Те, кто проводил архивное описание альбома пишут, что Гарланд должен был потратить на все эти коллажи несколько сотен часов.

Сегодня, это может выглядеть жутковато, особенно если не знать контекста, но в категориях викторианских семейных традиций сложно представить более нежный и близкий подарок отца собственной дочери. Крест покрытый кровью — это квинтессенция духовного переживания любого истинного христианина. Здесь отец своим подарком напоминает дочери на пороге взрослой жизни о том, что путь её будет долог и труден, что она встретит на нём и страдания, и смерть, но за ней обязательно придёт радость и вечная слава победы над злом. И когда этот момент наконец наступит, нужно помнить о том, что досталось всё это нелёгкой ценой, символом которой отмечена каждая из страниц этой книги.

______________________

Сиро Касамацу. Весенний дождь у святилища Юсима Тэндзин. 1935

Сиро Касамацу. Ночной дождь у пруда Синобадзу.1938

Сиро Касамацу. Весенний снег у святилища Торику, Асакуса. 1934

Сиро Касамацу. Замок Мацумото, Синсю. 1934

Сиро Касамацу. Великий Фонарь в храме Асакуса Каннон. 1934

Неуспевшие на Ноев ковчег
Холкхемская Библия. Лондон. ок. 1327-1335

Эту песню сочинила Мария Тимофеевна Яковенко — жительница села Верхняя Покровка Белгородской области. Написала она её в 1981 году сразу после того, как увидела по телевизору передачу про Юрия Гагарина и полёт человека в космос.

«Мама моя и говорит: «Какие красивые!» – да и я гляжу, а они все такие молоденькие, расхорошенькие, ох и!.. И из меня песня так и выскочила».

По счастливой случайности, уже через год, в 82-м, приехали советские этнографы и записали эту песню, так что она сохранилась в живом авторском варианте. Поёт она её в традиционном для той местности распеве. Правда поёт одна, а не в ансамбле, как обычно принято на Белгородчине.

Больше всего здесь удивляет, конечно, насколько естественно и искренне звучит наложение двух, как казалось, мало совместимых областей жизни — традиционной культуры и научно-технического прогресса. В этом сравнении народную наивность обычно принято ругать: тёмные, непросвещенные люди, опутанные деревенскими мифами и предрассудками, лишенные доступа к истинному (научному) знанию. При этом сами мы обычно не замечаем, как для описания положения человека в космосе выбираем не менее стереотипный, воинственный и колонизаторский язык. Космос — это terra nullius, которую обязательно нужно «покорять», весь мир соревнуется в «космической гонке» за то, кто дальше продвинет линию небесного фронтира, кто первый поставит свой флаг на Марсе, кто построит лунную колонию, и т.д. То есть в нашем представлении космос — это во многом безжизненное и враждебное пространство, только вместо жутких дикарей сегодня люди подчиняют себе жуткие условия среды. Человека, мыслящего космос в подобных категориях, всегда сопровождает чувство опасности и напряжения, которое, в конечном итоге, неизбежно транслируется и на другие сферы нашей жизни. Общая нервозная энтропия человечества нарастает.

На контрасте с этим взглядом насколько уютным и благородным в песне Марии Тимофеевны ощущается космос и люди в нём. В тексте тоже есть мотив преодоления и сложной работы, но настроение выходит совсем иным. Даже на уровне риторики это очень светлая вещь, которая вырастает из совершенно удивительного и цельного отношения к жизни. Наверное, всё-таки иногда нужно практиковать возможность взгляда на мир сквозь линзу этой народной наивности, хотя бы одним глазком. Это гораздо более здоровое и спокойное ощущение мира, пусть и менее «эффективное».
_____________________