Forwarded from Архитектурные излишества (Paul Melkiades)
В годы, когда строительство в Нью-Йорке рвалось ввысь, одним из символов города стал небоскрёб Крайслер-билдинг (320 м). Но уже тогда серьёзные американские исследователи нашли явное пропорциональное и стилевое сходство между детищем XX века и Распятской церковью-колокольней в Александрове (начало 16 века).
Forwarded from Звенящая медь
Портрет императора Франца Иосифа в технике микрографии (каллиграммы), Самюэль Хиршлер, 1916 г. Техника микрографии или графического письма получила большое распространение в еврейской среде, особенно, на рубеже XIX-XX вв. Иудаизм запрещает изображать человека, но про образы, составленные из слов и букв, Тора ничего не говорит… В портрете Франца Иосифа зашифрована строчка из Книги Чисел: «от двадцати пяти лет и выше должны вступать они в службу для работ при скинии собрания». Хиршлер, по-видимому, хотел, таким образом, выразить уважение императору за его служение своему народу. В 1867 г. Франц Иосиф признал за евреями все права, а через несколько десятилетий уравнял иудаизм со всеми остальными религиями.
Мать Земля (Tellus Mater) и Мать Церковь (Mater Ecclesia). Свиток с Exultet из Монте Кассино. Add MS 30337, f.3r. ок. 1075–1080
Не совсем пасхальное, но важное. У Фёдора Сваровского есть стихотворение о мученике, который после смерти спустился в самые тёмные места мироздания и вдруг увидел там такую невероятную красоту человеческой души, которая в самый последний момент смогла пробудить его и спасти от вечной смерти.
—————
1.
слушайте мой голос
из страны усопших
внимайте слову моему
из юдоли смертной
хочу сообщить нечто важное
о живом и мертвом
нечто способное оживить неживое
лысый камень способное удивить:
2.
вот замучил меня
подполковник госбезопасности Сидоряка
за родину святую вырвал ногти мои
умыл меня кровью моею
веки мои остались в его умелых руках
использовал шланги и электричество
применил фактически все что мог
и умер я на бетонном полу
и ушел я в последний путь
3.
только речь не о страшном подполковнике
не о залитых адреналином бетонных полах
а о трех днях
бестелесных полетов
дарованных смертным перед тем как совсем уйти
умерев
свободно ходил я куда хотел
и пошел по собственной воле к Сидоряке домой
в сидорякином доме увидал его малолетнюю дочь
нареченную Лилией
единственную его законную дочь
4.
ничего особенного - 11 с половиной лет
ничего заметного - обычный занудный 6-й А класс
но по-другому смотрятся на овале ее лица
большие прозрачные голубые глаза отца
лоб дочери пятнами покрыт
псориаз затаился у корней волос
в школу редко ходит
мать постоянно берет бюллетень
(мать давно уже сама не своя
мечтает о неделе в Генеджике)
с раннего детства какие-то все расстройства
транквилизаторы и массаж
внутричерепное давление
к вечеру гиперактивность
часто ходит под себя в постель
мало того что аденоиды
еще и хронический тонзиллит
да еще и аллергическая астма
сверхбыстрая реакция на шерсть и пыль
язва желудка в ремиссии
периодически обостряющийся колит
постоянно берут кровь из вены
анализ мочи
в коробок собирают кал
такому ребенку
нужен жесткий контроль
необходим безупречный режим
даже грецкие орехи бывало
вызывали анафилактический шок
нельзя жирного
соленого
острого
сладкого
кофе и чая
и телевизор нельзя
чего же нельзя еще?
5.
тайком смотрит фильмы из коридора
поздно вечером
при помощи двух зеркал
регулярно пишет письма каким-то знакомым
которых никто никогда не встречал
боится ходить по ночам в туалет
потому что в прихожей на вешалке повесились три пальто
слышит как пролетают искусственные спутники в небесах
как объявляют станции под землей метро
6.
видит сон наяву – из Битцевского парка
приезжает инопланетянин – черноволосый и кареглазый принц
и все его узнают и боятся
все уважительно кланяются и даже падают ниц
он берет ее на седло свое
и увозит в Чертаново в космический свой дворец
главное – говорит она – принц гони побыстрее
чтоб нас не догнал отец
7.
гуляет на пустыре перед домом
находит интерес у своры бродячих собак
собакам приносит куриные кости
но они только смотрят
и не едят никак
подолгу издали с ними разговаривает
читает им
раскрыв большую тетрадь
собаки привыкли
волнуются
ждут уже
когда она придет им опять читать
8.
и я увидел и понял
что в жизни своей ничего чудесного не видал
что внутренне просто спал
и хорошего не искал
если что-то и облегчает жизнь мертвых
то любовь бесстрастная
высшая сердечная жизнь
бескомпромиссная жалость
голубое свечение тонких чувств
не стихи и песни
а жизнь убогая - самое главное из искусств
так
послушайте слово мертвого
слушайте что он теперь говорит
(в сердце бесплотном – все новое
и это новое ярко
подобно звезде горит):
в Ясенево цветет прекрасная лилия
Сидоряка -
цвет души человеческой
дочь подполковника-палача
Лиля – невеста
Лиля – кинолог-практик
Лиля – кролик и гордая птица взмывающая с плеча
степного охотника
Лиля – единственная подруга воображаемого слона
Лиля – исследователь глубин
опустившаяся до дна
мироздания
там на дне
оврага на ясеневском пустыре
лилия
в красном пальто возвышается на ветру
посмотрите
там Лиля
стоит
одна
9.
это все –
говорит покойник –
за это
я
и умру
—————
1.
слушайте мой голос
из страны усопших
внимайте слову моему
из юдоли смертной
хочу сообщить нечто важное
о живом и мертвом
нечто способное оживить неживое
лысый камень способное удивить:
2.
вот замучил меня
подполковник госбезопасности Сидоряка
за родину святую вырвал ногти мои
умыл меня кровью моею
веки мои остались в его умелых руках
использовал шланги и электричество
применил фактически все что мог
и умер я на бетонном полу
и ушел я в последний путь
3.
только речь не о страшном подполковнике
не о залитых адреналином бетонных полах
а о трех днях
бестелесных полетов
дарованных смертным перед тем как совсем уйти
умерев
свободно ходил я куда хотел
и пошел по собственной воле к Сидоряке домой
в сидорякином доме увидал его малолетнюю дочь
нареченную Лилией
единственную его законную дочь
4.
ничего особенного - 11 с половиной лет
ничего заметного - обычный занудный 6-й А класс
но по-другому смотрятся на овале ее лица
большие прозрачные голубые глаза отца
лоб дочери пятнами покрыт
псориаз затаился у корней волос
в школу редко ходит
мать постоянно берет бюллетень
(мать давно уже сама не своя
мечтает о неделе в Генеджике)
с раннего детства какие-то все расстройства
транквилизаторы и массаж
внутричерепное давление
к вечеру гиперактивность
часто ходит под себя в постель
мало того что аденоиды
еще и хронический тонзиллит
да еще и аллергическая астма
сверхбыстрая реакция на шерсть и пыль
язва желудка в ремиссии
периодически обостряющийся колит
постоянно берут кровь из вены
анализ мочи
в коробок собирают кал
такому ребенку
нужен жесткий контроль
необходим безупречный режим
даже грецкие орехи бывало
вызывали анафилактический шок
нельзя жирного
соленого
острого
сладкого
кофе и чая
и телевизор нельзя
чего же нельзя еще?
5.
тайком смотрит фильмы из коридора
поздно вечером
при помощи двух зеркал
регулярно пишет письма каким-то знакомым
которых никто никогда не встречал
боится ходить по ночам в туалет
потому что в прихожей на вешалке повесились три пальто
слышит как пролетают искусственные спутники в небесах
как объявляют станции под землей метро
6.
видит сон наяву – из Битцевского парка
приезжает инопланетянин – черноволосый и кареглазый принц
и все его узнают и боятся
все уважительно кланяются и даже падают ниц
он берет ее на седло свое
и увозит в Чертаново в космический свой дворец
главное – говорит она – принц гони побыстрее
чтоб нас не догнал отец
7.
гуляет на пустыре перед домом
находит интерес у своры бродячих собак
собакам приносит куриные кости
но они только смотрят
и не едят никак
подолгу издали с ними разговаривает
читает им
раскрыв большую тетрадь
собаки привыкли
волнуются
ждут уже
когда она придет им опять читать
8.
и я увидел и понял
что в жизни своей ничего чудесного не видал
что внутренне просто спал
и хорошего не искал
если что-то и облегчает жизнь мертвых
то любовь бесстрастная
высшая сердечная жизнь
бескомпромиссная жалость
голубое свечение тонких чувств
не стихи и песни
а жизнь убогая - самое главное из искусств
так
послушайте слово мертвого
слушайте что он теперь говорит
(в сердце бесплотном – все новое
и это новое ярко
подобно звезде горит):
в Ясенево цветет прекрасная лилия
Сидоряка -
цвет души человеческой
дочь подполковника-палача
Лиля – невеста
Лиля – кинолог-практик
Лиля – кролик и гордая птица взмывающая с плеча
степного охотника
Лиля – единственная подруга воображаемого слона
Лиля – исследователь глубин
опустившаяся до дна
мироздания
там на дне
оврага на ясеневском пустыре
лилия
в красном пальто возвышается на ветру
посмотрите
там Лиля
стоит
одна
9.
это все –
говорит покойник –
за это
я
и умру
Forwarded from Жилец вершин
Иконы на рыбе. Вторая половина XIX века, Российский этнографический музей, Санкт-Петербург.
Forwarded from Жилец вершин
Ещё недавно прочитал интересное про грамоту 39, найденную в Старой Руссе.
Там, в частности, написано: «Послал к тебе шесть бочек вина, как палец хватит».
Из этого следует, что полнота бочки проверялась следующим образом: вынимали затычку в крышке бочки и проверяли, достанет ли палец до уровня жидкости.
Дальше Зализняк (или Гиппиус?) пишет:
«Этот пассаж даёт ключ к решению одного доныне не решённого вопроса из истории значений русских слов: каким образом слово "хватит" (т.е. "схватит, ухватит") со временем получило также значение "достаточно", "enough", не имеющее, на первый взгляд, с исходным значением ничего общего. Грамота наглядно показывает, как проблема "достаточно или недостаточно" может сводиться к тому, схватит ли рука (палец, инструмент) находящийся на некотором расстоянии предмет (или поверхность). Ср. также примеры из Даля - "Шест не хватает дна; шест берега не хватит". Очевидно, именно из таких измерений родилась возможность на вопросы типа "Полна ли уже бочка? Не надо ли еще долить?" отвечать словами "Уже хватит!" или просто "Хватит!". Это легко приводит к переосмыслению "хватит" как "достаточно", после чего открыта дорога для сочетаний типа "мне хватит" (которые ранее, разумеется, были невозможны).»
Там, в частности, написано: «Послал к тебе шесть бочек вина, как палец хватит».
Из этого следует, что полнота бочки проверялась следующим образом: вынимали затычку в крышке бочки и проверяли, достанет ли палец до уровня жидкости.
Дальше Зализняк (или Гиппиус?) пишет:
«Этот пассаж даёт ключ к решению одного доныне не решённого вопроса из истории значений русских слов: каким образом слово "хватит" (т.е. "схватит, ухватит") со временем получило также значение "достаточно", "enough", не имеющее, на первый взгляд, с исходным значением ничего общего. Грамота наглядно показывает, как проблема "достаточно или недостаточно" может сводиться к тому, схватит ли рука (палец, инструмент) находящийся на некотором расстоянии предмет (или поверхность). Ср. также примеры из Даля - "Шест не хватает дна; шест берега не хватит". Очевидно, именно из таких измерений родилась возможность на вопросы типа "Полна ли уже бочка? Не надо ли еще долить?" отвечать словами "Уже хватит!" или просто "Хватит!". Это легко приводит к переосмыслению "хватит" как "достаточно", после чего открыта дорога для сочетаний типа "мне хватит" (которые ранее, разумеется, были невозможны).»
Forwarded from мамкин медиевист
В Средневековье младенцев первые недели после рождения держали в полумраке, чтобы они постепенно привыкали к свету. А еще пеленали намертво, потому что боялись деформации (а то и распада) выпущенного на свободу мягкого и текучего тела — некоторые ученые мужи даже советовали специально придавать форму лбу и носу.
(например: Bartholomäus Anglicus (1492), Buch 6, Kapitel 5. In: Ralf Frenken "Gefesselte Kinder: Geschichte und Psychologie des Wickelns". Badenweiler. 2011, S. 155.)
(например: Bartholomäus Anglicus (1492), Buch 6, Kapitel 5. In: Ralf Frenken "Gefesselte Kinder: Geschichte und Psychologie des Wickelns". Badenweiler. 2011, S. 155.)
I. Пока мир сотрясают споры о том, можно ли травить женщину за не самое благородное прошлое, вновь отчётливо слышится голос, который обращается к уже набившей оскомину риторике, объявляющей единственным виновником угнетения пресловутый патриархат — систему мужского доминирования, сопровождавшую человечество всю его историю.
Так уж вышло что проблема эта не нова и мировая цивилизация уже не раз задумывалась над тем, как защитить доброе имя женщины, если вдруг люди не столь благородных качеств решили начать злоязычествовать о неприглядных моментах её жизни. Лучшим примером здесь несомненно будет куртуазная культура Средневековья — самое мрачное из всех времён, как об этом не забывают упоминать в среде обличителей любых видов традиционализма.
Концепция куртуазной любви¹, в том виде, в каком она сформировалась к XII веку, умела защищать не только замужних женщин, которые по определению были застрахованы от любой травли и угроз, но и тех, кто искал свободной любви вне брака. Главным условием здесь считалось сохранение романтической связи в тайне. Пространство отношений между мужчиной и женщиной чётко разграничивалось на сферу интимного и публичного, а переход от первого ко второму должен был закрепляться брачным обрядом. Интересно, что вся ответственность за сохранение этой тайны лежала на мужчине, именно он являлся безусловным гарантом женской чести, и даже намёк на разоблачение тайны, не говоря уже о прямом оскорблении, рассматривался как тяжкое преступление против любви. Андрей Капеллан – автор самого известного средневекового трактата на эту тему (De arte honeste amandi), написанного в конце XII в. рассказывает, что случалось с таким клятвопреступником:
«Один рыцарь бесстыдно разгласил тайну своей любви и своих интимных сердечных дел. Все, кто служат рыцарями любви, потребовали, чтобы это преступление было сурово наказано, дабы такая измена не осталась безнаказанной, и пример ее не дал бы повода и другим поступать точно так же. А суд женщин, собравшийся в Гаскони, единодушно постановил.., что такой человек должен быть лишен всякой надежды на любовь как недостойный и презренный в глазах всех дам и рыцарей»².
__________
¹ Всё, что тут написано про куртуазную культуру – пересказ статьи [Малинин Ю. П. «И все объяты пламенем любовным, без помыслов дурных» //Казус. 1996.]
² André le Chapelain. Traité de l’amour courtois / Ed. C. Buridant. P., 1974. P. 174.
Так уж вышло что проблема эта не нова и мировая цивилизация уже не раз задумывалась над тем, как защитить доброе имя женщины, если вдруг люди не столь благородных качеств решили начать злоязычествовать о неприглядных моментах её жизни. Лучшим примером здесь несомненно будет куртуазная культура Средневековья — самое мрачное из всех времён, как об этом не забывают упоминать в среде обличителей любых видов традиционализма.
Концепция куртуазной любви¹, в том виде, в каком она сформировалась к XII веку, умела защищать не только замужних женщин, которые по определению были застрахованы от любой травли и угроз, но и тех, кто искал свободной любви вне брака. Главным условием здесь считалось сохранение романтической связи в тайне. Пространство отношений между мужчиной и женщиной чётко разграничивалось на сферу интимного и публичного, а переход от первого ко второму должен был закрепляться брачным обрядом. Интересно, что вся ответственность за сохранение этой тайны лежала на мужчине, именно он являлся безусловным гарантом женской чести, и даже намёк на разоблачение тайны, не говоря уже о прямом оскорблении, рассматривался как тяжкое преступление против любви. Андрей Капеллан – автор самого известного средневекового трактата на эту тему (De arte honeste amandi), написанного в конце XII в. рассказывает, что случалось с таким клятвопреступником:
«Один рыцарь бесстыдно разгласил тайну своей любви и своих интимных сердечных дел. Все, кто служат рыцарями любви, потребовали, чтобы это преступление было сурово наказано, дабы такая измена не осталась безнаказанной, и пример ее не дал бы повода и другим поступать точно так же. А суд женщин, собравшийся в Гаскони, единодушно постановил.., что такой человек должен быть лишен всякой надежды на любовь как недостойный и презренный в глазах всех дам и рыцарей»².
__________
¹ Всё, что тут написано про куртуазную культуру – пересказ статьи [Малинин Ю. П. «И все объяты пламенем любовным, без помыслов дурных» //Казус. 1996.]
² André le Chapelain. Traité de l’amour courtois / Ed. C. Buridant. P., 1974. P. 174.
II. Вместе с развитием и усложнением придворной культуры, нарушение любовной тайны неизбежно должно было случаться всё чаще, однако вместе с тем более жестоким становилось и наказание для клеветников, что порицали женщин за их любовь. Самим дамам же напротив, разрешалось всё более явно выражать свою привязанность в публичном пространстве двора. Защитников было много: «Добрый король Рене» — герцог Анжуйский (1409-1480), был большим любителем турниров и вообще, настоящим рыцарем. Не случайно, что о защите женской чести он беспокоился с особым усердием. В написанном им трактате подробно оговаривается процедура наказания мужчин, посягнувших на доброе женское имя. По его мысли перед состязанием все его участники должны были отдать свои шлемы в галерею.
«Там собираются все дамы и барышни, все сеньоры, рыцари и оруженосцы и совершают обход, рассматривая их; присутствующие здесь судьи турнира трижды или четырежды обводят дам, чтобы лучше рассмотреть нашлемники, а герольды должны разъяснять дамам, кому принадлежит тот или иной шлем. И в случае, если среди участников турнира окажется такой, кто злословил о дамах, и дамы коснутся его шлема, то пусть на следующий день он будет наказан». Окончательное решение о наказании выносят судьи, если они признают справедливость обвинения. «И в наказание такой человек должен быть избит другими рыцарями и оруженосцами, участвующими в турнире, и пусть бьют его так и столь долго, пока он громко не возопит к дамам о пощаде и не пообещает при всех, что никогда не будет злословить и дурно отзываться о женщинах»¹.
Тут важно подчеркнуть, что этот запрет на злословие был направлен не против женщин вообще, это подразумевалось само собой, он был направлен в защиту тех дам, которые желали более широкой нравственной свободы в любви. Вместо того, чтобы схлестнуться в непримиримой битве и утонуть в возмущении, всё это время культура медленно трансформировалась и подстраивалась под новые обстоятельства.
__________
¹Oeuvres complètes du Roi René / Ed. M. Le comte de Quatrebarbes. Angers, 1844. T. 1. P. 21, 23.
«Там собираются все дамы и барышни, все сеньоры, рыцари и оруженосцы и совершают обход, рассматривая их; присутствующие здесь судьи турнира трижды или четырежды обводят дам, чтобы лучше рассмотреть нашлемники, а герольды должны разъяснять дамам, кому принадлежит тот или иной шлем. И в случае, если среди участников турнира окажется такой, кто злословил о дамах, и дамы коснутся его шлема, то пусть на следующий день он будет наказан». Окончательное решение о наказании выносят судьи, если они признают справедливость обвинения. «И в наказание такой человек должен быть избит другими рыцарями и оруженосцами, участвующими в турнире, и пусть бьют его так и столь долго, пока он громко не возопит к дамам о пощаде и не пообещает при всех, что никогда не будет злословить и дурно отзываться о женщинах»¹.
Тут важно подчеркнуть, что этот запрет на злословие был направлен не против женщин вообще, это подразумевалось само собой, он был направлен в защиту тех дам, которые желали более широкой нравственной свободы в любви. Вместо того, чтобы схлестнуться в непримиримой битве и утонуть в возмущении, всё это время культура медленно трансформировалась и подстраивалась под новые обстоятельства.
__________
¹Oeuvres complètes du Roi René / Ed. M. Le comte de Quatrebarbes. Angers, 1844. T. 1. P. 21, 23.