Берлин и CTM Festival 2019.

Полтора года назад я уже писал о том, что Берлин - пожалуй, самый мультикультурный, свободный и открытый новой музыке европейский город.

С тех пор не раз встречал в рецензиях на экспериментальные, джазовые и электронные пластинки термин «berlin-based» и ни разу не удивлялся этому.

Стоит только попасть на пару концертов, выставок современного искусства, заглянуть в магазины винила - сразу получаешь срез всего актуального, нового и необычного со всего мира. Сразу понятно, что этот город создан, чтобы заниматься в нем творчеством и поглощать творчество.

Надо сказать, что в феврале погодка в Берлине не шепчет, но первая и вечная любовь к городу, и 20-летний юбилей аудио-визуального фестиваля CTM стоили того, чтобы кинуть рюкзак на плечо и полететь.

За полтора года многое поменялось - новые места, кофейни, имена, новые выставки (обязательно идите в музей в здании Гамбургского вокзала!!!), и конечно же уличные музыканты и постоянно обновляющиеся полки виниловых магазинов, в которых, даже в самых хипстерских и модных, повсеместно звучит ДЖАЗ!!! Что еще раз намекает - вливайтесь в тему пока не поздно.

Еще немцы удивили интересом к русским - русская кухня в тренде, на полках лежат пласты Кедра Ливанского и техно-сборка «Трип», а на CTM группа IC3PEAK рвет вклочья зрительный зал. На них мы решили не идти, пошли избирательно на 4 заинтересовавших выступления. О них - в следующих постах.

Про звук напишу один раз и больше в постах упоминать не буду - на всех концертах в Берлине его строят идеально.

Вот вам для затравки офигительный трейлер фестиваля, с которого и начался наш первый вечер на площадке HAU 1:

https://youtu.be/4gBJm_ei8wo

CTM- День 1: Дыхательные упражнения, инопланетяне и дух Колина Стетсона.

Площадка HAU 1 - это как электротеатр «Станиславский», только не отремонтированный и вылизанный, а пропахший пылью и напоминающий внутренностями старый московский кинотеатр «Художественный». Сидячие места, камерная атмосфера, полная тишина в зале.

Вспышка - на огромном экране пошел трейлер фестиваля. От первых звуков перехватывает дыхание, удар сабвуфера - сияние верхних частот и можно дышать дальше. Но не долго.

Темнота. Звуки дым-машин. Выдох-выдох-выдох. На сцену выходит полуголое иопланетное существо, с пластиковыми трубками по всему телу. Надевает на голову латексный мешок и начинает дышать. Вдох-выдох-вдоооооох, выддддддддох, вддддддоооохххххх, задыхается, но вовремя подхватывается вторым дыханием - человеческим. На сцену выходит новичок - выпустивший пару дней назад свой дебютный альбом - Ben Giske.

Вдох-выдох - и первые ноты саксофона разносятся по залу. Дальше - дыхательные упражнения. Игра с клапанами и эффектами, спиралевидные паттерны то ли танцевальной то ли джазовой музыки. Все это я где-то уже слышал.

Трек за треком дыхание все интенсивнее, партии все больше кричат. Ben начинает петь прямо в саксофон, садится на корточки, раскачивается из стороны в сторону, придает музыке движения в том числе при помощи тела. В последних треках отнимает губы от инструмента и слышно - запыхался. Втягивает в себя сценический дым и пыль, кротко благодарит рукоплескающую публику.

Последний номер - на сцене снова инопланетянин. На этот раз развившийся, с огромными легкими, резиновой копной волос оттанцовывает под музыку своего спасителя.

Занавес. На бис никто не вышел - просто нет больше материала. Это было хорошо, очень хорошо. Но в пустоте зала и в погасшем луче софита витает дух первопроходца - Колина Стетсона.

Ben Giske

Существо

Ну и для полного погружения - тот самый дебютный альбом - Ben Giske - Surrender:

https://itunes.apple.com/ru/album/surrender/1444750684

CTM - день 2.0: Прочистка ушей.


Второе выступление на СТМ было намечено в HAU 2 - площадке соседствующей с HAU 1. Антураж - тот же театр, только сидячие места теперь представляют собой брезентовые мешки, наполненные рисом. Зал - полностю черный, как и сцена - с трудом можно разглядеть даже звуковое оборудование, которое на ней располагается. Возможно это сделано специально чтобы скрыть технические секреты музыканта. Первое выступление - удивило, как уже давно ничего не удивляло, а после него так и остался вопрос в голове - «Как он это делает».

На сцену вышел Thomas Ankersmit. Тут же произносит вступительное слово, которое выстебывает нежных впечатлительных европейцев, надевающих на концерты беруши (до сих пор смешно от шведов, которые закрывали уши на концерте Джона Хопкинса, явно не дотягивающего по уровню громкости до нужного): «Настоятельно рекомендую вам вынуть затычки, потому что моя музыка не будет работать для вас. Любимые части моей музыки - как раз те, которые доставляют вашим ушам дискомфорт».

На сцене - человек в черном, диджейский станок, ноутбук, и два модульных синтезатора. «Ну, сейчас начнется» - думаю я, т.к. примерно так начинается любое шумовое атмосферное выступление. Человек сидит за столом, копается в проводах, а вокруг - конец света, индустриальные звуки и катарсис.

И действительно, начинается все легким «белым шумом», щелчками, постукиваниями. Помимо привычных «перетыкиваний» проводов в новые гнезда синтезаторов, Томас проводит джеками по самой поверхности синтезатора, накладывает на эти звуки эхо и расщепленяет, делает их неузнаваемыми, начинает свою игру с частотами.

Я до сих пор не могу понять - делает он это только при помощи частот или по залу странным образом были расположены динамики.

В один момент музыка нарастает в интенсивности и начинает маленькой, как в песочных часах, воронкой проникать в левую ушную раковину. Интенсивность нарастает - и вот она уже внутри моей черепной коробки. Со временем - ничего кроме шума и синтезаторных паттернов в моей голове не остается и в конце концов все испаряется дымкой из моего правого уха.

Так повторяется несколько раз, связь с реальностью разорвана в клочья. По бурным апплодисментам понимаю, что с остальными слушателями эксперимент тоже удался.

Thomas Ankersmit - начало

Маленький человек большого звука

Музыка в черепной коробке (осторожно, громкость!)

CTM - день 2.5: Симфония для виолончели, семлеров и ноутбука.

15-минутный перерыв, переставляются колонки, выносят виолончель, ставят другой «электронный» сетап.

На сцене - милая рыжеволосая Lucy Railton, кротко кивает головой продолжительным апплодисментам, присаживается на стул, берет в руки виолончель и 10 минут водит по струнам, зацикливает партию за партией, усиливает давление. Ушам становится тяжело.

Виолончель на полу оставлена без дела, из нее уже высосаны все соки. Идут в бой семлеры - сомнений нет - в тихом омуте черти водятся.

Звуки бьющегося стекла, подводный мир, глухой полуночный лес и серебряная луна, одна в темноте в комнате с одним окном, белосерый свет на лице.

Широкими мазками, точками и линиями Lucy рисует перед публикой картины и полотна, растворяет в звуке и пробуждает от аудиальной дрёмы.

Бросает семплеры и нагнетает атмосферу виолончелью, снова возвращается к ноутбуку и коробочкам, чтобы вплеснуть дозу текстур и пространства. Звуков порой очень много. Перекатов ритма и срыва мелодий столько, что создается впечатление, будто это симфония написанная сумасшедшим.

В то же время это очень осмысленный язык. Рассказывающий одновременно об отрешенности и о внутреннем. Но внутрь не впускающий.

Конца - не помню. Продолжение очень хочется услышать.

Виолончель

Lucy перестает быть милой.

Отбрось виолончель

Простите за спам. Мы подошли к экватору рассказа.

Студийные версии выступлений:

Thomas Ankersmith: https://itunes.apple.com/ru/album/homage-to-dick-raaijmakers/1413679194

Lucy Railton: https://itunes.apple.com/ru/album/paradise-94/1359922568

И да, снимать в Бергхайне строго запрещено, поэтому вот вам вид снаружи, мигающие окошки и подозрительный смех немцев на заднем плане.

CTM - день 4. Может ли AI писать музыку?

Последнее для нас выступление на фестивале проходило на самой торжественной площадке - в Доме Культур Мира. Выступал знаменитый на UK-bass сцене продюсер Actress с премьерой новой программы.

Представьте, что какой-нибудь афро-русский начал разбираться в электронных девайсах, его позвали выступать в зал Чайковского или Мариинку, на выступление пришел полный зал в возрастной категории от 14 до 70 лет. Вот примерно так все и выглядело. Причем и на всем фестивале, и во всём Берлине примерно та же ситуация.

Необычность новой программы Actress состояла в том, что он создал искуственный интеллект, который научился писать музыку, взаимодействовать с партиями Actress и видеорядом на двух огромных экранах, созданным также самим музыкантом. Всё это в режиме реального времени. Подозрения в том, что на словах все звучит гораздо красочнее, чем в реальности были, но интерес взял верх.

А тем не менее, подозрения оправдались. На сцене - человек в белом свитшоте, который всеми силами пытается сделать вид, что его не существует. Не приветствует публику, движений - минимум и, такое ощущение, что вмешательства в процесс звукоизвлечения - тоже.

Первые 10 минут программа искуственного интеллекта издавала какие-то нечленораздельные звуки. Actress нажал пару клавиш на синтезаторе. На экране появилась фигурка музыканта в панаме с британским флагом, валяющаяся после бэд-трипа в кровати и, очевидно, испытывающая мучения от творческого кризиса. Очень похоже на длинный разгон перед настоящим апокалипсисом, взрывами, звуковыми полотнами, но... нет.

К 20 минуте программа сменила тему несколько раз и один раз даже выдала нечто репетитивно-мелодическое. На экране - сделаная в черновом варианте фигурка перестала мучиться и ушла в красночерный полосатый паттерн. Музыкант несколько раз подошел от ноута к синтезатору, нажал пару клавиш, поколдовал над видеорядом, но не было понятно - меняется от этого хоть что-то.

К 30 минуте - ничего осмысленного. Видеоряд меняется комнатой/очертаниями танцпола, фигурка то танцует, то валяется, то втыкает в психоделические джунгли.
Из зала ушел первый человек.

К 50 минуте из зала ушло уже 10-15 человек. Произошло несколько смен темы. Еще несколько надатий на клавиши. Фигурка гуляет по лизергиновому трипу.

1 час - конец. Музыкант уходит по-английски не прощаясь с публикой, да и публика не зовет на бис - апплодисменты скупы и коротки.

Программа продолжает издавать нечленораздельные поскрипывания и пощелкивания.

Занавес. Или нет?

А что, если Actress не бросит идею и вот этот музыкальный электронный зародышь, который не умеет разговариватт и только научился ползать получит развитие?

3 года - научиться писать осмысленные мелодии.
10 лет - импровищировать?
30 лет - престарелый темнокожий англичанин в панаме с британским флагом представит намсимфонию полностью написанную AI.
40 - машина научиться производить звуки и музыку, которых до этого не существовало в природе.
А что если эти сроки - гораздо меньше?

Может ли искусственный интеллект писать музыку? Еще нет, но... what if?

Actress и его искуственный интеллект Young Paint делают первые осмысленные шаги.

Ну и немного хаотичной звуковой вакханалии.