чем ленинским, а центральные площади городов носят имя Ленина, а не Александра III. Таким образом, «империя» остается преимущественно кабинетным конструктом элит и экранным образом, тогда как «советское» продолжает жить в повседневном ландшафте – и это расхождение создает внутреннее напряжение между декларируемым цивилизационным нарративом и реальной исторической средой обитания большинства россиян.
Доклад фиксирует существенную дифференциацию исторических образов по партийно-политическому спектру, причем нередко с разрывом между официальной доктриной и реальной риторикой. КПРФ под руководством Геннадия Зюганова парадоксальным образом совмещает ленинский и сталинский культы, оставаясь в цивилизационном нарративе («Владимир Ленин принес новую версию православия»), но фактически отказывается от ответственности за поздний СССР, игнорируя Брежнева и клеймя Горбачева. В ЛДПР с уходом Владимира Жириновского, выстраивавшего целостную картину вокруг Павла I и Ивана III, произошла смена оптики: Леонид Слуцкий практически не обращается к историческим персоналиям, заменяя геополитическую авантюру неосоветским социальным популизмом и апелляцией к брежневскому «государству благосостояния». «Справедливая Россия» Сергея Миронова использует историю фрагментарно – как иллюстрацию тезисов о социальном неравенстве, причем с фактическими ошибками. Уникальную позицию занимают «Новые люди» Алексея Нечаева: это единственная парламентская партия, которая в 2025–2026 годах вообще не апеллирует к политическим деятелям прошлого, делая ставку на технооптимизм и образ будущего. На фоне этого «Яблоко» Григория Явлинского остается маргинальным носителем западнического нарратива, идеализируя Перестройку и Горбачева, но и Явлинский в последнее время перешел к умеренной критике Запада.
В целом доклад дает трезвую оценку: ключевыми политическими сюжетами остаются «возвращение домой» и «оборона крепости», что предопределяет охранительный вектор решений и лишь у партии «Новые люди» фиксируется технооптимистический поиск сокровищ без оглядки на идеализированное прошлое.
#новости
#аналитика
Telegram
«Минченко консалтинг» RUS
❤1🤔1
Forwarded from СтудВоля
Управляемое прошлое: зачем элитам цивилизационный подход
Коммуникационный холдинг «Минченко Консалтинг» выпустил доклад «Образы прошлого будущего России» о том, как российские элиты используют исторические образы для описания настоящего и проектирования будущего.
Ключевой вывод доклада: в российском политическом классе доминирует цивилизационный подход. Россия мыслится как отдельная историческая общность, государство-цивилизация с собственной траекторией. В эту рамку одновременно включаются и удельный период, и православная традиция, имперская история, и советский опыт с победой во Второй мировой войне и современные мобилизационные сюжеты.
Очевидно, такой подход позволяет номенклатуре снижать значимость внутренних конфликтов и разрывов преемственности. 1917 год, Гражданская война, советские репрессии, распад СССР, реформы 1990-х — всё это перестаёт быть предметом содержательного политического спора и переводится в режим «трагических эпизодов» единой исторической линии. Этот язык удобен для власти: он замещает разговор о неэффективных институтах разговором о преемственности. Легитимность связывается с правом говорить от имени большой исторической целостности. Поэтому прошлое становится не объектом анализа, а ресурсом текущей политической стабилизации.
Таким образом формируется избирательный канон памяти: одни фигуры и события получают официальный статус, другие маргинализируются или вытесняются вовсе (как, например, практически не изучается история не-московских вариантов Руси — от Тверской и Новгородской до Литовской). При этом сложные исторические конфликты упрощаются до набора управляемых символов (причём у этих символов тоже своя преемственность в их «вражеской» идентификации: «угроза с Запада» объединяет рыцарей Ливонского ордена с нацистами, а солдат Красной армии с защитником православия князем Александром Невским).
Главный риск цивилизационного подхода — это деполитизация истории. В результате и революция, и массовые репрессии, и распад государства перестают рассматриваться как следствие конкретных политических решений и конфликтов интересов. Они превращаются в абстрактные «испытания» исторического пути.
Такая рамка снижает аналитическую чувствительность к причинам кризисов: если история мыслится как непрерывное движение единого цивилизационного субъекта, то становится труднее говорить об ответственности политических режимов, элит и конкретных личностей за конкретные решения и их последствия. Это ведёт к консервации управляемого канона памяти, где прошлое используется преимущественно для стабилизации настоящего, а не для обсуждения альтернатив будущего.
🔔 СтудВоля
Коммуникационный холдинг «Минченко Консалтинг» выпустил доклад «Образы прошлого будущего России» о том, как российские элиты используют исторические образы для описания настоящего и проектирования будущего.
Ключевой вывод доклада: в российском политическом классе доминирует цивилизационный подход. Россия мыслится как отдельная историческая общность, государство-цивилизация с собственной траекторией. В эту рамку одновременно включаются и удельный период, и православная традиция, имперская история, и советский опыт с победой во Второй мировой войне и современные мобилизационные сюжеты.
С этой точки зрения ключевая эволюция состояла в переходе от ельцинской концепции «новой России» к путинской конструкции «тысячелетнего великого государства». В центре оказывается государство как носитель непрерывной исторической линии. Отсюда и характерная для официального дискурса эклектика: трудное прошлое не исчезает полностью, но оттесняется на периферию (что демонстрируют выявленные нами пропущенные эпизоды), тогда как политически полезные символы прошлого превращаются в основу апологетической концепции истории, пригодной для идеологической мобилизации и защиты действующего порядка.
Очевидно, такой подход позволяет номенклатуре снижать значимость внутренних конфликтов и разрывов преемственности. 1917 год, Гражданская война, советские репрессии, распад СССР, реформы 1990-х — всё это перестаёт быть предметом содержательного политического спора и переводится в режим «трагических эпизодов» единой исторической линии. Этот язык удобен для власти: он замещает разговор о неэффективных институтах разговором о преемственности. Легитимность связывается с правом говорить от имени большой исторической целостности. Поэтому прошлое становится не объектом анализа, а ресурсом текущей политической стабилизации.
Таким образом формируется избирательный канон памяти: одни фигуры и события получают официальный статус, другие маргинализируются или вытесняются вовсе (как, например, практически не изучается история не-московских вариантов Руси — от Тверской и Новгородской до Литовской). При этом сложные исторические конфликты упрощаются до набора управляемых символов (причём у этих символов тоже своя преемственность в их «вражеской» идентификации: «угроза с Запада» объединяет рыцарей Ливонского ордена с нацистами, а солдат Красной армии с защитником православия князем Александром Невским).
Главный риск цивилизационного подхода — это деполитизация истории. В результате и революция, и массовые репрессии, и распад государства перестают рассматриваться как следствие конкретных политических решений и конфликтов интересов. Они превращаются в абстрактные «испытания» исторического пути.
Такая рамка снижает аналитическую чувствительность к причинам кризисов: если история мыслится как непрерывное движение единого цивилизационного субъекта, то становится труднее говорить об ответственности политических режимов, элит и конкретных личностей за конкретные решения и их последствия. Это ведёт к консервации управляемого канона памяти, где прошлое используется преимущественно для стабилизации настоящего, а не для обсуждения альтернатив будущего.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
💯1
Forwarded from Ламповый Преемник
◼️ Тут, кстати, есть доклад «Образы прошлого будущего России: как обращение к истории влияет на актуальную политику» – исследование "Минченко консалтинг" того, как российские элиты и общество на основе своего представления об истории планируют будущее.
◼️ Там много всякого интересного, но вот, как оказывается, любимый политик прошлого у Владимира Путина - Александр III.
✔️ Коротко для справки: император Александр III (1881–1894) вошел в историю как консервативный, прагматичный и волевой правитель, получивший официальное прозвище «Царь-Миротворец», поскольку в годы его царствования Россия не вела ни одной войны. Поговаривают, что терпеть не мог лесть, ложь и придворные интриги.
✔️Личный фронтовой опыт русско-турецкой войны стал причиной того, что став императором в 1881 году, Александр III выстраивал внешнюю политику так, чтобы не допустить ни одного вооруженного конфликта с участием России. Но при этом Россию при Александре III одновременно и глубоко уважали, и искренне боялись, считая её сильнейшей военной державой Европы.
🟥 Что ж достойный пример для подражания… А вы c Николаем II, который ввязался в две войны не особо нужные России, ассоциируете...
◼️ Там много всякого интересного, но вот, как оказывается, любимый политик прошлого у Владимира Путина - Александр III.
✔️ Коротко для справки: император Александр III (1881–1894) вошел в историю как консервативный, прагматичный и волевой правитель, получивший официальное прозвище «Царь-Миротворец», поскольку в годы его царствования Россия не вела ни одной войны. Поговаривают, что терпеть не мог лесть, ложь и придворные интриги.
✔️Личный фронтовой опыт русско-турецкой войны стал причиной того, что став императором в 1881 году, Александр III выстраивал внешнюю политику так, чтобы не допустить ни одного вооруженного конфликта с участием России. Но при этом Россию при Александре III одновременно и глубоко уважали, и искренне боялись, считая её сильнейшей военной державой Европы.
🟥 Что ж достойный пример для подражания… А вы c Николаем II, который ввязался в две войны не особо нужные России, ассоциируете...
Telegram
Ламповый Преемник
С кем из исторических руководителей России и СССР у вас ассоциируется Владимир Путин?
Николай I / Александр II / Александр III / Николай II / Ленин / Сталин / Хрущев / Брежнев / Андропов / Черненко / Горбачев
Николай I / Александр II / Александр III / Николай II / Ленин / Сталин / Хрущев / Брежнев / Андропов / Черненко / Горбачев
👎1
Forwarded from NUTA | Научно о религии (Анна Карасева)
Прометей украл огонь у страусов
Помните ли вы миф о Прометее? Уверены? Бьюсь об заклад, вы знаете только часть истории 😏
——
До Зевса людьми правил его отец, Крон. Это был золотой век человечества. Не было болезней, страданий, еда добывалась в легкости, а смерть была подобна сладкому сну
Но тут появляются боги: они свергают титанов и получают власть над миром. Эпоха правления Зевса - уже серебрянный век. Положение людей ухудшается, в мир входят несчастья, болезни и смерть
Почему? Зачем?👇
——
Зевс не мог договорится с людьми о жертвоприношениях: какая часть должна сжигаться на алтаре богам, а какая - отходить людям для совместной трапезы с богами
Тут появляется Прометей: он разделяет тушу на две кучи и предлагает Зевсу выбрать какая ему по душе. Но Прометей - трикстер, он обмазывает жиром кости и несъедобные части животного, Зевс попадается на обман и выбирает кучу с пищевыми отходами
Так был установлен порядок жертвоприношений. В гневе Зевс решает скрыть огонь от людей, который нужен для всесожжения и тогда Прометей крадет его
После двойного обмана Зевс решает наказать людей худшим из наказаний: он создает первую женщину - Пандору. Изначально сама Пандора была наказанием, позже Гесиод вручает ей ящик с болезнями и мучительной смертью
А еще Зевс прячет от людей еду. Теперь люди не могут свободно питаться дарами земли и леса, а вынуждены добывать пропитание в муках (переход от охоты и собирательства к с/х?)
—-
Миф о краже огня реконструируется Витцелем как один из древнейших.
👉 Боги (животные) прячут огонь от людей
👉 Его ворует бог-трикстер
👉 Он - культурный герой (дарует технологии)
👉 Часто это первопредок и создатель людей (возможно именно Прометей связан с появлением людей)
✔️ Матаришван - у богов (Индия)
✔️ Койот - у духов-старух (Сев Америка)
✔️ Амирани - у духа бурь (Грузия)
✔️ Пхармата за это приковывают к Казбеку (Чечня)
✔️ Мауи - у подземной старухи (маори)
✔️ «Локи» значит «огненный»
🙈 Самый древний миф родом из Африки. В нем богомол-демиург Кагген крадет огонь у страусов, которые прячут его под крыльями
Это идеальный пример того, как миф может усложниться и перейти от страусов к теодицее
——
Это отрывок из курса «Религия Греции и Рима, о которой не рассказывали в школе». Приходите, курс выходит 🔥🔥🔥
Помните ли вы миф о Прометее? Уверены? Бьюсь об заклад, вы знаете только часть истории 😏
——
До Зевса людьми правил его отец, Крон. Это был золотой век человечества. Не было болезней, страданий, еда добывалась в легкости, а смерть была подобна сладкому сну
Но тут появляются боги: они свергают титанов и получают власть над миром. Эпоха правления Зевса - уже серебрянный век. Положение людей ухудшается, в мир входят несчастья, болезни и смерть
Почему? Зачем?👇
——
Зевс не мог договорится с людьми о жертвоприношениях: какая часть должна сжигаться на алтаре богам, а какая - отходить людям для совместной трапезы с богами
Тут появляется Прометей: он разделяет тушу на две кучи и предлагает Зевсу выбрать какая ему по душе. Но Прометей - трикстер, он обмазывает жиром кости и несъедобные части животного, Зевс попадается на обман и выбирает кучу с пищевыми отходами
Так был установлен порядок жертвоприношений. В гневе Зевс решает скрыть огонь от людей, который нужен для всесожжения и тогда Прометей крадет его
После двойного обмана Зевс решает наказать людей худшим из наказаний: он создает первую женщину - Пандору. Изначально сама Пандора была наказанием, позже Гесиод вручает ей ящик с болезнями и мучительной смертью
А еще Зевс прячет от людей еду. Теперь люди не могут свободно питаться дарами земли и леса, а вынуждены добывать пропитание в муках (переход от охоты и собирательства к с/х?)
—-
Миф о краже огня реконструируется Витцелем как один из древнейших.
👉 Боги (животные) прячут огонь от людей
👉 Его ворует бог-трикстер
👉 Он - культурный герой (дарует технологии)
👉 Часто это первопредок и создатель людей (возможно именно Прометей связан с появлением людей)
✔️ Матаришван - у богов (Индия)
✔️ Койот - у духов-старух (Сев Америка)
✔️ Амирани - у духа бурь (Грузия)
✔️ Пхармата за это приковывают к Казбеку (Чечня)
✔️ Мауи - у подземной старухи (маори)
✔️ «Локи» значит «огненный»
🙈 Самый древний миф родом из Африки. В нем богомол-демиург Кагген крадет огонь у страусов, которые прячут его под крыльями
Это идеальный пример того, как миф может усложниться и перейти от страусов к теодицее
——
Это отрывок из курса «Религия Греции и Рима, о которой не рассказывали в школе». Приходите, курс выходит 🔥🔥🔥
👎2👍1
Forwarded from Зеленая папка
Прошлое&будущее. Как обращение к истории влияет на актуальную политику
Часть 1
Холдинг «Минченко консалтинг» выпустил доклад «Образы прошлого будущего России: Как обращение к истории влияет на актуальную политику».
📌Это исследование – первый подход экспертов к деконструкции способа мышления российских элит и общества. Исследование опирается на статистику – данные соцопросов, анализ культурной политики, анализ публичных высказываний первых лиц государства и лидеров политических партий.
🔹На формулировку образа «золотого века» политиками влияют их внутренние убеждения, идеология партии, а также инерция массового сознания, сформированная системой образования и культурной традицией.
🔹Безусловной скрепой в истории России для всего политического сообщества является победа в Великой Отечественной войне. Отношение к 9 Мая как к главному сакральному празднику начало зарождаться при Леониде Брежневе и окончательно закрепилось при Борисе Ельцине.
✅Топ политических лидеров в восприятии россиян стабильно включает в себя Петра и Екатерину Великих, Владимира Ленина, Иосифа Сталина, Леонида Брежнева, Ивана III, Николая II.
❌Антирейтинг и у элит, и у населения стандартно возглавляют Михаил Горбачёв и Борис Ельцин.
Эксперты также использовали в исследовании четыре универсальных сюжета, которые выделил прозаик, поэт и публицист Хорхе Луис Борхес.
🔹Осада/оборона крепости. Герой или группа защищают позицию, зная о неизбежной угрозе извне. Идеологически это может проявляться в риторике как «государство в кольце врагов», «суверенитет под ударом», «нация-крепость», которые свойственны консерватизму и национализму.
🔹Возвращение домой. Герой оторван от своего дома и проходит через испытания, чтобы вернуться. В качестве идеологического проявления сюжета могут выступать идеи деколонизации, реставрации, любые нарративы о возрождении нации и «возвращения утраченного величия».
🔹Поиск сокровищ. Герой движется к цели, которой у него ещё нет. Ключевой операционный признак: нарратив строится вокруг объекта поиска – он может быть материальным (власть, территория) или символическим (справедливость, истина, будущее).
🔹 Самопожертвование бога. Герой добровольно жертвует собой ради высшей цели или общего блага. Ключевой операционный признак: герой обладает исключительным статусом (харизма, сила, власть) и сознательно от него отказывается или гибнет.
Политические нарративы часто комбинируют несколько сюжетов: лидер может одновременно «защищать крепость» (осада) и «вести народ к цели» (поиск сокровищ).
🔴Среди подходов российских политиков к оценке прошлого эксперты выделили:
✔️Цивилизационный подход («Россия как государство-цивилизация»), который доминирует в пространстве. Образом «золотого века» здесь выступают христианская Древняя Русь, Царская Россия, Соборная Русь Михаила Романова и Российская империя при Николае II. Этот подход разделяют в том числе президент Владимир Путин, лидер КПРФ Геннадий Зюганов, патриарх Кирилл, ныне покойный лидер ЛДПР Владимир Жириновский.
✔️Неосоветизм, крайне неоднородный и противоречивый подход, его разделяют, например, лидер «Справедливой России» Сергей Миронов, а также глава ЛДПР Леонид Слуцкий.
✔️«Россия как передовое государство». Этот подход является ещё одним влиятельным историческим нарративом в современной России. Данный нарратив является единственным из представленных без образа «золотого века», поскольку пытается сконструировать этот образ в будущем. Представителями можно назвать президента Владимира Путина, премьера Михаила Мишустина, мэра Москвы Сергея Собянина и лидера партии «Новые люди» Алексея Нечаева.
✔️«Россия как истинный Запад». Среди его представителей – министр обороны РФ Андрей Белоусов, спецпредставитель президента РФ по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами Кирилл Дмитриев.
✔️«Россия как часть Запада». Прозападный либерализм тотально выпал из политического дискурса внутри
России, а его представители вытеснены за пределы страны, союзные его представители закрыты или угасают, как, например, партия «Яблоко».
@GreenFolder
Часть 2
Часть 1
Холдинг «Минченко консалтинг» выпустил доклад «Образы прошлого будущего России: Как обращение к истории влияет на актуальную политику».
📌Это исследование – первый подход экспертов к деконструкции способа мышления российских элит и общества. Исследование опирается на статистику – данные соцопросов, анализ культурной политики, анализ публичных высказываний первых лиц государства и лидеров политических партий.
🔹На формулировку образа «золотого века» политиками влияют их внутренние убеждения, идеология партии, а также инерция массового сознания, сформированная системой образования и культурной традицией.
🔹Безусловной скрепой в истории России для всего политического сообщества является победа в Великой Отечественной войне. Отношение к 9 Мая как к главному сакральному празднику начало зарождаться при Леониде Брежневе и окончательно закрепилось при Борисе Ельцине.
✅Топ политических лидеров в восприятии россиян стабильно включает в себя Петра и Екатерину Великих, Владимира Ленина, Иосифа Сталина, Леонида Брежнева, Ивана III, Николая II.
❌Антирейтинг и у элит, и у населения стандартно возглавляют Михаил Горбачёв и Борис Ельцин.
Эксперты также использовали в исследовании четыре универсальных сюжета, которые выделил прозаик, поэт и публицист Хорхе Луис Борхес.
🔹Осада/оборона крепости. Герой или группа защищают позицию, зная о неизбежной угрозе извне. Идеологически это может проявляться в риторике как «государство в кольце врагов», «суверенитет под ударом», «нация-крепость», которые свойственны консерватизму и национализму.
🔹Возвращение домой. Герой оторван от своего дома и проходит через испытания, чтобы вернуться. В качестве идеологического проявления сюжета могут выступать идеи деколонизации, реставрации, любые нарративы о возрождении нации и «возвращения утраченного величия».
🔹Поиск сокровищ. Герой движется к цели, которой у него ещё нет. Ключевой операционный признак: нарратив строится вокруг объекта поиска – он может быть материальным (власть, территория) или символическим (справедливость, истина, будущее).
🔹 Самопожертвование бога. Герой добровольно жертвует собой ради высшей цели или общего блага. Ключевой операционный признак: герой обладает исключительным статусом (харизма, сила, власть) и сознательно от него отказывается или гибнет.
Политические нарративы часто комбинируют несколько сюжетов: лидер может одновременно «защищать крепость» (осада) и «вести народ к цели» (поиск сокровищ).
🔴Среди подходов российских политиков к оценке прошлого эксперты выделили:
✔️Цивилизационный подход («Россия как государство-цивилизация»), который доминирует в пространстве. Образом «золотого века» здесь выступают христианская Древняя Русь, Царская Россия, Соборная Русь Михаила Романова и Российская империя при Николае II. Этот подход разделяют в том числе президент Владимир Путин, лидер КПРФ Геннадий Зюганов, патриарх Кирилл, ныне покойный лидер ЛДПР Владимир Жириновский.
✔️Неосоветизм, крайне неоднородный и противоречивый подход, его разделяют, например, лидер «Справедливой России» Сергей Миронов, а также глава ЛДПР Леонид Слуцкий.
✔️«Россия как передовое государство». Этот подход является ещё одним влиятельным историческим нарративом в современной России. Данный нарратив является единственным из представленных без образа «золотого века», поскольку пытается сконструировать этот образ в будущем. Представителями можно назвать президента Владимира Путина, премьера Михаила Мишустина, мэра Москвы Сергея Собянина и лидера партии «Новые люди» Алексея Нечаева.
✔️«Россия как истинный Запад». Среди его представителей – министр обороны РФ Андрей Белоусов, спецпредставитель президента РФ по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами Кирилл Дмитриев.
✔️«Россия как часть Запада». Прозападный либерализм тотально выпал из политического дискурса внутри
России, а его представители вытеснены за пределы страны, союзные его представители закрыты или угасают, как, например, партия «Яблоко».
@GreenFolder
Часть 2
🤔1
Forwarded from Зеленая папка
Прошлое&будущее. Как обращение к истории влияет на актуальную политику»
Часть 2
Эксперты в докладе также проанализировали высказывания 20 политических и общественных деятелей России, из которых выделены 12 с наиболее существенным объёмом выступлений на исторические темы. В работе использовались стенограммы официальных выступлений, комментарии СМИ, статьи, книги и другие зафиксированные высказывания с 2000 года по настоящее время.
✔️Президент Владимир Путин. Глава государства, видящий «золотой век» страны в петербургском периоде российской истории, в своих оценках деятелей прошлого, отдавая должное заслугам Петра I и Екатерины II, определил в качестве идеального политического деятеля Александра III – государя -миротворца.
Путин сохраняет критичность по отношению к идеологии Советского Союза и в особенности негативное отношение к Владимиру Ленину из-за его национальной политики. Однако в последнее время он более нейтрален в своих оценках иных деятелей советской эпохи, в частности, Иосифа Сталина и Феликса Дзержинского.
Базовый сюжет: переход от поиска сокровищ к обороне крепости.
✔️Зампред Совбеза России, глава партии «Единая Россия» Дмитрий Медведев. Наиболее содержательная работа с историческими образами пришлась на годы его президентства 2008-2012 годов, когда Медведев последовательно выстраивал либерально - реформаторский канон. В те годы наиболее позитивным образцом для Медведева выступал Александр II как «великий реформатор». Радикальная смена риторики касается фигуры Сталина, которого в 2009-2010 годы Медведев активно критиковал, а в 2023 году на заседании Военно - промышленной комиссии зачитал телеграмму Сталина как образцовый управленческий приказ.
Базовый сюжет: переход от поиска сокровищ (во время президентства) к обороне крепости (после премьерства).
✔️Глава Совфеда Валентина Матвиенко редко обращается к образам и фигурам прошлого во время своих выступлений. При этом Матвиенко комплексно критикует 1990-е годы как «один из тяжелейших политических, экономических и ценностных кризисов» и хвалит политиков 90-х (как совокупность), которые всё это преодолели, создали Конституцию и исправили кризис. У Матвиенко можно выделить прагматический взгляд на историю как способа понимания современности.
Базовый сюжет: возвращение домой (к лучшим традициям).
✔️Спикер Госдумы Вячеслав Володин. В своих публичных выступлениях Вячеслав Володин преимущественно
положительно оценивает те личности, с которыми непосредственно работал, – режиссера Станислава Говорухина, экс-министра иностранных дел РФ, премьер-министра РФ Евгения Примакова и Владимира Жириновского. Особое отношение у Володина и к фигуре Петра Столыпина, фактически земляка. В остальном его оценки исторических правителей России в большей мере соотносятся с общественным мнением.
Базовый сюжет: оборона крепости.
✔️Патриарх Кирилл чаще всего упоминает СССР, в основном критикует советский период, но иногда и хвалит: за подвиги солдат, за веру простого народа и священников, за деколонизацию, за борьбу с сектами и за отсутствие порнографии в продаже. Патриарх Кирилл является единственным публичным спикером, который называет современную Россию отдельной эпохой и позитивно оценивает образ настоящего, называя текущие условия «самыми благоприятными». Патриарх много критикует Хрущёва. Позитивные образы правителей у патриарха Кирилла – люди воцерковлённые, обращавшиеся в сторону веры в трудные периоды и помогавшие Церкви: князь Владимир, Александр Невский, Дмитрий Донской.
Базовый сюжет: возвращение домой.
✔️Митрополит Тихон (Шевкунов). Центральной темой выступлений митрополита Тихона является реабилитация образа Николая II и опровержение мифов об отсталости Имперской России. Также Тихон пытается встроить Петра I в единый цивилизационный нарратив. Самыми негативными персонажами для Тихона выступают Сталин и Ленин.
Базовый сюжет: самопожертвование Бога (у единственного среди рассмотренных фигур).
Партийных лидеров, высказывания которых также разобрали эксперты, мы рассмотрим отдельно в следующем тексте.
@GreenFolder
Часть 1
Часть 2
Эксперты в докладе также проанализировали высказывания 20 политических и общественных деятелей России, из которых выделены 12 с наиболее существенным объёмом выступлений на исторические темы. В работе использовались стенограммы официальных выступлений, комментарии СМИ, статьи, книги и другие зафиксированные высказывания с 2000 года по настоящее время.
✔️Президент Владимир Путин. Глава государства, видящий «золотой век» страны в петербургском периоде российской истории, в своих оценках деятелей прошлого, отдавая должное заслугам Петра I и Екатерины II, определил в качестве идеального политического деятеля Александра III – государя -миротворца.
Путин сохраняет критичность по отношению к идеологии Советского Союза и в особенности негативное отношение к Владимиру Ленину из-за его национальной политики. Однако в последнее время он более нейтрален в своих оценках иных деятелей советской эпохи, в частности, Иосифа Сталина и Феликса Дзержинского.
Базовый сюжет: переход от поиска сокровищ к обороне крепости.
✔️Зампред Совбеза России, глава партии «Единая Россия» Дмитрий Медведев. Наиболее содержательная работа с историческими образами пришлась на годы его президентства 2008-2012 годов, когда Медведев последовательно выстраивал либерально - реформаторский канон. В те годы наиболее позитивным образцом для Медведева выступал Александр II как «великий реформатор». Радикальная смена риторики касается фигуры Сталина, которого в 2009-2010 годы Медведев активно критиковал, а в 2023 году на заседании Военно - промышленной комиссии зачитал телеграмму Сталина как образцовый управленческий приказ.
Базовый сюжет: переход от поиска сокровищ (во время президентства) к обороне крепости (после премьерства).
✔️Глава Совфеда Валентина Матвиенко редко обращается к образам и фигурам прошлого во время своих выступлений. При этом Матвиенко комплексно критикует 1990-е годы как «один из тяжелейших политических, экономических и ценностных кризисов» и хвалит политиков 90-х (как совокупность), которые всё это преодолели, создали Конституцию и исправили кризис. У Матвиенко можно выделить прагматический взгляд на историю как способа понимания современности.
Базовый сюжет: возвращение домой (к лучшим традициям).
✔️Спикер Госдумы Вячеслав Володин. В своих публичных выступлениях Вячеслав Володин преимущественно
положительно оценивает те личности, с которыми непосредственно работал, – режиссера Станислава Говорухина, экс-министра иностранных дел РФ, премьер-министра РФ Евгения Примакова и Владимира Жириновского. Особое отношение у Володина и к фигуре Петра Столыпина, фактически земляка. В остальном его оценки исторических правителей России в большей мере соотносятся с общественным мнением.
Базовый сюжет: оборона крепости.
✔️Патриарх Кирилл чаще всего упоминает СССР, в основном критикует советский период, но иногда и хвалит: за подвиги солдат, за веру простого народа и священников, за деколонизацию, за борьбу с сектами и за отсутствие порнографии в продаже. Патриарх Кирилл является единственным публичным спикером, который называет современную Россию отдельной эпохой и позитивно оценивает образ настоящего, называя текущие условия «самыми благоприятными». Патриарх много критикует Хрущёва. Позитивные образы правителей у патриарха Кирилла – люди воцерковлённые, обращавшиеся в сторону веры в трудные периоды и помогавшие Церкви: князь Владимир, Александр Невский, Дмитрий Донской.
Базовый сюжет: возвращение домой.
✔️Митрополит Тихон (Шевкунов). Центральной темой выступлений митрополита Тихона является реабилитация образа Николая II и опровержение мифов об отсталости Имперской России. Также Тихон пытается встроить Петра I в единый цивилизационный нарратив. Самыми негативными персонажами для Тихона выступают Сталин и Ленин.
Базовый сюжет: самопожертвование Бога (у единственного среди рассмотренных фигур).
Партийных лидеров, высказывания которых также разобрали эксперты, мы рассмотрим отдельно в следующем тексте.
@GreenFolder
Часть 1
🤔1