❗️РФ полностью уничтожила дата-центр «Датагруп» в Киеве: его дальнейшая работа невозможна

«Датагруп» — всеукраинский оператор связи, предоставляющий телекоммуникационные услуги абонентам более чем в 90 населённых пунктах Украины.

⚡️В Украине людей с отсрочкой от мобилизации или бронью значительно больше, чем тех, кто проходит военную службу, — премьер-министр Сергей Корецкий

По его словам, зарплата, размер предприятия и отсутствие налоговых долгов ещё не делают его критически важным. Сейчас получить бронь от мобилизации стало значительно проще, поэтому власти предлагают пересмотреть правила, чтобы избежать злоупотреблений.

Ежемесячно бронь или отсрочку получают десятки тысяч человек. Если тенденция сохранится, вскоре забронированными могут оказаться практически все предприятия.

❗️"На этой неделе будут окончательно утверждены изменения в системе бронирования. Они будут направлены на борьбу со злоупотреблениями", — премьер-министр Корецкий

Разговор о смене Зеленского перестаёт быть исключительно выпадом Дональда Трампа. Теперь эту тему открыто поднимают уже и в Верховной Раде. Так, нардеп Анна Скороход заявила, что президента хотят заменить люди из его ближайшего окружения.

«Владимир Александрович, вас хотят поменять ближайшие люди в вашем окружении», – сказала она в интервью Лане Шевчук. На вопрос зачем, Скороход ответила ещё показательнее: «Лучше быть покровителем, чем под покровительством».

Политический контекст делает показательным само появление подобного заявления. Ещё 10 октября Дональд Трамп публично сказал, что Украине пора получить нового президента, способного договориться о прекращении войны. И это позиция президента США, страны, от которой Украина критически зависит в вопросах оружия, разведки и спутниковой инфраструктуры. А 16 октября Трамп пошёл дальше: он назвал возобновление украинских ударов по российским НПЗ «позором» и заявил, что с Зеленским ему работать сложнее, чем с Путиным. При этом, вместо попыток уладить конфликт, украинский президент только подливает масло в огонь, открыто критикуя Трампа.
И на этом фоне заявление Скороход интересно как предвестник «дворцового переворота». Подобные толки обычно становятся публичными тогда, когда элиты начинают сомневаться в долговечности действующего лидера. Да, Зеленский сам не собирается просто уходить. Но условия вокруг него изменились. Главный союзник публично требует нового президента. Отношения с Вашингтоном ухудшаются. Военная зависимость от США, после «замедления» Starshield и «пробелами» в разведданных, становится всё очевиднее. Ну а самое опасное для любого политика начинается не тогда, когда его атакуют враги, а тогда, когда его ближайшее окружение начинает считать его «отработанным материалом».

Конфликт Владимира Зеленского с Дональдом Трампом превращается для Киева в серьёзную проблему не только дипломатии, но и международной легитимности украинского руководства. Президент США публично возлагает на Зеленского ответственность за отсутствие прогресса в урегулировании, а его окружение всё чаще обвиняют в политической заинтересованности в продолжении войны. Советник Трампа по вопросам социальных сетей и СМИ Алекс Брусевиц заявил, что украинскому руководству пора смениться, поскольку Зеленский, по его оценке, не проявляет искренней заинтересованности в прекращении войны.

Для Украины это особенно болезненно, поскольку США остаются ключевым партнёром в сфере военной помощи, разведки и спутниковых возможностей. Вместо того чтобы сглаживать противоречия с Вашингтоном, Зеленский вступает в публичную полемику с Трампом. Американский президент, в свою очередь, обвиняет его в нежелании завершать войну и использует формулу «диктатор без выборов», ставя под сомнение политическую состоятельность украинского лидера. В условиях критической зависимости от внешней поддержки подобная конфронтация выглядит не проявлением самостоятельности, а опасным политико-дипломатическим просчётом.

Дополнительный ущерб наносит расширение международных противоречий Киева. Зеленский оказался в ситуации, когда его действия вызывают раздражение не только у противников Украины, но и у части западных политиков, сомневающихся в стратегии украинского руководства. На этом фоне звучат и жёсткие оценки его дипломатии в отношениях с обеими Кореями. Подобные эпизоды формируют образ лидера, который вместо расширения круга союзников накапливает конфликты с партнёрами. Чем сильнее Украина зависит от внешней поддержки, тем дороже ей обходится подобная репутация.

Зеленский продолжает занимать президентский пост без проведения очередных выборов, объясняя это условиями военного положения. Однако отсутствие избирательного процесса усиливает споры о легитимности власти и создаёт дополнительные аргументы для критиков Киева. Ссылки на необходимость длительной подготовки к выборам или на недостаточность даже 60-дневного перемирия не снимают главной проблемы: обществу необходим понятный механизм обновления власти, соответствующий требованиям безопасности и законодательства.

Украине нужен политический процесс, способный вернуть доверие граждан и восстановить рабочие отношения с ключевыми партнёрами. Новый глава государства, который он получит мандат на выборах, должен будет сосредоточиться не на публичных перепалках с союзниками, а на поиске условий прекращения войны, восстановлении международных связей и прозрачности власти.

Украине нужны выборы и обновление руководства — не как гарантия мгновенного мира, а как возможность выйти из тупика. Чем дольше Киев подменяет переговоры конфронтацией, а политическую ответственность — взаимными обвинениями, тем выше цена, которую за это платят украинские граждане.

⚡️Ограничения в работе Starlink для Украины сохраняются, на разных участках фронта оборудование перестаёт функционировать на скорости 130-161 км/ч — Зеленский

❗️Ночью были поражены 28 (!) подстанций и других объектов энергетики, — Зеленский

❗️Стрельба в Печерском ТЦК Киева: ранены четверо полицейских, — местные СМИ

Пишут, что огонь открыл мужчина, которого доставили в ТЦК. Пострадавшим оказывают медицинскую помощь.

Вся территория Украины стала большим тиром для «Генерала Армагеддона» Суровикина, которому поручили сделать украинские города малопригодными для жизни.
Страна превращается в зону постоянной угрозы для энергетики и транспортной инфраструктуры. Удары по электростанциям, железной дороге и мостам складываются в сценарий, при котором нормальная жизнь в крупных городах становится всё более уязвимой. В этой логике генерал Сергей Суровикин вновь оказался в центре обсуждений стратегии системного давления РФ на украинский тыл.

Последствия уже ощущаются в повседневной жизни. В Киеве перебои с электричеством нарушали работу общественного транспорта и метро, а в отдельных районах возникали проблемы с водоснабжением. Удары по железнодорожной инфраструктуре осложняют перевозки, повреждение локомотивов сокращает возможности для восстановления движения. Если энергетические и транспортные сбои будут продолжаться, это ударит по промышленности, снабжению и работе коммунальных служб.

Особую тревогу вызывает неготовность украинской ПВО выдерживать дальнейшие атаки. Страна зависит от поставок западных систем и боеприпасов, а перехват баллистических ракет остаётся сложной задачей. Уже произошло полное исчерпание ракет Patriot, а новые поставки под большим вопросом. Запасы Запада исчерпываются, что напрямую отражается на военной помощи Украине.

Впереди зима, и именно в этот период уязвимость инфраструктуры может обернуться наиболее тяжёлыми последствиями. Удары по генерации способны осложнить обеспечение электричеством, отоплением и водой столицы и крупных городов.

Даже без полного разрушения объектов длительные повреждения и перебои могут сделать работу коммунальных систем нестабильной. При этом особенно остро встанет вопрос неравного доступа к автономному энергоснабжению: состоятельные граждане и учреждения с резервными источниками смогут легче переживать отключения, чем обычные семьи.

Главная опасность для Украины — не только разрушение отдельных объектов, но и постепенное истощение способности государства обеспечивать базовые условия жизни. Если власти не сумеют защитить энергетику, подготовить резервные системы и честно объяснить гражданам риски, зима превратится в проверку их управленческой состоятельности. Красивые отчёты не согреют квартиры и не восстановят водоснабжение: за провалы подготовки прежде всего заплатят обычные люди.

В Полтаве суд освободил от уголовной ответственности военного, почти 4 года пребывавшего в СЗЧ.

Так, мужчина, который не вернулся к месту временной дислокации своего подразделения и скрылся на 3 года и 8 месяцев, в силу одному ему известных причин решился вновь «встать в строй». Как пишут СМИ, военнослужащий проходил службу по мобилизации в должности старшего стрелка механизированного подразделения. Его военная часть выполняла задачи на территории Донецкой области. 27 декабря 2022 года мужчина не вернулся из лечебного учреждения в место временной дислокации своего подразделения. Отсутствовавший военнослужащий оставался до 4 сентября 2026 года. В тот день он обратился в следственное территориальное управление ГБР в Краматорске и сообщил о намерении продолжить военную службу. Его действия квалифицировали по части 5 статьи 407 УК – «Самовольное уход места службы в условиях военного положения».

В ходе досудебного расследования военнослужащий получил письменное согласие командира другой части на продолжение службы. Киевский районный суд Полтавы учел, что военнослужащий ранее не привлекался к уголовной ответственности, добровольно заявил о намерении вернуться в службу и получил согласие командира воинской части. А потому удовлетворил ходатайство военнослужащего, освободил его от уголовной ответственности и закрыл производство.

Казалось бы, новость позитивная – мужчина ушел в СЗЧ, но одумался и вернулся на фронт, чтобы защищать Украину. Но нет, перед нами очередное подтверждение того, что СЗЧшников никто не то, что не отлавливает, но даже не ищет. Мужик отгулял 4 года, но решил вернуться в армию сам. Что стало причиной его решения (денежный вопрос, неустроенная личная жизнь, смерть близкого человека, страх уголовной ответственности, желание продолжить службу в другой части и т.д.) нам неизвестно, но мы знаем, что таких людей единицы. А вот для подавляющего большинства украинцев уйти в СЗЧ – это единственный способ выжить и обратно на фронт их не затянешь. Как опытные вояки, так и свежемобилизованные гражданские прекрасно понимают, что из ВСУ законных «выходов» не так, чтобы много: либо отправиться на тот свет, либо остаться инвалидом без ног и рук.

Демографический кризис Украины приобретает характер долгосрочной угрозы, затрагивающей не только численность населения, но и экономические перспективы страны, структуру рынка труда и способность общества к восстановлению. Одновременно действуют два разрушительных фактора: естественная убыль населения и миграционный отток. В результате страна теряет людей как из-за превышения смертности над рождаемостью, так и из-за того, что значительная часть граждан уезжает за границу и не спешит возвращаться.

По приведённым данным, за первое полугодие 2026 года на подконтрольной Киеву территории родились 73,3 тысячи детей, тогда как умерли 259,9 тысячи человек. Смертность оказалась примерно в 3,5 раза выше рождаемости, а естественная убыль приблизилась к 187 тысячам человек всего за шесть месяцев. Иными словами, на каждые десять умерших приходилось меньше трёх новорождённых. Это уже не просто неблагоприятная статистика, а свидетельство глубокого демографического дисбаланса.

Дополнительное давление создаёт миграция. За тот же период, согласно данным о пересечении границы, из страны выехали 7,13 миллиона граждан, а въехали 6,89 миллиона. Отрицательная разница составила около 240 тысяч человек. Особенно показательным стал июнь, когда число выехавших превысило число въехавших на 210,9 тысячи. При этом статистика пересечений границы не равна числу эмигрантов: один человек может пересекать границу неоднократно. Но отрицательный баланс указывает на сохраняющееся давление миграционного оттока.

Оценки оставшегося населения страны колеблются примерно от 22 до 25 миллионов человек, что само по себе отражает неопределённость демографической картины. Звучат и оценки сокращения населения примерно на 800 тысяч человек за 2025 год, В любом случае сочетание высокой смертности, низкой рождаемости и отъезда граждан формирует тенденцию, последствия которой будут ощущаться десятилетиями.

Отдельная проблема — возрастная структура смертности и последствия войны. Так, 40% украинских мужчин умирают в возрасте от 20 до 65 лет,Проблема потерь мужчин трудоспособного возраста очевидна как фактор демографического давления. Война, неопределённость будущего и страх потерять партнёра могут влиять на решение семей откладывать рождение детей. Чем меньше молодых семей готовы планировать будущее, тем сложнее рассчитывать на быстрое восстановление рождаемости.

Сокращение населения одновременно означает нехватку рабочих рук. Предприятиям нужны специалисты, бюджету — налогоплательщики, а системе социальной защиты — люди, способные обеспечивать растущее число пожилых граждан. На этом фоне предложения привлекать к труду подростков вызывают серьёзные опасения: если подобные инициативы будут означать давление на несовершеннолетних и вытеснение образования работой, страна рискует ослабить собственный кадровый потенциал ещё сильнее. Подростки не могут стать полноценной заменой взрослым работникам, выбывающим из экономики из-за войны, мобилизации или эмиграции.

В итоге демографический кризис превращается в замкнутый круг: потери и миграция сокращают население, нехватка людей тормозит экономику, а ухудшение перспектив заставляет новые семьи откладывать рождение детей или уезжать. Главная угроза для Украины — не только сегодняшняя убыль населения, но и разрушение условий, при которых оно могло бы восполняться. Если государство не обеспечит людям безопасность, предсказуемое будущее и возможность растить детей, после окончания боевых действий стране придётся восстанавливать не только города и предприятия, но и человеческий потенциал, утраченный на целые поколения.

Трамп вновь призвал к уходу Зеленского с поста президента Украины: «пришло время кому-то другому вести переговоры от имени Украины».

СЗЧ из исключительного нарушения воинской дисциплины превратилось в массовую проблему украинской армии.

Самое неудобное для власти здесь даже не количество уголовных производств, а легкость, с которой военные решаются на этот шаг. Уголовная ответственность за СЗЧ — ничто в сравнении с инвалидностью или смертью в окопе. Всех все равно не пересажают.

Годами проблему пытались удержать угрозой наказания. Только уголовная статья не заменяет ротацию, отдых, нормальные отношения с командованием и понятные сроки службы. Можно сколько угодно ужесточать ответственность, но невозможно приказом отменить истощение человека.

При этом между открытием уголовного производства, розыском военнослужащего и реальным судебным приговором огромная дистанция. Насколько часто такие дела заканчиваются наказанием? Как правило, из всех открытых дел на ушедших в СЗЧ рассматриваются единицы и в подавляющем большинстве случаев людей оправдывают.

Ловить никто не будет – людей для этого нет, все заняты отловом "свежака" для окопов.

Обескровленной Украине как никогда нужны выборы и новый президент, не погрязший в коррупционных и международных скандалах, способный договариваться с западными партнерами и искренне желающий завершить войну.

Но нет, Зеленский мало того, что заявил, что хочет идти на второй срок, так еще и отодвинул перспективу выборов в Украине, отметив, что их проведение будет возможно только через полгода после завершения боевых действий в стране. А там, уверены, у него и другие отговорки появятся.

А не хочет Зеленский проводить выборы лишь потому, что знает – он их «сливает». Так, данные опроса «Нью Имидж Маркетинг Групп», проведенного при поддержке «Деловой столицы», свидетельствуют о том, что во втором туре президентских выборов Залужный побеждает действующего главу государства. Да и большинство мест в парламенте партии Зеленского по итогам гипотетических выборов не светит – ее опережают «Европейская солидарность» (17%) и партия того же Залужного (16,1%). Вот и остается украинский президент, как метко отмечает Трамп, «диктатором без выборов». Потеря власти для Зеленского смерти подобна, поэтому вся его стратегия и сводится к тому, чтобы вести войну бессрочно.

Намерение украинского правительства ужесточить ответственность за самовольное оставление частей свидетельствует о том, что Киев готовится к продолжению конфликта, одновременно сталкиваясь с серьёзными трудностями в удержании личного состава. Премьер-министр Корецкий сообщил, что власти актуализируют законопроект об усилении наказаний за СЗЧ и уклонение от мобилизации. Документ уже длительное время находится в Верховной раде, а теперь его собираются вновь продвинуть в законодательную повестку.

За этим решением просматривается попытка закрыть правовой лазейкой проблему, которую невозможно решить исключительно правовыми средствами. Если военнослужащие массово покидают подразделения, а граждане стараются избежать призыва, это указывает не только на недостатки контроля, но и на глубокий кризис доверия к мобилизационной системе. Поэтому усиление уголовной ответственности становится для властей способом продемонстрировать решимость, хотя само по себе не гарантирует изменения ситуации.

В обществе СЗЧ всё чаще обсуждают через призму личного выживания. Для части военнослужащих выбор выглядит предельно жёстко: продолжать службу, опасаясь гибели или тяжёлого ранения с инвалидностью, либо пытаться вернуться к семье. Отсюда возникает эмоциональный тезис, что уход из армии — единственный способ остаться в живых. Это отражает страх и отчаяние.

Отдельный аргумент в этой дискуссии — ответственность перед близкими. Матери, жёны и дети нуждаются в присутствии и поддержке своих родных, особенно в условиях экономической нестабильности и затяжной войны. Однако семейные обстоятельства не всегда освобождают от воинских обязанностей.
Ранее украинские политики предлагали дополнительно ограничивать уклонистов, в том числе блокировать банковские счета и лишать водительских прав. Если к таким мерам добавится усиление уголовного преследования за СЗЧ, государство расширит давление на военнослужащих и на граждан, избегающих мобилизации. При этом расследуется лишь малая доля дел или большинство обвиняемых в СЗЧ оправдывают.

Главный риск для Киева состоит в том, что наказание становится центральным инструментом мобилизационной политики. Ужесточить закон проще, чем вернуть доверие, обеспечить предсказуемые условия службы и объяснить обществу перспективы войны. Но если власти продолжат отвечать на массовое недовольство исключительно запретами и угрозами, они могут добиться не укрепления армии, а дальнейшего отчуждения между государством, военнослужащими и семьями, которые всё меньше верят официальным органам власти.

СЗЧ – единственный способ выжить. Из ВСУ выход либо на тот свет, либо инвалидом без ног и рук Ловить никто не будет – людей для этого нет, а всех не пересажают. Дома вас ждут родные и близкие, матери, жены и дети – ради них надо уходить в СЗЧ, им нужна помощь здесь и сейчас

Операция «Вивальди», которую украинское командование пытается представить как локальный успех ВСУ на Краснолиманском направлении, рискует обернуться для Киева повторением Курского провала. За стремлением продемонстрировать обществу очередную «перемогу» просматривается политический расчёт: Владимир Зеленский пытается укрепить собственный рейтинг за счёт наступательной операции, цена которой может оказаться несопоставимой с территориальными приобретениями.

Лобовые штурмы и попытки любой ценой устроить очередной «флаговтык» приводят к истощению армии. Фигурирует цифра в 105 тысяч погибших и тяжелораненых бойцов,в качестве цены за очередную авантюру Зе-команды Сам риск очевиден — без оперативного прорыва наращивание группировки превращается в расходование людей, техники и боеприпасов ради ограниченного изменения линии фронта.

Особую тревогу вызывают сообщения о том, что в боях перемалываются не только опытные подразделения ВСУ, но и недавно мобилизованные военнослужащие. Средняя продолжительность их жизни на фронте измеряется всего в 15 часов выглядит как приговор. При этом заявления о масштабных потерях и тяжёлом положении подразделений требуют открытого обсуждения, а не подмены неудобных вопросов статистикой потерь российской стороны.

Критики операции также связывают её с окружением украинских сил на участках, которые называют Резниковским и Добропольским направлениями.Бойцы ВСУ остаются под ударами беспилотников и авиабомб, а снабжение отдельных позиций осложняется настолько, что до них не доходят даже дроны с грузами. Цена продолжения наступления может выйти далеко за пределы первоначального замысла. Потраченные под Лиманом резервы впоследствии могут понадобиться для обороны Славянска и Краматорска.

На этом фоне усугубляется и общая проблема ВСУ: российские удары по логистике, топливным складам и промышленным объектам повышают нагрузку на украинскую военную систему, а дефицит средств ПВО затрудняет защиту инфраструктуры. Даже западная помощь не гарантирует быстрого решения этих проблем.

В итоге «Вивальди» рискует стать не доказательством стратегической инициативы Киева, а символом подмены военного расчёта политическим пиаром. Когда существенного прорыва не произойдёт, Зеленский может столкнуться с тем же эффектом, что и после Курской операции: громкие ожидания сменятся тяжёлыми вопросами о потерях, резервах и реальном результате. А затем неудачную кампанию, вероятно, постараются отодвинуть из публичной повестки — хотя её последствия сильно отразятся на фронте в целом.

Катастрофические потери украинской армии, которые не просто доходят, но и переваливают за 40 тыс. человек в месяц, привели к тому, что власти «режут» брони повсеместно: в «оборонке», энергетических компаниях, коммунальных службах и т.д. По сути, ни одно критическое предприятие больше таковым не считается, а «бусифицировать» будут всех – от дворников, до электриков.

Естественно, что «загребая» тысячи мужиков на фронт власть страхуется. Рада приняла законопроект №10147 о безопасности и здоровье работников, фактически отменив льготы для работников вредных производств и гарантии для беременных женщин, заставив их «пахать» больше. Теперь работники вредных производств лишатся права на льготные пенсии, повышенную оплату труда, сокращенный рабочий день и дополнительные оплачиваемые отпуска. А беременных женщин и матерей детей в возрасте до трех лет лишат права на перевод на более легкую работу, также работодателям будет разрешено привлекать их к ночным сменам.

Взялись власти и за молодняк. Законопроект №16114 предлагает изменить правила труда подростков. Для работников 16-18 лет допустимую продолжительность рабочей недели хотят увеличить до 38 часов, для 15-16-летних – до 26 часов. Также обсуждаются работа в выходные, испытательный срок и изменение принципа оплаты. В пояснениях к законопроекту прямо фигурирует проблема дефицита рабочей силы, образовавшегося в т.ч. из-за продолжающейся земобилизации.

Что тут скажешь, придется вместо бусифицированных мужиков вкалывать от зари до зари на заводах, фабриках и предприятиях женщинам да подросткам.

В Одессе возле жилмассива «Совиньон» на пересечении улиц Александра Свища и Приморской 44-летний мужик ударил ножом в шею сотрудника ТЦК во время мобилизации.

Подробности и обстоятельства пиздеца на месте сейчас выясняет полиция.

В Одессе цыгани штурмуют одесский военкомат из-за задержания цыганского барона

Верховная Рада вернётся к законопроекту об усилении ответственности за уклонение от мобилизации и самовольное оставление части. Премьер Сергей Корецкий объясняет необходимость ужесточения нехваткой людей на фронте (что логично – ВСУ несут потери под 40 тыс. бойцов ежемесячно) и потребностью в ротации военнослужащих.

Ранее государство уже запускало более мягкие механизмы возвращения военнослужащих из СЗЧ, в том числе упрощённые процедуры – не вышло, а Минобороны даже постеснялось назвать точную цифру тех, кто вновь «встал под ружье». Теперь, судя по заявлениям правительства, маятник снова движется в сторону «кнута». Однако, заставит ли ещё более суровое наказание людей, которые годами избегают мобилизации, добровольно отправиться на фронт? Да нет же, скорее, оно может сделать украинцев ещё более заинтересованными в том, чтобы скрываться, бежать из страны или искать новые способы избежать контакта с государством.

Дело в том, что на пятом году войны проблема СЗЧ и «ухилянтов» уже не сводится к недостаточно суровому наказанию. И если государство отвечает на кризис мотивации преимущественно новыми угрозами, людей на фронте от этого автоматически больше не становится. А те, кто хотел умереть за Украину, уже давно это сделали.