Детские писатели в Телеграм

Есть ощущение, что все детские/подростковые писатели живут ВКонтакте.

#детиВкнигах_путьПисателя
Но кое-кто и здесь обитает, собрала небольшой список (себя тоже включила🤪):

Юлия Венедиктова
Татьяна Золотарёва
Юлия Иванова
Наталья Песочинская
Юлия Кузнецова
Маруся Коноплястая
Оксана Ююкина
Дарина Стрельченко
Софья Мильё
Валентина Дёгтева
Екатерина Залесская
Ольга Журавлева
Ольга Фадеева
Катя Аксёнова
Наталья Спехова
Юлия Лавряшина
Светлана Каминская
Тамара Михеева
Наталия Волкова
Анна Ремез
Анна Анисимова
Дина Артёмкина
Екатерина Исаева
Яна Летт
Марина Ясинская
Виктория Ледерман
Яна Афонина
Таня Медведева
Ангелина Лисицкая
Ирина Гурина
Любава Горницкая
Марина Тараненко
Мария Сидлер
Елена Ульева
Ольга Лукас
Юлия Бернацкая
Светлана Леднева
Наталья Евдокимова
Алёна Мирьянич
Зина Сурова
Юля Март
Вика Козлова
Марта Зиланова
Николай Мельников
Маша Кондрацкая
Нелли Зайцева
Ксения Снег
Зульфия Абишова

Ни с кем не договаривалась, девушки не в курсе, но репосту буду рада😁

Может, вы кого-то ещё знаете (не обязательно девушек😅)? Дайте знать в комментариях, буду благодарна!

Про отказы.
Моя профессиональная кривая началась с отказа: я, газетчик с 13 лет (первая публикация и первый гонорар) принесла свои стихи и какие-то рассказы в "Новый мир" (потому что его подшивка была на даче, и родители ей дорожили). Естественно, стихам как драгоценным винам настало это самое. Мама не поленилась и съездила забрать рукопись (тогда еще были бумажные носители, даже не дискеты). И сказала Паше Крючкову, что они обо мне еще услышат (дома я горела от стыда за сказанное мамой, потому что было стыдно вдвойне - от отказа и от маминого обещания).
Они обо мне услышали.
Первые девять лет в издательстве я работала с самотеком (сейчас иная этика, и принято говорить самопришедшие авторы, чтобы никто не обиделся). В начале двухтысячных обижать еще было можно - отказы говорились и писались бойко, с иронией, с последующими перепалками в звонках и долгими редакционными запиваниями алкоголем, пока делились подробностями с директором, а он говорил про агента отказанного автора что-то вроде, и тут она метнула в меня свой файербол😂
Потом мы как-то незаметно втекли в новую этику и стали сервисно-ориентированными, когда автор - клиент, а ты... в общем, ты не тот, кто прав. Процесс не насильственный, а естественный - стоит посмотреть хотя бы на другие индустрии, там то же самое. Отказы стали алгоритмизироваться, формализироваться, регламентироваться - как вакцины, из которых убирают живой вирус.
Но суть остается прежней.
Ты не можешь издать все книги мира, даже если хочешь и они есть: отказывать приходится по сроку ожидания - редактор может ждать лет пять, у него нарисован план, автор столько ждать не хочет.
Отказ после того, как принял - потому что не смог защитить на бюджете,
Отказ потому, что автор сросся с эпопеей (например 7+ томов одной истории, которую пишет всю жизнь), а тебе нужен однотомник.
Отказ потому, что ты не знамя революции и не можешь быть трибуной для несогласных.
Отказ потому, что совсем нет аудитории и автор себя нигде не потестил на площадках самиздата, чтобы получить обратную связь от читателей. Кстати, я до сих пор в этой группе, привет;)
Отказ, потому что переругались внутри редакции - один хотел, другой нет.
Отказ, потому что первая книга не взлетела (едва ли не самый болезненный отказ).
Наконец самый невероятный отказ: потому что текст плохой (но по новой этике так нельзя - плохой оценочное суждение;).
Отказ - всегда что-то стыдное, и для того, кто отказывает, и для того, кому отказали. Потому что в каком-то идеальном мире все написанное - издано, все читают друг друга и все книги полезны и нужны... но нет.
Если отказ содержит рекомендации по доработке - это самоубийственный ход, потому что за рекомендации всегда можно зацепиться и развить конфликт. Отказ совсем без рекомендаций - тоже повод для конфликта.
Недостижимый идеал - сделать отказ непохожим на отказ, но по сути - отказом (кто смотрел Fallout - вспомните про конец света как продукт потребления для масс).
Отказ - тоже такой продукт потребления. В космическом идеале автор должен хотеть потреблять отказ - потому что отказ будет сделан как сумка Hedgren (на века). Как хозяйственное мыло. Как супрастин. Просто, красиво и полезно - чтобы хотеть еще. Но это в идеале. Потому что к отказу примешивается человеческое - желание объяснить, желание не понять и трактовать по-своему, желание свои ожидания обрушить на того, кто отказал, как личное... сцена из "Постучи в мою дверь", где жених бросает Эду, а она настроена принять его предложение руки и сердца и говорит "да" в ответ на "я тебя не люблю".
Конечно, отказ по рукописи - это не про разрыв отношений, но зачастую драматизм примерно тот же. И если забыть, что для автора его произведение - чистое вдохновение (даже если он мастер проды, ее без вдохновения все равно не сможешь;), а для редактора - аналитика и постоянная совещательная процедура, то можно утонуть в шекспировских страстях и споплях.
Но если отложить Шекспира и подумать про то, что современный издатель - это не только книги, многое может стать понятнее.

Писатель Юрий Бондарев отвечает на вопрос о положительном герое в романе. Встреча, посвященная роману «Игра», 1986 год

Пишите, пишите, пишите — списки покупок, записи в дневник, электронные письма, короткие рассказы — что угодно, это не имеет значения. Пишите при каждой возможности. Таким образом вы разовьете свою писательскую привычку и найдёте свой писательский голос.

Я?

У нас, впервые за год, появился новый лидер во всех рейтингах. Причем, это абсолютно новый автор. Книги всем не хватает. Поставили доп.тираж 15000. Я думаю, тысяч на 100-150 выйдем.
Какие версии ?

⚡️Произведения, опубликованные до 1 августа 1990 года, не будут подпадать под новые нормы, которые предусмотрены в законопроектах, направленных на запрет пропаганды наркотиков, сообщил глава комитета Госдумы по госстроительтву Павел Крашенинников.

«Конан Дойл, Лев Толстой и так далее, Булгаков, они не будут подпадать», — сказал он.

Основатель Space X выдал в соцсети X список своих любимых аудиокниг. В фаворитах у миллиардера исторические книги, древнегреческая литература, биографические работы и книга, посвященная видеоиграм. Всего в списке Маска значится 12 книг:
— «История цивилизации» Ариэль и Уильяма Дюрантов;
— «Илиада» Гомера;
— «Дорога к рабству» Фридриха фон Хайека;
— «Американский Цезарь» Уильяма Манчестера;
— «Повелители DOOM: Как два парня создали империю и преобразили поп-культуру» Дэвида Кушнера;
— «Цена разрушения» Адама Туза;
— «В стальных грозах» Эрнста Юнгера;
— «Августовские пушки» Барбары Такман;
— «Записки о Галльской войне» Юлия Цезаря;
— «Двенадцать против богов» Уильяма Болито;
— «Чингисхан и рождение современного мира» Джека Уэзерфорда;
— «Двор Красного монарха» Саймона Себаг-Монтефиоре.

Маск отметил, что «этот список предназначен для тех, кто думает о Римской империи каждый день».

Он также сказал, что читать книги гораздо быстрее, чем слушать, но аудиокниги отлично подходят для засыпания.