«Изначально мне позвонили по поводу артистов, которыми я занимаюсь. Объяснили, что это будет психологическое шоу, чем-то похожее на игру «Мафия».

Я спросил: «Там точно не надо будет жуков есть или плыть из центра океана к берегу?» Мне ответили: «Нет, такого точно не будет, всё будет красиво». И я сказал: «А может, тогда мне самому попробовать?»

Подумал, что было бы неплохо сменить обстановку, получить какие-то новые ощущения, новые знакомства.

На самом деле, я сказал это просто так, неожиданно для самого себя. Понимал, что, скорее всего, буду там самым старым участником… Не знаю, оказался ли я мудрым. Наверное, не очень, ха-ха!»

«Перед первым сезоном у нас были репетиции. Мы сидели, разговаривали вместе с режиссером и креативными продюсерами. И это правильно, потому что потом темп съемок был не просто быстрый, а стремительный.

Мне повезло – снимали все в одной локации, не так далеко от моего дома. На большой территории стоят несколько домов, принадлежащих одному хозяину.

Три съемочные группы работали там одновременно. Например, в одном доме шли съемки сцен взрослых, параллельно в другом – сцены в комнатах детей, а в третьем – обслуживающего персонала.

Мне очень нравится, как прописаны отношения персонажей. Они незаклишированные, без штампа, которого ждешь от этой темы – муж и его бывшие жены»,

«Я просто напугал Славу – надеюсь, он не обижается. Я иногда создаю мрачное впечатление, это связано со спецификой моей работы.

Например, моя основная специализация как экстрасенса – я ищу пропавших без вести людей. У меня нет платных приемов, я в основном помогаю найти детей.

Вероятнее всего, у меня просто такая ритуальная аура, и люди ее сложно считывают и не понимают мое чувство юмора и какие-то мои приколы. Потому что у меня уже есть профдеформация, как у патологоанатома»,