When you read lines like “wrote over 100 science papers” or “published more than ten books” about scholars in Uzbekistan, usually it would be red flag for the quality of those works. But that does not apply to Mr. Naim Karimov, Uzbek historian and literary historian.
It was thanks to him Uzbekistan got to learn about the lives of many Uzbek writes and thinkers. Moreover, he left a tremendous impact by studying the history of Jadidism. Mr. Karimov was among very few people who at some point of his career was granted a permission for the confidential archives.
May his soul rest in peace.
@andanotherday
It was thanks to him Uzbekistan got to learn about the lives of many Uzbek writes and thinkers. Moreover, he left a tremendous impact by studying the history of Jadidism. Mr. Karimov was among very few people who at some point of his career was granted a permission for the confidential archives.
May his soul rest in peace.
@andanotherday
❤14❤🔥2
«Автор более 100 научных статей», «написал более десятка книг». Такого рода слова обычно вызывают подозрение о качестве написанных работ. Но они не относятся к академику Наиму Каримову, которого, к большому сожалению, сегодня не стало.
Наим Каримов — историк, литературовед и общественный деятель. За свою творческую деятельность он написал биографии многих узбекских писателей. Более того, благодаря его труду мы знаем о жизни и творчество огромного числа джадидов. Наим Фатихович был одним из редких ученых, которому довелось непосредственно работать с засекреченными архивами.
Joylari jannatda bo’lsin.
@andanotherday
Наим Каримов — историк, литературовед и общественный деятель. За свою творческую деятельность он написал биографии многих узбекских писателей. Более того, благодаря его труду мы знаем о жизни и творчество огромного числа джадидов. Наим Фатихович был одним из редких ученых, которому довелось непосредственно работать с засекреченными архивами.
Joylari jannatda bo’lsin.
@andanotherday
❤16🙏4😢2❤🔥1
Любознательное наблюдение. Можно предположить, что школьницы на территории Узбекистана, которые учились в русско-туземной школе, начали носить синее платье с белым фартуком (летняя форма) и коричневое с черным фартуком (зимняя) еще в 1910-е. То есть, там была введена такая форма.
Об этом упоминается в воспоминаниях супруги узбекского писателя Айбека, Зарифы Саиднасыровой.
«Царь Николай запретить открывать новометодные школы (джадидские — ANOTHER DAY) для мусульман Средней Азии. Поэтому отец (её отец — Саиднасир Мирджалилов, джадид, был богатым предпринимателем) отдал мою старшую сестру, Зульфию, учиться в русскую школу. Летом она носила голубое платье в тонкую полоску из батиста с белым фартуком, а зимой — коричневое шерстяное платье с плотным черным фартуком. О, как же я ей завидовала! …», — пишет Зарифа Саиднасырова в книге «Мой Айбек».
Считается, что джадидские школы были разделены по признаку пола. Причем мальчикам преподавали мужчины, а девочкам — муаллимы. Однако Зарифа опа пишет, что в новометодной школе, которую Саиднасир Мирджалилов открыл в своем доме, девочкам преподавал мужчина — татарин Шакирджан Ибрагимов. К слову, Садриддин Айни рассказывал, что учился среди девочек. Можно предположить, что и Зарифа опа училась вместе с мальчиками.
Знаете, мы любим читать всякого рода мемуары или мотивационные книги, основанные на личном опыте людей, но почему-то среди них не стоят воспоминания людей из Узбекистана. Но ведь лучше людей, которые пережили век трудностей, не смогут указать нам путь в будущее.
«Мой Айбек» можно приобрести в доме-музее писателя Айбека.
@andanotherday
Об этом упоминается в воспоминаниях супруги узбекского писателя Айбека, Зарифы Саиднасыровой.
«Царь Николай запретить открывать новометодные школы (джадидские — ANOTHER DAY) для мусульман Средней Азии. Поэтому отец (её отец — Саиднасир Мирджалилов, джадид, был богатым предпринимателем) отдал мою старшую сестру, Зульфию, учиться в русскую школу. Летом она носила голубое платье в тонкую полоску из батиста с белым фартуком, а зимой — коричневое шерстяное платье с плотным черным фартуком. О, как же я ей завидовала! …», — пишет Зарифа Саиднасырова в книге «Мой Айбек».
Считается, что джадидские школы были разделены по признаку пола. Причем мальчикам преподавали мужчины, а девочкам — муаллимы. Однако Зарифа опа пишет, что в новометодной школе, которую Саиднасир Мирджалилов открыл в своем доме, девочкам преподавал мужчина — татарин Шакирджан Ибрагимов. К слову, Садриддин Айни рассказывал, что учился среди девочек. Можно предположить, что и Зарифа опа училась вместе с мальчиками.
Знаете, мы любим читать всякого рода мемуары или мотивационные книги, основанные на личном опыте людей, но почему-то среди них не стоят воспоминания людей из Узбекистана. Но ведь лучше людей, которые пережили век трудностей, не смогут указать нам путь в будущее.
«Мой Айбек» можно приобрести в доме-музее писателя Айбека.
@andanotherday
👍17
ANOTHER DAY
Любознательное наблюдение. Можно предположить, что школьницы на территории Узбекистана, которые учились в русско-туземной школе, начали носить синее платье с белым фартуком (летняя форма) и коричневое с черным фартуком (зимняя) еще в 1910-е. То есть, там была…
Remember the girls’ blue dress with white apron, the summer school outfit? And the brown one with black apron, the winter one? Probably your female classmates or daughters wore one in school. So, there is a possibility that children in Uzbekistan started wearing these dresses back in 1910s.
We learn about this from Zarifa Saidnasirova’s memories. She was a wife of Uzbek writer Aybek.
“Nicolas the Second of Russia prohibited new-method school [Jadid schools — ANOTHER DAY] for Muslims of Central Asia. That is why my father (Saidnosir Mirjalilov, a Jadid and a wealthy merchant) sent my eldest sister, Zulfiya, to study in Russo-Native school. In summer she wore a blue thin white stripped dress from cambric with a white apron. In winter it changed to a brown swollen dress with a thick black apron. Oh, I was so jealous! …,” wrote Zarifa Saidnasirova in her book My Aybek.
Presumably Jadid schools were segregated by gender. Male teachers taught boys, mualimmas (female teachers) taught girls; however, the memories allude to a different scenario. Her father opened a Jadid school at home, and hired a Tatar male teacher, Shakirjan Ibragimov. And she went to that school. Bukharan Jadid Sadriddin Ayni studied in a gender-mixed new-method school. We may presume Saidnosir’s school had a mixed class too.
You know what is more interesting than this? The self-help and success books we all like to read. Sadly, however, that we prefer reading about commercially successful books, but look at around at those of who were forged by the era of suffering to shed the light for a brighter future.
If you are interested, you can purchase My Aybek at the house-museum of Aybek.
@andanotherday
We learn about this from Zarifa Saidnasirova’s memories. She was a wife of Uzbek writer Aybek.
“Nicolas the Second of Russia prohibited new-method school [Jadid schools — ANOTHER DAY] for Muslims of Central Asia. That is why my father (Saidnosir Mirjalilov, a Jadid and a wealthy merchant) sent my eldest sister, Zulfiya, to study in Russo-Native school. In summer she wore a blue thin white stripped dress from cambric with a white apron. In winter it changed to a brown swollen dress with a thick black apron. Oh, I was so jealous! …,” wrote Zarifa Saidnasirova in her book My Aybek.
Presumably Jadid schools were segregated by gender. Male teachers taught boys, mualimmas (female teachers) taught girls; however, the memories allude to a different scenario. Her father opened a Jadid school at home, and hired a Tatar male teacher, Shakirjan Ibragimov. And she went to that school. Bukharan Jadid Sadriddin Ayni studied in a gender-mixed new-method school. We may presume Saidnosir’s school had a mixed class too.
You know what is more interesting than this? The self-help and success books we all like to read. Sadly, however, that we prefer reading about commercially successful books, but look at around at those of who were forged by the era of suffering to shed the light for a brighter future.
If you are interested, you can purchase My Aybek at the house-museum of Aybek.
@andanotherday
❤8
ANOTHER DAY
Самарканд, Узбекистан. @andanotherday
Недавно в беседе один историк сказал, что Ташкент имеет свойство менять свой облик каждые 50 (если я не ошибаюсь) лет.
Вчера ночью стало известно, что здания «Шарк» и УзА выставляют на торги. Как и ожидается, общественность сразу обеспокоилась судьбой архитектурного облика этих зданий. Воспоминания и принадлежность к родному городу важнее новых застроек и «реконструкций».
За последние годы воспоминания ташкентцев изрезаны трещинами от новостроек, реноваций и сносов. А после того, как снесли бывшее здание СНБ/КГБ, которое до лета 2021 года находилось в Национальном перечне объектов недвижимости материального культурного наследия Узбекистана, и вовсе словно пошатнуло фундамент, потому что под снос может пойти любое здание. Возможно и «Шарк» и УзА, если не изначально не будет выставлено требование по сохранению его облика. Кстати, яркий тому пример — Республиканская детская библиотека.
Со страницы истории Узбекистана стирается глава советской архитектуры. Вместе с ней и идентичность людей.
На фоне вчерашней новости не понимаешь что удивляет больше всего: что под угрозу попало очередное здание советской эпохи или что люди не теряют надежду на то, что здание не снесут. Казалось бы, после Дома Кино, здания СНБ и других общественность должна была махнуть рукой от отчаяния. Но нет. Воля общественности крепка.
А вообще, в этих вопросах Самарканд подает Ташкенту пример. Не понятно как, но в Самарканде гармонично сохранен облик и Царской, и Советской и современной эпохи. Гулять по улицам под высокими чинарами словно гулять по живой истории.
@andanotherday
Вчера ночью стало известно, что здания «Шарк» и УзА выставляют на торги. Как и ожидается, общественность сразу обеспокоилась судьбой архитектурного облика этих зданий. Воспоминания и принадлежность к родному городу важнее новых застроек и «реконструкций».
За последние годы воспоминания ташкентцев изрезаны трещинами от новостроек, реноваций и сносов. А после того, как снесли бывшее здание СНБ/КГБ, которое до лета 2021 года находилось в Национальном перечне объектов недвижимости материального культурного наследия Узбекистана, и вовсе словно пошатнуло фундамент, потому что под снос может пойти любое здание. Возможно и «Шарк» и УзА, если не изначально не будет выставлено требование по сохранению его облика. Кстати, яркий тому пример — Республиканская детская библиотека.
Со страницы истории Узбекистана стирается глава советской архитектуры. Вместе с ней и идентичность людей.
На фоне вчерашней новости не понимаешь что удивляет больше всего: что под угрозу попало очередное здание советской эпохи или что люди не теряют надежду на то, что здание не снесут. Казалось бы, после Дома Кино, здания СНБ и других общественность должна была махнуть рукой от отчаяния. Но нет. Воля общественности крепка.
А вообще, в этих вопросах Самарканд подает Ташкенту пример. Не понятно как, но в Самарканде гармонично сохранен облик и Царской, и Советской и современной эпохи. Гулять по улицам под высокими чинарами словно гулять по живой истории.
@andanotherday
❤14
Репрессий в истории Узбекистана — страшная глава, в которой много боли и неясности. Отчасти из-за отсутствия архивных документов. Поэтому историкам приходится собирать информацию по крупицам.
Из-за многих неясностей порой складывается впечатление, что после ареста репрессированные не встречались со своими родными. Речь идет не о ссылке, а об аресте для проведения следствия.
Немного другая картина представляется в мемуарах «Мой Айбек» Зарифы Саиднасыровой. Её отец — Саиднасыр Мирджалилов, джадид из Туркестана. Один из богатых просветителей, поддерживавший джадидизм.
После его ареста, Зарифа посещала своего отца, пока тот находился под следствием. Правда они разговаривали не в одной комнате, а через небольшое окошко изолятора, выходящий на улицу. Местность патрулировал солдат. Обменятся парой слов с отцом получалось когда солдат отвлекался или отдалялся от окна камеры Саиднасыра.
Но после решения о ссылки в Сибирь Саиднасыру разрешили в сопровождении двух солдат попрощаться с семьей. Его привели домой, где он провел пол дня. Родные приготовили ему плов, провели время за столом, а затем увели.
@andanotherday
Из-за многих неясностей порой складывается впечатление, что после ареста репрессированные не встречались со своими родными. Речь идет не о ссылке, а об аресте для проведения следствия.
Немного другая картина представляется в мемуарах «Мой Айбек» Зарифы Саиднасыровой. Её отец — Саиднасыр Мирджалилов, джадид из Туркестана. Один из богатых просветителей, поддерживавший джадидизм.
После его ареста, Зарифа посещала своего отца, пока тот находился под следствием. Правда они разговаривали не в одной комнате, а через небольшое окошко изолятора, выходящий на улицу. Местность патрулировал солдат. Обменятся парой слов с отцом получалось когда солдат отвлекался или отдалялся от окна камеры Саиднасыра.
Но после решения о ссылки в Сибирь Саиднасыру разрешили в сопровождении двух солдат попрощаться с семьей. Его привели домой, где он провел пол дня. Родные приготовили ему плов, провели время за столом, а затем увели.
@andanotherday
❤13🔥4👍1
Пол дня провел в Сергели, где прогремел взрыв. Последствия, конечно, печальные. О том, что говорят люди, можно прочитать тут.
Но этот пост о теориях заговора. Населению до сих пор не сообщили причин взрыва. Всё понятно, нужно время на изучение, но и затягивать нельзя. Нужно озвучить предварительные данные. Чем дольше держится молчание, чем больше теорий заговоров.
Утром говорили об обрушении самолета. Обломок на месте нет. По дороге таксист, который живет далеко от Сергели, сказал, что взрыв произошел из-за электромобилей. Тот самый сценарий озвучил не один пострадавший. Представляете как это урон «электрофикации»? Кто-то еще говорил, что Россия мстит за недавний визит делегации Узбекистана в США.
Хотя в массиве много историй сплочения. Военные, убирающие осколки (дайте им перчатки), медики, перевязывающие головы пострадавших. В одном подъезде должна была состояться свадьба. Её не перенесли. Подъезд был украшен, вокруг скорая, военные, но невесту все-равно выдали замуж.
@andanotherday
Но этот пост о теориях заговора. Населению до сих пор не сообщили причин взрыва. Всё понятно, нужно время на изучение, но и затягивать нельзя. Нужно озвучить предварительные данные. Чем дольше держится молчание, чем больше теорий заговоров.
Утром говорили об обрушении самолета. Обломок на месте нет. По дороге таксист, который живет далеко от Сергели, сказал, что взрыв произошел из-за электромобилей. Тот самый сценарий озвучил не один пострадавший. Представляете как это урон «электрофикации»? Кто-то еще говорил, что Россия мстит за недавний визит делегации Узбекистана в США.
Хотя в массиве много историй сплочения. Военные, убирающие осколки (дайте им перчатки), медики, перевязывающие головы пострадавших. В одном подъезде должна была состояться свадьба. Её не перенесли. Подъезд был украшен, вокруг скорая, военные, но невесту все-равно выдали замуж.
@andanotherday
👍7❤5😢3😱1
Сегодня особенный день, поэтому я и Сабина Бакаева решили рассказать историю особенного человека: музыкантки Севары Мирсидиковой.
Пять лет назад Севара с поддержкой своих учителей начала писать учебные материалы по сольфеджио и маком-сольфеджио для незрячих музыкантов. Дело в том, что для студентов Консерватории практически нет учебников, но и создавать их было некому. Севара взялась за это дело.
Чтобы достичь свою цель, она научилась работать на специальных компьютерных программах, изучила систему написания нот для незрячих музыкантов, освоила новый музыкальный жанр, маком. Теперь ей нужна спонсорская помощь.
Какой путь ей пришлось пройти — читайте по ссылке: https://www.gazeta.uz/ru/2023/10/01/unseen-books-of-sevara-mirsidikova/
@andanotherday
Пять лет назад Севара с поддержкой своих учителей начала писать учебные материалы по сольфеджио и маком-сольфеджио для незрячих музыкантов. Дело в том, что для студентов Консерватории практически нет учебников, но и создавать их было некому. Севара взялась за это дело.
Чтобы достичь свою цель, она научилась работать на специальных компьютерных программах, изучила систему написания нот для незрячих музыкантов, освоила новый музыкальный жанр, маком. Теперь ей нужна спонсорская помощь.
Какой путь ей пришлось пройти — читайте по ссылке: https://www.gazeta.uz/ru/2023/10/01/unseen-books-of-sevara-mirsidikova/
@andanotherday
Газета.uz
Невидимые книги Севары Мирсидиковой
День учителя — повод рассказать о первопроходцах в сфере образования. Севара Мирсидикова — одна из них. Она написала первые в Узбекистане учебники для незрячих музыкантов, но студенты всё ещё не могут ими воспользоваться, поскольку автор не может найти деньги…
❤10
Past Wednesday our class ran at the National Library of Uzbekistan.
I took students there to show them archival print newspapers with fading yellow edges, and explain how to pull information from mountains of news into their own papers.
We took a journey back to Pravda Vostoka’s March 8, 1927 issue, the day Hujum launched. All four pages are packed with stories of emancipation. March 9, however, had zero articles on Hujum.
While exploring the history of newspapers, I had to whisper. A lady who worked at the library was so surprised to see a young fella like myself lecturing bunch of young people.
The joy is: I had a feeling that a lot of students didn't see archived newspapers in life. They took photos and videos as if they were dealing with a relic.
Tomorrow we are headed to another archive. For some stories to share with students.
@andanotherday
I took students there to show them archival print newspapers with fading yellow edges, and explain how to pull information from mountains of news into their own papers.
We took a journey back to Pravda Vostoka’s March 8, 1927 issue, the day Hujum launched. All four pages are packed with stories of emancipation. March 9, however, had zero articles on Hujum.
While exploring the history of newspapers, I had to whisper. A lady who worked at the library was so surprised to see a young fella like myself lecturing bunch of young people.
The joy is: I had a feeling that a lot of students didn't see archived newspapers in life. They took photos and videos as if they were dealing with a relic.
Tomorrow we are headed to another archive. For some stories to share with students.
@andanotherday
❤16👍3
На прошлой неделе мой урок прошел в Национальной библиотеке Узбекистана.
Я решил провести урок именно там, чтобы показать студентам старые газеты с пожелтевшими страницами, которые пахнут историей. И, научить собирать информацию с архивных материалов для их письменных работ.
Мы окунулись в «Правду Востока» от 8 марта 1927 года — день, когда запустили кампанию «Худжум». И вот, все развороты переполнены историями и статьями о раскрепощении и отказа от паранджи. Но, 9 марта «Правда» не напечатала ни одну статью о «Худжум».
Обсуждать эти события нам пришлось шепотом, потому что в библиотеке нельзя шуметь. Женщина, которая работает там, смотрела на меня, молодого, худого паренька, проводящего лекцию другим молодым ребятам.
Но больше всего мне запомнились глаза студентов. Они фотографировали газеты и снимали их на видео так, будто в жизни не видели архивные документы. Завтра отправляемся в очередной архив за совместными историями.
@andanotherday
Я решил провести урок именно там, чтобы показать студентам старые газеты с пожелтевшими страницами, которые пахнут историей. И, научить собирать информацию с архивных материалов для их письменных работ.
Мы окунулись в «Правду Востока» от 8 марта 1927 года — день, когда запустили кампанию «Худжум». И вот, все развороты переполнены историями и статьями о раскрепощении и отказа от паранджи. Но, 9 марта «Правда» не напечатала ни одну статью о «Худжум».
Обсуждать эти события нам пришлось шепотом, потому что в библиотеке нельзя шуметь. Женщина, которая работает там, смотрела на меня, молодого, худого паренька, проводящего лекцию другим молодым ребятам.
Но больше всего мне запомнились глаза студентов. Они фотографировали газеты и снимали их на видео так, будто в жизни не видели архивные документы. Завтра отправляемся в очередной архив за совместными историями.
@andanotherday
❤25
Когда пишешь журналистский материал, часто думаешь о его импакт-факторе. Я тоже.
Порой его можно увидеть через большие просмотры. К примеру, видео репортаж о взрыве на Сергели набрал более 280 тысяч просмотров. Порой решаются общественные проблемы. Яркий пример — намерение ограничить валютые операции (Шухрат Латипов, привет!). Может быть и нерешаемость проблем — тоже показатель. Вот, делали репортаж о том, как застройщики захватили тротуары по улице Мукимий и переоборудовали их под парковку. Ноль эффекта.
Но для меня самый приятный и важный импакт-фактор — это когда материал не набирает огромных просмотров, но о нем говорят в обществе. Мне кажется у таких статей очень высокая ценность (вовсе не хвалюсь нашей работой), у них есть, как говорится, baraka. История Севары Мирсидиковой один из таких материалов. После публикации мне написали пару человек с просьбой выйти на Севару. Музыкантка делает ценное для Узбекистана дело. Она несет созидательное начало, отчего ты внушаешь себе (пусть это самообман), что ты сам созидаешь.
@andanotherday
Порой его можно увидеть через большие просмотры. К примеру, видео репортаж о взрыве на Сергели набрал более 280 тысяч просмотров. Порой решаются общественные проблемы. Яркий пример — намерение ограничить валютые операции (Шухрат Латипов, привет!). Может быть и нерешаемость проблем — тоже показатель. Вот, делали репортаж о том, как застройщики захватили тротуары по улице Мукимий и переоборудовали их под парковку. Ноль эффекта.
Но для меня самый приятный и важный импакт-фактор — это когда материал не набирает огромных просмотров, но о нем говорят в обществе. Мне кажется у таких статей очень высокая ценность (вовсе не хвалюсь нашей работой), у них есть, как говорится, baraka. История Севары Мирсидиковой один из таких материалов. После публикации мне написали пару человек с просьбой выйти на Севару. Музыкантка делает ценное для Узбекистана дело. Она несет созидательное начало, отчего ты внушаешь себе (пусть это самообман), что ты сам созидаешь.
@andanotherday
❤22👍1
ANOTHER DAY, ANOTHER DEAD TREE
Вчера СМИ сообщили сразу о трех кейсах, связанных с незаконной вырубкой и угрозой зеленым насаждениям Узбекистана. В Ташкентской области срубили три чинары, в дендропарке под Ташкентом уничтожили около 200 деревьев, а главное — стало известно, что Ботанический сад хотят вывести из структуры Академии наук и передать хокимияту (то есть, появилась угроза, что сад превратят в парк развлечений).
И снова все эти случаи стали известны благодаря журналистам и активистам. Вот о нас то речь и пойдет в этом посте. Мнение будет непопулярное, извините.
В конце сентября Министерство экологии, охраны окружающей среды и изменения климата и хокимият Ташкента провели общественные слушания о пересадке 69 деревьев у аэропорта. Спасибо ведомствам, что организовали встречу.
Многие прошли мимо этого кейса, однако, есть вероятность, что там пересадят больше зеленых насаждений. На мероприятии в основном пригласили журналистов с целью донести информацию до населения и изучить мнение общественности. Последнее говорит о сложившейся в стране ситуации с вырубкой деревьев.
Когда речь на встрече пошла о механизмах изучения мнения общественности, представители хокимията признались и сказали, что пока такого механизма не существует. В таком случае, как тогда изучается мнение общественности, ведь по идее СМИ может донести информацию до общественности, а дело дальше за народом? Следовательно под общественностью рассматривают только журналистов. Получается, зеленые насаждения в Ташкенте нужны только журналистам? А где народ и его общественное мнение?
И случай аэропорта и Ботанического сада указывает на следующее: Общественность узнает об угрозах благодаря журналистам, но если общественность не вовлекать (и она сама не будет проявлять более активную позицию) на деревья будут и впредь смотреть как на листья, которые надо подметать.
Пора создавать механизмы, которые будут беспрепятственно и объективно изучать мнение населения в вопросах экологии. Одних журналистов и активистов уже мало.
@andanotherday
Вчера СМИ сообщили сразу о трех кейсах, связанных с незаконной вырубкой и угрозой зеленым насаждениям Узбекистана. В Ташкентской области срубили три чинары, в дендропарке под Ташкентом уничтожили около 200 деревьев, а главное — стало известно, что Ботанический сад хотят вывести из структуры Академии наук и передать хокимияту (то есть, появилась угроза, что сад превратят в парк развлечений).
И снова все эти случаи стали известны благодаря журналистам и активистам. Вот о нас то речь и пойдет в этом посте. Мнение будет непопулярное, извините.
В конце сентября Министерство экологии, охраны окружающей среды и изменения климата и хокимият Ташкента провели общественные слушания о пересадке 69 деревьев у аэропорта. Спасибо ведомствам, что организовали встречу.
Многие прошли мимо этого кейса, однако, есть вероятность, что там пересадят больше зеленых насаждений. На мероприятии в основном пригласили журналистов с целью донести информацию до населения и изучить мнение общественности. Последнее говорит о сложившейся в стране ситуации с вырубкой деревьев.
Когда речь на встрече пошла о механизмах изучения мнения общественности, представители хокимията признались и сказали, что пока такого механизма не существует. В таком случае, как тогда изучается мнение общественности, ведь по идее СМИ может донести информацию до общественности, а дело дальше за народом? Следовательно под общественностью рассматривают только журналистов. Получается, зеленые насаждения в Ташкенте нужны только журналистам? А где народ и его общественное мнение?
И случай аэропорта и Ботанического сада указывает на следующее: Общественность узнает об угрозах благодаря журналистам, но если общественность не вовлекать (и она сама не будет проявлять более активную позицию) на деревья будут и впредь смотреть как на листья, которые надо подметать.
Пора создавать механизмы, которые будут беспрепятственно и объективно изучать мнение населения в вопросах экологии. Одних журналистов и активистов уже мало.
@andanotherday
👍13👌3
Если вы в поиске баланса между честью и идеологией…
Тогда лучшей книги чем «Три корня» Пиримкула Кадырова не найти. Порой на фоне давления идеологии или общественного мнения тяжело сохранить честь и достоинство. Еще сложнее, когда человека стесняют структурные ограничения. «Как сделать дело, но сохранить честь?», — думаем мы.
Ответы можно найти в романе «Три корня». Хоть узбекский писатель и рассказывает о становлении студентов и студенческом времени в целом, он все же философствует о роли идеологии и чести. Пиримкул Кадыров на примере профессоров и комсомольцев иллюстрирует, что даже идеология может быть использована для лучших целей: правды, справедливости и развития во благо народа. Роман написан соцреализмом. Но как я неоднократно говорил, соцреализм Пиримкула Кадырова не всегда подчиняется общепринятым канонам направления.
На русском книгу найти крайне тяжело. На узбекском она доступна в любом книжном. Но если вам удалось заполучить копию на русском — очень советую к прочтению!
@andanotherday
Тогда лучшей книги чем «Три корня» Пиримкула Кадырова не найти. Порой на фоне давления идеологии или общественного мнения тяжело сохранить честь и достоинство. Еще сложнее, когда человека стесняют структурные ограничения. «Как сделать дело, но сохранить честь?», — думаем мы.
Ответы можно найти в романе «Три корня». Хоть узбекский писатель и рассказывает о становлении студентов и студенческом времени в целом, он все же философствует о роли идеологии и чести. Пиримкул Кадыров на примере профессоров и комсомольцев иллюстрирует, что даже идеология может быть использована для лучших целей: правды, справедливости и развития во благо народа. Роман написан соцреализмом. Но как я неоднократно говорил, соцреализм Пиримкула Кадырова не всегда подчиняется общепринятым канонам направления.
На русском книгу найти крайне тяжело. На узбекском она доступна в любом книжном. Но если вам удалось заполучить копию на русском — очень советую к прочтению!
@andanotherday
👍7🔥4❤2
В пустом фастфуде трое мужчин в 11 утра жадно жевали свои лаваши и донеры, согнувшись над ними так, словно они молились на них. Между рядами суетливо бегали официантки. На открытой кухне сотрудники работали над заготовками.
В какой-то момент в помещение вошел молодой человек с тростью лет 20 в красной футболке, без солнцезащитных очков. Не видя путь, он случайно дошел до раковины, пока не натолкнулся на официантку. Они обменялись парой слов — видно он объяснял, что пришел на встречу, потому что в следующий миг к ним навстречу зашагал молодой зрячий человек. Друзья поздоровались. Незрячий взял его за локоть и они направились к своему столу через узкий проход.
По пути, троица оторвала свои взгляды от трапезы, уставила свой взор на незрячего. Их глаза выпучились, а по краям рта тёк кетчонез. Когда незрячий сел за стол, они обернулись вслед и еще пару минут продолжали пялиться на молодого человека.
@andanotherday
В какой-то момент в помещение вошел молодой человек с тростью лет 20 в красной футболке, без солнцезащитных очков. Не видя путь, он случайно дошел до раковины, пока не натолкнулся на официантку. Они обменялись парой слов — видно он объяснял, что пришел на встречу, потому что в следующий миг к ним навстречу зашагал молодой зрячий человек. Друзья поздоровались. Незрячий взял его за локоть и они направились к своему столу через узкий проход.
По пути, троица оторвала свои взгляды от трапезы, уставила свой взор на незрячего. Их глаза выпучились, а по краям рта тёк кетчонез. Когда незрячий сел за стол, они обернулись вслед и еще пару минут продолжали пялиться на молодого человека.
@andanotherday
😢20😁2
Помню еще школьником я часто ходил пешком с военного городка на «Пушкина» в сторону сквера через площадь Хамида Алимджана. Меня всегда завораживала красота площади и некогда стоящего там памятника узбекскому поэту. У фонтана всегда веселились дети — большинство из них даже купались в нем. И эту площади охраняли четыре высотки. Такие могучие, мужественные.
Сегодняшняя новость и желание застеклить восемь зданий громом сотрясли моё детство. Нахлынуло чувство, словно хотят отобрать кусок моего детства. Одно из его самых ярких воспоминаний.
В книге «Архитектура советского Узбекистана» нашел эскизы и раннюю фотографию четырехэтажек.
@andanotherday
Сегодняшняя новость и желание застеклить восемь зданий громом сотрясли моё детство. Нахлынуло чувство, словно хотят отобрать кусок моего детства. Одно из его самых ярких воспоминаний.
В книге «Архитектура советского Узбекистана» нашел эскизы и раннюю фотографию четырехэтажек.
@andanotherday
👍18
Про фейки
Звонит бабушка, испуганная говорит мол сегодня с 18 на 19 октября в 24:00 из России в Узбекистан огромным давлением поступит газ. Надо быть осторожным с давлением газа. Говорит, информация распространилась в Telegram каналах и группах, откуда она и вычитала новость.
Позвонил в «Худудгазтаминот» Ташкентской области узнать правда ли это. Они опровергли информацию. Перезвонил бабушке и сообщил, что она прочитала фейк.
Любопытные фейки однако. Особенно на фоне новости о подписании соглашения по поставкам нефти и нефтепродуктов между Узбекистаном и Россией.
@andanotherday
Звонит бабушка, испуганная говорит мол сегодня с 18 на 19 октября в 24:00 из России в Узбекистан огромным давлением поступит газ. Надо быть осторожным с давлением газа. Говорит, информация распространилась в Telegram каналах и группах, откуда она и вычитала новость.
Позвонил в «Худудгазтаминот» Ташкентской области узнать правда ли это. Они опровергли информацию. Перезвонил бабушке и сообщил, что она прочитала фейк.
Любопытные фейки однако. Особенно на фоне новости о подписании соглашения по поставкам нефти и нефтепродуктов между Узбекистаном и Россией.
@andanotherday
🤣10👍8🤯1