«Наша съемочная смена длится практически сутки. И мы целый день на ногах – не только я и Лео как ведущие, но и вся команда – операторы, режиссеры, продюсеры.

Поэтому к концу дня мы просто мертвые. И уже неважно, где именно ты остаешься ночевать – в люксе или где-нибудь в палатке, ха-ха»,

«Когда мне прислали трейлер к первому сезону, я посмотрел и понял, что мне было бы интересно попробовать себя в таких рамках.

Хотелось узнать, как буду реагировать вместе с другими участниками. В том числе я хотел посмотреть на себя со стороны: как действую под давлением, как справляюсь с эмоциями.

Не помню, по каким причинам не смог поехать, но сразу согласился, когда мне предложили участвовать во втором сезоне. В обычной жизни мне не приходится врать или кого-то обманывать, но в игре интересно примерять определённые маски и роли»,

«Конечно, я знаю, кто двойник, а кто – оригинал. Но знаю в те моменты, которые мне нужны.

В какие-то моменты я говорю съемочной группе: пожалуйста, не говорите мне правильные ответы, я тоже хочу угадать. Мне же тоже интересно! Мне интересно слушать, интересно вместе со всеми звездами находиться в процессе выбора.

Чаще всего селебрити сами себя путают, ха-ха! Они считают: так, этот поет так, чтобы мы подумали, что он в этой кабинке, а на самом деле едет домой на такси»,

«Я обожаю этот проект как зритель и думала, что если поучаствую в реалити, то только в таком. В «Сокровищах» минимум коалиционных историй и голосований – чистая гонка каждый день.

Я позвала с собой Кристину, потому что она спортивная, стрессоустойчивая и ответственная – выучила для проекта несколько слов на китайском.

Плюс для съемок нужно отпрашиваться с работы до официального финала – то есть от 20 дней до месяца. А Кристина – свободная девушка, без детей и смогла поехать в Китай»,

«Участие в «Мастере игры» было полнейшим, тотальным погружением – видимо, из-за больших территориальных и географических перемещений. Ну и весь антураж «темных» и «светлых», интерьеры – всё вокруг нас заставляло психологически переместиться на другую планету.

У нас забирали телефоны и в конце дня выдавали на 15 минут. Но мне даже не хотелось брать телефон, потому что я понимала, что сейчас нужно будет опять как-то договариваться со своей психикой и вспоминать, что там есть еще отдельная жизнь, в которой нужно коммуницировать»,