После катастрофы всё произошло очень быстро.

Потрясение оказалось таким сильным, что начались преждевременные роды. Этот период почти не сохранился в памяти, словно всё вокруг погрузилось в тяжёлый туман. Я даже не знаю, кого родила - мальчика или девочку. Мне тогда было не до ребёнка.

Однажды я очнулась в своей кровати и первой мыслью было странное облегчение: вот приснится же такой страшный сон.

Мне казалось, что всё это был кошмар. Я была уверена, что сейчас встану, услышу шаги Вилли, его голос, его смех и тревога сразу улетучится. Сердце билось тяжело и быстро, когда я вскочила с постели и побежала искать его.

Первым делом я открыла дверь его кабинета.

Кабинет встретил меня тишиной. Тёмный дуб, тяжёлый стол, карта на стене, чернильница, аккуратные стопки бумаг - всё стояло на своих местах, но комната казалась странно пустой, будто из неё ушло главное.

Я выбежала из кабинета и побежала дальше по дому. Босиком, в белой сорочке, с растрёпанными волосами я металась из комнаты в комнату, звала его, открывала двери, словно ещё можно было найти его где-то совсем рядом.

Мне казалось, что если я просто увижу его, всё снова станет на свои места. Но его нигде не было.

И тогда я увидела входящего в дом отца. Мы встретились глазами, и в этом взгляде было всё. Его лицо было тяжёлым и мрачным, а в глазах была огромная боль.

Я поняла сразу. Это был не сон. Мой муж умер.

Удар оказался настолько сильным, что мир вокруг словно остановился. Воздух исчез, тело стало тяжёлым и неподвижным, а потом всё потемнело и я снова потеряла сознание.

После этого я почти не вставала с постели.

Дни тянулись медленно и глухо. Я лежала и смотрела в одну точку, словно жизнь вокруг происходила где-то далеко. Внутри не было ни слёз, ни сил, ни желания говорить. Я почти не ела и не пила, тело становилось всё слабее, а душа словно ушла вместе с ним.

Иногда мне начинало казаться, что он где-то рядом. Мне слышался его смех, шаги по дому, его голос, который зовёт меня так же, как раньше.

Я резко поднималась с постели, сердце начинало биться так сильно, что темнело в глазах, и я бежала по дому искать его. Мне казалось, что сейчас он выйдет из кабинета или появится на лестнице, и всё снова станет на свои места.

Но дом каждый раз отвечал только тишиной.

Жизнь потеряла для меня смысл. Всё, что раньше было важным - дети, дом, будущее - вдруг стало далёким и чужим. Тогда внутри было только одно чувство: без него жить невозможно.

От этой боли я заболела.

Начался жар, тело горело, голова тяжело кружилась, и мир вокруг начал расплываться. В бреду иногда возникали картины другой жизни, той, которая была совсем недавно. Мне казалось, что мы снова сидим за столом в нашем саду, солнечный свет падает на белую скатерть, дети смеются рядом, а Уильям смотрит на меня и что-то говорит своим спокойным голосом.

Я тянулась к нему, чтобы коснуться его руки, и на мгновение казалось, что всё снова хорошо. Но видение исчезало, и возвращалась пустота.

Так постепенно жизнь уходила из меня.

Я помню, что умерла от родильной горячки. Но на самом деле я просто отказалась жить без него.

Мне не нужны были ни дети, ни дом, ни моя жизнь, потому что без него всё это потеряло смысл. И именно в этой боли и в тех решениях, которое я приняла перед смертью, осталось очень много моей силы.

Исторический комментарий

Родильная горячка в XIX веке была одной из самых частых причин смерти женщин после родов. Это была инфекция, возникавшая из-за отсутствия антисептики и ограниченных медицинских знаний того времени.

Даже в обеспеченных семьях женщины не были защищены от этой опасности, потому что проблема была системной и медицинская помощь часто оказывалась бессильной.

Во многих странах Европы и в колониях до конца XIX века родильная горячка уносила огромное количество жизней. Поэтому история, в которой женщина после тяжёлого потрясения рожает ребёнка и вскоре умирает от родильной инфекции, полностью соответствует медицинской реальности того времени.

Это исследование привело меня к очень важному пониманию.

Долгое время я была уверена, что в той истории меня держит только боль и горе. Потеря мужа, внезапная смерть, потрясение, родильная горячка всё это казалось очевидным объяснением той силы, которая продолжала возвращать меня к этому воплощению.

Я действительно проживала эту боль, что тогда не была прожита. Я проходила через неё так, словно всё происходило сейчас. Чувства были настолько живыми и яркими, что временами казалось, что между той жизнью и сегодняшним днём нет расстояния.

Но что-то всё равно оставалось.

Я снова и снова возвращалась к этой истории и чувствовала, что внутри неё есть ещё один слой. Но какой? Что-то удерживало мое внимание и не давала этой памяти спокойно закрыться.

Перелом произошёл в тот момент, когда мы начали внимательно разбирать саму катастрофу.

Долгое время я была уверена, что корабль был военным и что произошёл бой или нападение. Этот образ словно делал трагедию более понятной и даже благородной: муж погиб как герой.

Но, когда мы начали проверять исторический контекст, оказалось, что в тот период у берегов Цейлона не было ни пиратских нападений, ни военных действий.

Тогда я стала подробно описывать сам корабль и момент взрыва: вспышку, столб огня, то, как вёл себя корабль.

И именно это изменило всю картину и дало проход в то, что меня держит.

Стало ясно, что корабль был торговым, а взрыв, скорее всего, произошёл из-за груза на борту. В этот момент память словно развернулась. Стало понятно- это был не военный поход. Это был рейс, который должен был изменить всю нашу жизнь.

Уильям ехал в Лондон. После этого рейса у него должна была появиться новая должность, другой статус и иной круг влияния. Мы говорили об этом бесконечно, строили планы, представляли, какой станет наша жизнь, когда он вернётся.

Перед нами открывался совсем другой мир. Мы стояли на пороге больших перемен, когда жизнь уже начала подниматься на новую ступень, и впереди ощущался масштаб, которого раньше не было.

Но именно в этот момент всё оборвалось. Мы не успели прожить этот подъём, а сила развернуться в том направлении, к которому уже шла. Всё остановилось прямо на пороге, когда дверь в другой масштаб почти открылась.

Когда я лежала в бреду и иногда приходила в сознание, одна и та же мысль снова и снова возвращалась ко мне.

Я понимала, что именно этот рейс унёс моего мужа. Если бы не эта поездка, если бы мы продолжали жить так, как жили раньше, Уильям был бы жив.

Эта мысль возвращалась снова и снова, словно внутри она вращалась по кругу. И вместе с ней приходило ощущение той огромной силы и масштаба жизни, которая могла открыться перед нами, но так и не случилась.

Именно тогда стало понятно, что осталось в той истории. Там осталась не только боль.

Там осталась огромная невоплощенная сила - мечта о будущем, в которую было вложено так много ожидания и жизни.

Но вместе с этой силой там остались и решения, которые я принимала перед самой смертью. Это происходило в особом переходном состоянии.

Я только что родила ребёнка — в традиции это время, когда граница между мирами становится тонкой и открытой. И одновременно я уже умирала от родильной горячки, когда врата перехода тоже открываются. В таком состоянии слова и решения приобретают особую силу.

В те редкие минуты, когда жар немного отступал и сознание прояснялось, внутри поднималось яростное проклятье той дороги, которая всё это принесла.

Я проклинала тот рейс. Я проклинала новый уровень жизни.

Я отказывалась от той жизни, которая могла бы быть.

Мне казалось, что лучше бы мы жили тихо и спокойно, как раньше, но он был бы жив.

Лучше без власти, без нового положения, без этого подъёма и масштаба, только лишь бы он остался рядом.

В тот момент это были слова отчаяния, но вместе с ними рождалось решение, в которое было вложено очень много силы.

Такие решения иногда становятся чем-то большим, чем просто слова, сказанные в боли. Они превращаются во внутренний закон, который начинает управлять жизнью.

Так появляется запрет. Так появляется заклятие.

И тогда жизнь начинает двигаться по новому сценарию.

Когда масштаб начинает приближаться, то внутри возникает напряжение. Когда появляется возможность перейти на другой уровень, то внутри словно что-то отступает назад.

Не потому, что человек не может. А потому, что внутри стоит сторож - память о той точке, где когда-то всё оборвалось. Так проявляется прерванный переход.

Жизнь тогда шла к новой ступени - к большему влиянию, другому положению в обществе, участию в принятии решений и совсем иному масштабу жизни.

Но именно в этот момент всё остановилось, и душа запомнила эту точку как опасную. Поэтому внутри возникает странная двойственность. С одной стороны есть сильное движение к масштабу, желание идти дальше и способность это сделать. С другой стороны появляется напряжение и внутренний запрет. Стоп! Это опасно!

Когда появляется возможность роста, вместе с ней возникает чувство, будто туда нельзя. Стоп! Не ходи туда! Ты же знаешь чем все это закончится!

И человек начинает тормозить себя ещё до того, как действительно может произойти что-то опасное.

Когда я увидела эту историю целиком, то стало понятно, откуда во мне появляется этот странный страх перехода на другой уровень.

Он никогда не был связан с деньгами. Но он был связан с масштабом, с тем порогом, где жизнь когда-то открыла большую дверь и тут же захлопнула её навсегда.

И именно в этой точке оказалось удержано очень много силы. Потому что решения, которые принимаются в состоянии сильной боли и на смертной силе , продолжают действовать намного дольше, чем сама жизнь, в которой они были сказаны. Продолжают действовать и влиять дальше.

Иногда жизнь словно возвращает нас в те точки, где когда-то всё оборвалось.

Когда я вспомнила своё прошлое воплощение, стало ясно, насколько удивительно похожи оказались две мои жизни.

Я снова родилась в семье с любящим, внимательным отцом. Детство было спокойным, защищённым, в достатке. Меня любили, баловали, поддерживали. Не на уровне той колониальной роскоши, которая была на Цейлоне, но для Советского Союза наша семья жила очень хорошо.

И дальше жизнь словно снова пошла по знакомому сценарию.

В семнадцать лет я встретила будущего мужа, вышла замуж и родила дочь. А в двадцать три года моя жизнь резко изменилась - мы развелись.

Недавно, когда я стала разбирать историю того воплощения, стало ясно, что именно в этом возрасте произошёл тот самый перелом. Примерно в двадцать три года погиб Уильям. И вместе с ним для меня тогда рухнул весь мир.

Я отказалась жить дальше. Отказалась от дома, от детей, от самой жизни. Хотя могла бы, как вдова, жить очень хорошо. Быть хозяйкой дома, плантаций, кораблей. Растить детей. Устраивать приемы и вращаться в обществе. Самой выйти на тот масштаб, о котором мы мечтали. Прожить полную и интересную жизнь. Но, я отказалась.

В этой жизни судьба снова привела меня к той же точке, но исход оказался другим. Теперь это был не конец, а разворот. Я сделала то, от чего тогда отказалась. Я осталась жить. Сама, без мужа начала выстраивать устойчивость и опору. Я заработала деньги, вырастила дочь, создала своё дело.

Я построила дом, который как оказалось очень похож на дом в Галле. Я воплотила часть силы из мечты. Фактически в этой жизни я прожила ту большую часть жизни, которую тогда не смогла прожить как вдова.

И это привело меня к очень важному пониманию.

Если испытание оказывается слишком сильными и человек не может его пройти сразу, то душа часто возвращает к той же задаче позже, но уже в более мягких условиях, чтобы человек всё-таки смог решить задачи и пройти этот путь.

В той жизни любовь была настолько сильной, что после гибели мужа я отказалась жить без него.

В этой жизни всё сложилось иначе. Любовь не стала разрушительной, и именно поэтому я смогла пройти тот поворот и продолжить жизнь дальше.

Но в той истории осталось кое-что важное. Перед смертью, в состоянии боли и потрясения, я внутри отказалась от той новой жизни и того перехода, к которому мы шли.

Такие решения не исчезают бесследно. Они могут тихо жить в глубине, словно в теле остаётся незримый узел. И каждый раз, когда жизнь снова приближается к порогу роста и перемен, этот узел сжимается и незаметно останавливает движение.

И сейчас я вижу, что именно этот старый узел держит меня на пороге следующего шага. С одной стороны во мне всегда было сильное движение к росту и новому уровню жизни. А с другой стороны в глубине стоял старый запрет.

Но теперь этот узел стал виден и я могу его развязать. А значит, та сила жизни, которая когда-то остановилась на полпути, может наконец идти дальше. Я могу закрыть ту историю и открыть новую.

Я смогу двигаться в новый масштаб.

Благодарю всех, кто читал мою историю про Цейлон и писал комментарии.

Для меня это было очень ценно.

С каждым новым постом я чувствовала, как внутри постепенно отпускает то напряжение, которое долго держало эту историю. Как сам процесс проживания через слова и ваше внимание выжигал остатки того, что ещё оставалось.

И сейчас я ясно ощущаю, как связь с этим становится всё тоньше. Технически осталось совсем немного. Убрать заклятье, то решение, которое когда-то стало внутренним запретом, и окончательно развязать эту силу.

Из удивительного, сразу после завершения выхода постов с историей ко мне пришло одно очень интересное предложение, связанное с масштабом. Пока не буду рассказывать подробно, но чувствую, как открывается следующий этап.

И у меня к вам вопрос.

Насколько вам было интересно читать эту историю?

Потому что у меня есть история одного мальчика, которую написала его мама. Очень живая, с тонкими пересечениями прошлого и настоящего. Расстановки и жизни. Очень яркая про лучшее видение и понимание своего ребенка.

Есть история, которая вышла в расстановке и потом нашла подтверждение в реальных исторических событиях. И каждый раз удивительно видеть, как то, что проявляется в работе, совпадает с тем, что было на самом деле.

Моя история это воспоминания, которые поднимались сами. Слишком яркие, чтобы их можно было игнорировать.

А другие истории это уже про расстановки. Про то, как через них становятся видны связи между прошлым, настоящим и будущим.

Мне понравилось писать такие истории и хочется продолжать. Но насколько это нужно.

Скажите, вам это интересно?

В марте зима ещё держится, лежит снег, холодно. Но внутри уже совсем другое состояние. Весеннее.

Больше света и яркого солнца. Больше голубого неба и весеннего воздуха. У него такой особенный аромат пробуждающейся силы. Появляется ощущение, что всё начинает просыпаться.

И на этом фоне зимний декор вдруг начинает чувствоваться таким тяжёлым.

То, что ещё недавно было уютным, становится лишним. Зимние подушки, плотные ткани, ветки, ягоды всё это как будто из другого времени. Пространство уже просит весну, а дом ещё держится за зиму.

Я очень ярко это почувствовала в начале марта. Смотрю на свой дом и вижу как не совпадает сила ранней весны и зимнее убранство дома.

Поэтому так странно выглядят новогодние ёлки в Москве в марте. Они уже не про праздник, а про то, что время задержалось.

У меня так же ощущались зимние подушки. И я поняла что пора их менять.

Я сняла зимние чехлы, убрала весь зимний декор, посуду и достала весенний.

В этом сезоне я купила новые чехлы на подушки. Новую пасхальную посуду и весенний цветы. И дом сразу стал другим.

Появилось больше воздуха, больше света и цвета. Легче дышать, легче двигаться. Прямо так радостно сразу. Особенно это чувствуется с цветами. Они как будто сразу приносят в дом весну.

И тут я поняла, что дело не только в убранстве дома . Просто внутри уже весна и дом начинает это отражать.

Как вы меняете зиму на весну в доме? Поделитесь фотками и идеями.

Весенние чехлы для подушек.

Я очень люблю свой дом.

Мне нравится здесь быть, просыпаться, жить, чувствовать, как он наполняет силой. Скоро 4 года, как я переехала в загородный дом, который построила с нуля.

За это время я многое поняла про дом, про то, как он устроен. Как он может поддерживать, наполнять, защищать. И эти знания я собрала в курсе «Дом как источник силы».

Скоро начинается шестой поток.

Этот курс для тех, кто хочет, чтобы дома было хорошо не только внешне, а по-настоящему внутри. Чтобы в нём было спокойно, тепло, живо. Чтобы туда хотелось возвращаться. Чтобы он давал опору.

Когда дом выстроен правильно, в нём появляется радость. Не через усилие, что нужно радоваться, а как само собой разумеющееся. Просто живёшь и хорошо. Ведь радость это показатель силы. Есть сила есть радость, нет силы нет радости. Чтобы жить в радости, нужно жить в силе. Дом может в этом очень нам помогать.

Если вам отзывается такая жизнь дома, приходите на курс «Дом как источник силы».

Когда я строила свой дом, планировку я рисовала сама. Архитектор уже помогала довести её до технической точности, но основа была выстроена мной.

Я сразу опиралась на народную традицию. Для меня важно, чтобы дом соответствовал той культуре и тому климату, где он стоит. Поэтому я брала не фэншуй и не васту, а устройство избы и переводила это на современный дом и быт. Потому что наши предки за столетия наработали опыт проживания в доме в данной климатической зоне.

И оказалось, что эти опоры работают и сейчас прекрасно.

В доме появляется ощущение наполненности силой. Захожу и внутри сразу становится больше радости, спокойствия, тишины.

Для меня важным было всё. Как дом стоит по сторонам света, как движется свет в течение дня, как меняется ощущение пространства по сезонам. Потому что дом живёт вместе с этим движением, и когда он выстроен в согласии, это очень чувствуется. Так он наполняется силой каждый день и каждый месяц.

Я выстраивала помещения по сторонам света, смотрела, где вход, где окна, как складываются углы, где проходят основные опоры. Даже при сложной форме дома есть четыре ключевые точки, на которых всё держится.

И когда это учтено, дом начинает наполнять. Он даёт ощущение опоры, спокойствия, силы. В нём легче жить, легче восстанавливаться, легче быть.

Эти знания особенно важны, когда дом только планируется. Когда выбирается участок, проект дома или квартира в городе. Потому что многие вещи потом уже невозможно изменить.

И когда ты понимаешь, на что смотреть, выбор становится совсем другим.

Скоро начинается шестой поток курса «Дом как источник силы».

Он для тех, кто хочет, чтобы дом был не просто красивым, а живым и наполненным. Чтобы в нём было спокойно, тепло и хорошо. Чтобы он поддерживал и давал силы каждый день.

Меня часто спрашивают, подойдёт ли курс, если нет дома, а есть квартира.

Я всегда улыбаюсь и спрашиваю в ответ: а если не дом, то что тогда? У тебя нет дома? Ты бездомная?

Потому что дом не про форму. Он про наполнение.

Форма может быть разной. Комната, квартира, домостроение. Это всего лишь оболочка.

А дом - это про то, чем это пространство наполнено. Он про состояние.

Про то, что с тобой происходит, когда ты туда заходишь. Становится ли спокойно? Уходит ли внутренняя спешка? Хочется ли расслабиться и замедлиться?

Дом - это место, где появляется чувство защищённости и безопасности. И в таком состоянии тело становится мягче, быстрее отпускает зажатость, перестаёт быть настороженным. Появляется тепло внутри, ровность и тишина.

Поэтому это всегда чувствуется.

Есть пространства, в которых ты становишься устойчивее и одновременно спокойнее.

А есть те, в которых остаёшься напряжённой, даже если вокруг красиво. И разница всегда в наполнении.

Именно поэтому дом это не отель, не поезд, не машина, не чужое пространство. Там можно быть, но там тело не отдыхает по-настоящему.

Дом это место, где ты живёшь и где возвращаешь себе себя.

Где можно прислониться к стене и почувствовать опору. Сесть и расслабиться. Лечь и хорошо отдохнуть.

И от того, как дом выстроен, очень сильно зависит состояние. Насколько хватает сил и спокойно внутри. Насколько хочется жить свою жизнь.

И особенно это важно для детей.

Потому что они растут в этом пространстве и впитывают его как основу. Их тело с детства запоминает, что такое спокойствие, устойчивость, чувство, что можно быть собой.

И именно поэтому дом это всегда важно.

Не только как форма, а как то, что наполняет и даёт силу жить.

Когда мы говорим о доме, чаще всего имеем в виду форму: квартира, комната, домостроение. Иногда добавляется разговор про интерьер, дизайн и красоту.

Но на самом деле, когда мы говорим о доме, мы говорим о мире.

И это принципиально важно.

Потому что дом - это не просто место, где мы живём и не просто пространство, где становится спокойнее. Дом - это тот мир, который мы создаём, а потом проявляем в своей жизни. Дом - это место где мы накапливаем силу и добро.

Поэтому дом всегда больше, чем стены и мебель.

И в народной традиции это хорошо знали.

Если хотели испортить человеку жизнь, заходили через дом. Наводили порчу на дом, вносили чужое и иномирное. Через это начинал разрушаться весь его мир, здоровье, благополучие, отношения.

И точно так же через дом жизнь можно выровнять. Если человек хочет что-то изменить, легче всего начинать с дома. Именно поэтому издавна существовали обряды, связанные с домом.

Девушка, которая хотела выйти замуж, мела от улицы к своему порогу, как будто прокладывала дорогу для жениха в свой мир. Звала его и открывала путь дорогу к своему порогу, а значит и в свою жизнь.

Когда хотели наполнить дом достатком, в него вносили полные вёдра и оставляли их внутри, закрепляя состояние наполненности. Насыпали по углам зерно и монеты, чтобы мир был наполнен достатком. Ведь у углов особый смысл в доме.

Переезд и новоселье всегда сопровождались особыми действиями, потому что дом воспринимали как пространство, от которого зависит, как будет складываться жизнь дальше.

Потому что то, что происходит в доме, всегда продолжается в жизни.

Когда в доме появляется тяжесть, беспорядок или чужое, это начинает проявляться и в жизни.

Когда дом очищают, вместе с этим выравнивается и внутреннее состояние, и события.

Когда дом защищают, появляется устойчивость и чувство опоры.

Когда дом наполняют достатком и силой, это отражается и во внешней жизни, в ней становится больше тепла, движения и устойчивости. Потому что дом - это не про стены. Дом - это про мир, в котором ты живёшь.

Работа с домом - это по сути работа со своим миром и со своей жизнью.

Именно этим мы будем заниматься на курсе «Дом как источник силы».

Мы будем разбирать устройство дома, как сделать его сильным и живым, как выстроить пространство так, чтобы оно наполняло, поддерживало и давало устойчивость. Как очищать, защищать и наполнять дом, чтобы менялась сама жизнь.

Любое дело начинается с постановки задачи. Дом не исключение. Его создание также начинается с задачи .

Поэтому когда я планировала свой дом, я исходила из того, как я буду в нём жить. Для меня это не только про сон и приготовление еды, но ещё и про мою работу и её специфику, поэтому пространство дома сразу собиралось под эти задачи и мой образ жизни.

Мне важно свободное место и свет. Пространство, в котором есть куда развернуться моей силе. На курсе «Дом как источник сил» мы говорим о том, что дом должен быть посильным, он должен соответствовать силе хозяйки и хозяина. Если дом меньше, чем сила, появляется ощущение тесноты, и жизнь как будто сжимается вместе с ним. Нет движения и развития в жизни. Если дом больше, чем сила, он становится тяжелым, на него не хватает сил. Он начинает давить и укладывать. Поэтому чем больше сил, тем больше дом.

К моменту создания планировки у меня уже был дом в Крыму около 120 квадратных метров, и я понимала, какой объём мне подходит. С учётом постоянного проживания я выбрала для себя 150–160 метров. В этом размере есть и место для силы, и пространство для роста, и при этом дом остаётся посильным.

Я сразу продумывала назначение помещений под свою жизнь. Для меня важно, чтобы в комнатах не было шкафов, поэтому на каждом этаже у меня есть отдельные гардеробные. На первом этаже - гардеробная с верхней одеждой и большой хозяйственный шкаф во всю стену под потолок, а потолки у меня три метра. На втором этаже ещё одна гардеробная, где собраны все мои платья, личные вещи и аксессуары.

За счёт этого в спальне только кровать и тумбочка, в комнатах нет лишней мебели и лишних вещей. Всё вынесено отдельно. Потому что когда в пространстве много вещей, они начинают обессиливать, съедают силу. А сила мне нужна не для обслуживания вещей, а для жизни. На курсе мы тоже говорим о том, что вещей должно быть по силе.

Потолки для меня тоже были важны. На первом этаже три метра, на втором около 2.80. Это даёт ощущение воздуха и лёгкости.

На каждом этаже есть душ и туалет. Рядом со спальней у меня отдельная комната красоты, мой будуар. Там туалетный столик, ванная, раковина с видом на деревья. Для меня важно видеть пространство за окном. Каждое утро это заряжает меня силой.

Большие окна были принципиальны. Мне говорили про теплопотери, но я сознательно выбрала свет. Я готова немного переплачивать за тепло, но жить в доме, где много солнца. Свет в доме даёт совсем другое состояние.

По цвету дом спокойный, бело-бежево-молочный. Я много работаю с разными состояниями, в том числе тяжёлыми, и мне важно, чтобы дом давал отдых. Без ярких акцентов, чтобы можно было выдохнуть и восстановиться. Розы есть, я их люблю, но они как акцент и в основном в моей комнате.

Кухня у меня около 10 метров, это пространство для готовки. Рядом столовая и гостиная. У нас нет телевизора и нет зоны для него. Мы не смотрим вместе фильмы, а если хочется общего просмотра, идём в кинотеатр. В гостиной есть диван, где можно посидеть, посмотреть на камин или в окно.

И для меня было важно продумать безопасность зимой. Я сразу закладывала резервное отопление. В жизни бывает всё, могут отключить свет, зимой это особенно чувствуется. Поэтому на первом этаже у меня камин с туннельной топкой. Он стоит в центре дома как его сердце. На втором этаже есть еще печка. Я топила её один раз, но мне важно, что она есть. Я знаю, что дом не замёрзнет, система не разморозится, и я смогу его отапливать. И это даёт спокойствие.

Важной частью дома для меня стала лестница. Я сразу закладывала, что по ней придётся ходить много раз в день, поэтому она должна быть удобной, лёгкой для движения. Так и получилось. Я постоянно хожу с первого на второй этаж, и это естественная часть жизни в доме.

Также для меня было важно выделить рабочее пространство отдельно. Чтобы спальня оставалась спальней, кухня - кухней, а работа была в своём месте. Для меня важно было разделить потоки силы, чтобы легко переключаться между задачами и состояниями.

Изначально я планировала кабинет на первом этаже, но когда со мной стала жить дочь, он перешёл ей. Этот кабинет сразу делался под обрядовое пространство. Там всё устроено так, чтобы было удобно работать с воском, с солью, принимать людей.

Когда я проектировала дом в 2017–начале 2018 года, я предполагала, что ко мне будут приезжать люди. Тогда ещё не было той онлайн-жизни, которая началась после 2020 года. Сейчас всё изменилось, и я в основном работаю онлайн. Поэтому у меня появился мой кабинет на втором этаже, где всё устроено под мою работу. Там же есть место для книг, которые я люблю.

И в итоге получается, что лестница стала живой частью дома. Я много двигаюсь, поднимаюсь, спускаюсь, и это хорошо для тела и для сердца.

Для меня очень важен вид из окна. Поэтому основные окна выходят на деревья и на речку, которая проходит по задней части участка. Это даёт ощущение глубины, пространства, жизни за пределами дома.

И в целом дом получился таким, как я хотела. Он выстроен под мои задачи, под мою жизнь, под моё состояние. Он помогает, поддерживает, наполняет и даёт возможность жить так, как мне хочется.

Мне здесь хорошо.

Что упало, то пропало.

Слышали такое выражение? Давайте разберем что оно означает. Чаще всего так говорят, когда кусочек еды падает на пол.

Почему в доме нельзя поднимать еду с пола и есть её?

Считалось, что пол - это граница мира, жилого и иного нижнего, и на этой границе живут духи. Кусок падает вниз, и он уже не тот, что был в руках. Его сила уходит, проваливается туда, где живут духи и такая еда становится пустой.

Поэтому её не возвращали себе, а чаще всего отдавали домовому.

Если домовой голодный, то он берёт еду сам довольно быстро. Буквально может вырвать прямо из рук.

Мы как то вернулась домой после отпуска осенью. Дом стоял пустой всё лето. Пришло время обеда и мы сели за стол.

Я подумала, что сейчас поем, а потом покормлю домового. Только поднесла ложку ко рту и её внезапно резко выбило из руки. Не выскользнула, не уронила, а именно выбило. Ложка упала на пол, и в этот момент стало понятно, что сначала нужно покормить хозяина. Он не хочет ждать, а хочет есть и забирает еду себе сам. Очень ярко это было. Теперь сначала ему еду, а потом себе.

А если еда начинает падать часто, что это значит?

В доме кто-то голодный. Домовой или предки хотят есть и берут еду себе сами. Они не просят, а просто забирают еду.

Такую еду можно поднять, но есть её уже нельзя. Она пустая, в ней нет силы. Её кладут отдельно, в тарелку, и отдают тем, кто взял. И когда их накормили, в доме становится спокойнее, и еда из рук больше не падает.

На курсе "Дом как источник силы" у нас будет целый большой урок про домового, хранителя дома и рода. Про то, как с ним взаимодействовать .

Как вы замечали как забирает себе еду домовой? Падают кусочки на пол?