Гераньку?

ВС РФ поразили в Киеве дата-центр, обеспечивавший обработку и передачу данных разведки в интересах ВСУ.

P.S. Если видео не грузятся, смотрите тут https://max.ru/SergeyKolyasnikov

Генассамблея ООН. Член израильской делегации обходит зал и записывает, кто вышел из зала во время выступления Нетаньяху.

Доброе утро ☕️

🪴Гераньку?

Центры обработки данных в Соломенском районе Киева. На втором видео на секунду явно виден корпус реактивной "Герани" пятой серии.

Теперь я уже с интересом коллекционирую провалы последней серии Apple, настолько все эпически выходит.

Пользователь iPhone15 Pro Max купил себе 18 Pro Max и за неделю-другую ношения последний основательно ушатался.

Все это действо происходит на фоне массы сравнительных сюжетов 17-й и 18-й серии, где 90% выводов звучат как "Прекрасный параметр ХХХХХ в последнем поколении такой же, как в предыдущем, он обеспечивает замечательное и хорошее, быстрее доставайте кошельки".

Какое-то обувалово эпических масштабов. Это у них еще складешок в массы не вышел. Там думаю с шарниром при таком подходе будет все очень интересно.

YotaPhone: как питерский «убийца iPhone» стал китайским призраком
 
Ну, и маленькое дополнение в тему «цифрового суверенитета» – как его добиться и как не про… фукать. Начало тут и тут.
 
Помните телефон с двумя экранами – цветным спереди и «читалкой» на электронных чернилах сзади? Его придумали в родном Петербурге, в Yota Devices. Один из ключевых разработчиков – Дмитрий Гориловский, выпускник ИТМО. Тогда это было крутое know-how на уровне передовых мировых разработок. Помню, как был на первой презентации этого смартфона в Минске в презент-центре «Октябрьский» и общался с разрабами. Крутые парни.
 
Как все начиналось. Первая модель вышла в 2013 году, вторая – в 2014-м. Вторую даже Владимир Путин подарил Си Цзиньпину. Казалось, вот он, российский технологический прорыв. В марте 2014 года в проект уверенной поступью вошел концерн «Ростех», получив 25,1% акций. Казалось бы, теперь заживем, и YotaPhone станет одним из лидеров нарождающегося рынка смартфонов, и не только в России.
 
Однако в продвижение товара на рынке на уровне рекламы не вложились, типа, сэкономили или чего хуже, и грамотную стратегию вхождения на рынок (временно снизив цену) тоже не провели. Решили деньжат по-бвстрому срубить. Понятно. Закономерно, что первые продажи оказались весьма скромными: по разным оценкам, всего десятки тысяч аппаратов. Дорогой аппарат, ессно, на рынок не зашел.
 
В результате «Ростех» решил расстаться с «неприбыльным» активом, который сегодня мог стать одной из частей реального российского «цифрового суверенитета». Потому что на технологический уровень YotaPhone с 2011 года и до сих пор, т.е. за 15 лет (!) ни одна российская массовая модель смартфона так и не вышла.

В 2015 г. контроль над проектом (65% акций) за $100 млн перешел к китайскому холдингу Rex Global (позже China Baoli), который в сентябре 2016 г. совместно с Coolpad Group Limited создал компанию Yota Devices. Та, в свою очередь, выкачав все российские технологии (ключевой технологический центр R&D «Скартела» тоже был продан) искусственно заморозила развитие этого технологического направления.
 
В апреле 2018 г. суд Каймановых островов признал компанию производителя YotaPhone банкротом. А в июле 2018 г. «Ростех» окончательно продал свою долю Trinity World Management (TWM) за чуть более чем 3 млрд рублей (около $55 млн). Тут отдельная интересная тема, поскольку TWM - это банальный офшор, за которым стоял Уинстон Си, который одновременно был одним из владельцев China Baoli.
 
YotaPhone уже давно официально не продается ни в России, ни в Китае. Что интересно, разработка аналогичной модели с двумя экранами Hisense A6 (картинка справа) в Китае началась в 2017 году. А в 2018 году модель получила награду «iF Design Award» за дизайн. Сегодня модель Hisense A6 продается и в России, и в Китае, как и на других рынках, в диапазоне 110-130 долларов.
 
Что имеем в итоге. YotaPhone – классический пример того, как отличная инженерная идея, позволившая создать собственный уникальный центр R&D в одном из важнейших направлений технологической революции, не была поддержана отечественными ТНК и непосредственно самим государством. Питерская разработка, поддержка «Ростеха», подарок Си Цзиньпину, а в финале продажа китайцам, банкротство проекта, изъятие технологий для развития собственного продукта и статус коллекционного гаджета.
 
Итого, можно сказать, что в 2015 году за 100 млн долларов мы лишились действительно серьезного «кирпичика», в контуре, как говорит С.Боярский, «цифрового суверенитета», продав единственную серьезную модель реально российского смартфона китайской компании (включая главное – центр R&D), которая вывезла все технологии в КНР, а потом его успешно похоронила.
 
Параллельно КНР начала экспансию на российский рынок телефонов: если в 2015 г. доля китайских мобильников в штуках составляла 10-11%, то в 2026 г. – 64-66%. Убить единственного внутреннего конкурента и оплатить за вход на рынок стоимостью около $6 млрд в год (!) (за 10 лет – $60 млрд) всего $100 млн, это реально круто. Китайцы – молодцы, шарят в торговле. Это все равно, что за бусы купить Манхеттен.