📃 Празднование в советское и постсоветское время юбилеев полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады –
в документах ГА РФ

Все, что связано с блокадой Ленинграда в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., имеет для каждого гражданина России чрезвычайно важное значение. Героическое противостояние жителей осажденного города немецко-фашистским завоевателям, их стойкость, мужество, вера в победу вызывают огромное уважение.

Ежегодно, 27 января, в России отмечают День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады (1944 г.). Впервые широко праздновался 50-летний юбилей полного освобождения Ленинграда от блокады в 1994 г. Документы о подготовке и проведении этого торжественного события хранятся в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) в фондах Верховного Совета Российской Федерации (Ф. 10026) и Правительства Российской Федерации (Ф. 10200).

Инициатива широкого празднования этой юбилейной даты принадлежала Санкт-Петербургским городским властям и общественным организациям блокадников города. Подготовительная работа к празднованию началась уже в 1992 г. В высшие органы законодательной и исполнительной власти Российской Федерации поступали письма-обращения различных организаций г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области с просьбой поддержать инициативу проведения празднования 50-летия прорыва и полного снятия блокады Ленинграда.

Сильное впечатление после прочтения оставляет текст обращения председателя Совета ветеранов Пушкинского районного совета ветеранов войны, труда и Вооруженных Сил А.А. Шмонова от 24 декабря 1992 г. на имя Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина и председателя Верховного Совета Российской Федерации Р.И. Хасбулатова с просьбой приравнять по льготам жителей блокадного Ленинграда к участникам Великой Отечественной войны, поскольку «блокадники находились на фронте и пережили все ужасы войны – голод и холод, бомбежки и артобстрелы. На их глазах умирали и гибли близкие, родные и их сверстники… Ваше положительное решение будет для них радостью на всю жизнь за стойкость к 50-летию прорыва блокады Ленинграда», – говорилось в обращении (ГА РФ. Ф. 10200. Оп. 4. Д. 5144. Л. 20).

15 июня 1993 г. Президиум Верховного Совета Российской Федерации принимает постановление № 5176-1 «О праздновании 50-летия со дня полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады». В постановлении была определена дата проведения праздничных мероприятий в Ленинграде – 26–27 января 1994 г. Впервые 50-летие снятия блокады Ленинграда отмечалось как общенациональный, общенародный праздник. В план праздничных мероприятий входило строительство памятника маршалу Г.К. Жукову, реконструкция и реставрация мемориального комплекса «Пискаревское кладбище», монумента героическим защитникам Ленинграда на площади Победы, памятников комплекса «Зеленый пояс Славы» и др.

29 июля 1993 г. Верховный Совет Российской Федерации и Совет министров – Правительство Российской Федерации обратились с совместным обращением к главам правительств стран Содружества Независимых Государств, а также стран бывшего СССР, к Верховным советам республик, советов народных депутатов краев, областей, автономных образований, г. Москвы, главам администраций с просьбой довести до сведения руководства государств, республик, краев, областей, автономных образований, городов России о предстоящем 50-летии полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады и с рекомендацией принять соответствующее решение об оказании моральной и материальной поддержки тем, кто полвека назад спас свой город, свое отечество от врага.

16 декабря 1993 г. Президент Российской Федерации Б.Н. Ельцин подписал Указ № 2143 «О праздновании 50-летия со дня полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады». Одновременно был определен состав государственной комиссии по подготовке и проведению праздничных мероприятий, посвященных этой памятной дате, в составе 14 человек под председательством заместителя председателя Совета министров – Правительства Российской Федерации Ю.Ф. Ярова.

📃 К.Р. Добровольский – русский морской офицер во главе международного морского отряда при взятии фортов Таку в 1900 г.

18 июня 2024 г. исполняется 170 лет со дня рождения контр-адмирала, Георгиевского кавалера Кирилла Романовича Добровольского (1854–1907). Хотя он широко не известен, в историю русского флота он, однако, вошел. Совершенно неожиданно для него самого во время подавления Боксерского восстания в Китае, Добровольский, пусть в значительной степени и номинально, оказался во главе международного отряда канонерских лодок. Под его руководством корабли выдержали тяжелый бой с береговыми фортами и обеспечили захват фортов сухопутным отрядом, что было критически важно для спасения от уничтожения иностранных посольств в Пекине. Но начнем по порядку…

Будущий моряк появился на свет 6 июня (старого стиля) 1854 г. в семье гражданского, далекого от моря, титулярного советника и был крещен в римско-католическом соборе под именем Карл. В мае 1867 г. в г. Ровно, где его отец служил уездным казначеем, юноша принял православие и стал Кириллом. В 1870 г. поступил в Морское училище в Петербурге, которое окончил в марте 1874 г., получив звание гардемарина. По некоторым данным в период учебы поучаствовал в деятельности существовавшего в училище революционного кружка, но быстро от него отошел. Службу начал на Балтике, но вскоре перевелся на Тихий океан, где с 1876 по 1886 г. много плавал на легендарных кораблях, в том числе, пароходокорвете «Америка», шхуне «Восток», транспорте «Японец», клипере «Абрек». Пройдя отличную морскую школу, уже лейтенантом, вернулся на Балтику, где в 1888–1889 гг. впервые командовал миноносцами. Две кампании (1891 и 1892 г.) командовал шхуной «Бакан», охранявшей русские воды на Севере. Затем был командиром старого транспорта «Артельщик», старшим офицером на древних балтийских броненосцах береговой обороны – иными словами, стремительно терял весь имевшийся опыт, зато был ближе к дому, к Кронштадту. Годы брали свое, здоровье пошатнулось, как и надежды на удачную карьеру, а семью, состоявшую из жены и уже четырех маленьких дочек, нужно было кормить. Выход оставался один – вернуться на более выгодный в служебном и финансовом отношении Дальний Восток. Здесь, командуя канонерской лодкой «Бобр», он 9 апреля 1900 г. надел долгожданные погоны капитана 1 ранга. Сослуживцы считали его добрым и справедливым человеком «честных правил», но не более.

И тут мир содрогнулся. Жители Китая, недовольные вмешательством иностранцев в их жизнь и попытками христианизации, подняли так называемое «Боксерское восстание», начав безжалостно вырезать чужеземцев – дипломатов, миссионеров, строителей железных дорог, торговцев. Власти Поднебесной заняли двойственную позицию, дистанцировавшись от восставших, но не мешали им, надеясь использовать события в своих целях. Весной 1900 г. угроза нависла над посольским кварталом в Пекине. Европейские державы и Япония имели лишь один путь для отправки войск для поддержки своих дипломатов и небольших защищавших их отрядов – по Желтому морю до устья реки Пейхо, а там по железной дороге через Тяньцзинь на Пекин. Но устье Пейхо было защищено фортами Таку с новыми скорострельными пушками, а мелководье рейда не давало европейским броненосцам подойти к берегу и подавить возможное сопротивление огнем артиллерии. Эскадры собрались на рейде, вдали от берега, адмиралы регулярно проводили совещания. Английский адмирал Е. Сеймур, зная о начавшейся осаде посольского квартала, собрал десантный отряд и отправился в Пекин, но он был заблокирован под Тяньцзинем. Форты Таку пока молчали, пропуская по реке баржи с войсками, но долго ли так будет продолжаться?

3 июня 1900 г. совет начальников эскадр, находившихся на рейде Таку (председательствовал в нем старший по чину вице-адмирал Яков Аполлонович Гильтебрандт), принял решение предъявить начальнику крепости Таку ультиматум о передаче фортов под контроль европейцев. В случае неисполнения требований форты должны были быть захвачены силой. Но как? Броненосцы и крейсеры из-за мелководья помочь не могли.

📃 В 1934 г. восстановлено преподавание истории в школах СССР

90 лет назад было принято совместное постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О преподавании гражданской истории в школах СССР».

С начала 1920-х до середины 1930-х гг. в советских школах отсутствовало преподавание истории как отдельной дисциплины. Лишь в курсе обществоведения ученикам рассказывалось об исторических фактах и событиях, преимущественно в контексте классовой борьбы и смене общественно-экономических формаций. Инициаторами отмены преподавания истории в школе были нарком просвещения РСФСР А.В. Луначарский и его заместитель, основатель школы исторического материализма М.Н. Покровский.

В октябре 1918 г. А.В. Луначарский, выступая на педагогических курсах в Петрограде, говорил, что «…далеко не является бесспорным, надо ли вообще преподавать историю в правильно поставленной школе». Он критически высказывался о дореволюционной исторической школе, видя в ней препятствие для реализации революционной большевистской идеологии. Он отмечал, что старая школа преследовала цель «вытравить представление о возможности революционного изменения существующего строя и посеять «эволюционную тенденцию, отрицающую революционный принцип». Также Луначарский, стоявший на позициях интернационализма, подвергал критике национально-патриотическую направленность дореволюционной школы. Он говорил: «Если вы возьмете учебники всех стран, то вы скажете, что история там не научная, всякий историк подтвердит, что это маргариновая история. Но нам возразят, пожалуй: да, она изменена в «воспитательных целях» для того, чтобы развивать «патриотизм» и дать примеры исторической «доблести» … есть люди робкие, люди без горизонта, которые говорят: позвольте, если мы не будем вооружены, если не будет патриотизма, то наши соседи разорвут, растерзают нас и т.д. Если мы так будем говорить, так будут говорить немцы, будут говорить шведы и т.д., то мы не вырвемся из кровавого болота. Так бы и было, если бы судьбами человечества руководила буржуазная интеллигенция. Вот почему мы, социалисты, прежде всего, должны положить в основу преподавания интернациональный принцип, принцип международности, принцип всеобщности человечества».

Главным идеологом нового подхода стал «академик в буденовке» М.Н. Покровский, предлагавший отказаться от систематического исторического образования в школе, вместо которого ввести курс социологии и истории труда. Учебный материал компоновался по трем метаразделам: природа, труд и общество. Покровский доказывал, что для полноценного освоения марксизма необходимо комплексное изучение естественных наук вместе с гуманитарными. Начиная с изучения явлений природы, ученики должны были переходить к сельскому хозяйству, подробно говоря об угнетенном крестьянстве и его классовой борьбе. После сельского хозяйства в планы включались сведения о промышленности, возникновении капитала и формировании пролетариата. Завершающая часть курса была посвящена рассуждениям о причинах классовой гегемонии пролетариата и неизбежности мировой революции.

Участие в разработке примерных программ трудовой школы принимала Н.К. Крупская и известные педагоги того времени: C.Т. Шацкий, П.П. Блонский, М.М. Рубинштейн и др. Активно применялся и зарубежный опыт, в частности, подход американского педагога Дж. Дьюи о практической направленности воспитания. Также советские идеологи внедряли в новую школу так называемый «Дальтон-план» (по названию города Дальтон в США), в котором делался упор на самостоятельную работу ученика, а также сходный с ним проектный метод, поддержанный Н.К. Крупской. В школах отменялись обязательные учебники по истории, вместо которых вводились хрестоматии, справочники, «рабочие» книги, направленные на самостоятельное получение учеником исторических знаний.

Примечательно, что в учительских кругах еще с середины 1920-х гг. высказывались идеи о необходимости вернуть историю в школьную программу и подготовить стабильный учебник по отечественной истории.

📃 225-летие сражения при Треббии в ходе Итальянского похода А.В. Суворова

Любопытно, что это сражение произошло на том месте, где в 218 г. до н.э. знаменитый полководец древнего Карфагена Ганнибал разбил римлян.

Весной 1799 г. начался Итальянский поход под командованием А.В. Суворова. В апреле союзные русско-австрийские войска в сражении на реке Адде нанесли поражение армии французского генерала Ж.М. Моро, вынудив его отступить сначала к Турину, а затем к Генуе. На помощь Моро из Тосканы выступила армия генерала Ж. Макдональда. Соединившись, французы получили бы значительное численное преимущество, поэтому Суворов решил разбить их порознь и первый удар нанести по более сильному из двух противников – Макдональду.

К 6 июня Макдональд захватил город Пьяченцу и оттеснил авангардный отряд союзных войск, которым командовал австрийский фельдмаршал-лейтенант (звание, соответствующее генерал-лейтенанту в других армиях) Отт фон Баторкец. Отступив, он занял позицию на левом берегу реки Тидоне, протекавшей западнее Треббии (обе реки являются правыми притоками реки По и в районе сражения текут на север почти параллельно на расстоянии 4–7 км друг от друга). 6 июня в 8 часов утра Макдональд вновь атаковал Отта. Последний начал отступать, но ему на помощь подошел австрийский фельдмаршал-лейтенант М. фон Мелас с несколькими тысячами авангарда союзных войск.

Перелом в сражении наступил около трех часов дня, когда на поле боя внезапно появился Суворов с 4 казачьими полками. Для этого его войскам пришлось в условиях изнуряющей жары совершить в течение 36 часов 80-киломеровый переход (Моро впоследствии назовет этот суворовский марш-бросок «совершенством в военном искусстве»). При этом около половины солдат отстало в пути. На заявление П.И. Багратиона, что у него в ротах не наберется и по сорок человек, Суворов ответил: «А у Макдональда нет и двадцати. Атакуй с Богом». Несмотря на численное меньшинство (14–15 тыс. против 19 тыс.), удар союзников был настолько силен, что французы не сумели закрепиться даже на Тидоне и отошли к Треббии. Встав на новом рубеже, Макдональд решил дождаться подкрепления (к нему на соединение шли дивизии генералов Ж.-Б. Оливье и Ж. Монришара) и на следующий день перейти в наступление.

Суворов тоже решил атаковать 7 июня. Согласно его плану в центре и на левом (северном) крыле австрийцы должны сковать французов, а тем временем на правом (южном) крыле русские должны опрокинуть противника, выйти ему во фланг и тыл. Наступление велось тремя колоннами: правую составляли авангард генерал-майора Багратиона и дивизия генерал-лейтенанта Я.И. Повало-Швейковского, центральную – русская дивизия генерал-лейтенанта И.И. Ферстера, левую – австрийская дивизия Отта. В резерве оставалась австрийская дивизия фельдмаршал-лейтенанта М. Фрелиха. Общее соотношение сил было в пользу противника: 36 тыс. французов против 30 тыс. союзников.

Наступление союзных войск началось в 10 часов утра. Авангард Багратиона атаковал польскую дивизию генерала Я. Домбровского у деревни Касалиджо. После нескольких часов ожесточенного сражения противник стал отходить за Треббию. В центре успех также был на стороне союзников. Они захватили селение Граньяно и вытеснили французов за Треббию. Чтобы добиться окончательной победы, Суворов собирался использовать резерв – дивизию Фрелиха, которая по диспозиции должна была стоять за средней колонной. Но ее там не оказалось. Как выяснилось, командующий австрийскими войсками Мелас без ведома Суворова бросил дивизию в бой на левом фланге, хотя она предназначалась для удара на правом. По этой причине добиться окончательной победы над французами в этот день не удалось. На ночь армии противников разделило русло Треббии.

8 (19) июня Суворов решил продолжить наступление. Его план остался прежним. Вместе с тем Макдональд, получивший накануне значительное подкрепление (дивизии Оливье и Монришара) и надеявшийся на подход армии Моро, сам решил атаковать союзников.

📃 250-летие победы российских войск под командованием А.В. Суворова и М.Ф. Каменского над турецкими войсками при Козлуджи

В русско-турецкой войне 1768–1774 гг. турки уже потерпели ряд серьезных поражений – при Ларге и Кагуле, в Синопском морском бою, но сдаваться не собирались. При открытии летней кампании 1774 г. командующий 1-й армией генерал-фельдмаршал П.А. Румянцев решил провести наступление в направлении Базарджик (ныне Добрич, Болгария) – Козлуджа (ныне Суворово, Болгария) с целью отвлечь внимание турок от крепости Шумлы, где находилась ставка великого визиря Мухсин-заде Мехмед-паши и основные силы его армии. Для этой операции были выделены войска общей численностью около 25 тыс. человек под командованием генерал-поручиков М.Ф. Каменского и А.В. Суворова. Они переправились через Дунай (первые у Измаила, вторые близ Гирсова) и планировали соединиться у селения Базарджик.

Не зная о наступлении русских на Козлуджу, великий визирь приказал рейс-эфенди Абдул-Резаку, переменившему должность дипломата на военачальника (рейс-эфенди – именование главы внешнеполитического ведомства Османской империи), произвести набег из Шумлы на Гирсово (ныне Хыршова, Румыния). Для этого ему были переданы почти все наличные войска: 25 тыс. пехоты и 15 тыс. конницы (при визире в Шумле осталось не более 1000 человек). По пути турецкий авангард численностью 5 тыс. человек захватил Базарджик.

2 июня Каменский, имевший в своем распоряжении 11-тысячное войско, выбил турок из Базарджика. Простояв там пять дней и не дождавшись Суворова, Каменский продолжил движение к Козлудже. Только утром 9 июня у деревни Юшенлы (в 6 верстах к востоку от Козлуджи) войска двух военачальников наконец соединились. Для этого Суворову с 14-тысячным корпусом пришлось совершить 20-километровый ночной переход.

От Козлуджи, рядом с которой расположился лагерем Абдул-Резак, объединенное русское войско отделял густой лес. При этом противники не догадывались о столь близком соседстве. Расположив солдат на отдых, Суворов с кавалерией (около 4 тыс. человек) выехал на рекогносцировку, поскольку было получено известие о появлении противника у леса. От Юшенлы к Козлудже через лес вела узкая дорога, по которой в авангарде двигались казаки. При выходе из леса они наткнулись на многочисленных турок и начали спешно отходить назад по тесному дефиле, расстроив идущую за ними остальную конницу. В суматохе Суворов едва не попал в плен и спасся только благодаря резвости своей лошади.

Каменский послал отступающим конное подкрепление с приказанием держать дефиле. Вскоре подошла и пехота. Три батальона построились в каре и расположились у входа в лес: егерский батальон подполковника И.Е. Ферзена – по правую сторону от дороги, егерский батальон подполковника И.Г. Река – по левую, гренадерский батальон подполковника Х.И. Трейдена – в центре, на самой дороге (в журнале военных действий 1-й армии в описании сражения при Козлудже указано иное расположение батальонов Ферзена и Река). Таким образом, путь неприятелю был перекрыт.

Янычары, преследовавшие казаков, при выходе из дефиле попали под сильный ружейный и артиллерийский огонь русских каре и вынуждены были отступить. Суворов немедленно воспользовался этим – перешел в контрнаступление и выбил турок из дефиле. В ходе боя разразился сильный дождь, который немного освежил уставшие русские войска. При выходе из леса фельдмаршал увидел главные силы Абдул-Резака, расположившиеся на высотах впереди Козлуджи. Перед фронтом турецких позиций пролегала лощина. Местность вокруг была неровная, поросшая кустарником.

Спустившись в лощину, Суворов построил войска (около 8 тыс. человек) в четыре каре, вытянув их по фронту в две линии: в первой – три каре, во второй линии – одно. Кавалерию он разместил преимущественно на левом фланге. До подхода артиллерии, которая задержалась в дефиле, забитом оставленными турками повозками, русские придерживались оборонительной тактики и отразили несколько атак противника.

📃 О деятельности украинских националистов в годы Великой Отечественной войны – документы 4-го Управления НКВД/НКГБ СССР и Главного управления контрразведки «СМЕРШ» за период с конца 1942 г. по июнь 1944 г.

В Комплекс документов о Великой Отечественной войне на сайте Президентской библиотеки (https://www.prlib.ru/collections/1298142) включены более 200 документов ФСБ России: документы 4-го Управления НКВД/НКГБ СССР и Главного управления контрразведки «СМЕРШ» о результатах действий диверсионно-разведывательных групп в тылу врага на оккупированных территориях Украинской ССР и Белорусской ССР, разведывательные сводки о положении на занятой противником территории, донесения агента «Колонист» (Н.И. Кузнецова), агентурные сведения о подготовке противником разведчиков и диверсантов в специальных школах, сообщения начальника Главного управления контрразведки «СМЕРШ» В.С. Абакумова в ГКО СССР о зверствах нацистов, использовании «душегубок» для уничтожения мирного населения, о ликвидации прибалтийской националистической организации «Айзсарги» и др.

Среди этих документов интерес представляют сведения о деятельности украинских националистов. Начальник 4-го Управления НКВД СССР П.А. Судоплатов докладывал в 3-е Управление НКВД СССР 9 декабря 1942 г.:
«В войне Германии против СССР ОУН [организация украинских националистов] в целом приняла активное участие на стороне Германии. <…> Помощь ОУН Германии выразилась в вооруженных выступлениях в тылу советских войск при отступлении Красной Армии, шпионаже и диверсиях против СССР; активном участии в создании органов местного самоуправления и полиции на оккупированной территории СССР» (ЦА ФСБ России. Ф. 3. Оп. 10. Д. 387. Л. 2). В этом же докладе отмечены и противоречия внутри ОУН, ее разделение на последователей С.А. Бандеры и А.А. Мельника, которое, однако, не помешало оуновцам вступать в формирования полиции и вспомогательных батальонов, участвовавших в карательных операциях немецко-фашистских захватчиков против мирного населения.
После поражения германских войск под Сталинградом, при приближении частей РККА к Украинской ССР и активизации действий советских партизан в феврале 1943 г. руководство ОУН приняло решение о начале вооруженной борьбы с германскими оккупантами и об объединении отдельных разрозненных отрядов в Украинскую повстанческую армию (УПА). Главными противниками УПА стали отряды Армии Крайовы (подпольной польской военной организации) и советских партизан, противостояние с которыми только возросло с приближением Красной Армии (см.: Спецсообщение 4-го Управления НКГБ СССР начальнику 2-го Управления НКГБ СССР П.В. Федотову об усилении деятельности украинских националистов по подготовке к вооруженной борьбе в связи с наступлением Красной Армии. 24 сентября 1943 г. ЦА ФСБ России. Ф. 4. Оп. 2. Д. 336. Л. 540–541).

Ряд документов иллюстрирует отношение украинских националистов к польскому населению. В сообщении 4-го Управления НКВД СССР от 16 февраля 1943 г. зафиксировано: «Группа членов ОУН (течение “бандеровцев”), скрывающаяся по селам района г. Сарны, в начале февраля [19]43 г. устроила резню польского населения. В с. Поросля количество убитых и искалеченных взрослых и детей достигает 150 человек» (ЦА ФСБ России. Ф. 4. Оп. 1. Д. 469. Л. 126). В сообщении от 28 мая 1943 г. имеются сведения о полном уничтожении всего населения двух польских сел (ЦА ФСБ России. Ф. 4. Оп. 1. Д. 473. Л. 327).

В августе 1943 г. в спецсообщении сообщали об убийстве бандеровцами около 2000 поляков в г. Владимире-Волынском: «Немецкий гарнизон, полиция и казаки в количестве до 600 человек не приняли никаких мер против расправы над поляками и лишь после расправы немецкое командование вывесило объявление, призывающее поляков вступать в жандармерию для борьбы с бандеровцами» (ЦА ФСБ России. Ф. 4. Оп. 1. Д. 477. Л. 152).

📃 320-летие штурма и взятия шведской крепости Дерпт

К 1704 г. в Северной войне наметились серьезные перемены. После победы под Нарвой (1700 г.) Карл XII отправился воевать в Польшу и надолго увяз там. Тем временем русская армия, оправившись от поражения, стала одерживать над шведами одну победу за другой. В декабре 1701 г. Б.П. Шереметев нанес им поражение в сражении при Эрестфере. Через полгода он же одержал новую победу – на этот раз у Гуммельсгофа. В октябре 1702 г. русские войска взяли штурмом крепость Нотебург (Орешек), стоявшую на острове в истоке Невы. Царь Петр I переименовал ее в Шлиссельбург – «Ключ-город», поскольку она открывала путь к устью Невы, где в следующем году был заложен Санкт-Петербург.

30 апреля 1704 г. Петр I приказал фельдмаршалу Шереметеву идти под Дерпт (бывший Юрьев, основанный Ярославом Мудрым; ныне – эстонский Тарту) и осадить его. Крепость имела важное военное значение. Дерпт угрожал с фланга армии Петра I, оперировавшей в Ингерманландии против Нарвы. Кроме того, он служил убежищем для шведской флотилии, действовавшей на Чудском озере.

Дерпт стоял на правом берегу реки Эмбах в 37 км от ее впадения в Чудское озеро. Крепость имела внешнюю и внутреннюю ограды. Внутренняя состояла из старинной каменной стены с башнями. Наружная ограда включала в себя 5 земляных бастионов, соединенных куртинами, и была окружена рвом. Гарнизон Дерпта насчитывал 5000 человек, имевших на вооружении 133 орудия. Командовал им полковник К. Скитте (Шютте). Петр I писал о Дерпте: «Город сей зело укреплен…».

Еще до начала его осады царь отправил генерала-майора Н.Г. Вердена разгромить шведскую флотилию, которая на Чудском озере топила русские суда и опустошала прибрежные селения. Семитысячный русский отряд при 18 пушках скрытно занял позицию у впадения реки Эмбах в Чудское озеро. 4 мая 14 небольших шведских кораблей под командованием адмирала Лёшерна фон Герцфельта отплыли из Дерпта, где стояли на зимовке, вниз по течению и угодили в засаду. С берега по ним ударили пушки, затем лодки с русской пехотой пошли на абордаж. Шведская флотилия была разгромлена. Победителям достались 98 орудий и 138 пленных. Отныне судоходство на Чудском озере полностью перешло под контроль России. Водный путь между Дерптом и Нарвой, удобный для перевозки военных грузов, стал недоступен для шведов.

5 июня под Дерптом появился авангард Шереметева. Спустя четыре дня туда прибыл сам фельдмаршал с основным войском. Всего под Дерптом сосредоточилось около 22 000 человек при 46 (по другим сведениям – 55) орудиях. Главные силы осаждавших расположились на правом берегу реки Эмбах, ниже крепости, около дороги, ведущей в Псков. Остальные войска заняли левый берег реки, где проходила дорога на Нарву. 10 (21) июня начались осадные работы: с трех направлений (к юго-западу, северо-востоку и северу от города) стали рыть траншеи.

10 (21) июня русская артиллерия начала обстрел крепости. Однако велся он вяло. За 18 дней по городу было выпущено около 2000 бомб и ядер (для сравнения двумя месяцами позже по Нарве в течение 10 суток было выпущено 4627 бомб). В городе вспыхнули пожары. Пострадали церковь, ратуша, университет, было повреждено несколько десятков жилых домов.

27 июня (по другим источниками – 28 июня) шведы сделали вылазку, в которой участвовало до 1000 человек кавалерии и пехоты под командованием подполковника Брантда. Русским удалось ее отбить, при этом Брантд получил смертельное ранение.

В ночь на 3 июля из-под Нарвы к Дерпту прибыл Петр I. Он остался крайне недоволен тем, как велась осада, о чем написал А.Д. Меншикову: «Двои апроши [зигзагообразные траншеи, обеспечивающие подступы к крепости – авт.] с батареями принуждены бросить за их неудобством, третью переделать и просто сказать: кроме заречной батареи и балковых шанец (которые недавно пред приездом нашим зачаты), все негодно... Зело жаль, что уже 2000 бомб выметаны беспутно…».

📃 22 июня – День памяти и скорби

На рассвете 22 июня 1941 г. нацистская Германия, нарушив условия договора о ненападении от 23 августа 1939 г., без объявления войны вторглась на территорию Советского Союза. В 3 часа 15 минут германские ВВС начали массированную бомбардировку советских городов, аэродромов, железнодорожных коммуникаций в приграничной полосе.

Войска вермахта перешли советскую западную границу на всем ее протяжении, развивая наступление по трем стратегическим направлениям – на Ленинград, Москву и Киев. Вооруженные силы Германии и ее сателлитов действовали по заранее разработанному плану под кодовым названием «Барбаросса». Ставка была сделана на внезапный и мощный удар, который должен был обеспечить полный разгром Советского Союза в течение кратковременной кампании.

Великая Отечественная, унесшая жизни более 20 млн человек, продемонстрировала несокрушимость советского государства, героизм и мужество его граждан, победу над нацизмом.

Росархив и федеральные архивы при участии ведомственных архивов и государственных архивов субъектов Российской Федерации в течение нескольких лет реализуют серию значимых историко-документальных проектов в целях исторического просвещения, противодействия фальсификации истории и защиты исторической правды о Великой Отечественной войне:
– «Мюнхен–38» https://munich.rusarchives.ru/
– «1939 год. От “умиротворения” к войне» https://1939.rusarchives.ru/
– «Накануне Великой Отечественной. 1 сентября 1939 – 22 июня 1941» – https://nakanune.rusarchives.ru/
– «Великая Отечественная война. 22 июня 1941 – 19 ноября 1942» https://1941-1942.rusarchives.ru/
– «Великая Отечественная война. 19 ноября 1942 – 7 ноября 1944» https://1942-1944.rusarchives.ru/ru/index
– «Победа. 1941–1945» https://victory.rusarchives.ru/
– «Блокада Ленинграда: главные документы» https://blokada.rusarchives.ru/ru/index
– «Сталинград» https://stalingrad.rusarchives.ru/
– «Сталин – Черчилль – Рузвельт. Совместная борьба с нацизмом» https://alliance.rusarchives.ru/ru/

Продолжает пополняться новыми документами федеральный архивный интернет-проект «Преступления нацистов и их пособников против мирного населения СССР в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» https://victims.rusarchives.ru/index.php/

Во исполнение поручения Президента Российской Федерации В.В. Путина создан и продолжает пополняться Комплекс архивных документов, кино- и фотоматериалов, посвященных Второй мировой войне, на сайте Президентской библиотеки https://www.prlib.ru/collections/1298142

В настоящее время в Комплексе более 13 тыс. документов о предыстории и истории Второй мировой войны периода до ноября 1944 г. В течение 2025 г. в Комплексе будут размещены документы заключительного этапа Великой Отечественной и Второй мировой войны, включая сентябрь 1945 г. и победу над Японией.

#Росархив #ФедеральныеАрхивы #ВедомственныеАрхивы #ЗнаменательнаяДата #ДеньПамяти_Скорби #ВОВ #ИсторикоДокументальныеПроекты #АрхивныеДокументы #История

📃 Пятый сталинский удар: к 80-летию операции «Багратион»

К началу лета 1944 г. Красная Армия достигла абсолютного превосходства над противником и в силах, и в средствах. В это время Германия находилась в глубоком политическом кризисе, силы вермахта на советско-германском фронте истощались, а немецкая военная стратегия деградировала. Однако германское командование отнюдь не считало войну проигранной. Немцы рассчитывали сдержать натиск советских войск путем жесткой обороны и надеялись на раскол между союзниками по антигитлеровской коалиции. К тому же военная экономика Германии вплоть до конца 1944 г. продолжала успешно снабжать действующую армию, а к июлю 1944 г. и вовсе достигла пика.

Весной 1944 г. в советском Генштабе начали подготовку к летне-осенней кампании. Общий замысел действий был доложен Верховному Главнокомандующему 29 апреля и представлен на карте, сохранившейся в личном архиве И.В. Сталина https://1942-1944.rusarchives.ru/ru/1965-rgaspi-f-558... Детально план первого этапа был изложен на карте Оперативного управления Генштаба от 18 мая 1944 г. Окончательный план, включая второй этап кампании, был отображен на карте от 30 мая 1944 г. и утвержден Ставкой ВГК https://1942-1944.rusarchives.ru/ru/node/1978.

В соответствии с замыслом фронт советского наступления охватывал территории от Балтики до Черного моря и Дуная. Операции планировались одновременно для всех направлений – разгром финнов в Карелии, группировок немецких войск в Прибалтике, Белоруссии и на Западной Украине, уничтожение немецко-румынской группировки в Молдавии. Следующим этапом должно было стать наступление в Европе: предполагалось продвижение до линии Даугавпилс – Каунас – Гродно – Белосток – Люблин и затем наступление на Ригу, Кенигсберг и Алленштайн, Варшаву, Томашув-Мазовецкий и Краков.

Главное внимание уделялось подготовке стратегической наступательной операции в Белоруссии. Она получила кодовое название «Багратион» – в честь русского полководца, героя Отечественной войны 1812 года П.И. Багратиона.

Как отмечал в своих мемуарах А.М. Василевский, план «был прост и в то же время смел и грандиозен». На первом этапе силы четырех фронтов должны были нанести мощные сходящиеся удары по флангам огромного выступа, который образовала линия фронта в Белоруссии. Так называемый «Белорусский балкон» площадью около 250 тыс. км2 глубоко вклинивался в расположение советских войск, а в середине его, под Минском, находились главные силы немецкой группы армий «Центр». Перед советскими войсками стояла задача: раздробить оборону противника, окружить и уничтожить вражеские группировки в районе Витебска и Бобруйска, после чего, стремительно развивая наступление вглубь, разгромить войска 4-й немецкой армии восточнее Минска. Ликвидация выступа означала освобождение Белоруссии, создавала угрозу для противника в Прибалтике и на Западной Украине, обеспечивала выход Красной Армии в Польшу и Восточную Пруссию.

При этом советское командование понимало, что собирается ударить по наиболее опасным для противника и, следовательно, наиболее защищенным участкам. Из воспоминаний А.М. Василевского: «Главная полоса вражеской обороны проходила по линии Витебск – Орша – Могилев – Рогачев – Жлобин – Бобруйск. Особенно сильно были укреплены районы Витебска и Бобруйска, то есть фланги группы армий «Центр»… Все инженерные оборонительные сооружения довольно удачно увязывались с естественными, очень выгодными для обороны условиями местности – реками, озерами, болотами, лесами. Крупные города гитлеровцы превратили в сильные узлы сопротивления, укрепленные системой хорошо развитых траншей, дотов и дзотов, а такие города, как Витебск, Орша, Могилев, Бобруйск, Борисов и Минск, приказом Гитлера были объявлены «укрепленными районами».

📃 Справка Наркомата судостроительной промышленности СССР о строительстве боевых кораблей и катеров в 1942 г.

В предвоенный период заводы крупнейших судостроительных центров СССР были заняты постройкой боевых и вспомогательных кораблей, производством вооружения и оборудования для них, а также брони для кораблей и танков. С началом Великой Отечественной войны работы по постройке многих кораблей были прекращены и заводы Наркомата судостроительной промышленности (НКСП) СССР перестроились на работу по мобилизационному вооружению и аварийному ремонту кораблей, производство разнообразной продукции для фронта.

Мобилизационная программа кораблестроения была скорректирована постановлением Государственного комитета обороны (ГКО) СССР от 19 июля 1941 г. Приостанавливалось строительство кораблей, имевших малый процент технической готовности, в Ленинграде и Николаеве (12 эсминцев, 6 сторожевиков, 3 тральщиков и 8 подводных лодок). Отменялась закладка четырех подводных лодок на Горьковском заводе № 112. В то же время было решено дополнительно заложить 12 охотников за подлодками и 20 бронекатеров в Николаеве со сроком сдачи в 1942 г. (РГАСПИ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 3. Л. 157)

21 сентября 1941 г. наркоматы Военно-Морского Флота и судостроительной промышленности СССР представили на утверждение в СНК СССР план строительства и ремонта кораблей в 1942 г. Предусматривалась загрузка волжских и дальневосточных судостроительных заводов, а также заводов № 402 в Молотовске, № 344 в Молотове, № 639 в Тюмени и № 640 Сосновской верфи (Кировская обл.). Загрузку ленинградских заводов НКСП СССР и севастопольского завода № 201 программа не учитывала.

План в основном был рассчитан на форсирование строительства малых боевых и вспомогательных кораблей, а также катеров на речных заводах НКСП СССР (больших охотников за подводными лодками проекта 122, малых охотников за подводными лодками, бронекатеров больших и малых, металлических и деревянных торпедных катеров и ряда вспомогательных судов). По более крупным боевым кораблям программой предусматривалась только достройка 2 легких крейсеров, 7 эсминцев, 2 сторожевых кораблей, 4 тральщиков и 11 подводных лодок.

Постановлением от 4 декабря 1941 г. «О программе военного судостроения на 1942 год» (РГАСПИ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 16. Л. 11–25) ГКО СССР утвердил программу военного судостроения и капитального ремонта боевых кораблей для предприятий Наркомсудпрома, Наркомречфлота, Наркомморфлота, Наркомлеспрома, Наркомтанкопрома и Наркомрыбпрома.

В конце февраля 1942 г. нарком судостроительной промышленности СССР И.И. Носенко доложил заместителям председателя СНК СССР Н.А. Вознесенскому и В.А. Малышеву о работе судостроительных заводов в 1941 г.

При общем невыполнении в целом по НКСП СССР плана 1941 г. отдельные заводы, в первую очередь ленинградские, проделали большую работу. Во время войны они сдали Военно-Морскому флоту СССР 125 боевых единиц, в том числе: 8 эскадренных миноносцев, 4 подводные лодки, 1 быстроходный тральщик, ледокол «В. Молотов», 2 плавучие мастерские, 4 бронекатера, 19 торпедных катеров – дымовых завесчиков, 33 морских охотника за подводными лодками. Был приведен в боевое состояние недостроенный крейсер «Петропавловск», 32 вспомогательных корабля переоборудованы и вооружены для военных целей. Кроме того, был выполнен большой объем ремонтных работ на 162 кораблях, получивших повреждения. В 1941 г. все судостроительные заводы сдали Военно-Морскому Флоту СССР 24 боевых надводных корабля, 2 ледокола типа «И. Сталин», 23 подводные лодки, 98 боевых катеров и малых охотников за подводными лодками, 188 вспомогательных судов, 318 вспомогательных катеров и 42 несамоходных судна.

Выполнение плана военного судостроения в 1942 г. зависело от решения следующих вопросов: обеспечение судостроительных заводов листовым и сортовым металлом; восстановление производства главных и вспомогательных судовых механизмов на заводах НКСП СССР; разгрузка судостроительных заводов от большого количества несудостроительных заказов

📃 «Сталинский сокол» В.К. Коккинаки.
К 120-летию со дня рождения генерал-майора авиации

Владимир Константинович Коккинаки (1904–1985) – заслуженный летчик-испытатель СССР, дважды Герой Советского Союза. Он установил более 20 мировых рекордов, а его имя стало символом мужества, отваги и преданности своему делу.

Будущий летчик родился 25 июня (по старому стилю – 12 июня) 1904 г. в г. Новороссийске Черноморской губернии. В семье потомка понтийских греков, железнодорожника Константина Павловича и Натальи Петровны (в девичестве – Гук), помимо Владимира, росло еще шестеро детей – сестра и пятеро братьев, четверо из которых также впоследствии посвятили свою жизнь авиации. В силу сложного материального положения в семье юноша с 12 лет начал работать на виноградниках и табачных плантациях, посыльным в пароходных компаниях, грузчиком и матросом в Новороссийском порту.

В 1920 г. Коккинаки сдал экстерном экзамены за среднюю школу, а в декабре 1925 г. вступил в ряды Красной Армии, где служил до июля 1927 г. в 221 стрелковом Черноморском пехотном полку. В 1928 г. Владимир Константинович окончил Ленинградскую военно-теоретическую школу Военно-воздушных сил (ВВС), в том же году был зачислен во Вторую военную школу летчиков ВВС в г. Борисоглебске. После завершения обучения в 1929 г. проходил в 1930-1935 гг. службу в строевых авиационных частях и работал инструктором в авиашколах, с 1932 г. – летчиком-испытателем в НИИ ВВС.

Наконец, в 1935 г. В.К. Коккинаки устраивается на работу в опытно-конструкторское бюро (ОКБ), которое возглавляли авиаконструкторы С.В. Ильюшин и Г.В. Новожилов. В нем летчик-испытатель будет работать до последних дней своей жизни. В.К. Коккинаки одним из первых в Советском Союзе начал заниматься высотными полетами. Он был участником и руководителем групповых высотных перелетов Москва-Харьков и Москва-Самара, а также испытывал и внедрял в частях ВВС опытные самолеты Ил-5, И-7, Р-6. На самолете И-15 В.К. Коккинаки поднялся на высоту 14575 метров и принес стране первый мировой рекорд. Также в Москве летчиком была создана первая пятерка истребителей для выполнения фигур высшего пилотажа на первомайском параде над Красной площадью. В 1935-1936 гг. В.К. Коккинаки испытывал первый самолет конструкции С.В. Ильюшина ЦКБ-26 и проводил большую работу по подготовке самолета к установлению рекордов высоты с грузом.

На самолете «Москва» (ДБ-3), созданном в ОКБ под руководством С.В. Ильюшина, в 1938 г. В.К. Коккинаки за 24 с половиной часа совершил первый беспосадочный перелет Москва-Владивосток протяженностью 7580 километров. За этот подвиг 17 июля 1938 г. он был удостоен звания Героя Советского Союза. На том же самолете годом позже Коккинаки вместе со штурманом М.Х. Гордиенко совершили беспосадочный перелет Москва-Северная Америка через Атлантический океан и Гренландию. Именно этот маршрут с 1959 г. будут использовать для регулярного авиасообщения между странами. Так как дважды звание Героя Советского Союза в то время не присваивали, Указом Президиума Верховного Совета СССР В.К. Коккинаки был одновременно награжден за полет орденом Ленина и медалью «За отвагу». Также в 1965 г. летчик как первопроходец североатлантического пути между Европой и Америкой решением Международной авиационной федерации был награжден бриллиантовым ожерельем «Цепь пионера розы ветров».

Во время Великой Отечественной войны В.К. Коккинаки занимался обучением военных летчиков, испытывал опытные модифицированных самолеты Ил-2 и Ил-4 и новый штурмовик Ил-10. В 1943 г. летчику было присвоено звание генерал-майора авиации. После войны он продолжил испытания новых моделей самолетов и в сентябре 1957 г. стал дважды Героем Советского Союза. В 1960 г. за работу и создание пассажирского самолета Ил-18 Владимиру Константиновичу была присуждена Ленинская премия. За многолетний период летной работы он испытал более 70 опытных самолетов, из них более тридцати были запущены в серийное производство. Будучи летчиком-методистом, В.К. Коккинаки проводил большую работу по воспитанию и повышению летного мастерства ...

📃 Дочь последнего императора России.
Великая княжна Мария Николаевна Романова

Третья дочь последнего российского императора Николая II и императрицы Александры Федоровны великая княжна Мария Николаевна родилась 14 (26) июня 1899 г. в летней резиденции августейшей семьи в Александрии (Петергоф).

Николай II так отметил это событие в своем дневнике: «…Счастливый день: Господь даровал нам третью дочь – Марию, которая родилась в 12:10 благополучно!». Девочка появилась на свет здоровой и крепкой. Крещение новорожденной, согласно церемониалу, было совершено 27 июня (по старому стилю) 1899 г. в церкви Большого Петергофского Дворца духовником императорской семьи протопресвитером Иоанном Янышевым. На торжественной церемонии присутствовали императрица Мария Федоровна, великий князь Михаил Александрович, королевич Георгий Греческий, великая княгиня Елизавета Федоровна, великая княгиня Александра Иосифовна, принц Генрих Гессенский, а также посланники многих европейских дворов. По совершении таинства произведен торжественный салют 101 пушечным выстрелом. Колокольный звон был слышен даже на окраинах города. Новорожденная в крещении получила имя Мария в честь небесной покровительницы Марии Магдалины.

О характере княжны генерал М.К. Дитерихс писал: «Великая княжна Мария Николаевна была самая красивая, типично русская, добродушная, веселая с ровным характером, приветливая девушка. Она умела и любила говорить с каждым, в особенности с простым человеком. Во время прогулок в парке вечно она, бывало, заводила разговоры с солдатами охраны, расспрашивала их и прекрасно помнила, у кого как звать жену, сколько ребятишек, сколько земли и т.п. У нее находилось всегда много общих тем для бесед с ними. За свою простоту она получила в семье кличку «Машка»; так звали ее сестры и цесаревич Алексей Николаевич».

В Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ) отложился личный фонд великой княжны Марии Николаевны (Ф. 685), в котором сохранились ученические тетради по русскому языку, арифметике, иностранным языкам (английскому, немецкому, французскому) за 1903–1916 гг.; дневники за 1912, 1913 и 1916 гг., а также записные памятные книжки, рапорты о состоянии подшефного 9-го драгунского Казанского полка за 1912–1914 г. и приказы по полку за 1912–1916 гг. Большую часть фонда составляют письма, телеграммы, художественные открытки родителей, родственников и приближенных за 1905–1917 гг.

Обучение Мария, как и ее сестры, начала в 6 лет. Среди первых предметов были чтение, чистописание, арифметика и Закон Божий. В среднем звене к этим предметам прибавились география, языки – русский, английский, французский и позднее немецкий. Девочке преподавались танцы, рисование, игра на фортепиано, естественные науки и грамматика.

В фонде Марии Николаевны среди многочисленных писем от родных и близких хранится письмо Николая II, написанное в Ставке, в Могилеве, 12 сентября 1915 г. (Ф. 685. Оп. 1. Д. 36. Л. 3–4). Каждая строчка отца пронизана заботой и любовью к дочери. В письме император вспоминает о светлых праздничных днях, проведенных в кругу семьи в Петергофе: «Милая моя Мари, очень тебя благодарю за твои письма, которые меня веселят, тому, что ты в них пишешь… Ездила ли ты с Мама недавно в Петергоф? Я люблю вспоминать наши поездки туда по праздникам летом. Здесь течет Днепр, и мне с самого начала хотелось погрести в лодке, но до сих пор это почему-то не выходит… У меня времени очень мало, и поэтому я должен кончить письмо. Крепко тебя обнимаю, мой дорогой Казанец. Христос с тобою! Твой папа». К этому моменту Николай II принял на себя звание Верховного Главнокомандующего русской армией в Первой мировой войне.

Мария Николаевна, как и ее сестры, была воспитана в духе патриотизма и любви к Отечеству, понимании своего долга перед Россией и безусловности общественных обязанностей, принимала активное участие в деле помощи всем нуждающимся в тяжелые военные годы. В силу возраста великая княжна не могла работать сестрой милосердия в госпиталях.

📃 Минск – город-герой

26 июня 1974 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР г. Минску было присвоено почетное звание «Город-герой» с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

Столица Белорусской ССР была удостоена высшей награды Советского Союза за выдающиеся заслуги, мужество и героизм, проявленные ее жителями в борьбе с гитлеровскими оккупантами, развертывании партизанского движения в Белоруссии и в ознаменование 30-летия освобождения от немецко-фашистских захватчиков.

В Минске 8 мая 1985 г. в честь 40-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне был открыт архитектурно-скульптурный комплекс «Минск – город-герой». В создании памятника участвовали скульптор В. Занкович, архитекторы В. Крамаренко, В. Евсеев и В. Романенко. Обелиск имеет высоту 45 метров. В верхней его части – изображение звезды и лавровой ветви. Внизу – доска с текстом указа о присвоении городу почетного звания. У его подножия расположен бронзовый монумент «Родина-мать» в виде женской фигуры с поднятыми над головой фанфарами Победы. Памятник установлен на возвышенности в начале Парка Победы.

А.С. Полуянова,
Российский государственный архив кинофотодокументов (РГАКФД)

#Росархив #РГАКФД #Минск #ГородГерой #ПочетноеЗвание #АрхивныеДокументы #История

📃 Собрание частновладельческих экслибрисов в фондах Научно-справочной библиотеки Российского государственного исторического архива

Библиотека Российского государственного исторического архива (далее – НСБ РГИА) – одна из самых больших научно-справочных библиотек в системе государственных архивов России. Ее фонды насчитывают более 420 тысяч единиц хранения. История возникновения библиотеки связана с библиотечным собранием Комиссии для составления законов (1796 г.). Дальнейшее развитие – с историей учреждений, ведавших кодификацией российского законодательства: II отделения Cобственной е.и.в. канцелярии (1826–1882 гг.) и Кодификационного отдела Государственного совета Российской империи (1882–1893 гг.). С 1894 г. по 1917 г. находилась в ведении Государственного совета Российской империи.

После архивной реформы 1918 г. библиотека была передана в Петроградское отделение Главного управления архивным делом. В 1920–1930 е гг. книжный фонд библиотеки пополнялся за счет книжных собраний упраздненных учреждений и министерств: народного просвещения, путей сообщения, финансов, юстиции, редакции «Журнала Министерства юстиции», Земского отдела МВД, Гражданского и Кассационного департаментов Сената. В 1922 г. в ее фонды поступила коллекция печатных записок Э.В. Фриша (председателя Государственного совета) по проектам различных законов, в 1930-е гг. – книги из Департамента герольдии Правительствующего Сената. В состав книгохранилища вошли книги из библиотеки бывшего Правительствующего Синода и подведомственных ему учреждений, а также Петербургского сенатского архива, Собственной е.и.в. канцелярии и других ведомств.

Значительную часть русского книжного фонда составляет самая полная в России коллекция официальных и ведомственных изданий учреждений России XIX – начала XX вв.: печатные отчеты, обзоры деятельности учреждений, циркуляры, распоряжения по отдельным ведомствам, печатные описи, публикации ведомственных архивов, юбилейные ведомственные издания министерств, «Полное собрание законов Российской империи», «Свод законов Российской империи», «Собрание узаконений и распоряжений Правительства, издаваемое при Правительствующем Сенате» и др.

Помимо литературы по истории и историческим дисциплинам, значительное место в НСБ РГИА занимают издания по экономике, юридическим наукам, религии, народному просвещению и техническим дисциплинам. В фондах сохранились уникальные книжные редкости XVI–XVIII вв.: книги русского первопечатника Ивана Федорова, издания времен Петра I и Екатерины II, исторические труды В.Н. Татищева и М.В. Ломоносова.

На многих книгах имеются книжные знаки, штампы, ярлыки, печати различных учреждений: Государственного совета, Гербового отделения Департамента герольдии Сената, Канцелярии е.и.в. «по принятию прошений, на высочайшее имя приносимых», а также частных владельцев. В изданиях выявлены автографы М.М. Сперанского, О. Монферрана, В.М. Пуришкевича, а также дарственные надписи Е.В. Тарле, С.Ф. Платонова, П.А. Зайончковского, Н.Я. Эйдельмана, Г.И. Нарбута. Особенностью коллекции автографов является наличие дарственных надписей выдающихся юристов XIX–XX вв.: В.Д. Набокова, Г.И. Черткова, С.С. Гагарина, П.А. Гильтебрандта, Н.К. Эссена и других.

В библиотеке РГИА хранятся книги с экслибрисами представителей известных фамилий, политических деятелей, юристов, историков, издателей, библиофилов и литературоведов. Представляем некоторые из экслибрисов:

– Экслибрис адмирала М.П. Лазарева (1788–1851) – гербовый экслибрис-наклейка с девизом «Disce pati» (лат. – «Учись терпеть») с факсимильной владельческой подписью.

– Экслибрис генерала Н.В. Левашова (1828–1888), товарища шефа жандармов и начальника III Отделения Собственный е.и.в. канцелярии, петербургского и орловского губернатора – герб графа Левашова в двойной линейной раме. Девиз на ленте на кронштейне: «Virtuti et honori» (лат. – «Доблестью и честью») с надписью над гербом: «Библиотека гр. Н.В. Левашова», а также шифром «Шкаф... / Полка... / №...».

📃 Кинематографист Абрам Роом.
К 130-летию со дня рождения

Фигура узкая и трепетная, будто вырезанная из черного картона и перетянутая портупеями, – таким запомнил Абрама Роома во время их первой встречи в середине 1920-х гг. писатель, сценарист и киновед Виктор Шкловский. В облике Роома еще откликались воспоминания о бурных годах Гражданской войны, а сам он готовился пережить расцвет своего творчества, чтобы затем надолго уйти из художественного кинематографа и никогда больше не возвращаться к себе прежнему.

Абрам Матвеевич Роом (при рождении Абрам Мордхелевич Ром) родился в 1849 г. в Вильно и в юности не помышлял о кино. Восьмилетнюю виленскую частную гимназию Н.А. Виноградова он окончил накануне Первой мировой войны, участия в которой не принял: зимой 1915 г. был признан негодным к военной службе. Несколько месяцев после окончания гимназии ушло на попытки поступить сначала в Психоневрологический институт, а потом на медицинский факультет Императорского Николаевского университета, но мешали квоты на прием евреев, не имевших права на жительство вне черты оседлости. В конце концов, Абрам Ром получил заветную форменную студенческую фуражку с малиновым околышем и был зачислен на медицинский факультет Императорского Николаевского университета в Саратове.

Весной 1918 г. он все же попал на фронт: сначала оказался судовым врачом на пароходе «Миссури», ходившем по Волге, а затем в летучем отряде ЧК по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией. Увиденное тогда спустя несколько лет отчасти нашло отражение в первом художественном фильме А.М. Роома «Бухта смерти» и в его облике – Абрам Матвеевич, не отличавшийся брутальной внешностью, полюбил ходить в черном кожаном пальто.

Осенью 1919-го ему разрешили вернуться в Саратов, но ни к учебе, ни к врачебной практике он больше не приступил, резко сменив сферу деятельности. Сначала устроился работать ответственным сотрудником редакции газеты «Известия Саратовского Совета», потом дебютировал как театральный режиссер на сцене саратовского Театра лубочной драмы и комедии, сатиры, кукол и петрушки, который показывал зрителям всевозможные «потешные представления» – от русского лубка до французского водевиля, но быстро закрылся. Не желавший сдаваться Ром вместе с еще одним саратовским театралом – С. Неделиным создал театр «Голубятня», но и он продержался на плаву около месяца.

Следующее его детище – Театр эксцентрических представлений, или ТЭП – оказался более успешен и ясно обозначил переход Абрама Роома (именно в этот период его фамилия трансформировалась с Ром на Роом) на положение профессионального режиссера. ТЭП развивался в стилистике, которую диктовало время и которая оказалась созвучна экспансивному характеру Роома. «Актер – машина, – писал он, – мастер техники, последнее слово биомеханики... Слово на сцене должно быть так же выразительно, сжато, как “совнархозы”, “наркомпросы”, “главбумы”, “гуммы”. Не нужно предлогов, союзов, местоимений. […] Репертуар, как зеркало, должен отображать жизнь во всех ее гримасах, выкриках, исканиях, созиданиях, темпах, биомеханике. Нужно брать куски жизни – фельетоны, происшествия, кинодраму – и творить пьесу».

Постановки ТЭПа были остроактуальными и едкими (так, эстрадное обозрение «В тридцать минут вокруг культпросвета» представляло собой пародию на местные учреждения культуры), а названия спектаклей – броскими до экстравагантности: «Диффамация», «Серенада с луной и моралью», «Вечвстреродрузизнак» (вечер встречи родных, друзей и знакомых) и т.д.

В 1923 г., когда имя Роома в Саратове уже произносилось с прибавлением «хорошо известный режиссер», его постановки увидел нарком просвещения А.В. Луначарский. Он пригласил Роома в Москву. В столице молодой режиссер поступил на работу в Театр Революции, который тогда возглавлял В.Э. Мейерхольд, и сразу оказался в гуще театральной жизни Москвы. На афише спектакля «Озеро Люль» в ноябре 1923 г. фамилия Роома, который одновременно стал режиссером и педагогом Высшей педагогической школы ВЦИК в Москве, шла сразу за фамилией художественного руководителя театра...

📃 К 140-летию образования Приамурского генерал-губернаторства

В начале 80-х годов XIX в. в связи с успехами в освоении дальневосточных земель, увеличением численности населения, развитием хозяйства, а также усилением экспансии западных держав на Тихоокеанском побережье Азии, правительство Российской империи признало необходимым укрепить аппарат управления на востоке страны.

Указом императора Александра III от 16 (28) июня 1884 г. было учреждено Приамурское генерал-губернаторство, в состав которого вошли Забайкальская, Амурская, Приморская области, Владивостокское военное губернаторство и остров Сахалин, ранее состоявшие в ведении Главного управления Восточной Сибири.

Административным центром Приамурского генерал-губернаторства стал г. Хабаровка, переименованный в 1893 г. в г. Хабаровск.

Приамурский генерал-губернатор назначался императором, подчинялся непосредственно Министерству внутренних дел и обладал широкими полномочиями: командовал всеми вооруженными силами края, возглавлял гражданскую администрацию, осуществлял дипломатические функции при сношениях с соседними государствами. Первым генерал-губернатором был назначен генерал-адъютант барон А.Н. Корф.

Административно-территориальное деление Приамурского генерал-губернаторства претерпевало существенные изменения. 17 мая 1888 г. высочайше утвержден постоянный штат управления. 9 июня 1888 г. упразднено военное губернаторство г. Владивостока и его территория включена в состав Приморской области.

2 апреля 1892 г. учреждена должность помощника Приамурского генерал-губернатора, который являлся одновременно командующими войсками Приамурского военного округа и войсковым наказным атаманом Приамурских казачьих войск.

С 1899 г. при канцелярии генерал-губернатора состояли типография и редакция газеты «Приамурские ведомости».

17 марта 1906 г. Забайкальская область была выделена из Приамурского края и включена в состав Иркутской губернии.

17 июня 1909 г. произошло еще одно крупное изменение административно-территориального деления края: из состава Приморской области выделены в самостоятельную Камчатскую область уезды: Петропавловский, Охотский, Гижигинский, Анадырский и Командорские острова, и из оставшейся за Россией территории о. Сахалина образована Сахалинская область. 26 февраля 1914 г. Удский уезд, за исключением его южной части, выделен из состава Приморской области и передан в Сахалинскую область.

В 1915–1917 гг. предусматривалось административно-территориальное преобразование Приамурского края, и в связи с этим намечались изменения в штате управления Приамурского генерал-губернаторства, установленного на основании указов от 17 мая 1888 г. и 16 декабря 1902 г., но эти мероприятия не были проведены в жизнь.

В результате совершившейся Февральской революции 1917 г. Приамурский генерал-губернатор Н.Л. Гондатти был отстранен от должности в ночь с 5 на 6 марта. Функции его были переданы Комиссару Временного правительства по делам Дальнего Востока А.Н. Русанову.

Для ликвидации дел генерал-губернатора назначена комиссия во главе с комиссаром М.С. Введенским. Канцелярия генерал-губернатора продолжала свою работу до января–февраля 1918 г. вплоть до окончательной ликвидации дел Приамурского генерал-губернатора.

Документы канцелярии Приамурского генерал-губернатора находятся на хранении в Российском государственном историческом архиве Дальнего Востока (РГИА ДВ).

А.А. Горчаков,
Российский государственный исторический архив Дальнего Востока (РГИА ДВ)

#Росархив #РГИА_ДВ #ЗнаменательнаяДата #ПриамурскоеГенералГубернаторство #Становление #АдминистративноТерриториальноеПреобразование #АрхивныеДокументы #История

📃 29 июня – День партизан и подпольщиков

Упорное сопротивление немецко-фашистским захватчикам в годы Великой Отечественной войны оказывали советские партизаны и подпольщики, которые буквально создали в тылу врага второй фронт. Они устраивали диверсии на коммуникациях и на производстве, уничтожали подготовленные для вывоза запасы продовольствия, срывали отправку населения на работы в Германию, боролись против представителей оккупационного режима, в том числе с гитлеровскими пособниками – украинскими и прибалтийскими националистами. Своими действиями партизаны оказывали серьезное деморализующее влияние на противника, поддерживали в местном населении волю к сопротивлению оккупантам и веру в скорое освобождение.

В Комплекс документов о Великой Отечественной войне на сайте Президентской библиотеки (https://www.prlib.ru/collections/1298142) включены оцифрованные архивные документы о партизанском движении в 1942–1944 г., предоставленные Национальным архивом Республики Беларусь (НАРБ), Центральным архивом ФСБ России, Российским государственным архивом социально-политической истории (РГАСПИ).

Осенью 1942 г. партизанское движение имело сложившуюся структуру в центре и на местах, активно действовало в тылу врага. Во главе Центрального штаба партизанского движения (ЦШПД) стоял П.К. Пономаренко, затем 6 сентября 1942 г. постановлением ГКО СССР был учрежден пост главнокомандующего партизанским движением, им стал Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов. 19 ноября 1942 г. руководство партизанским движением было вновь возложено на ЦШПД, подчиняющийся непосредственно Ставке Верховного Главнокомандования. С мая 1942 г. действовал Украинский штаб партизанского движения, 9 сентября 1942 г. образован Белорусский ШПД, в ноябре 1942 г. созданы Эстонский и Литовский ШПД.

Вследствие активных действий партизан 16 декабря 1942 г. последовал приказ начальника штаба Верховного главнокомандования вермахта генерал-фельдмаршала В. Кейтеля о предоставлении войскам права применять любые средства в борьбе с партизанами и населением, оказывающим им поддержку: «Если эта борьба против банд как на Востоке, так и на Балканах не будет вестись самыми жестокими средствами, то в ближайшее время имеющихся в распоряжении сил окажется недостаточно, чтобы справиться с этой чумой. Войска поэтому имеют право и обязаны применять в этой борьбе любые средства без ограничения, также против женщин и детей, если это только ведет к успеху» (https://victims.rusarchives.ru/prikaz-nachalnika-shta..).

В Комплексе размещена немецкая памятка «10 заповедей немецким солдатам о борьбе с партизанами» (7 декабря 1942 г. РГАСПИ), в которой сказано, что «партизанская борьба – скрытая борьба, ее успех во многом зависит от быстроты, хитрости и маскировки, а также от мужественного переношения всех нужд и трудностей, что отвечает всей сущности русских».

14 июля 1943 г. ЦШПД отдал приказ о начале операции «Рельсовая война». В ходе этой тщательно организованной, единовременной и массированной акции на 31 августа 1943 г. было перебито 171 452 шт. рельс или 1060 км железнодорожного пути в Белорусской ССР (105846 рельс), Калининской (19973), Орловской (15841), Смоленской (11772), Ленинградской (11020) областях, Украинской ССР (7000). Массовый подрыв рельс резко затормозил перевозки войск и грузов противника. Основные выводы по результатам проведенной операции были доложены начальником ЦШПД П.К. Пономаренко И.В. Сталину 7 сентября 1943 г. В Комплексе также представлен План осуществления операции на белорусском направлении из НАРБ.

📃 Дмитрий Завалишин – офицер, декабрист, публицист:
«…я намерен всегда следовать стезе, раз мною избранною».
К 220-летию со дня рождения

Так видел свою жизнь молодой морской офицер Дмитрий Иринархович Завалишин, но судьба распорядилась иначе. Флотскую службу он закончил в чине лейтенанта в самом начале своей карьеры – причиной тому послужили события 14 декабря 1825 г. Личность Завалишина всегда, как у современников, так и во все последующие годы, вызывала самые разноречивые оценки. И оснований для того было предостаточно.

Он родился в Астрахани 13 июня (25 июня – по новому стилю). В мемуарах относительно года своего рождения писал, что не мог найти официальных документов: «…но, основываясь на том, как всегда повторялось в семействе, это было в 1804 году». Завалишин, как записано в его послужном списке, происходил «из дворян российской нации» и был «греческого исповедания». Его отец, Иринарх Иванович Завалишин, инженер – генерал-майор, служил в должности генерал-инспектора и члена совета путей сообщения, был награжден орденами Св. Владимира 2-й степени и Св. Анны 1-й степени. Мать Дмитрия, Мария Никитична, урожденная Черняева, умерла рано. Иринарх Иванович вторым браком был женат на Надежде Львовне Толстой.

О своем желании поступить кадетом в Морской шляхетский кадетский корпус Дмитрий Завалишин, «недоросль из российских дворян», написал в прошении на имя императора Александра Павловича от 18 декабря 1813 г. За неимением вакансии Дмитрий числился кандидатом вплоть до апреля 1816 г. Его отец 20 апреля 1816 г. подал прошение директору корпуса вице-адмиралу П.К. Карцову с просьбой определить сына Дмитрия на имеющуюся вакансию в роте капитана М.М. Геннинга. В этой же роте состоял старший из братьев Завалишиных – Николай, вступивший в службу еще в 1813 г. В этом прошении можно прочесть загадочную запись о том, что «от роду ему Дмитрию нынешнего 1816 года января 2 числа минуло пятнадцать лет». Методом несложного подсчета датой рождения Дмитрия определяется 1801 г. Хотя и в подлинных архивных документах случаются описки разного рода.

По окончании кадетского корпуса Д.И. Завалишин, как наиболее успешный выпускник, на некоторое время был оставлен в корпусе читать лекции по математике и астрономии. 1 марта 1819 г. Завалишин получил звание мичмана и уже имел небольшой опыт плаваний в море. В марте 1822 г. Морским министерством было решено направить фрегат «Крейсер» и шлюп «Ладога» к берегам владений Российской империи в Северной Америке. В это дальнее плавание на 36-пушечном фрегате «Крейсер» под командованием капитана 2-го ранга Михаила Петровича Лазарева был назначен и мичман Завалишин. Шлюп «Ладога» возглавил старший брат М.П. Лазарева – Андрей. Плавание началось 17 августа 1822 г., что зафиксировано в вахтенном журнале фрегата «Крейсер»: «в ¼ 10 часа по приказанию капитана снялись с якоря». Плавание это началось жестоким штормом, и в дальнейшем подобные штормы не раз терзали паруса «Крейсера». Некоторые их них сопровождались и несчастными случаями.

Совмещая две должности: вахтенного офицера и ревизора, и «никогда не облегчая одну для другой», мичман Завалишин старался воспользоваться любой возможностью для самообразования. В его служебные обязанности входило исследование атмосферных процессов и магнитных колебаний, и Завалишин внес свой вклад в научную программу экспедиции. Он хотел поступить на службу в Российско-Американскую компанию, но получил отказ императора Алекандра I. Дмитрий Иринархович, вдохновленный идеями преодоления противоречия между властями и революционерами, пытался создать «Орден восстановления». В русле своих идей, в частности, он разрабатывал проект присоединения Калифорнии к России и пытался заинтересовать Александра I этими предложениями. Но государственный секретарь адмирал А.С. Шишков известил Завалишина о том, что император Александр I признал его идею «увлекательной, но неудобоисполнимою».

📃 Дмитрий Михайлович Струков – художник, археолог, реставратор

Имя Дмитрия Михайловича Струкова после 1917 г. оказалось забытым. Специалист, занимавшийся реставрацией и изучением русской церковной живописи и архитектуры, раскопками и исследованием христианских древностей, не вполне соответствовал критериям оценки значимости, применявшимся советской властью к деятелям науки и искусства.

Дмитрий Михайлович Струков родился в 1828 г. в Москве в семье портного. Эпидемия холеры вынудила родителей в 1830 г. уехать из Москвы. Они жили в Нижнем Новгороде, Верхотурье, Нижнем Тагиле, а во второй половине 1830-х гг. вернулись в Москву. В 1839–1847 гг. Струков служил наборщиком (официально – «наборным учеником» по найму) в Московской сенатской типографии. В 1847 г. он подал прошение об увольнении из типографии по здоровью и поступил во 2-ю Рисовальную школу, учрежденную графом С.Г. Строгановым (Строгановское училище рисования). При этом Струков подрабатывал «сочинением» рисунков для народных изданий, что способствовало его самообразованию, близкому знакомству с Евангелием и житиями святых, исторической литературой.

Народные издания печатались с разрешения Духовного цензурного комитета, поэтому Струков часто ездил в Троице-Сергиеву лавру, где комитет располагался. Здесь состоялось его знакомство с цензорами, преподавателями Московской духовной академии Ф.А. Голубинским, А.В. Горским и П.С. Казанским. Часто разъяснения последними Священного писания, связанные с недостатками сюжетов рисунков начинающего художника, превращались, по его свидетельству, в «лекции великих христианских мыслителей». Кроме того, профессор Ф.А. Голубинский занимался с «вольнослушателем» Струковым разбором ошибок, встречавшихся в иконописных изображениях и стенных росписях церквей. В это же время будущий археолог непосредственно знакомился с памятниками церковного искусства и «обошел все до одного храмы в Москве». В 1849 г. (в 22 года) появилась первая его печатная работа «Путеводитель к Московской святыне». Тогда же молодой художник стал одним из инициаторов открытия в Троице-Сергиевой лавре школы рисования, прославленной позже школы иконописцев.

В ученические годы Струков писал образа для сельских церквей, зарисовывал виды храмов и монастырей, в том числе Чудова монастыря, летом 1850 г. – Саровской и Оптиной пустыней, а также древних памятников Владимира и Мурома. В этот же период проявляются не только его способности к рисованию и церковной археологии, но и к преподаванию указанных дисциплин, которое станет важной частью его жизни.

В 1855 г. по окончанию Строгановского училища Академия художеств присвоила Д.М. Струкову звание неклассного (свободного) художника. Он стал обладателем «открытых свидетельств» для рисования в церквях и монастырях: 1853 г. – от Строгановского училища рисования, 1855 г. – от министра императорского двора. Это не всегда открывало двери духовных учреждений, поэтому он подал в 1860 г. прошение и получил свидетельство от Святейшего Синода.

В 1857 г. состоялось знакомство Д.М. Струкова с академиком И.И. Срезневским. Советами последнего художник будет руководствоваться до самой кончины. В личном фонде Д.М. Струкова (ф. 695) в Российском государственном историческом архиве (РГИА) отложились письма фондообразователю и его жене от Е.Ф. Срезневской, супруги академика, с приписками самого Измаила Ивановича.

По рекомендации Срезневского в течение 1859 г. Струков разбирал археологические предметы, привезенные археологом, собирателем христианских древностей П.И. Севастьяновым в Москву из экспедиции в Иерусалим и на Афон. Им была составлена опись предметов, сделаны рисунки. В следующем году Струков помогал Севастьянову в устройстве выставки памятников в Московском университете и последующем их размещении в помещении будущего Румянцевского музея.

В 1857–1860 гг. Струков исправлял должность фактора (управляющего технической частью) Московской сенатской типографии. В 1858 г. он предпринял издание журнала «Школа рисования», где впервые появились рисунки букв заставок древних рукописей, ...

📃 К 135-летию со дня рождения В.И. Мухиной

Примечательно, что в русском литературном языке слово «скульптор» не склоняется в женском роде, словно подчеркивая тяжелый труд, связанный с обработкой глины, дерева, металла и камня. В.И. Мухина «покорила материю», став знаменитой женщиной-скульптором, лауреатом пяти Сталинских премий, народным художником СССР.

Михаил Нестеров, задумавший писать портрет Веры Мухиной, был поражен, увидев ее за работой: «Как принялась над глиной орудовать – вся переменилась. "Э! – думаю. – Так вот ты какая!" Так и нападает на глину: там ударит, здесь ущипнет, тут поколотит. Лицо горит. Не попадайся под руку: зашибет! Такой-то ты мне и нужна».

Вера Игнатьевна родилась в семье состоятельных рижских купцов. Когда она была совсем маленькой, от туберкулеза умерла ее мать, Надежда Вильгельмовна. Отец, Игнатий Кузьмич, опасаясь за здоровье дочерей, отправил Машу и Веру в Феодосию. Вплоть до его смерти в 1904 г. сестры жили в Крыму. Здесь Вера впервые начала обучаться рисунку и живописи.

Гимназию она окончила в Курске, после чего ее с сестрой взяли на воспитание дядя и тетя. Вскоре юная художница переехала в Москву, где продолжила занятия рисунком и живописью в студии Константина Юона, Ивана Дудина и Ильи Машкова. Также училась у скульптора-самоучки Нины Синицыной, не сковывавшей академическими канонами, что помогло ученице найти свой собственный художественный стиль.

В возрасте 23 лет с Верой произошло страшное событие, едва не закончившееся трагедией: катаясь на санках, она врезалась в дерево, в результате чего было рассечено все лицо, сломан нос. Последовавшие операции так и не смогли вернуть ей прежний облик – черты лица приобрели некоторую грубоватость. Однако не было бы счастья, да несчастье помогло: дядя и тетя, не разрешавшие ранее ехать за границу на учебу, дали добро.

В 1912−1914 гг. Вера Игнатьевна в Париже брала уроки у скульптора-монументалиста Эмиля Бурделя, ученика Огюста Родена. Именно от Бурделя она впервые услышала о «весомости» и «полноте формы». Училась в две смены: утром – лепка у Бурделя, вечером – занятия рисунком в студии Академии Коларосси (фр. Académie Colarossi). Как и многие художники Парижа, Мухина пережила увлечение кубизмом, привлекавшим своей новизной и смелостью в ниспровержении установившихся канонов. В это время она лепит скульптурные портреты своих знакомых – Иды Бурмейстер и Александра Вертепова. Позднее Мухина поедет в Италию изучать скульптуру и живопись Ренессанса. Потом она будет рассказывать об удивительной, «симфонической» целостности Боттичелли, о простоте и искренности Фра-Анжелико, о том, как мужественны нежные краски произведений Джотто.

Вернувшись в Москву в 1914 г., Вера Игнатьевна хотела продолжить заниматься скульптурой, но время внесло свои коррективы. Началась Первая мировая война. Окончив курсы сестер милосердия, Мухина стала работать в военном госпитале. Здесь же познакомилась со своим будущим мужем – военным врачом Алексеем Андреевичем Замковым. В 1918 г. они поженились.

В годы Гражданской войны Мухина оформляет выставки, журнальные обложки, делает эскизы театральных костюмов для Камерного театра. В театре она познакомилась с декоратором Александрой Экстер, с которой крепко подружилась. Впоследствии Мухина призналась: «Экстер оказала большое влияние на всю мою жизнь».

В соответствии с ленинским «Планом монументальной пропаганды» для увековечения значилось более шестидесяти имен, среди них были Маркс, Гарибальди, Чернышевский, Добролюбов, Радищев, Новиков, Шевченко, Кольцов, Герцен. Скульпторы стали получать от государства заказы на создание городских монументов. Формирование Веры Игнатьевны как скульптора началось именно с участия в конкурсах, проводившихся в рамках таких госзаказов. Из огромного списка мастер выбрала просветителя Николая Ивановича Новикова. Она сделала два варианта памятника. Увы, принятый комиссией второй вариант погиб – в мороз замерзла мастерская, и скульптура, стоявшая там, разрушилась.