«Я изучал мироновское поведение – его физику, движение рук, как он в принципе существует в этом персонаже, как заполняет кадр собой – чтобы использовать в кадре самому.

Вы даже не представляете, сколько раз за фильм Андрей Миронов откидывает волосы. Я пересматривал оригинальную картину и удивился скорости – там быстрые диалоги, всё внахлест, нет секунды, чтобы вставить паузу.

Мы в «Небриллиантовой руке» тоже к этому стремились – не затягивать, а ускорять, чтобы вся игра происходила в момент, когда ты не говоришь текст»,

«Мне было лет 10 максимум, мы жили в Сочи, и я был на концерте Филиппа Киркорова в Зимнем театре. Я подарил ему цветы, он меня брал на руки. Но в хорошем смысле слова, сейчас не всплывет ничего пидиддиевского, ха-ха.

Я тогда даже не мог представить, что буду с ним сниматься в одном фильме. Как я мог тогда представить? Да никак!»

«Меня стали узнавать больше. Нигде прохода нет. Раньше я после своих интервью и съемок ходила в укладке, в мейке, и меня узнавали.

А если я просто в кепочке с утра встала, никто особо меня не узнавал. А когда меня увидели просто во всех видах, какая я есть, теперь мне вообще нет покоя»,