Мы вот вот зарядим свои жопы на новое приключение. Но вернемся на неделю назад:
Мы только только спустились с гор. Как дикари, накинулись на жареную курочку с лотков и на макдональдс - дороже ничего себе не можем позволить.
Нас ждала работка.
Дело в том, что когда я просрал все съемки с вулканов Мексики, вместо того, чтобы забить хер и жить дальше, я решил, что поеду снимать вулканы в Центральную Америку, а потом и по всему миру. У меня снова родился проект, как это бывает обычно, и как это обычно раздражает Лену.
Мой проект в том, чтобы проехаться по вулканам и узнать как они влияли и влияют на нашу жизнь. Какой-то вулкан нас уничтожит, другой даст нам плодородную почву, третий создаст вокруг себя культ фанатиков. И один из них прямо здесь, в Гватемале.
Здесь тот, что создал культ фанатиков.
Оказывается, что на маленький никому не известный вулканчик Cerro Quemado каждый день лезут толпы христиан Евангелистов. Каждый день они устраивают ритуалы изгнания дьявола, вымаливают у Иисуса визы в США и просят за диабет.
Они расчищают лавовые поля под свои церквушки. И картина становится похожа больше на исход евреев. Волшебно!
Мы только только спустились с гор. Как дикари, накинулись на жареную курочку с лотков и на макдональдс - дороже ничего себе не можем позволить.
Нас ждала работка.
Дело в том, что когда я просрал все съемки с вулканов Мексики, вместо того, чтобы забить хер и жить дальше, я решил, что поеду снимать вулканы в Центральную Америку, а потом и по всему миру. У меня снова родился проект, как это бывает обычно, и как это обычно раздражает Лену.
Мой проект в том, чтобы проехаться по вулканам и узнать как они влияли и влияют на нашу жизнь. Какой-то вулкан нас уничтожит, другой даст нам плодородную почву, третий создаст вокруг себя культ фанатиков. И один из них прямо здесь, в Гватемале.
Здесь тот, что создал культ фанатиков.
Оказывается, что на маленький никому не известный вулканчик Cerro Quemado каждый день лезут толпы христиан Евангелистов. Каждый день они устраивают ритуалы изгнания дьявола, вымаливают у Иисуса визы в США и просят за диабет.
Они расчищают лавовые поля под свои церквушки. И картина становится похожа больше на исход евреев. Волшебно!
Нам не грозят серьезные растраты, потому что у нас никогда нет денег. Но мы пользуемся смекалкой. Мы меняем свои навыки на еду, грубо говоря. Вообще, фотографам заграницей можно можно неплохо промучиваться: кто-то живет в дорогих отелях и фотографирует их, кто-то на экскурсии катается.
Мы нашли Нестора. Нестор -молодой безумный фанат латинских танцев. Он настолько безумен и фанатичен, что приехал однажды к нам в госпиталь дать нам халявные урок по танцам. А потом переключился на соседских детишек и им устроил танцы. Добраться до нас было непросто. Я встретил Нестора в ближайшем городе, показал на грузовик, засунул его туда. А грузовик повез его в горы примерно в сторону нашего поселка. Только что выбросил его на полпути, и Нестор дальше поперся пешочком.
С безумным Нестором было легко. Я ему сказал, что буду его фотографировать, а он нас танцевать научит.
Мы нашли Нестора. Нестор -молодой безумный фанат латинских танцев. Он настолько безумен и фанатичен, что приехал однажды к нам в госпиталь дать нам халявные урок по танцам. А потом переключился на соседских детишек и им устроил танцы. Добраться до нас было непросто. Я встретил Нестора в ближайшем городе, показал на грузовик, засунул его туда. А грузовик повез его в горы примерно в сторону нашего поселка. Только что выбросил его на полпути, и Нестор дальше поперся пешочком.
С безумным Нестором было легко. Я ему сказал, что буду его фотографировать, а он нас танцевать научит.
А тем временем у нас новое приключеньице:
Мы целый месяц снимали как наша русская девочка врач Вика Валикова построила госпиталь в Гватемале, открыла его и принялась лечить гватемальцев.
Жизнь ее не так проста, на самом деле. Предыдущий абзац - это слишком короткий пересказ.
На самом деле Вика прошла через огонь и лед. Она выстояла, когда из-за ссоры к ним в госпиталь прилетел коктейль молотова. Она не потеряла духа, когда несколько месяцев просидела в монастыре на Гаити, работая там врачом. История на Гаити закончилась тем, что она укололась ножницами в крови пациентки.
Так что мы решили прочувствовать жизнь Вики поярче и вместо того, чтобы досиживать тепленькие деньки а госпитале, отправились в самую жару. Мы едем автостопом в Гондурас через Сан Педро Сулу - самый опасный город на свете (как говорит википедия) за пожертвованиями для клиники. Пожертвования мы загрузим в несколько здоровых рюкзаков и попытаемся незаметно пронести их через границу обратно в Гватемалу.
Нас ждут чееееертовские приключения. А я вас пишу прямо из цивильнейшего KFC в Сан Педро Суле. Тут ночь!
Нр переключайтесь!
Мы целый месяц снимали как наша русская девочка врач Вика Валикова построила госпиталь в Гватемале, открыла его и принялась лечить гватемальцев.
Жизнь ее не так проста, на самом деле. Предыдущий абзац - это слишком короткий пересказ.
На самом деле Вика прошла через огонь и лед. Она выстояла, когда из-за ссоры к ним в госпиталь прилетел коктейль молотова. Она не потеряла духа, когда несколько месяцев просидела в монастыре на Гаити, работая там врачом. История на Гаити закончилась тем, что она укололась ножницами в крови пациентки.
Так что мы решили прочувствовать жизнь Вики поярче и вместо того, чтобы досиживать тепленькие деньки а госпитале, отправились в самую жару. Мы едем автостопом в Гондурас через Сан Педро Сулу - самый опасный город на свете (как говорит википедия) за пожертвованиями для клиники. Пожертвования мы загрузим в несколько здоровых рюкзаков и попытаемся незаметно пронести их через границу обратно в Гватемалу.
Нас ждут чееееертовские приключения. А я вас пишу прямо из цивильнейшего KFC в Сан Педро Суле. Тут ночь!
Нр переключайтесь!
А выехали мы вчера из прекрасного места в Антигуа - сняли охрененную виллу с теплым бассейном и устроили там большую тусовку. Вилла на шестерых стоила 2800 рублей, в нашем распоряжении были два этажа с полноценной кухней, многочисленные террасы и часовня 17 века