📃 Переработка отходов в СССР. К 50-летию Всесоюзного проектно-конструкторского и технологического института вторичных ресурсов

Экологическая безопасность и рациональное использование ресурсов являются одними из приоритетов государственной промышленной политики. Кажется, что это – веяние современности, но архивные документы свидетельствуют – у вторсырья своя богатая и интересная история.
К 50-летию Всесоюзного проектно-конструкторского и технологического института вторичных ресурсов Российский государственный архив научно-технической документации (РГАНТД) представляет необычные архивные документы из своих фондов.

Всесоюзный проектно-конструкторский и технологический институт вторичных ресурсов вместе с опытным заводом был создан постановлением Совета министров СССР 8 апреля 1975 г. на базе Научно-исследовательского центра по проблемам управления ресурсосбережением и отходами и Бюро наилучших доступных технологий Института стандартизации материалов и технологий. Перед новым институтом были поставлены задачи выявления источников промышленного вторсырья и установления его объемов, а также проведение научно-исследовательских, проектно-конструкторских и технологических работ по рациональному использованию вторсырья. Актуальными, как и сейчас, были вопросы охраны окружающей среды.

В РГАНТД хранятся 868 ед. хр. научно-исследовательской, конструкторской, проектной, патентной и управленческой документации учреждения за 1953–1995 гг. Архивный фонд Института разнообразен по составу, в нем отражены яркие страницы истории исследований «второй жизни» материалов и поисков новых методов рационального использования ресурсов.

Научно-исследовательская документация отражает исключительное разнообразие вторичных ресурсов, возможную переработку и применение которых исследовали сотрудники института: текстильное, полимерное, кожевенное и меховое сырье, резиновые изделия и отходы, макулатура, древесные, твердые бытовые отходы, даже ртутьсодержащие устройства – люминесцентные лампы и термометры. В научных отчетах описаны способы и технологии переработки изношенной одежды из шерсти, капрона, искусственного меха, хлопчатобумажных и синтетических плащевых тканей, шин с автомобильных колес и самолетных шасси, резиновой обуви, поролона, целлулоида, пенопласта, полиэтиленовой пленки, магнитных лент, листьев дикорастущих растений (рогоз, испанский дрок), битого стекла, грампластинок.

Например, использованные грампластинки шли на производство облицовочных плиток для строительства. Образцы линолеумных плиток с использованием отходов ПВХ и боя грампластинок, а также отчет о разработке этой технологии хранятся в фонде института. Хлопчатобумажное тряпье перерабатывали на волокно, которое использовали вместо хлопка при изготовлении одежной ваты. Вторичное текстильное сырье перерабатывали на отечественном агрегате АИН-1800М в материал для обуви под названием «Нетканое иглопробивное простилочное полотно» (НИПО). Это полотно использовали в производстве на обувном объединении «Буревестник». Из переработанных отходов кожевенного и обувного производства – хромовой обрези и стружки – делали кожевенную муку для откорма скота и удобрения различных культур в сельском хозяйстве. И это лишь малая часть технологий, разработанных в Институте вторичных ресурсов.

Значительная часть отчетов института посвящена созданию оборудования для переработки вторичного сырья, включая его измельчение, разделение, извлечение ценных компонентов, в том числе цветных и редких металлов, очистку, обеззараживание, обесцвечивание. В результате из вторсырья получали огромное количество ценных материалов: линолеум, облицовочные плитки, основу для паркета, древесные плиты, теплоизоляционные материалы, кровельную резину, бумагу и картон, технические ткани, вату и войлок, обтирочные материалы, наполнители для нефтебуровых работ. В конце 1980-х гг. в Советском Союзе перерабатывалось до 70% промышленных отходов. Это был показатель, которым на том момент не могла похвастаться ни одна самая передовая страна в мире. Безусловно, в этом большая заслуга и Всесоюзного института вторичных...

📃 Остров имени доктора.
К 150-летию морского врача Л.М. Старокадомского

В начале 1920-х гг., когда по окончании Гражданской войны появилась возможность обратить взоры на Север, встал вопрос – что делать с «резавшими глаза» названиями: Земля Николая II, остров Цесаревича Алексея. Эти земли были открыты в 1913 г. Гидрографической экспедицией Северного Ледовитого океана. После долгих споров их в 1926 г. переименовали. Земля Николая II стала Северной Землёй, остров Цесаревича Алексея – Малым Таймыром. Чуть севернее последнего находится остров Старокадомского, так же открытый в 1913 г. и названный в честь морского врача. Его имя решили сохранить. Кем же был доктор со столь сложной фамилией?

Леонид Михайлович Старокадомский родился 27 марта (8 апреля) 1875 г. в Саратове. Окончил 2-ю Петербургскую гимназию (1894 г.) и Императорскую военно-медицинскую академию (1899 г.). Службу начал в Брест-Литовске, в 7-м пехотном Ревельском полку, но 10 марта 1903 г. перешел в морское ведомство.

Служба начиналась успешно. Начальство ценило его большие способности и отличные знания, дисциплину и такт, абсолютную трезвость («кутежей не знает»), умение отлично говорить и писать, спокойный характер, работоспособность, сердечное отношение к нижним чинам, честность в денежных делах. При этом не были секретом «демократические» политические симпатии доктора. Случившаяся с ним в апреле 1903 г. беда – заразившись во время вскрытия трупным ядом, врач лишился левой руки – не остановила его, сила воли и желание работать позволяли отлично исполнять обязанности.

В 1908 г. Старокадомский впервые соприкоснулся с Севером, в результате чего в начале 1909 г. опубликовал статью «Бактериологические исследования, проведенные на Новой Земле и в арктических морях». В 1909 г. получил степень доктора за работу «К вопросу об экспериментальном артериосклерозе». Не удивительно, что в том же году он был назначен на новый ледокольный пароход «Таймыр», вместе с однотипным «Вайгачом» отправлявшийся в плавание через Индийский океан во Владивосток, навстречу интереснейшей деятельности.

Суда вошли в состав Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана. Начиная с 1910 г. они каждое лето проходили через Берингов пролив, их экипажи последовательно, с востока на запад, описывали северное побережье Чукотского и Восточно-Сибирского морей, а затем и моря Лаптевых. В августе 1913 г. севернее мыса Челюскина открыли остров Цесаревича Алексея. Утром 21 августа еще севернее была обнаружена неизвестная земля, которую руководитель экспедиции Б.А. Вилькицкий назвал Землей Николая II. 26 августа, во время пешего обследования острова Цесаревича Алексея, Л.М. Старокадомский увидел севернее еще один остров – именно он позднее по предложению Вилькицкого и получил имя доктора.

В любых экспедициях прошлого врачи исполняли не только медицинские обязанности, они же были и натуралистами, естествоиспытателями. Выбор врачей для Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана оказался на редкость удачен – Л.М. Старокадомский на «Таймыре» и Э.Е. Арнгольд на «Вайгаче» с 1910 г. по 1915 г. исследовали флору и фауну северных морей, собирая коллекции образцов и проводя описания. Для углубления своих познаний они прошли практику на биологической станции в Неаполе. Во время зимних перерывов в работе, когда корабли возвращались во Владивосток, врачи систематизировали находки, писали статьи для журналов «Морской врач» и «Морской сборник», а Старокадомский еще и читал доклады о результатах плаваний в различных портах России!

«Таймыр» и «Вайгач» стали первыми кораблями, прошедшими с одной зимовкой Северный морской путь с востока на запад. Но в 1915 г., когда они прибыли в Архангельск, стране уже было не до открытий – все заслонила Великая (Первая мировая) война.

Север в те годы активно менялся, он становился магистралью для важнейших грузов, доставлявшихся из Англии, Франции, США. Рос Архангельский порт, строились базы в Романове-на-Мурмане и в Александровске, прокладывалась железная дорога на Мурман. Летом 1916 г. Старокадомский вновь оказался на Белом море – в качестве старшего...

📃 Штурм Кенигсберга. 6–9 апреля 1945 г.

В ходе начавшейся 13 января 1945 г. Восточно-Прусской наступательной операции советским войскам удалось отрезать германские войска от низовьев Вислы и к 21 февраля расчленить их на две изолированные группировки. Одна из них находилась на юго-восточном берегу залива Фришес-Хафф в районе Хейлигенбейль, а другая – на Земландском полуострове.

Важным опорным пунктом германской обороны был город-крепость Кенигсберг, вокруг которого было создано три кольца обороны. Первое – в 6–8 км от центра города – состояло из траншей, противотанкового рва, проволочных заграждений, минных полей и 15 фортов (построенных к 1882 г.) с гарнизонами в 150–200 человек, при 12–15 орудиях каждый. Второе – проходило по окраинам города и состояло из каменных зданий, баррикад, огневых точек на перекрестках и минных заграждений. Третье кольцо, в центре города, состояло из 9 бастионов, башен и равелинов, сооруженных в XVII в. и перестроенных в 1843–1873 гг. В городе оборонялись 4 пехотные дивизии, различные крепостные подразделения и фольксштурм, общей численностью около 130 тысяч человек, более 4 тыс. орудий и минометов, 108 танков и штурмовых орудий и до 120 самолетов.

Пока советские войска продолжали разгром противника в районе Хейлигенбейль, командование Земландской группы войск (командующий – генерал армии И.Х. Баграмян) 3-го Белорусского фронта в конце февраля 1945 г. начало подготовку операции по взятию Кенигсберга, которая получила кодовое название «Земланд». К штурму города привлекались войска 39-й, 43-й, 50-й и 11-й гвардейской армий (12 стрелковых корпусов, 5 артиллерийских корпусов прорыва, 36 стрелковых дивизий, 5 артиллерийских дивизий прорыва, 2 минометные дивизии, 1 танковый корпус, 4 отдельные танковые бригады, 3 отдельных танковых полка), а также авиация 1-й, 3-й и 18-й воздушных армий, Балтийского флота и двух авиакорпусов резерва Главного командования, общей численностью 137 250 человек, около 5200 орудий и минометов, 538 танков и САУ, 2444 боевых самолетов.

Планировалось в течение 5 дней мощными встречными ударами с северо-запада и юга отрезать Кенигсберг от Земландской группировки вермахта, рассечь оборону города и взять его. 16 марта командование 3-го Белорусского фронта (командующий – маршал А.М. Василевский) направило в Ставку Верховного Главнокомандования план операции № 215/к, который был утвержден ее директивой № 11042 от 17 марта 1945 г. Первоначально предполагалось начать операцию по взятию Кенигсберга 28 марта, затем 20 марта этот срок был отодвинут на 5 апреля, но из-за нелетной погоды перенесен еще на сутки.

Советское командование довольно подробно знало многие детали обороны противника. На созданном с помощью авиаразведки абсолютно точном макете города командиры всех степеней отработали шаг за шагом план штурма. На отбитых у врага дотах, рвах и траншеях войска 3-го Белорусского фронта тренировались в их преодолении, изучая тактику уличных боев. Помимо стрелковых войск, к штурму города привлекались 10 инженерно-саперных, 3 штурмовых инженерно-саперных, 2 моторизованных инженерных и 1 понтонная бригады, 7 отдельных огнеметных батальонов, 3 батальона химической защиты, рота фугасных огнеметов и 5 отдельных рот ранцевых огнеметов. Кроме того, из резерва Главного командования в операции участвовали 3 отдельных батальона ранцевых огнеметов. Для прорыва обороны вермахта и штурма города Кенигсберга были созданы 26 штурмовых отрядов и 104 штурмовые группы, в состав которых входили стрелковые роты, несколько артиллерийских орудий калибром от 45 до 122 мм, 1–2 танка или самоходных орудия, взвод станковых пулеметов, минометный взвод, взвод саперов и отделение огнеметчиков.

2–5 апреля 1945 г. советская артиллерия обстреливала различные цели в системе обороны города. Однако авиационную подготовку провести не удалось из-за нелетной погоды. Тем не менее, в 9 часов утра 6 апреля войска 11-й гвардейской армии, а в 10 часов войска 43-й и 50-й армий начали артиллерийскую подготовку, которая завершилась использованием дымовых снарядов. В 12 часов пехота начала штурм города. К вечеру...

📃 420 лет со дня рождения С.И. Дежнева

В раннее Новое время человечество существенно расширило представление о географии Земли и границах материков. Одной из немногих terra incognita к середине XVII в. оставалась Северо-Восточная Евразия. Важнейший шаг к познанию этих неизведанных земель сделал русский казак Семен Иванович Дежнев, чье 420-летие отмечается в 2025 г.

Прошло немало времени, прежде чем открытие Дежнева получило широкое признание. Отчасти это объясняется тем, что документы об обнаружении пролива, ныне носящего имя капитан-командора русского флота Витуса Беринга, проплывшего по нему спустя 80 лет после Дежнева, были обнаружены только в XVIII в. в архиве Якутской воеводской канцелярии членом Петербургской Академии наук Г.Ф. Миллером. В 1758 г. в журнале «Сочинения и переводы, к пользе и увеселению служащия» Миллер опубликовал свой историко-географический труд «Описание морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю с российской стороны учиненных», где сообщил о своей находке, но документы пролежали в архиве еще почти 100 лет, после чего некоторые из них были изданы в томе IV «Дополнений к Актам историческим».

Материалы о жизни и деятельности С.И. Дежнева стали известны благодаря Н.Н. Оглоблину – члену Московского общества истории и древностей российских. Он смог разыскать в фонде Сибирского приказа и опубликовать в 1890 г. подлинные челобитные Дежнева. Приведем цитату самого историка, из которой совершенно ясно, что в 1890 г. сведения о русском землепроходце не получили широкой огласки: «Имя капитан-командора Витуса Беринга, пытавшегося в 1728 г. разрешить за восемьдесят лет до него разрешенную Дежневым географическую задачу, затушевало скромное русское имя Дежнева. Быть может, однако, придет время, когда русская наука и общество исправят свою вину перед памятью Дежнева, когда его имя станет известно даже школьникам, начинающим свое знакомство с географическими картами».

Только в 1898 г. мыс, который сам Дежнев называл «Большим Каменным носом», получил имя в честь своего первооткрывателя. Одна из главных причин того, что подвиг Дежнева целых 90 лет оставался незамеченным, кроется в том, что это открытие не было запланировано участниками экспедиции.

Семен Дежнев прошел сложный путь от поморского крестьянина до атамана казачьих войск и был представителем своего сурового века. Едва ли он преследовал цель проверить космографические представления о Земле. Совершенная им экспедиция имела вполне конкретные задачи – поиск моржовой и рыбной кости на продажу, с этой целью местное население облагалось ясаком.

После неудачной попытки летом 1647 г. второе плавание началось 20 (30) июня 1648 г. от устья Колымы. Путешествие оказалось трудным и сопровождалось жертвами. В экспедиции участвовало около 90 человек на семи кочах – парусно-гребных судах. Два коча вскоре разбились о льды во время бури, люди погибли. Два других коча унесло во время бури в неизвестном направлении, но есть версия, что их прибило к берегам Аляски. Остальные суда к концу сентября добрались до самого востока континента, где 20 (30) сентября того же года в стычке с местным населением был ранен один из руководителей экспедиции – Федот Попов. При этом он не прекратил командовать своим кочем, продолжив плаванье. В самом конце сентября Семен Дежнев морем обогнул Большой Каменный Нос — самую восточную точку Евразии.

О том, что пролив, который мы сейчас называем Беринговым, в действительности был открыт в 1648 г., свидетельствуют отписки Семена Дежнева якутскому воеводе И.П. Акинфову, хранящиеся в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА). В самой ранней из этих отписок (составленной не ранее 1 сентября 1654 г. и не позднее 5 апреля
1655 г.) сказано:
«В прошлом в 156-м году июня в 20 день с Ковымы реки послан я, Семейка, на новую реку на Онандырь для прииску новых неясачных людей. И в прошлом же во 157-м году месеца сентября в 20 день, идучи с Ковымы реки морем, на пристанище торговаго человека Федота Алексеева чюхочьии люди на драке ранили. И того Федота со мною, Семейкою, на море рознесло без вести. И носило меня,...

📃 11 апреля отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей

Ежегодно во всем мире в этот день вспоминают о погибших и выживших заключенных концлагерей. Красная Армия освободила узников Освенцима, Заксенхаузена, Штуттгофа, Гросс-Розена, Треблинки, Майданека, Равенсбрюка, Собибора и др.

30 апреля 2025 г. для посетителей в Государственном историческом музее откроется подготовленная Росархивом историко-документальная выставка «Без права на забвение. К 80-летию Великой Победы».

Один из самых трагических разделов выставки – «Обыкновенный нацизм». В него включены документы о бесчисленных злодеяниях немецко-фашистских захватчиков, насильственном угоне советских граждан на принудительный труд в Германию, массовом уничтожении мирных жителей и советских военнопленных на оккупированной территории.

8 сентября 1941 г. командование вермахта издало предписание об обращении с советскими военнопленными и арестованными гражданскими лицами. В нем указывалось, что «большевистский солдат потерял все основания для обращения с ним как с честным солдатом в соответствии с положениями Женевской конвенции». 20 июля 1942 г. появился приказ Верховного главнокомандования германскими вооруженными силами «О клеймении советских военнопленных опознавательным знаком».

Немецкие лагеря для советских военнопленных стали создаваться уже в первые месяцы войны. Многие из них, особенно расположенные вблизи линии фронта, были переполнены. Заключенные находились в нечеловеческих условиях и массово гибли от голода и болезней.

В сентябре 1941 г. по инициативе главы СС Г. Гиммлера советских военнопленных начали переводить в концлагеря под контроль СС для использования их на принудительных работах. Большинство направлялись в построенные на территории Польши лагеря Майданек и Освенцим (Аушвиц). В уже существующих лагерях – Бухенвальде, Заксенхаузене, Дахау, Маутхаузене и других – для прибывающих советских военнопленных создавались специальные зоны. В концлагерях советские военнопленные подвергались массовым казням: расстрелам, сжиганиям в печах, отравлениям ядовитыми газами. В регистрационной книге крематория концлагеря Маутхаузен-Гузен, представленной в экспозиции, только русские пленники отмечены специальным знаком «R».

Концентрационные лагеря нацистов превратились в настоящие фабрики смерти. Обычно после прибытия из числа узников отбирали женщин, детей, стариков и нетрудоспособных, которых в первую очередь отправляли в газовые камеры.

В лагере Собибор было убито, по разным данным, от 170 до 250 тыс. человек. В Майданеке уничтожено 80 тыс. человек. В Треблинке убито от 750 до 810 тыс. человек. Около 1,1 млн человек умерщвлены в Освенциме (Аушвице ). Точное количество погибших в нацистских лагерях определить сложно. На Нюрнбергском процессе было озвучено, что нацисты уничтожили в концлагерях по всей Европе около 11 млн человек.

Обреченные на смерть люди пытались оказывать сопротивление. 14 октября 1943 г. в Собиборе произошло восстание, которое возглавил советский офицер Александр Печерский. Пленные убили одиннадцать охранников и подожгли лагерь. Около 300 узников сбежали. 2 августа 1943 г. в Треблинке-2 было поднято восстание, в результате которого часть заключенных сумела бежать. 7 октября 1944 г. восстала группа заключенных Освенцима. Они убили несколько охранников и взорвали крематорий. Нескольким пленным удалось бежать.

Печальную известность получил концлагерь Дахау, в котором ставились опыты над людьми. В лагере Заксенхаузен существовал больничный барак, где проводились аналогичные бесчеловечные медицинские эксперименты.

На выставке представлены подлинные вещи заключенных концлагерей: жетоны военнопленных, одежда узников, игрушки детей, сделанные ими в концлагере, посуда.

Недалеко от Риги в 1941 г. был создан детский концлагерь Саласпилс, в котором детей использовали для отбора крови для раненых немецких солдат. По некоторым данным, через Саласпилс прошло 12 тыс. детей, 7 тыс. из них погибли. В экспозиции – акт об истреблении немецко-фашистскими захватчиками на территории Латвийской ССР 35 тысяч советских детей...

📃 12 апреля – всемирный день авиации и космонавтики.
История первой группы космонавтов.

В марте–июне 1960 г. в Советском Союзе был сформирован первый отряд космонавтов в составе Военно-Воздушных Сил в количестве 20 человек. Все они были зачислены в образованный в январе 1960 г. Центр подготовки космонавтов (ЦПК) на должности космонавтов-слушателей (кандидатов в космонавты, по современной терминологии), и приступили к изучению теоретических дисциплин и к специальным видам подготовки.

К осени 1960 г. стало ясно, что к первому космическому полету необходимо усиленно готовить лишь небольшую группу кандидатов, показывающих самые лучшие результаты по общей подготовке и тренировкам. Долгие годы в СССР полный состав первого, Гагаринского, отряда космонавтов был засекречен. После триумфального исторического полета Юрия Алексеевича 12 апреля 1961 г. еще 11 космонавтов первого отряда совершили полеты в космос. Последним из них и 12-м по счету стал В.В. Горбатко. Фамилии восьми оставшихся летчиков, быввших в отряде космонавтов, оставались неизвестными многие годы.

В 1976 г. вышла книга космонавта Г.С. Шонина «Самые первые», в которой автор назвал своих сослуживцев по отряду, но только по именам. При этом он дал краткую характеристику каждому из восьми космонавтов, «оставшихся за кадром», и упомянул об их дальнейшей судьбе. Книга имела большой успех среди читателей, увлеченных космической тематикой.

В 1986 г. писатель Я.К. Голованов в нескольких номерах газеты «Известия» опубликовал очерк под названием «Космонавт № 1». Эта публикация возымела эффект «разорвавшейся бомбы» среди любителей космонавтики. Впервые были опубликованы фамилии нелетавших космонавтов из первого гагаринского отряда. Голованов также впервые рассказал о том, что к первому пилотируемому полету готовилась группа из шести кандидатов:
«Когда был создан корабль-тренажер и привлеченный Сергеем Павловичем в качестве инструктора-методиста летчик-испытатель Марк Лазаревич Галлай начал на нем занятия с космонавтами, стало ясно, что тренировать всю «двадцатку» неудобно, трудно, да и дело идет слишком медленно. Посовещавшись, С.П. Королев, Е.А. Карпов и Н.П. Каманин, который с лета 1960 г. вплотную занялся подготовкой космонавтов, решили выделить небольшую группу – шесть человек – для ускоренной подготовки к первым полетам. Сделать это было нелегко: все летчики оправдывали надежды, которые на них возлагали. В конце концов была сформирована первая группа космонавтов в следующем составе: Варламов, Гагарин, Карташов, Николаев, Попович, Титов».

Я.К. Голованов писал очерк в основном на основании рассказов космонавтов и сотрудников ЦПК и ОКБ-1. Не имея полной информации, Ярослав Кириллович допустил неточность – в первой группе В.С. Варламов не состоял.

В 2009 г. был рассекречен «Доклад начальника ЦПК Е.А. Карпова о подготовке слушателей-космонавтов специальной группы Центра космонавтов ВВС к первому полету человека в космос». Документ был составлен в январе 1961 г. и сейчас хранится в Российском государственном архиве научно-технической документации (РГАНТД) (Ф. 1. Оп. 8-1. Д. 20) https://gagarin.rgantd.ru/first/otbor-kosmonavtov/..

В докладе перечислен состав спецгруппы для подготовки к первому космическому полету, а именно: В.Ф. Быковский, А.Я. Карташов, А.Г. Николаев, П.Р. Попович, Ю.А. Гагарин, Г.С. Титов, Г.Г. Нелюбов. Кроме того, указаны два приказа Главкома ВВС, на основании которых была создана спецгруппа.

В приказе Главнокомандующего ВВС от 11 октября 1960 г. № 00176, находящемся на хранении в Центральном архиве Министерства обороны Российской Федерации (ЦА МО РФ), говорится:
«В целях форсирования подготовки человека к первому космическому полету приказываю:
1. Образовать специальную группу слушателей-космонавтов Центра подготовки космонавтов ВВС. Состав группы: капитан Быковский В.Ф., капитан Карташов А.Я., капитан Николаев А.Г., капитан Попович П.Р., ст. лейтенант Гагарин Ю.А., ст. лейтенант Титов Г.С.
2. Подготовку указанной группы слушателей-космонавтов включить к 15 декабря 1960 г.».

Однако вскоре в составе этой первоначальной группы...

📃 Письма радости и восторга:
отклики на первый полет человека в космос (по материалам ГА РФ)

После запуска первого искусственного спутника в 1957 г. Советский Союз жил мечтой о покорении человеком космоса. Мечта сбылась 12 апреля 1961 г. Весть о полете Юрия Алексеевича Гагарина вызвала не только массовые митинги и празднования – в этот день тысячи писем были отправлены в Верховный Совет и Совет министров СССР с благодарностью, радостью и гордостью за свою страну.

Коллекция этих писем сейчас хранится в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ). Документы позволяют узнать о том, что чувствовали люди 12 апреля 1961 г.

Письма и телеграммы поступали на имя председателя Совета министров СССР Н.С. Хрущева и председателя Президиума Верховного Совета СССР Л.И. Брежнева. Среди них большой комплекс представляют официальные поздравления от зарубежных лидеров и представителей социалистических стран, адресованные советскому правительству. При этом тысячи простых людей, школьники и студенты со всего мира, домохозяйки и пенсионеры направили свои поздравления советскому правительству, просили прислать фотографию Гагарина с автографом, а также части его скафандра. Несмотря на лаконичность телеграмм, тексты выражали эмоции адресантов.

Телеграмма студентов из Бухареста: «Глубоко взволнованные поздравляем советский народ и советского космонавта Юрия Гагарина в связи с эпохальным космическим достижением».

Свою радость выражали и рабочие коллективы заводов и фабрик, к примеру, трудящиеся табачной фабрики «Ромео и Джульетта» из Гаваны (Куба) писали: «Поздравляем Вас с чрезвычайным и исключительным событием – успешным полетом майора Гагарина в космос, знаменующим собой начало завершающего этапа в завоевании вселенной всепобеждающими средствами науки».

Полет воспринимался как триумф Советского Союза, о чем свидетельствуют стихотворения и рисунки, посвященные Ю.А. Гагарину. Из Нью-Йорка была получена телеграмма на имя Хрущева: «Поздравляю с тем, что Вы сделали то, что мы не смогли. Надеюсь Вы разделите эту победу с нами, американскими гражданами».

Дж. Дьюхерст из Англии изобразил первого космонавта на игральной карте-козыре, знаменуя приоритет СССР в «космической эпохе».

16 мая 1961 г. англичанка Уильямс из Уэльса в письме поздравила Н.С. Хрущева и выразила сожаление, что ее погибший муж, выходец из России, не дожил до дня «триумфа России» - запуска человека в космос.

Самую большую часть комплекса источников представляют послания от граждан СССР. Люди со всех уголков страны писали индивидуальные и коллективные письма, телеграммы. В их словах звучала гордость за страну, которая первой отправила человека в космос: «мы всегда верили, что первым путешественником в космос будет Советский человек». Многие писали, что полет Гагарина стал исполнением давней мечты, символом могущества советской науки и техники.

Поступали предложения: сделать 12 апреля – Днем космонавтики, начать с этого дня новое летоисчисление, учредить новые награды («орден или медаль имени Гагарина», «орден Циолковского) и награждать ими лиц за особые заслуги в деле освоения космоса»), открыть памятники («В Москве, перед зданием МГУ, у Москва-реки, памятник под девизом: «Человек и космос», «К звездам», «Ворота во Вселенную», «первый день космической эры» или другим подобными девизами»), выпустить значки «12 апреля 1961 года, ... которые наши школьники и молодежь носили бы с гордостью», а также присвоить Гагарину звание Героя Советского Союза.

Десятки людей обратились с горячими просьбами дать им возможность стать следующими космонавтами. Н.Е. Ефимов из г. Новограда Житомирской области писал: «Я пишу Вам как родному отцу, Леонид Ильич, и прошу Вас направить меня для подготовки, для полета в космос. Я физически здоров. Организм привык к тяжелым нагрузкам, ведь я более года готовил себя и мечтал, что в космосе я буду первым. Но, первым был другой, но наш Юрий Алексеевич и я радуюсь, хотя мечта моя не збылась (так в тексте) быть первым в космосе, но я должен быть в космосе, ведь это моя мечта, это цель моей жизни».

📃 В новое пополнение Комплекса «Вторая мировая война в архивных документах» на сайте Президентской библиотеки (https://www.prlib.ru/collections/1298142) включено около 200 документов, освещающих события Великой Отечественной войны в период с 13 марта по 13 апреля 1945 г.

Документы из фондов Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации (ЦА МО РФ) отражают ход крупнейших наступательных операций Красной Армии завершающего периода Великой Отечественной войны – Венская наступательная операция, проведенная силами 2-го и 3-го Украинских фронтов, Восточно-Померанская наступательная операция (проведена соединениями 1-го и 2-го Белорусского фронтов), наступательная операция по удержанию и расширению плацдарма в районе Кюстрина, проведенная частями 1-го Белорусского фронта, и Кёнигсбергская наступательная операция 3-го Белорусского фронта (часть Восточно-Прусской наступательной операции). Документы по этим операциям представлены в Комплексе боевыми приказами, директивами, распоряжениями, боевыми донесениями, сводками, отчетами командования фронтов и подчиненных им частей, а также информационными сводками политуправлений 1-го Украинского и 3-го Белорусского фронтов и отчетными картами боевых действий частей Красной Армии.

Также размещены приказы Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина с приветствием войскам 2-го Белорусского фронта, овладевшим городом и крепостью Гданьск (Данциг) (30 марта 1945 г.), войскам 2-го Украинского фронта, овладевшим городом Братислава (4 апреля 1945 г.), войскам 3-го Белорусского фронта, овладевшим городом и крепостью Кёнигсберг (9 апреля 1945 г.), и войскам 3-го Украинского фронта, овладевшим городом Вена (13 апреля 1945 г.).

В новое пополнение вошли фотографии из фондов Российского государственного военного архива (РГВА) и Российского государственного архива кинофотофонодокументов (РГАКФФД), запечатлевшие эпизоды освобождения Красной Армией городов и населенных пунктов Польши, Чехословакии и Восточной Пруссии. Из фондов РГАКФФД также представлены фрагменты звукозаписей воспоминаний Маршала Советского Союза А.И. Ерёменко 1970 г. об освобождении концлагеря Освенцим и города Ратибора в Польше и воспоминаний генерала армии А.П. Белобородова 1972 г. о действиях 43-й армии 3-го Белорусского фронта во время штурма Кёнигсберга.

В Комплекс включены документы советских разведывательных органов: агентурные сообщения (шифртелеграммы), поступившие от сотрудников советской разведки в Вашингтоне, Лондоне и Стокгольме, – в частности, о попытках Германии начать сепаратные переговоры с союзниками СССР по антигитлеровской коалиции. Из числа разведывательных документов также размещено сообщение наркома государственной безопасности СССР В.Н. Меркулова, разосланное в ГКО СССР, НКИД СССР и НКВД СССР, о намерениях польского эмиграционного правительства в Лондоне продолжать борьбу за границы Польши с СССР силовыми методами (7 апреля 1945 г.).

Из документов Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ) представлены, в частности, докладная записка 7-го отдела Политуправления 1-го Белорусского фронта «О жизни советских военнопленных и военнопленных союзных нам государств в немецком плену» (21–22 марта 1945 г.), направленная в Управление пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), личное послание И.В. Сталина президенту США Ф. Рузвельту с оценкой сепаратных переговоров в Берне представителей Великобритании и США с представителями Германии (3 апреля 1945 г.).

Интерес составляют документы из фондов Архива внешней политики Российской Федерации: переписка наркома иностранных дел СССР В.М. Молотова с послом США в СССР А. Гарриманом, касающаяся переговоров представителей англо-американского и германского командования в Берне (15–16, 21–22 марта 1945 г.); проект ноты Советского правительства о созыве 25 апреля 1945 г. в Сан-Франциско Учредительной конференции для создания Всеобщей международной организации по поддержанию мира и безопасности (24 марта 1945 г.).

В Комплекс включены постановления СНК СССР, хранящиеся в Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ), в том числе...

📃 Дмитрий Андреевич Минеев – доктор геолого-минералогических наук, первый президент Российской академии естественных наук (РАЕН)

Дмитрию Андреевичу Минееву, выдающемуся ученому, доктору геолого-минералогических наук, профессору, заслуженному деятелю науки и техники РСФСР, организатору и первому президенту Российской академии естественных наук (РАЕН) в 2025 г. исполнилось бы 90 лет.

Родился он 14 апреля 1935 г. в семье московских интеллигентов. Его отец скончался, когда мальчику было три года. Заботы о нем и его младшей сестре легли на плечи матери, учительницы химии Любови Иосифовны Розиной-Минеевой. В личном фонде Д.А. Минеева, хранящемся в Российском государственном архиве экономики (РГАЭ. Ф. № 1232), документы и материалы, позволяющие сложить образ женщины, воплотившей в себе все лучшие качества матери и для своих детей, и для многих своих учеников. В военные годы она постоянно переписывалась с учениками своего класса, поддерживая мальчиков и девочек, шагнувших со школьной скамьи в военные будни. Она бережно хранила их письма, а также дневник Пети Сагайдачного, который был опубликован в 1963 г. с предисловием Л.И. Розиной-Минеевой. Именно благодаря усилиям Любови Иосифовны на здании 110-й школы г. Москвы появилась скульптурная группа, посвященная ребятам, ушедшим на войны и не вернувшимся. Этот памятник и сейчас можно увидеть на стене школы.

Дмитрий Минеев рос рядом со старинным кварталом зданий Московского государственного университета на Моховой улице. Закончил 110-ю школу в Мерзляковском переулке около Никитских ворот. Уроки в школе вели видные ученые МГУ: академик Н.Д. Зелинский, профессора Н.Л. Глинка, Б.А. Воронцов-Вельяминов. По словам Д.А. Минеева, он «всю жизнь мечтал о поступлении в Университет, мечтал стать геологом». Мечта исполнилась, и Д.А. Минеев поступил на кафедру геохимии геологического факультета, где учился у академика А.П. Виноградова, любимого ученика В.И. Вернадского.

В 1958 г. Д.А. Минеев закончил МГУ с красным дипломом и получил приглашение на работу в Институт минералогии, геохимии и кристаллохимии редких элементов (ИМГРЭ) АН СССР. Начало научной деятельности оказалось очень насыщенным. Д.А. Минеев вел экспедиционные работы не только на территории СССР, но и в Монголии, Болгарии, Чехословакии, Югославии. Он совершил два фундаментальных открытия в области минералогии и геохимии и стал первооткрывателем пяти редкометальных фосфатных месторождений на Кольском полуострове, защитил докторскую диссертацию «Иттрий и лантаноиды в породах, рудах и минералах», в которой были определены новые направления научных и геологоразведочных работ, обеспечившие впоследствии втрое увеличение запасов редкоземельных металлов в рудах СССР.

В 1973 г. Д.А. Минеев перешел на работу в Московский геологоразведочный институт имени Серго Орджоникидзе (МГРИ, ныне – Российский государственный геологоразведочный университет имени Серго Орджоникидзе) на должность профессора, впоследствии был назначен заведующим кафедрой минералогии и геохимии и научным руководителем Минералогического музея имени В.И. Вернадского в том же институте.

В 1985–1992 гг. Д.А. Минеев возглавлял учебно-программное направление по минералогии и геохимии научно-методического совета по высшему геологическому образованию, вел в МГРИ свои лекционные курсы по минералогии и геохимии месторождений редких металлов. Читая лекции, Д.А. Минеев старался привнести в преподавание творческое начало и пробудить в студентах интерес к предмету. По итогам анкетирования студентов он был признан лучшим лектором института.

Дмитрий Андреевич был не только талантливым ученым, но и активным гражданином, всегда действующим во благо интересов своей страны. Большую роль он сыграл в спасении уникальных музейных коллекций старого здания МГРИ, которое подверглось яростной атаке коммерсантов, намеревавшихся разместить в нем автомобильный салон. Организатор кампании за сохранение и воссоздание музея, Минеев, стоя у своего кабинета, грозно предупреждал: «Сюда нельзя! Это святое место. Здесь кабинет Вернадского». За поддержкой он обратился к средствам массовой информации...

📃 Лейтенант, победивший министерство.
К 150-летию Александра Николаевича Щеглова

До сих пор продолжаются споры – что же стало причиной поражения русского флота во время Русско-японской войны 1904–1905 гг. Плохие корабли? Проблемы с пушками и снарядами? Недостаточная подготовка личного состава? «Кризис управления»? За прошедшие 120 лет об этом говорили и сами моряки, и публицисты, и политики, и историки.

Одним из тех, кто хотел по горячим следам извлечь уроки из поражения и предотвратить его возможное повторение, был Александр Николаевич Щеглов (1875–1953). И удалось ему очень много.

Александр родился 3 (15) апреля 1875 г. в Петербурге, в семье чиновника Министерства финансов. В 16 лет он поступил в Морское училище, вскоре переименованное в Морской кадетский корпус, который окончил в 1895 г. Начал службу на Черном море, в 1899 г. перевелся на Балтику, служил в Главном морском штабе, некоторое время плавал на Средиземном море, составил «Описание Греческого архипелага». Увлекся историей военно-морского флота, написал учебник, публиковал статьи. На него обратили внимание, в кампанию 1902 г. он был младшим флаг-офицером штаба начальника Учебно-артиллерийского отряда. Скупой на похвалы контр-адмирал З.П. Рожественский дал ему блестящую аттестацию: «Отлично дисциплинированный ревностный служака, с большим запасом инициативы, смешливости и практичности, не смотря на молодость лет. Много и полезно занимается. Подает очень большие надежды. Изящный представитель при особых поручениях» (РГАВМФ. Ф. 873. Оп. 25. Д. 5. Л. 17 об.). В том году в Ревеле состоялась встреча двух императоров – германского Вильгельма II и российского Николая II, на которой, в частности, обсуждались важные вопросы союза флотов двух стран. Уже тогда А.Н. Щеглов начал задумываться о недостатках в организации флота и искать пути выхода. Ветеран Русско-японской войны, капитан 2-го ранга П.А. Светлик в мемуарах «Тени прошлого» вспоминал: «Спокойный, насмешливый пессимист Фогель и горячий оптимист Щеглов постоянно спорили на одну и ту же тему: реформы и управление флотом».

В период Русско-японской войны Щеглов служил в канцелярии Особого комитета Дальнего Востока. Боль от гибели лучшей части флота, многих друзей, наложилась на личную трагедию – в августе 1905 г. умерла горячо любимая жена. Знания, энергия, боль искали выхода. В сентябре 1905 г. Щеглов получил разрешение и.о. начальника Главного морского штаба ознакомиться с хранящимися в Военно-морском ученом отделе этого штаба документами периода Русско-японской войны. Ему хотелось понять, почему управление флотом было столь неэффективным, и повлияли ли принимаемые в Петербурге решения на ход и исход действий на море. Он убедился – да! Многие беды, по его мнению, произошли из-за того, что во флоте отсутствовал орган, отвечающий за подготовку к войне и планов войны – Генеральный штаб. Главный морской штаб, занятый решением повседневных задач, решать эту проблему фактически не пытался.

Подготовив проект создания нового учреждения, А.Н. Щеглов в конце 1905 г. обсудил его с группой единомышленников, впоследствии создавших Санкт-Петербургский военно-морской кружок. Сам он позднее вспоминал о встрече, проходившей в его квартире в доме 5 на Адмиралтейском канале: «Первый доклад был посвящен одной записке, в которой сильно критиковалась система одного из органов морского министерства и предлагалась подробно разработанная организация создания нового учреждения. Записка эта впоследствии получила практическое осуществление. ... Та комната, в которой происходили первые собрания кружка, имела столь же необычный вид, как и раздававшиеся в ней речи. В той комнате, называемой гостиной, не было ни занавесей, ни ковров, ни мебели, а стояло несколько скамеек, стульев, да не распакованные с вещами хозяина квартиры ящики, на которых и размещались присутствовавшие кто как мог. Мы собирались в тесноте, да не в обиде, как говорит пословица, и потому у нас у всех было на душе радостно, тепло и весело. Жизнь тут била ключом» (РГАВМФ. Ф. 898. Оп. 1. Д. 18. Л. 16).

Руководство флота к проекту интереса не проявило.

📃 «Обогащайтесь! Накапливайте!»

С таким призывом сто лет назад 17 апреля 1925 г. обратился к крестьянам Николай Бухарин на собрании актива Московской организации ВКП(б). В литературе встречается утверждение, что его оппоненты, так называемая «новая оппозиция», лидерами которой были Л.Б. Каменев и Г.Е. Зиновьев, незамедлительно сосредоточили на нем огонь критики, а затем одержали быструю и легкую победу.

К 1924 г. стало понятно, что «стихийная» форма развертывания НЭПа больше не работает. Н.И. Бухарин называл этот период временем «генерального продумывания и обдумывания нашего пути». Смерть В.И. Ленина, жилищный кризис, трудности с продовольствием, безработица, забастовки, мешочничество, отсутствие военной промышленности и обороноспособной армии, внешняя опасность, крах надежд на мировую революцию, изношенность основных фондов, необходимость индустриализации и многое другое не могли не провоцировать бесконечные партийные дискуссии.

Документы показывают, что в центре внутрипартийных разногласий середины 1920-х гг. были не «надуманные споры» и борьба за власть, а действительно серьезные вопросы – о перспективах НЭПа, о выборе пути развития страны, о превращении ее из аграрной в индустриальную, о том, где взять средства на индустриализацию и есть ли в стране внутренние резервы для этого, о темпах индустриализации и многом другом.

«Партия с конвульсиями и внутренними потрясениями нащупывает правильную позицию в области нашей крестьянской политики в сложившихся условиях», – писал об этом Н.И. Бухарин. Он – в тот момент главный редактор газеты «Правда» и журнала «Большевик», член Политбюро, последовательный выразитель ленинских идей и главный теоретик НЭПа – оказался в самом центре партийной дискуссии. На ее полюсах, с одной стороны, был политический союз («дуумвират») И.В. Сталина и Н.И. Бухарина и их сторонников, а с другой стороны – Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев и Л.Д. Троцкий, которые в то время находились в оппозиции, хотя до весны 1926 г. не выступали совместно.

Стороны сходились в том, что на повестке дня стоит индустриализация страны, средства на проведение которой можно получить только из деревни.

Сторонники «новой оппозиции» не без основания обращали внимание на невозможность осуществить быстрый рост промышленности, полагаясь только на рыночные отношения. Они настаивали на интенсивной «перекачке» средств из деревни, предлагая усиленное налогообложение крестьян. «Мы не можем идти к действительной индустриализации иначе, как несколько нажав на эту сторону», – говорил Л.Б. Каменев.

Их оппоненты обоснованно подчеркивали, что этот план может дать лишь кратковременный эффект, но он грозит прямому столкновению с деревней, вплоть до новой гражданской войны. Бухарин, развивая идеи Ленина, писал, что «главная черта нашего социализма заключается в том, что он строится в крестьянской стране», но «за годы войны гражданской, за годы великой разрухи это крестьянское хозяйство было подорвано, обнищало» и разорять его до бесконечности опасно, а значит развитие промышленности «не может долго иметь место без накопления в крестьянском хозяйстве».

Подъем благосостояния деревни через объединение индивидуальных крестьянских хозяйств являлся основой НЭПа. На колхозном съезде в 1925 г. Н.И. Бухарин говорил: «Мы не можем начать социалистическое строительство в деревне с массовой организации коллективных производственных предприятий. Мы начнем с другого. Столбовая дорогая пойдет по кооперативной линии».

План ленинской кооперации не предполагал ликвидации индивидуальных хозяйств, а строился на их добровольном объединении для совместного решения конкретных вопросов. «Этот процесс будет идти не через «вытеснение», «пожирание», «уничтожение» крестьянского хозяйства, а именно через его медленную переработку», – писал Бухарин. Таким образом, он предлагал втягивать крестьян в кооперацию не через «метод команды и приказа», а через «метод убеждения». Этот путь «мирного врастания кулаков в социализм» должен был без обострения классовой борьбы вытеснить капиталистические элементы из деревни. «Конечно, – подчеркивал Бухарин, – этот путь...

📃 Государственный Дальневосточный университет в документах РГИА ДВ. К 105-летию со дня образования

История Государственного Дальневосточного университета, единственного высшего учебного заведения классического типа на Дальнем Востоке, восходит к концу XIX – началу ХХ вв. и тесно связана с Восточным институтом, который был открыт во Владивостоке в 1899 г.

Документы Государственного Дальневосточного университета (ГДУ), предшественника Дальневосточного федерального университета (ДВФУ), хранятся в Российском государственном историческом архиве Дальнего Востока (РГИА ДВ) в фонде Р-289 и охватывают период с 1917 г. по 1939 г.

Основной массив документов фонда – делопроизводственные материалы: отчеты и справки, переписка между факультетами, протоколы заседаний Совета университета. Помимо основного фонда, документы, связанные с историей ГДУ, представлены в фондах правительственных учреждений.

Университет был образован на основании постановления Приморской областной земской управы от 17 апреля 1920 г. в г. Владивостоке путем объединения историко-филологического и юридического факультетов Восточного института и экономического факультета политехнического института.

27 апреля 1920 г. ректором Государственного Дальневосточного университета был избран профессор Г.В. Подставин. В приветствии по случаю открытия ГДУ ректорат университета 30 апреля 1920 г. поблагодарил его учредителя – Приморскую областную земскую управу.

Постановлением Дальревкома от 16 января 1923 г. ГДУ был объединен с педагогическим и политехническим институтами, а в сентябре 1923 г. в его состав влился Читинский университет. В результате преобразования в университете было открыто 5 факультетов: восточный, технический, педагогический, агрономический и рабочий.

В университете в 1920–1930-х гг. преподавали широко известные в научных кругах профессора и ученые: востоковеды А.В. Рудаков, Е.Г. Спальвин, Н.В. Кюнер, К.А. Харнский, А.В. Гребенщиков, антропологи и этнографы Е.М. Чепурковский, И.А. Лопатин, ботаник В.М. Савич, этнограф, географ, писатель В.К. Арсеньев, инженер-конструктор В.П. Вологдин, филолог А.П. Георгиевский, математики Н.А. Агрономов, С.А. Данилов и др.

В первый год существования университета группа профессоров историко-филологического факультета (В.И. Попов, З.Н. Матвеев и др.) попыталась создать Приморскую областную комиссию с целью сбора, систематизации, изучения и охраны памятников старины, сохранения материалов местных архивов учреждений и частных лиц.

В 1930 г. университет был ликвидирован, но постановлением СНК РСФСР от 13 июля 1931 г. вновь восстановлен в составе трех факультетов: восточного, физического и химического. Государственный Дальневосточный университет готовил квалифицированные преподавательские и научные кадры для высших, средних и специальных образовательных учреждений Дальнего Востока. В июле 1939 г. на фоне обострения международной обстановки Государственный Дальневосточный университет был закрыт.

За свое почти 20-летнее существование университет успел выпустить более 1000 специалистов, часть из которых впоследствии стала академиками, профессорами и крупными хозяйственными руководителями.

Деятельность университета послужила также фундаментом дальнейшего развития академической науки в Дальневосточном регионе.

Вновь возрожденный в 1956 г. университет стал достойным правопреемником ГДУ. Он не только впитал и сохранил все научные знания и традиции предшественников, но и продолжает преумножать их в настоящее время в деятельности Дальневосточного федерального университета.

А.А. Горчаков,
Российский государственный исторический архив Дальнего Востока (РГИА ДВ)

📃 Архив – хранитель памяти о войне

В ознаменование 80-летия Великой Победы Государственный архив Российской Федерации на своем официальном сайте создал проект «Архив – хранитель памяти о войне» (https://statearchive.ru/tests/).

Проект рассчитан на учащихся старших классов и призван познакомить с тем, что такое архив, показать важность обращения к подлинным историческим документам. На протяжении 2024/2025 учебного года каждую неделю на сайте проекта публикуется тематическая подборка документов по истории Великой Отечественной войны и тестовые вопросы к ним.

Посетители проекта знакомятся с подлинными постановлениями Совета народных комиссаров СССР, указами Президиума Верховного Совета СССР и другими законодательными актами органов власти, определявшими жизнь фронта и тыла в годы войны, материалами Чрезвычайной государственной комиссии, собиравшей свидетельства преступлений нацистов и их пособников, и материалами судебных процессов над ними, документами о награждении участников войны государственными орденами и медалями.

В проекте размещены 33 тематические подборки документов и тестовых заданий к ним. Среди них: «Чрезвычайная государственная комиссия», «Оккупационный режим», «Блокада Ленинграда», «Сталинградская битва», «Антигитлеровская коалиция», «Русская Православная Церковь», «Вестники фронтовой информации ТАСС», «Организация новогодних праздников для детей в годы войны», «Дети в годы Великой Отечественной войны», «Нюрнбергский процесс», «Токийский трибунал» и др.

Новая подборка документов и тестовые задания к ним будут опубликованы на сайте проекта 21 апреля 2025 г.

Приглашаем принять участие!

📃 19 апреля в России проводится День единых действий в память о геноциде советского народа нацистами и их пособниками в годы Великой Отечественной войны. В этот день 19 апреля 1943 г. был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР «О мерах наказания для немецко-фашистских злодеев, виновных в убийствах и истязаниях советского гражданского населения и пленных красноармейцев, для шпионов, изменников родины из числа советских граждан и для их пособников».

В 2020 г. создан и регулярно пополняется новыми документами федеральный архивный проект «Преступления нацистов и их пособников против мирного населения СССР в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» (https://victims.rusarchives.ru/), призванный засвидетельствовать факты геноцида мирных советских граждан, увековечить имена жертв нацистского террора, выявить ранее неизвестные факты зверств и преступников, избежавших наказания.

На сегодняшний день почти 30 судов в Российской Федерации признали военными преступлениями и геноцидом советского народа действия немецко-фашистских захватчиков и их пособников на временно оккупированных территориях РСФСР в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.

В декабре 2024 г. Верховный суд Кабардино-Балкарской Республики признал геноцидом народов СССР преступления фашистов в Кабардино-Балкарии. «Суд решил: установить факт, имеющий юридическое значение, признать установленные и вновь выявленные преступления, совершенные нацистскими оккупационными войсками и их пособниками в отношении не менее 2188 мирных граждан и 2053 военнопленных в период Великой Отечественной войны в 1941–1945 гг. на территории Кабардино-Балкарской Республики военными преступлениями и преступлениями против человечности, как они определены в уставе Международного военного трибунала», – сказала огласившая решение судья Е. Блохина (https://ria.ru/20241217/natsisty-1989632279.html).

В январе 2025 г. «Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики удовлетворил заявление прокурора о признании военными преступлениями и преступлениями против человечности, геноцидом советского народа установленных и вновь выявленных преступлений, совершенных немецко-фашистскими захватчиками на территории Черкесской и Карачаевской автономных областей Ставропольского края (в настоящее время – Карачаево-Черкесская республика) в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 годов», – говорится в сообщении Генеральной прокуратуры Российской Федерации (https://tass.ru/obschestvo/22991349).

В начале марта 2025 г. Верховный суд в Республике Северной Осетии–Алании признал военными преступлениями и геноцидом советского народа деяния немецко-фашистских захватчиков и их пособников на территории Северо-Осетинской АССР в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. (https://ria.ru/20250313/sud-2004704427.html)

В федеральный архивный проект включены документы Управления центрального государственного архива Архивной службы Кабардино-Балкарской Республики (УЦГА АС КБР) и Управления центра документации новейшей истории Архивной службы Кабардино-Балкарской Республики (УЦДНИ АС КБР), Государственного архива Карачаево-Черкесской Республики (ГА КЧР) и Государственного архива Карачаево-Черкесской Республики «Центр документации новейшей истории» (ГА КЧР ЦДНИ), Центрального государственного архива Республики Северная Осетия – Алания (ЦГА РСО-Алания) и Центра историко-политической документации «Государственный архив новейшей истории Республики Северная Осетия Алания» (ЦИПД ГАНИ РСО-Алания).

Сегодня проект пополнился еще 200 документами, свидетельствующими о массовом уничтожении мирного населения и военнопленных, создании невыносимых условий, применении карательных мер, неоказании медицинской помощи населению, гибели мирных жителей вследствие немецких авианалетов.

За время немецко-фашистской оккупации Кабардино-Балкарской АССР с 12 августа 1942 г. до 11 января 1943 г. погибли более 4 тысяч мирных жителей и военнопленных. Такие цифры приведены в справке Кабардино-Балкарской республиканской комиссии ЧГК от 1 октября 1943 г. (УЦГА АС КБР. Ф. Р-292. Оп. 1. Д. 9. Л. 10–10об.). В новое пополнение...

📃 Из истории Всесоюзной торговой палаты:
Всесоюзный постоянный павильон лучших образцов товаров народного потребления. 1938–1968 гг.

Конец 1930-х годов характеризуется бурным развитием промышленности Советского Союза. Введены в строй Горьковский автомобильный завод, Магнитогорский металлургический комбинат, Челябинский тракторный завод и другие крупные промышленные предприятия. При этом производство товаров народного потребления отставало от растущих потребностей населения страны.

На заседании Экономического совета при СНК СССР, проходившем 13 сентября 1938 г., его председатель А.И. Микоян отметил: «Как же можно догнать и перегнать передовые капиталистические страны, если элементарного ширпотреба у нас не будет. Это для нашей чести оскорбительно. Хорошие вещи только за границей, а у нас их нет...Решили организовать Павильон Лучших Образцов Товаров Ширпотреба. Задача так поставлена, что он должен быть организующим центром, внедряющим центром». (РГАЭ. Ф.10. Оп.1. Д.1. Л.5).

В соответствии с постановлением Экономического совета от 17 июля 1938 г. № 508 был создан Павильон лучших образцов товаров народного потребления (далее – Павильон), разместившийся в здании Всесоюзной торговой палаты в Москве. Его структура состояла из дирекции, технического и товарного отделов, бюро информационных каталогов.

Также при Павильоне был организован Экспертный совет, который утверждал образцы товаров, рекомендуемых к серийному производству. В состав Совета входили представители профильных ведомств и торговых организаций.

Основной задачей Павильона являлось ознакомление директоров предприятий, руководителей промысловых артелей и торговых работников с лучшими образцами отечественной продукции, наиболее совершенными иностранными новинками быта и содействие внедрению их в производство.

За 1938–1940 гг. усилиями сотрудников Павильона был собран фонд товаров народного потребления, который включал в себя около 21 тысячи наименований. Образцы товаров отличались разнообразием и распределялись по следующим отделам: отдел хозяйственных товаров (мебель, посуда, стиральные и швейные машины, предметы домашнего обихода, хозяйственные инструменты и т.д.); отдел культтоваров (велосипеды, мотоциклы, лодки, радиоприемники, телевизоры, патефоны, часы, игрушки и т.д.); отдел текстиля (ткани, одеяла, скатерти, пледы, тесьма, гардины и т.д.); отдел одежды и головных уборов (верхняя одежда и белье, трикотажные и чулочно-носочные изделия, головные уборы, швейная фурнитура); отдел обуви (обувь домашняя, резиновая, спортивная, кожаная, текстильная, кожгалантерея).

Коллекция формировалась из лучших образцов товаров ширпотреба, безвозмездно передававшихся советскими предприятиями, и импортных образцов, которые поступали из различных организаций: Наркомторга СССР, Наркомпищепрома СССР, Наркомпроса РСФСР, Таможенного управления Наркомата внешней торговли СССР. Кроме этого, выделялись средства для прямых закупок импортировавшихся новинок.

Работа Павильона с руководящими органами промышленности осуществлялась различными путями. Представители наркоматов, главков приглашались в Павильон для показа им образцов изделий, предназначенных для освоения и внедрения в производство. Специалисты Павильона принимали участие в совещаниях, конференциях, связанных с вопросами производства изделий ширпотреба, а также в художественных советах министерств и ведомств.

Бригады Павильона и его филиалов выезжали в промышленные центры СССР с образцами для передачи их местным предприятиям с целью их производства в дальнейшем. Сотрудники принимали участие в просмотре ассортимента изделий широкого потребления, выпускавшихся промышленными предприятиями по отдельным ведомствам, рекомендуя замену устаревших изделий новыми, расширение ассортимента. Работа Павильона и Экспертного совета при нем широко освещалась через периодическую печать и радио.

К 1941 г. были созданы филиалы Павильона в Ленинграде, Свердловске, Киеве и Харькове.

С началом Великой Отечественной войны Павильон ненадолго прекратил работу, но уже с августа 1942 г. вновь приступил к деятельности. Сотрудниками были в...

📃 Приближая Победу:
разработки Всесоюзного научно-исследовательского института железнодорожного транспорта в годы Великой Отечественной войны

«Участие в разгроме фашизма – самая благородная и великая задача, которая когда-либо стояла перед наукой, и этой задаче посвящены знания, силы и сама жизнь советских ученых», – писал президент Академии наук СССР В.Л. Комаров в статье «Наука – на службу Отечественной войне», напечатанной в газете «Правда» 23 сентября 1941 г.

На второй день после нападения фашистской Германии на СССР 23 июня 1941 г. состоялось внеочередное расширенное заседание президиума Академии наук СССР, на котором было решено направить всю творческую инициативу ученых на выполнение задач по укреплению военной мощи страны.

Документы научно-исследовательских и проектно-конструкторских институтов, находящиеся на хранении в Российском государственном архиве в г. Самаре (РГА в г. Самаре), рассказывают о разработках по развитию дорожно-транспортной инфраструктуры, обеспечившей бесперебойное снабжение и передвижение войск.

В решении проблем, вставших перед железнодорожным транспортом в военные годы, участвовал Всесоюзный научно-исследовательский институт железнодорожного транспорта (ВНИИЖТ), организованный в 1941 г. на базе существовавших с 1918 г. советских отраслевых научно-исследовательских институтов Наркомата путей сообщения СССР. Он занимался переброской самоходных грузов с использованием воинских платформ, организацией движения поездов на прифронтовых дорогах. В марте 1942 г. был построен опытный полигон для исследования верхнего строения пути, искусственных и гражданских сооружений. Особое внимание уделялось ремонту и обслуживанию локомотивов и вагонов.

Летом 1942 г. были созданы паровозные колонны особого резерва Народного комиссариата путей сообщения (НКПС) СССР, решения для которых разрабатывал ВНИИЖТ. Их использование в крупных операциях Красной Армии давало большую свободу маневра по сравнению со структурой мирного времени, привязанной к паровозным депо. Паровозные колонны участвовали в Сталинградской наступательной операции, работали на магистрали Волжской рокады, ускорившей переброску советских войск под Сталинград
(https://rutube.ru/video/aaf326495491eaa5d417635103773..).

В разработке проекта строительства Волжской рокады принимал участие отдел технико-экономических изысканий Всесоюзного проектно-изыскательского объединения «Союзтранспроект». Организация также выстраивала свою деятельность в соответствии с нуждами фронта, решала проблемы восстановления железнодорожных путей. Так, после освобождения Брянска был создан проект восстановления Брянского узла Московско-Киевской железной дороги, где в результате военных действий было разрушено 85–90% зданий. В 1944–1945 гг. активно воплощались проекты восстановления, строительства железных дорог, мостов, вокзалов, паровозовагоноремонтных мастерских, паровозных депо, других зданий и сооружений.

К началу Великой Отечественной войны опытными и проектными работами, комплексной механизацией производственных процессов в области дорожного строительства занимался Дорожный научно-исследовательский институт (ДорНИИ). В 1941–1945 гг. он решал вопросы обеспечения проходимости войск по автодорогам и труднопроходимым местностям, маскировки дорог и мостов. В частности, для укрытия транспортных артерий стягивались вершины деревьев, устанавливались переносные растения, для заметания следов машин использовались мотки колючей проволоки. Сотрудники ДорНИИ участвовали в восстановлении дорожных покрытий с использованием местных материалов, строительстве стационарных и полевых аэродромов, проектировании и организации строительства ледовой переправы через Ладожское озеро – «Дороги жизни».

Почти все советские автомобили были созданы, испытаны и пущены в производство при участии Научного автотракторного института (НАТИ, в начале 1946 г. автомобильная часть преобразована в Научно-исследовательский автомобильный и автомоторный институт (НАМИ)).

В годы Великой Отечественной войны группа конструкторов НАТИ была откомандирована на Московский и Горьковский автозаводы,...

📃 К 155-летию со дня рождения В.И. Ленина:
глава Совнаркома и офицеры старой армии

В Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ) хранится личный фонд В.И. Ленина (Ф. 2). В первой и второй описях этого фонда собраны все документы, на которых есть ленинские автографы: от полностью собственноручно написанных документов до листков с простыми подчеркиваниями лидера большевиков. Этот фонд важен далеко не только для изучения биографии, взглядов, научных трудов В.И. Ульянова (Ленина), но и для понимания тех исторических процессов, которые проходили в России и, частично, в Европе при его жизни. Несмотря на издание Полного собрания сочинений В.И. Ленина, его Биографической хроники, Ленинских сборников и других публикаций, в фонде еще осталось совсем некоторое количество не введенных в научный оборот документов, а главное – сам внешний вид этих документов имеет и научную, и археографическую ценность. Одна из многочисленных проблем, изучение которой невозможно без привлечения ленинских документов, это вопрос об отношении Советской власти к бывшим офицерам царской армии в годы Гражданской войны.

До сих пор, несмотря на работы ряда историков (прежде всего А.Г. Кавтарадзе, С.Т. Минакова и А.В. Ганина), бытует мнение, что офицеры дореволюционной царской армии оказались, за редким исключением, в рядах белых. На самом деле ситуация была принципиально иной. Призыв бывших офицеров старой армии начался почти сразу после того, как работу по организации РККА возглавил Л.Д. Троцкий, и армия постепенно стала приобретать не милиционный, а регулярный характер. Бывшие офицеры в РККА стали называться военными специалистами (военспецами), хотя иногда в документах того времени можно встретить наименование «красные офицеры» [См., например, записку Э.М. Склянского относительно принятия предложений Л.Д. Троцкого о направлении красных офицеров на Южный фронт. РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 10832].

В начале, когда формирование РККА происходило по добровольческому принципу, только немногие бывшие офицеры пошли на службу большевикам. Однако, после того как начались принудительные мобилизации в РККА, количество бывших офицеров в армии резко увеличилось. Уже 29 июля 1918 г. был издан (опубликован 1 августа) декрет Совнаркома за подписью В.И. Ленина, согласно которому «все бывшие офицеры, врачи и фельдшера (медицинские и ветеринарные), лекарские помощники и военные чиновники, состоявшие на действительной военной службе и в запасе, родившиеся в 1892, 1893, 1894, 1895, 1896 и 1897 годах, постоянно и временно проживающие в гг. Москве и Петрограде, в Архангельской, Московской, Петроградской, Владимирской, Нижегородской, Вятской и Пермской губерниях и в уездах Приволжского, Уральского и Западно-Сибирского военных округов <...> подлежат призыву и приему на военную службу». В декрете отдельно указывалось, что «принятые на военную службу по настоящему декрету бывшие офицеры и военные чиновники зачисляются в резерв <...> и затем, после аттестования их в установленном для назначения на командные должности порядке, распределяются по войскам».

Изначально у В.И. Ленина отношение к бывшим офицерам было настороженным. 8–9 августа Ленин направил приказ Совнаркома Высшему военному совету (предшественнику Реввоенсовета, который, как и Реввоенсовет возглавлялся Л.Д. Троцким) о срочной отправке на Архангельский фронт военного снаряжения, опытных инструкторов и командного состава, с требованием письменного извещения о выполнении приказа, с указанием имен бывших генералов и офицеров, отвечающих за точное исполнение приказа и с предупреждением о расстреле за саботаж [РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 6870].

19 августа 1918 г. во время ожесточенных боев под Казанью Ленин писал Л.Д. Троцкому в Свияжск: «Насчет Ваших военных предположений о сформировании отрядов из инструкторов пусть решают сами военные, я не берусь судить. Знаю только о необходимости особенно наших инструкторов для рабочей армии при полной ненадежности офицеров» [Ленин В.И. ПСС. 5-е изд. Т.50. С. 157]. Речь шла о том, чтобы послать на фронт проверенные кадры командиров именно из числа...

📃 Из истории строительства комплекса зданий МГУ имени М.В. Ломоносова на Ленинских горах

Основанный в 1755 г. Императорский Московский университет первоначально размещался в здании бывшего Земского приказа на Красной площади. Сейчас на этом месте расположено здание Государственного исторического музея. В конце XVIII в. по проекту архитектора М.Ф. Казакова на Моховой улице был сооружен комплекс зданий «университетского квартала», дальнейшая застройка которого продолжалась и в последующее столетие.

К середине XX в. назрела необходимость возведения нового современного университетского комплекса. Значительно возросло количество учащихся, желающих получить университетское образование в столице, увеличилось количество факультетов и кафедр, что было обусловлено расширением специализации университета; научное и учебное оборудование, помещения требовали обновления.

Строительство нового комплекса МГУ явилось одной из знаковых советских строек периода первого послевоенного десятилетия. В ходе первого этапа строительства (1949–1953 гг.) в рекордные сроки были построены знаменитое Главное здание МГУ – самое высокое из возведенных в это время в Москве семи высотных зданий (32 этажа) – основные здания физического и химического факультетов, а также ряд сопутствующих сооружений. В последующие десятилетия проектирование и застройка университетского комплекса продолжились.

Некоторые страницы истории строительства нового комплекса МГУ на Ленинских горах нашли свое отражение в документах Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ).

Один из самых ранних документов, обобщивших нужды университета, относится к 27 августа 1946 г. В публикуемом коллективном письме на имя И.В. Сталина президент Академии наук СССР С.И. Вавилов, академики Н.Д. Зелинский и И.М. Виноградов высказались об имеющихся серьезных проблемах в материально-техническом оснащении университета, что привело к «неясности перспектив развития». Авторами письма предлагалось значительное расширение и реконструкция уже имеющегося университетского квартала. Однако впоследствии советским руководством было принято решение о возведении нового современного комплекса.

Строительство МГУ стало частью плана возведения группы высотных зданий в Москве, утвержденного постановлением Совета министров СССР от 13 января 1947 г. Правительственная информация о столь значимом столичном строительстве поступала напрямую в Политбюро ЦК ВКП(б). Указанным постановлением, в частности, предусматривалось строительство на Ленинских горах 32-этажного общественного здания под гостиницу и жилье. Однако, как показывают материалы РГАНИ, к январю 1948 г. проект запланированного здания все еще не был окончательно разработан, а вскоре была изменена и сама специализация здания. Так, 15 марта 1948 г. Совет министров СССР принял постановление «О строительстве нового здания для Московского государственного университета», определившее на последующие годы застройку части Ленинских гор под нужды нового университетского комплекса. В начале июля 1948 г. руководителем проектной группы комплекса был утвержден архитектор Л.В. Руднев.

По мере продвижения строительства вырисовывались и будущие потребности нового комплекса. Постановлением Совета министров СССР от 6 июля 1951 г. «О подготовке к эксплуатации новых зданий Московского государственного университета» предписывалось разработать его новую организационную структуру (отличную от старого комплекса), схему движения городского транспорта до новых зданий, план организации торгового и культурно-бытового обслуживания, а также жилого строительства. К концу лета 1953 г. основной объем строительных и монтажных работ был завершен.

29 августа 1953 г. Советом министров СССР было принято постановление «Об открытии новых зданий Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова», установившее основные параметры нового университетского комплекса. 1 сентября 1953 г. состоялось торжественное открытие нового здания МГУ на Ленинских горах, в нем начался первый учебный год.

7 сентября 1953 г. министр среднего машиностроения СССР В.А. Малышев...

📃 130 лет со дня основания Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге

25 апреля 2025 г. всемирно известный Государственный Русский музей отмечает юбилей.

Решение о его создании было принято императором Александром III. Высочайший указ «Об учреждении особого установления под названием “Русского Музея Императора Александра III“ и о предоставлении для сей цели приобретенного в казну Михайловского дворца со всеми принадлежащими ему флигелями, службами и садом» скрепил своей подписью 13 (25) апреля 1895 г. его сын, вступивший на престол в 1894 г. последний российский император Николай II. Так был основан первый в России историко-археологический и художественный музей, ставший гордостью нашего Отечества и одним из крупнейших художественных музеев мира.

Михайловский дворец (Санкт-Петербург, Инженерная ул., д. 2-4Д) был построен в 1819–1826 гг. выдающимся зодчим К.И. Росси и сам по себе является замечательным памятником архитектуры. Благодаря, в том числе, таланту его создателя Петербург приобрел свой неповторимый, величественный облик. Дворец строился для великого князя Михаила Павловича. В формировании его внутреннего убранства участвовали такие замечательные мастера как скульпторы С.С. Пименов и В. И. Демут-Малиновский, художники А. Виги, П. Скотти и Б. Медичи. До наших дней, как это ни прискорбно, уникальные интерьеры большинства помещений не дошли, будучи утраченными в ходе различных переделок и реконструкций в целях размещения здесь экспозиции музея. Изначальный облик сохранили лишь вестибюль и Белый зал, дающие представление о том, как выглядели помещения дворца в первой четверти XIX в.

Под музейную экспозицию дворец перестраивался под руководством архитектора В.Ф. Свиньина. Основой собрания стали произведения русской школы живописи из коллекции Эрмитажа, императорских пригородных дворцов и работы русских живописцев, переданные из Императорской Академии художеств. Позже Русский музей получил произведения из частных собраний Н.П. Лихачева, А.Б. Лобанова-Ростовского, Е.Е. Рейтерна, М.К. Тенишевой и некоторых других известных коллекционеров и ценителей искусства.

7 (19) марта 1898 г. состоялось торжественное открытие музея для посетителей. В коллекции насчитывалось в ту пору около 450 произведений живописи, более ста скульптур, несколько сот графических работ, нумизматическая коллекция великого князя Георгия Михайловича, исчезнувшая из России после 1917 г., и некоторое количество изделий русского декоративно-прикладного искусства. В последующие годы музейное собрание пополнялось за счет пожертвований и покупок профильных предметов и произведений. С первых дней своего существования Русский музей стал популярным.

Для размещения стремительно увеличивающейся коллекции в 1914–1920 гг. по проекту архитекторов А.Н. Бенуа и С.О. Овсянникова рядом с основным зданием музея — Михайловским дворцом, построили павильон, названный корпусом Бенуа (набережная канала Грибоедова, д. 2). Сейчас здесь проводятся выставки, пользующиеся огромной популярностью.

Значительное пополнение музейное собрание получило в 1920-е гг. Тогда практически во всех музеях страны начали в большом количестве появляться национализированные произведения искусства.

В 1989–1994 гг. Русскому музею были переданы Михайловский (Инженерный) замок, Мраморный и Строгановский дворцы в Санкт-Петербурге.

Михайловский (Инженерный) замок (Садовая ул., д. 2), построенный в 1796–1800 гг. по заказу императора Павла I архитекторами В.И. Баженовым, В. Бренна и А.Ф. Вилье, по сей день остается одним из самых романтических и необычных для своей эпохи зданий Санкт-Петербурга. Здесь в ночь на 12 марта 1801 г. был убит заговорщиками Павел I, что наложило на восприятие замка трагический отпечаток. С 1819 г. в нем размещалось Инженерное училище, отсюда и название замка — Инженерный. В его стенах получали образование многие известные люди, в числе которых писатель Ф.М. Достоевский, ученый И.М. Сеченов и многие другие. В настоящее время в залах замка экспонируются скульптурные и живописные портреты деятелей культуры и высокопоставленных особ Российского государства....

📃 Создание щита для легендарного танка Т-34

С броней танкисты дружат третий год,
Она в боях ребят не подведет.
Ее отцы и деды на Урале
Сварили сами, сами отливали.
И матери на тихих полустанках
Крестили поезд, в бой везущий танки.
(С.С. Орлов, ветеран Великой Отечественной войны,
командир танкового взвода)

Наряду с огневой мощью, маневренностью и проходимостью важнейшим тактико-техническим требованием к танкам являлась защищенность, которая, главным образом, зависела от прочности их брони.

В межвоенный период повышению ее надежности военно-политическое руководство СССР уделяло немало внимания. Однако боевые действия уже во время гражданской войны в Испании выявили недостаточное бронирование советских танков. Их самую прочную, лобовую броню пробивали итальянская и немецкая противотанковые артиллерии.

С учетом полученного опыта была скорректирована отечественная система танкового вооружения, в том числе за счет создания новых типов бронемашин. Так, во исполнение постановлений советского военно-политического руководства приказом наркома среднего машиностроения (НКСМ) СССР И.А. Лихачева в марте 1939 г. предписывалось сдать к 1 июня на испытание Автобронетанкового управления РККА (АБТУ, с июня 1940 г. ГАБТУ КА) машины Т-20 (А-34) Харьковского завода № 183 имени Коминтерна в двух вариантах: колесно-гусеничный и гусеничный (РГАЭ. Ф. 8115. Оп. 8. Д. 16. Л. 18–19).

В итоге, после просмотра и результатов испытаний образцов постановлением Комитета обороны при СНК СССР от 19 декабря 1939 г. на вооружение был принят гусеничный танк Т-20, разработанный коллективом КБ-520 завода № 183 под руководством главного конструктора М.И. Кошкина, с присвоением машине названия Т-34. В дальнейшем требовалось увеличить толщину ее основных броневых листов до 45 мм.

На следующий день народный комиссар среднего машиностроения СССР И.А. Лихачев приказал организовать производство Т-34 на заводе № 183 с доведением его выпуска к 1 января 1941 г. до 1600 штук, а также создать в течение 1940 г. производство Т-34 и на Сталинградском тракторном заводе для изготовления в 1941 г. 1 тыс. машин. (РГАЭ. Ф. 8115. Оп. 8. Д. 21. Л. 221–226.).

Исторически сложилось так, что первопроходчиками, накопившими богатый опыт в области бронезащиты боевых машин, являлись кораблестроители. В создавшейся ситуации непосредственно выпуск танков и изготовление брони для них находились в разных ведомствах – Наркомате среднего машиностроения и Наркомате судовой промышленности СССР. Отсутствие единого органа центрального управления танкостроением не способствовало оперативности и согласованности принимаемых решений. Поэтому логичным было, что после образовании Наркомата танковой промышленности (НКТП) СССР 11 сентября 1941 г. его нарком В.А. Малышев и нарком судостроительной промышленности (НКСП) СССР И.И. Носенко издали совместный приказ о передаче 3-го Главного управления НКСП СССР с его основными производственными мощностями изготовления броневой стали: заводы Ижорский орлена Ленина (г. Колпино Ленинградской области), Мариупольский им. Ильича, Кулебакский металлургический им. С.М. Кирова (г. Кулебаки Горьковской области), № 264 в Сталинграде, а также Научно-исследовательский институт № 48 (Ленинград) – в Наркомат танковой промышленности СССР (РГАЭ. Ф. 8752. Оп. 4. Д. 2. Л. 11).

В начале апреля 1942 г. для усиления руководства технологией производства бронелиста, броневого литья и бронекорпусов на всех заводах наркомата, а также в целях координации всех вопросов, связанных с обеспечением заводов бронелистом, 3-му ГУ НКТП СССР были переданы еще четыре предприятия. Кроме функций главка по отношению к своим заводам, на него было возложено планирование потребления бронелистов; согласование всех вопросов, связанных с их поставкой; утверждение технологических инструкций по выплавке брони и ее металлургической обработке, руководство технологией броневого листа, литья и бронекорпусов; утверждение обязательных норм расхода материалов для выплавки брони; разработка, согласование и представление на утверждение общих технических условий на бронелист и бронеизделия;...