Не без эмоций. О городе, в котором мы живем

Где-то в 19:30 у заправки Паркентский хвост очереди тянется до самого рынка. Из-за огромного потока машин улица нередко закупоривается, поэтому домой идти пешком куда быстрее, чем на машине или транспорте. В один из таких дней моему взору открылась темная, страшная улица с раздолбанным тротуаром и людьми, одетыми в черное. Мы шли словно тени. Таксисты, которые подбирали пассажиров у обочины, тормозили так резко, что поднимали в воздух всю пыль. Было тяжело понять, то ли это из-за мглы улица так потускнела, то ли из-за пыли. В тот миг мне стало очень больно, потому что перед моими глазами встал образ голливудского города третьего мира, пережившего на себе апокалипсис.

Я не тот человек, который любит жаловаться, да еще и на публику, но Ташкент стал городом, в котором неприятно и неудобно жить. Каждое утро и вечер люди страдают из-за ужаснейших пробок. Причем вне зависимости от того, на авто ли ты или автобусе. Но автомобилей в городе стало так много, что название столицы можно иронично менять на Chevyland. Ташкент перестал быть городом для людей. Он стал городом для людей на машинах. Это явно заметно по количеству регулировщиков, очищающих заторы каждый божий вечер и частоте звуков серенады гудков.

Далее — пыль. Она окутывает тебя, как неблагоприятное одеяло. Порой, гуляя по городу, мне кажется, что мои ресницы совсем белые от пыли. Чтобы наглядно увидеть слой осядаемой на тебя пыли, стоит протереть очки. Ничего от «тоша» не остаётся. Это уже не Ташкент, а Чангкент или Бетонкент.

К чему все это? Пора бы уже взять паузу. Да, вроде как есть надежда: сегодня Президент объявил мораторий на новое строительство до принятия генерального плана Ташкента. Лично меня это радует. Хоть какой-то шаг на пути к решению проблемы. Недавно движение «Юксалиш» проводило опрос, в котором спрашивало мнения общественности о том, какое решение должен принять новый хоким города первым. Я проголосовал за объявления моратория. Но в своем ответе я отметил, что мало объявлять мораторий. Его нужно делать с определенной целью. Для меня — эта цель, в первую очередь, провести точную оценку состояния развития города. Рассуждать как эксперт или архитектор я не смогу, но как обычный гражданин, мне хотелось бы, чтобы власти сделали исследование и оценку тому, к чему привела интенсивная застройка Ташкента, насколько силен ущерб новостроек на экологию, как будет решаться вопрос ежегодных потопов, пробок. В конце концов, хотелось бы, чтобы все агентства и ведомства наладили диалог. Ввиду своей работы я часто общаюсь с представителями государственных структур. Зачастую у меня складывается впечатление, что они в лучшем случае не координируют или не слушают, в худшем случае — конкурируют или перекидывают ответственность друг на друга.

Пока люди не научатся нести ответственность за свой участок, выполнять работу добросовестно, а главное — не будет разработан точный механизм мониторинга, моратории будут обходить, дома строить, деревья срубать, город опылять. Вы же тоже живете в этом городе. Вы тоже застреваете на этих пробках, дышите этим же воздухом. В каком городе вам самим хочется жить?

@andanotherday

«Хуш келибсиз, хуш келибсиз» (Добро пожаловать, добро пожаловать!), звонко зазывал кондуктор автосуба №89 входящих пассажиров.

Люди заходили один за другим и с удивлением смотрели на задорного зазывальщика. Кондуктор улыбался им в ответ, обнажая золотые зубы. А как он, человек широких и круглых габаритов, мастерски проскальзывал через толпу. Сначала вперед шла правая нога, затем живот, а после — левая.

«Утила, утила, ичкарига утила. Кампот бор ичкарида» (Проходите, проходите, только внутрь, проходите. Внутри есть компот), — прокричал он, словно приглашая гостей расположиться у дастархана.

— Болам, сенда нима екан? (Сынок, что у тебя?), — попросил он молодого человека оплатить за проезд.

— Карточка, — ответил он.

— А? Картошка? Ха, албатта, картошка хам булади (Да, и картошка сойдет), — сказал он серьёзным лицом.

Может до того, как стать кондуктором, он работал в ресторане, а может, он просто хотел внести тепло в очередной холодный день, но удавалось ему это очень тяжело. Люди стояли и не могли понять, отчего кондуктор такой веселый.

@andanotherday

Here is a brilliant video by Vox that explains why buildings in Turkey collapsed so fast.

https://www.youtube.com/watch?v=TnlCRoBAcuw

@andanotherday

В 1939 году Большой Ферганский канал протяженностью в 270 километров, которая перенаправила воды Сырдарьи для орошения хлопковых полей, строили свыше 160 тысяч людей.

Оказывается рабочий процесс документировал советский фотограф Макс Альперт. Фотографии распространялись среди главных инженеров.

Некоторые из работ Макса приобрели исследователи в Центре Девиса Университета Гарварда.

Вот, как строили канал: https://daviscenter.fas.harvard.edu/insights/moving-waters-soviet-uzbekistan

@andanotherday

— Чем взрослее я становлюсь, тем больше я погружаюсь в себя. Копаюсь в своем прошлом, чтобы понять, каким я стал. Не ищу компании больших и новых коллективов, потому что нахожу покой среди тех, с кем уже знаком. Жажду уединения со своими грехами, чтобы простить себя.

— Дружище, ты, конечно, старый, но не настолько же!

— Дело не в старости, а в умении оставаться собой, сколько бы тебе ни было лет.

Посвящается моему доброму и хорошему другу, который сегодня празднует день своего рождения.

@andanotherday

“The older I get, the deeper I dive in into myself. I dig my past to understand the person I am today. No longer I need big and new companies, as I find peace among those whom already know. I seek solitude with my sins to learn to forgive myself.”

“My friend, you ain’t that old.”

“It ain’t bout’ bein’ old. It is about learning to be yourself, no matter what age you are.”

Dedicated to my dear and near friend, who is celebrating his birthday today.

@andanotherday

Для того, чтобы написать материал об учителях спецшколы №77 для незрячих и слабовидящих детей, я приходил к ним три или четыре раза. Каждый визит поражал меня теплотой школы. Хоть и не все незрячие, учащиеся свободно ходят по школе без трости, поднимаются по лестнице, находят нужные двери. Дети «видят» мир и в этом им помогают учителя школы.

Но впервые за свою жизнь я по-настоящему понял, насколько неприспособлен Ташкент для незрячих и слабовидящих детей. Мало того, что мы их не замечаем, а если замечаем, то не обращаем внимания на них трудности, так городская инфраструктура вовсе не учитывает людей с ограниченными возможностями.

Незрячему ребёнку ничего не стоит упасть в яму или лоток, споткнуться о бордюр и сильно пораниться, оказаться под колесами машины ведь нет ни дорожных указателей, ни звуковых светофоров. Ориентироваться им приходится по звукам, запахам и даже ветру. Потерять ориентир очень легко. Если это случится, впереди только темнота.

Несмотря на это, давно я не видел столько жизни в детях и людях, которые работают в школе.

Почитайте, как незрячие и слабовидящие дети учатся «видеть» мир:
https://www.gazeta.uz/ru/2023/02/16/seeing-the-world/

@andanotherday

«Это не кулак насилия, это кулак правды. Это не кулак угнетателей, а кулак угнетенных».

Именно так Абдулла Кадыри описал форму сатирического журнала «Муштум», о чем он написал в его первом номере.

Джадид считал, что у обществ должна быть свободная пресса. Кадыри и другие джадиды писали, что пролетарская система должна позволять критику, потому что внутри системы могли быть люди, преследующие свои корыстные цели. Они также считали, что внутри системы были сподвижники Царя Николая, желающие развала социализма. Их и пороки общества должна была критиковать пресса.

«Муштум» исполнилось 100 лет. Это единственное СМИ в Узбекистане, которому не меняли название с момента его основания.

Коллеги из «Газеты.uz» собрали интересную подборку карикатур журнала: https://www.gazeta.uz/ru/2023/02/19/mushtum/

Интересна история джадидской прессы? Почитайте мой магистерский тезис: https://ir.ua.edu/bitstream/handle/123456789/8605/u0015_0000001_0004387.pdf?sequence=1&isAllowed=y

Фото: Первый номер «Муштум».

@andanotherday

О реакции на расследование «Озодлика»

12 февраля меня пригласили на встречу с министром энергетики Журабеком Мирзамахмудовым и главой «Узбекнефтегаза» Мехриддином Абдуллаевым. Также были другие журналисты, блогеры и общественные активисты.

Встреча длилась около 5 часов, задавали вопросы по основным моментам расследования «Озодлика».

Да, в расследовании “Озодлика” есть неточности и манипуляции фактами. Было бы хорошо, если бы они выпустили ещё один материал с уточняющими комментариями от властей. Но не хотелось бы смещать весь фокус на неточностях статьи. Ведь там поднимаются вопросы прозрачности отрасли, открытости тендеров и документов, отсутствие общественного контроля над внешними займами и за сферой в целом. Поэтому и государству следует признать эти ошибки и предложить эффективные реформы в сфере.

Пока писал пост, получилось 17 страниц текста. Не знаю, кто будет читать такой лонгрид, поэтому решил поделить публикацию на несколько частей для удобства.

Постарался разобраться в следующих вопросах: передал ли Узбекистан России все нефтегазовые месторождения, что с СРП на месторождении «Мустакиллик 25», что там со схемой продажи газа по $9 и перепродажи по $200, что Узбекистан получил от этой программы и кто главный выгодоприобретатель, поднял вопросы конфликта интересов и другое.

Часть 1

Часть 2

Если статья вам понравилась, буду признателен за перепост.

@latipovsblog

Перед тем, как я опубликую следующий пост, хотелось бы поделиться некоторыми мыслями. Мои слова адресованы молодым людям.

Я часто пишу о свободе, потому что считаю, что — это одна из наивысших человеческих ценностей. Однако, как показывает жизнь, мы живем в такое время, когда понятие «свобода» искажается в угоду сугубо своих личных интересов.

Да, свободу надо отстаивать, но и оберегать. Причем делать это рационально. Я никогда не приравнивал свободу к вседозволенности и манипуляции. Ведь свобода — это умение нести ответственность, в первую очередь, за свои поступки и уважать границы других. Где заканчиваются эти границы? А это вопрос.

@andanotherday

Как «1984» отражает реальность

Если война — это смысл жизни, то управленческая машина будет искажать слова таким образом, чтобы оправдать необходимость войны. По этой логике построен антиутопический роман британского писателя Джорджа Оруэлла «1984», опубликованный в 1949 году.

Сюжет

По сюжету романа его главные герои Уинстон Смит и Джулия живут в тоталитарной сверхдержаве, Океания со столицей в Лондоне. Океания находится в войне с двумя другими сверхдержавами, Евразией и Остазией, за спорные территории. Каждое действие и слово жителей Океании находится под наблюдением Большого Брата. За ним стоит тоталитарная машина — Партия.

Смит и Джулия совершают одного из самых наихудших преступлений вселенной Оруэлла: они влюбляются в друг друга и вступают в половую связь. Партия в лице Министерства любви узнает об этом, захватывает их и «излечивает» возлюбленных путем пыток. Излечение в их понимании — это отречение от бескорыстной любви в пользу любви к идеологической машине.

Больше, чем любовь

Однозначно, антиутопия поднимает более глобальные проблемы. Джордж Оруэлл в романе рассуждает о коррупции мысли и власти; предупреждает об угрозах тоталитарных режимов; показывает, как может искажаться реальность для оправдания утопических идей узкого круга лиц.

На эти мысли писателя побудили служба в полиции, в рабочей партии Марксистского объединения в Испании и прототип Советского Союза. Оруэлл не только столкнулся с несправедливостью, но и собственноручно был её причиной, отчего и решился написать роман. «1984» небеспричинно считается критикой социалистического образа жизни, однако он, в первую очередь, старается примерить рубашку тоталитаризма на демократическое общество, тем самым предостеречь людей от его угроз.

Сверхдержавы романа одержимы войной. Это суть их существования. Необходимость войны оправдывается всяческим путем: жителей наполняют ненавистью в двухминутных сессиях, сужают из кругозор, внедряя язык «Новояз», подвергают пыткам за не разделение идеологии Партии и крадут по ночам. Газетные заголовки восславляют идеологию Партии, отчего в романе абсолютно нет свободы слова. Жители строят семьи и вступают в половую связь исключительно для обогащения резерва сподвижников Партии. Поэтому любовь, ровно, как и секс — это одно из главных преступлений. Океания подавляет всякое проявление индивидуализма.

Партия посягает на свободы и оправдывает войну ради власти. Война должна обязательно продолжаться, а власть укрепляться. В антиутопии нет и не может быть иного образа жизни, так как война отравила мысли всех жителей трех супердержав.

Главным решением проблемы Оруэлл видит просвещение. «Мыслепреступление не влечет за собой смерть. Мыслепреступление — это смерть», — пишет он. Автор хочет максимально погрузить читателя в атмосферу невежества, чтобы напомнить о его угрозах. Не зря читателя преследует уже крылатая фраза: «Война — это мир, свобода — это рабство, незнание — сила». Не только Оруэлл жонглирует словами, но и предвещает об ужасающих последствиях, которые могут настигнуть человечество, если значение слов будут искажать, либо воспринимать прямо.

@andanotherday

Без эмоций. Не столько пропаганда, а сколько мышление

Вчерашний ответ Государственного секретаря США Энтони Блинкена о создании условий в Узбекистане для свободных СМИ как ответ российской государственной дезинформации привлек много внимания. Действительно, влияние российских государственных СМИ в Узбекистане немалое, но мне хотелось бы предложить иное видение на вопрос, опираясь на данные исследователей, изучивших медиапространство Узбекистана.

История исследований в области СМИ показывает, что больше контента в ответ на контент не всегда решает проблему дезинформации. Информационные кампании по вакцинации против Covid-19 не побудило больше людей принять вакцину. Но это вовсе не значит, что отвечать не надо. Тем более, блокировать СМИ или не «создавать условий для свободных СМИ». Безрезультативная контраргументация в такие случаи — признак того, что общество болеет другой болезнью. В нашем случае, на мой взгляд — это постколониальное мышление.

Давайте обратимся к данным. В 2021 году исследовательская организация Internews вместе с mvector и USAID изучили медиа потребление и медиа грамотность в странах Центральной Азии, в том числе Узбекистане. Исследователи провели глубинное интервью со 1,512 людьми от 14 до 65 лет. Большинство их опрошенных достаточно хорошо осведомлены о работе СМИ. Так вот, результаты показали, что 66,29% из числа опрошенных получают свою информацию по телевизору, 39,85% — из веб-сайтов и 33,91% из социальных страничек. Самыми популярными местными ТВ-каналами оказались Zo’r TV (52,80%), Sevimli TV (46,44%) и Milliy TV (39,34%). Вот что любопытно: из опрошенных 1,512 человек лишь 104 (7,37%) выделили «Первый канал», 82 человека (5,8%) — «Россия 1» и 67 (4,75%) —«Россия 24».

Самое интересное то, что абсолютное большинство опрошенных узбекистанцев (83,17%) доверяет местным СМИ, и лишь 9,86% — зарубежным, включая российским. То есть, в Узбекистане доверие местным СМИ выше, чем зарубежным.

Да, есть вероятность, что показатели могут быть другими после начала войны, но маловероятно, что они поменяются до неузнаваемости.

Так о чем говорят данные? Вероятно (это предположение, научного подтверждения тому пока нет), что вопрос российской дезинформации не настолько значителен, как мы можем себе предполагать, а проблема заключается в постколониальном мышлении. Многие люди в Узбекистане до сих пор смотрят на Россию как на старшего брата, а ностальгия по СССР, в особенности на фоне меняющегося образа жизни, вызванный реформами, лишь подпитывает это чувство. Сюда стоит же отнести и экономическую зависимость от России. В конце концов, российский след есть в истории и идентичности узбекистанцев.

В таких условиях, по ту сторону океана, реальность может быть совсем другой, нежели ее представляют на Западе. Нет, этим я вовсе не хочу принизить слова моих коллег или Госсекретаря, а лишь предложить посмотреть на ситуацию шире. Ведь неправильный диагноз проблемы может привести к проигрышу, если, конечно, на это смотреть с точки зрения борьбы.

@andanotherday