Что касается налетов на Москву, то тут есть и плюсы. Возможно, кто-то наконец увидит реальную обстановку не в наполненных враньем отчетах, а собственными глазами — в окно.

Мы играем, к сожалению, не против полных кретинов. Мы играем против самых компетентных специалистов по геополитической борьбе.

И нам придется либо уничтожить Украину, либо самим погибнуть, раз уж мы во всё это вписались.

Иначе нам не дадут.

Иначе и начинать не надо было.

Иначе будет бесконечное дрочево.

Все мечты о смене в Киеве политического режима, о дружбе народов и мирном сосуществовании с «братушками» следовало выкинуть даже не в 2022-м, а еще в 2014-м.

Я вообще этого не понимаю и никогда не понимал: что за куколдский у нас подход и что за тупорылая у нас стратегия.

Нормальная стратегия выглядит как? «Отстаньте от Донбаса, иначе мы вас всех убьем. Скинем ядерную бомбу».

Не отстают? Скидываем бомбу.

Вот и всё, вот и весь разговор. В следующий раз будут думать.

Может даже уважать нас кто-нибудь начнет.

А вот эти вот заламывания рук и стоны УКРОНАЦИСТЫЫЫ от наших официальных лиц в ответ на каждый удар по гражданам это просто смешно и стыдно. Это позиция терпилы.

Если не готовы убить разом всех врагов России безо всякой жалости — нехер вообще начинать какие-либо боевые действия.

⚡️Вы думали, всё конечно?)

Помните, кроме моего иска в суд, мы ещё подавали заявления в СК на Первый канал за шуточку про русских?

Вот, пришёл ответ. Назначена лингвистическая экспертиза.
Посмотрим, что будет дальше.
Кстати, кому ещё пришёл ответ?

По суду тоже ничего ещё не кончено. В скором времени опубликую подробности.

Продолжение следует.

#иск
#русские
#телевидение

Мифология «воевать по-настоящему» стоит на том, что есть какой-то скрытый мощный ресурс, который если задействовать, сразу начнём побеждать. Этот ресурс есть, и он организационно-кадровый, а не какой-то иной. Но и там надо полгода-год, чтобы изменения заработали. Учитывая, что нынешняя война идёт за то, чтобы всё осталось по-старому — задействован он не будет.

https://t.me/big3russia/7675

Ёмко о том, что и я постоянно пишу.

Система не будет "воевать по-настоящему", потому что это требует такой реорганизации, которая угрожает её участникам потерей абсолютно всего. Причем снизу доверху, от рядовых начальников территориальных и отраслевых подразделений до самой верхушки.

Юмор ситуации в том, что и не "воевать по-настоящему" система тоже больше не может.

Налицо ленинский кризис верхов-низов, только в новой форме.

Премиальная подписка на мой закрытый канал "Баранчик DaSein". Цена подписки на месяц - меньше, чем упаковка семечек в Дикси. Велкам)

Чтобы не пугаться незнакомых слов - DaSein - это ключевое понятие философской концепции Мартина Хайдеггера, одного из ключевых немецких философов ХХ века, наряду с Гуссерлем и Гадамером. Означает - "Вот-бытие", "за-бытие", то, что лежит в основе бытия, но то, что мы в силу особенностей нашего мышления и языка можем увидеть только по косвенным признакам.

Очень похоже, кстати, на концепцию языковых игр позднего Людвига Витгенштейна (только абсолютно в другом дискурсе и понятийном аппарате, который старался опираться на язык классической немецкой философии, оставаясь в рамках феноменологической традиции), который также полагал, что суть мышления и его механизмов мы можем увидеть только по косвенным признакам функционирования нашего языка. Самый точный аналог - это как черная материя в космосе, которую мы не наблюдаем, но которая составляет 80-90% всего космоса - как вакуума, так и массы объектов.

Кстати, именно концепция языковых игр позднего Витгенштейна легла в основу программы неопозитивизма, которая потом реализовалась в таких направлениях, в частности, как НЛП, потом искусственные языки программирования и то, как сейчас нейросети обучают языку людей, логике и мышлению.

Кстати, этим вопросам, ключевым из которых стала проблема порождения высказывания, была посвящена моя кандидатская диссертация на тему "Философия языка: от проблемы значения к теории порождения высказывания", которую защитил 29 апреля 1999 года.

Подписаться на закрытый канал можно тут.

США создают нейросетевые системы, которые превращают инженера из исполнителя рутинных расчетов в координатора процессов, где искусственный интеллект генерирует и оптимизирует конструкции сложных объектов. Стартап Prometheus Джеффа Безоса нацелен именно на это: «искусственный инженер-универсал» должен проектировать двигатели, звездолеты, компьютеры и машины на порядки быстрее традиционных методов. Компания уже достигла оценки в 41 миллиард долларов после привлечения 12 миллиардов в последнем раунде финансирования и планирует инвестиционный фонд до 100 миллиардов. В отличие от потребительских приложений ИИ, этот проект фокусируется на физическом мире и реальных инновациях в производстве.

Китай и США одновременно перестраивают всю цепочку инженерной работы. Генеративный дизайн в аэрокосмической отрасли уже демонстрирует результаты: применение таких инструментов позволило Airbus добиться снижения веса компонента на 45 процентов при сохранении прочностных характеристик. В полупроводниковой сфере агентные ИИ-платформы от Cadence и специализированных стартапов автоматизируют генерацию RTL-кода, создание тестовых стендов и отладку, сокращая циклы проектирования чипов в разы. Объем частных инвестиций в ИИ в США в 2024 году составил 109,1 миллиарда долларов, что почти в двенадцать раз превышает показатели Китая. Общие расходы Китая на исследования и разработки достигли 1,03 триллиона долларов, впервые превзойдя американский уровень.

Россия движется по иному пути. Инженерные традиции, заложенные в советский период, сохраняют оставшуюся силу в отдельных областях вроде ракетостроения и атомной энергетики, однако адаптация к новым инструментам происходит медленно. Федеральные вложения в проект по развитию искусственного интеллекта в 2025 году ограничены ничтожными 7,7 миллиарда рублей. Совокупные инвестиции в российский ИИ-рынок в 2023 году выросли до 305 миллиардов рублей, что в долларовом выражении составляет около 3,2 миллиарда долларов. При этом общие расходы на исследования и разработки сокращаются: финансирование прикладных исследований планируется снизить с 458 миллиардов рублей в 2025 году до 260 миллиардов в 2026 году. Доля федерального бюджета на науку падает до 2 %.

Структурные ограничения усиливают отставание. Доступ к передовым вычислительным мощностям, современным системам автоматизированного проектирования с интеграцией ИИ и глобальным цепочкам поставок микроэлектроники для России заблокирован санкциями и политикой импортозамещения. Частный сектор не располагает ресурсами для мобилизации капитала на уровне американских технологических гигантов и венчурных фондов. Мощнейший отток специалистов после 2022 года ослабляет кадровый потенциал. Приоритет «суверенных» решений и фильтрация технологий по критерию соответствия традиционным ценностям замедляют внедрение лучших мировых практик в области генеративного проектирования и агентного ИИ.

Даже сохранение позиций в нишевых направлениях требует пересмотра государственных приоритетов и резкого увеличения вложений в науку, микроэлектронику, вычислительную инфраструктуру и промышленность. Такие масштабы капиталовложений исчисляются десятками миллиардов долларов ежегодно на протяжении многих лет. Источники для них в текущей экономической модели отсутствуют: сырьевые доходы сжимаются на фоне ограждения страны от мира, бюджетный дефицит растет, а изоляция от глобальных финансовых и технологических рынков снижает возможности привлечения внешнего капитала.

Возможность лидерства в инженерной сфере для России утрачена на долгосрочную перспективу. Новые инструменты создают эффект кумулятивного усиления для тех, кто уже интегрирован в обновленную экосистему проектирования и производства. Чтобы занимать достойные позиции хотя бы в отдельных направлениях, необходима не постепенная корректировка, а фундаментальная переориентация ресурсов и готовность интегрировать передовые практики независимо от их происхождения. Текущий курс самоизоляции и ограничения на заимствование технологий по ценностным основаниям делает такую переориентацию маловероятной в обозримые сроки.

@ex_trakt

Дежурно замечу (вновь, да), что Москва — точка наибольшей концентрации систем противовоздушной обороны в России. Глубоко эшелонированная, многократно резервированная, количественно насыщенная.

Иронично, что атакуют эту «противовоздушную крепость» классические самолеты-снаряды — техника, максимально близкая по своей концепции и характеристикам к прародителю данного типа средств воздушного нападения в лице ФАУ-1. Это не крылатая ракета, но и не то, что общепринято называть «дроном». Самолет-снаряд — это емкий классический термин.

Ключевое их достоинство в реалиях войны XXI века — это не тактические свойства, но доступность, воспроизводимость, стоимость. Эффективное оружие войны на истощение — но не прорывное. Нужно напомнить, что аналогичные системы успешно и массово перехватывались британскими тяжелыми зенитными орудиями и истребителями... в 1944 году.

Российская «военная аналитика» часто любит заявлять о том, что текущий формат воздушной войны якобы не соответствует техническому уровню ПВО РФ, которое не предназначено для «борьбы с фанерными самолетиками» (с). Это весьма искаженная логика очень неумно выстроенной пропаганды. Если ПВО не в состоянии перехватить медленную, маломаневренную, лишенную внешних сенсоров и управления цель, то едва ли оно может справиться с современным боевым самолетом или малозаметной крылатой ракетой (что и демонстрирует практика боевого применения российских ЗРК в Венесуэле и Иране, да и автор этих строк видал некоторые боевые эпизоды лично и, скажем мягко, был не впечатлен итогами).

Российское ПВО как концептуально, так и технически — продукт 70-х годов XX века. Это набор очень узконаправленных и специфических решений, которые смотрелись устаревшими уже в эпоху цифровой революции 80-х, которые предназначены для борьбы с авиацией 2/3 поколения и соответствующей им тактикой. На это же наложилось полное игнорирование сфер организации разведки, коммуникации и управления в современном их облике, а огромный объем агрессивной пропаганды полностью исключил возможности критической оценки, обратной связи и, соответственно, устранения недостатков.

Говоря проще, проблематика украинских ударов по российской территории — не в ударах, а в самой концепции, принципах и техническом оснащении ПВО РФ. Несовершенство и ограниченность украинского арсенала показывают в моменте крайне щадящий сценарий развития событий без действительно масштабных поражений инфраструктуры, массовых жертв среди населения и гуманитарных кризисов.

Всё это неизбежно произошло бы в случае столкновения с хорошо оснащенным противником. Впрочем, в данном отношении РФ находится в некоторой безопасности: ни ЕС, ни США (что наглядно доказала их недавняя кампания против Ирана, серьезно истощившая западные запасы высокоточных ракет и выявившая жесткий лимит военных ресурсов) не способны сейчас вести полноценную затяжную воздушную кампанию на истощение против такой территории. Но безопасность это временная — она будет длиться ровно до того момента, пока украинско-европейские военно-промышленные инициативы не дадут свои плоды.

Иными словами, происходящие украинские воздушные операции — демонстрация прежде всего неэффективности ПВО РФ именно там, где оно должно было бы показать класс против простейших целей. Оправдание «мы не готовы к фанерным самолётикам» — это confession of incompetence, признание в том, что система не способна адаптироваться к угрозам даже на уровне 1944 года.

И главный вопрос лишь в том, насколько ситуация деградирует тогда, когда Украина получит полноценные ракетные системы в достаточном количестве.

@atomiccherry 💯

Меморандум США и Ирана: совсем не финал конфликта

Судя по СМИ, США и Иран закончили войну, которую сами же начали 28 февраля. Но подписали они не мирный договор, а промежуточную бумагу — меморандум о взаимопонимании. Он только запускает 60 дней переговоров о настоящей сделке. Силы у него пока нет: любая сторона может выйти в любой момент, и Трамп прямо грозит снова бомбить, если ему что-то не понравится.

Всего в меморандуме 14 пунктов. Пункты 1–3 подразумевают немедленное и «постоянное» прекращение огня на всех фронтах, включая Ливан; взаимное уважение суверенитета; финальная сделка за максимум 60 дней. Пункты 4–5 – то, что США за 30 дней снимают морскую блокаду и отводят силы от иранских вод (полный отвод — после финальной сделки). Иран обеспечивает бесплатный проход судов через Ормуз в ближайшие 60 дней и через диалог с Оманом определяет будущее администрирование пролива.

Пункты 6–7 описывают фонд реконструкции Ирана (не менее $300 млрд) с партнёрами по региону и отмена всех санкций — ООН, по линии МАГАТЭ и односторонних США, первичных и вторичных, по согласованному графику. Пункты 8–9 - Иран подтверждает, что не будет создавать ядерное оружие, запасы обогащённого урана — «понижающее разбавление на месте» под надзором МАГАТЭ. Вопрос обогащения вынесен в будущие переговоры. Пункты 10–12 - немедленные лицензии Минфина США на экспорт иранской нефти, разморозка активов, исполнительный механизм контроля. Пункты 13–14 описывают последовательность действий, а финал закрепляется обязывающей резолюцией СБ ООН.

Иран получил почти всё материальное: конец войны, снятие санкций, разморозку денег, экспорт нефти и $300 млрд на восстановление. При этом режим устоял, власть перешла к сыну убитого лидера — Моджтабе Хаменеи, а ядерные мощности, ракеты и союзники-прокси целы. Обещание «не делать бомбу» Иран дать может – он и так это обещает последние лет 20.

США в лучшем случае вернулись к положению «до войны». Открылся Ормуз, подешевела нефть, спало давление на инфляцию. Но уничтожить иранские ракеты, вывезти уран и сломать режим — не вышло. В этом плане, однозначный проигрыш США.

Самое понятное и прочное в сделке — деньги и нефть: это выгодно всем, поэтому, скорее всего, будет работать. Самое слабое — Ливан и Израиль. Пункт 1 обязывает «прекратить военные операции на всех фронтах, включая Ливан», и гарантировать суверенитет Ливана. Но единственный актор, который реально воюет на ливанском фронте, — Израиль — документ не подписывал и публично заявляет, что никому не должен. Министр нацбезопасности Бен-Гвир прямо сказал: «соглашение Трампа нас не обязывает», а министр обороны Кац пообещал, что ЦАХАЛ останется в зонах безопасности в Ливане, Сирии и Газе без всякого ограничения по времени. То есть США подписались под обязательством, физически исполнить которое они без принуждения Израиля не могут.

Как это будет работать – неясно, и порог срыва всей сделки минимальный. Одна ракета по северу Израиля заставит Нетаньяху ответить, один израильский удар или взорвавшийся пейджер даст Ирану повод снова перекрыть Ормуз. Получается, судьбу сделки держат в руках те, кто в ней меньше всего заинтересован. Потому что, если война заканчивается без результата, то в октябре на выборах Нетаньяху проигрывает, а дальше, с большой вероятностью, в тюрьму.

В ближайшие недели перемирие, скорее всего, удержится — всем выгодно: дешёвая нефть, усталость от войны, деньги. Экономическая часть поедет сама по себе. А вот финальную сделку за 60 дней целиком вряд ли реализуют. Скорее всего, потребуется пролонгация сроков. Ну, и следить надо не за церемонией в Швейцарии, а за югом Ливана. Это самое важное. Израиль вряд ли будет просто так стоять в сторонке и наблюдать за резким и качественным военным и геополитическим усилением Ирана - своего главного врага.

🤲 Друзья, если у Вас есть возможность, не в ущерб себе, помогите пожалуйста приюту.

У нас огромные долги за корм! 😭

Мы обращаемся к Вам с огромной, сердечной просьбой 🙏

С таким огромным количеством животных одним нам очень тяжело... 😔
У нас более 120 хвостиков! 🐕

❗С кормом просто катастрофа...

Помогите нам пожалуйста 😿🙏

Не оставляйте нас наедине с текущими проблемами...
Одним нам не справиться!

Аккаунт приюта: @serdce_druga

🐾 Реквизиты для помощи с пометкой «благотворительность» :

8-999-782-90-26

2202208819325813 (Сбер)
5536913963142290 (Т-Банк)
2200152912479303 (Альфа)
2200240415749338 (ВТБ)

Дарья Павловна Т

Разговоры экспертов о том, что пора перестать надеяться на переговоры и, наконец, ударить из всех Калибров по Киеву, чтобы сбить Европе пыл наступления, стали похожи на старый советский мультик «Ограбление по-итальянски». Там все кричали главному герою: «Джузеппе, когда же ты, наконец, пойдёшь грабить банк?». И хотя все вокруг буквально заставляли его это сделать, герой всё взвешивал и медлил. Ведь решившись, он перейдёт в другую реальность, и переделать потом шанса уже не будет.

Физиолог Иван Павлов говорил, что страх – это тормоз. Внезапный испуг - и человек замирает. Его понимание похоже на круг с сужающейся окружностью. А смелость – это след ноги в этой окружности. Добровольный шаг внутрь круга, в котором тебя будут тормозить страхи. Но ты войдёшь внутрь, потому что ты так решил. Ты упрёшься в пределы, но шагнёшь туда, потому что «делай, что должно, и будь, что будет».

Путин понимает, что будет после ударов по ЛПР и местам их дислокации. Потому его много лет призывают это сделать, а он медлил. Пробовал другие варианты. Понимал, что эскалация в этом случае полетит галопом. Готова ли к ней страна? Это единственная причина сомнений. Путин выбирал все степени свободы в этом решении, пока их не осталось совсем.

Проблему эксперты видят в том, что они сейчас повторяют то, что говорили много лет. И до начала СВО, и после её начала. Уже устали говорить одно и то же. Что надо войти в круг, раздвинув его пределы, потому что иначе тебя в этот круг втолкнут, и это не то же самое, что сделать это самому. Эскалация – это то, чего боятся на Западе все: и Вашингтон, и Лондон, и Брюссель со всеми столицами. Но нам они показывают, что они еще те "гальские петухи" - мол, держите нас семеро. Хотят нас взять на понт и запугать. G-7 решила вопрос с дожатием Трампа, которому сейчас надо кем-то прикрыть свой иранский позор. Теперь он спешит возглавить то, что не может предотвратить – у него своя проблема выживания.

У нас больше не осталось обоснованных мотивов потянуть ещё немного времени. Иначе удары по России будут рушить не НПЗ, а легитимность власти. И молчать об этом бессмысленно - враги целятся именно сюда. И они донесут эту мысль до россиян, даже если в СМИ об этом будет заговор молчания и никто не будет постить фото и видео пожаров над Москвой - знать-то все равно будут.

Перехват инициативы на поле боя и в информационке – вот единственное, что может сейчас спасти ситуацию. Нужен шокирующий непредсказуемый удар, от которого Запад зависнет. И как начнёт приходить в себя – добавить новый. А потом ещё. И еще. И еще. Нужно сломать им шаблон восприятия России, сложиться которому мы помогли сами. Толстовство (непротивленье злу насилием) надо поменять на наполеоновское «нужно ввязаться в драку, а там видно будет». Дальше отступать уже некуда. Приплыли. Позади Москва.

Смогут ли это сделать те кадры, которые действуют сейчас? Хочется сказать «должны», но в это уже слабо верится. Ротация запланирована на ноябрь, но события летят так, что в ноябре легитимность власти превратится в Титаник после встречи с айсбергом. Ротация была нужна год назад. Даже сейчас не поздно - события летят с такой скоростью, что важен каждый месяц, каждая неделя. Сейчас тянуть до после выборов с переназначением всех ключевых персонажей ключевых ведомств – это «вчера было рано, а завтра будет поздно». Нынешние предсказуемы и понятны. Они не будут менять Вертикаль на Сеть. И сами не вытянут, и другим не дадут. Так врага не обогнать. Промедление смерти подобно.

Нам всё время не хватает нескольких месяцев. Это стало шаблоном. Его надо срочно менять. Времени больше нет. Или мы заглушим их, или они заглушат нас. Уже начали. Ждать полной блокады Крыма и взрывов в Москве – это проиграть так, что никакие успехи под Краматорском не компенсируют. Мы с врагом взяли друг друга за горло. Кто первым рванёт за кадык, тот и выиграл.

Или это сделает эта власть, или страна кликнет новых мининых и пожарских. Чтобы не допустить новой Смуты. Такое уже в истории России было. И не один раз. И политкорректно молчать об этом – значит, предавать Родину. Народ будет искать варианты спасения. Время, когда он безмолвствовал, подходит к концу. Выборы в Госдуму - это край.

Война больше не удел элит, она стала делом народа. И дальше будет им ещё больше. Элиты, если они элиты, должны повести народ к Победе. Все уже заждались. Пора начинать. Давно пора.

МИД РФ: ЕАЭС готов быстро рассмотреть членство Узбекистана

Юрий Баранчик, специально для МЭФ

«Если Узбекистан направит заявку, конечно, я думаю, она будет удовлетворена в соответствии с процедурой в максимально короткие сроки», — заявил «Известиям» замглавы МИД России Александр Панкин.

Просто так подобные вещи не говорятся. Особенно с учетом того, что премьер-министр России Михаил Мишустин начал рабочий визит в Узбекистан, где принимает участие в пленарном заседании V Ташкентского международного инвестиционного форума.

Перед Москвой стоит довольно простая проблема, особенно на фоне виляния Армении. После начала СВО, ЕАЭС из инструмента экономической интеграции постепенно превратился ещё и в инструмент обеспечения устойчивости российского экономического пространства. Чем сильнее санкционное давление, тем выше ценность единого рынка, общей логистики, унификации стандартов, финансовых расчётов и свободного движения рабочей силы. И параллельного импорта.

Если присмотреться, то даже странно, почему Узбекистана в нашей схеме до сих пор нет. Сегодня в стране проживает около 38 миллионов человек. Это больше населения Армении, Киргизии и Казахстана вместе взятых. К тому же, выгодная демография: пока Россия, Белоруссия и даже Казахстан сталкиваются со старением населения, Узбекистан ежегодно прибавляет сотни тысяч молодых работников.

Поэтому вопрос членства Узбекистана — это вопрос масштаба самого ЕАЭС. Включение Узбекистана разом увеличивает рынок примерно на 15–16% по населению. Одновременно ЕАЭС получает крупнейший трудовой резерв региона и ключевой транзитный узел между Россией, Казахстаном, Афганистаном и Южной Азией.

Последнее недооценивают – а зря. Потому что в Центральной Азии нарастает конкуренция сразу нескольких интеграционных проектов. Россия предлагает ЕАЭС, Китай продвигает инициативу «Один пояс — один путь», Турция – Организацию тюркских государств. Запад пытается строить собственные транспортные и инвестиционные коридоры через Каспий и Южный Кавказ. Поэтому вопрос членства Узбекистана — это не столько экономика, сколько вопрос выбора центра тяжести региона.

С точки зрения Ташкента ситуация выглядит сложнее. Россия остаётся одним из крупнейших торговых партнёров Узбекистана. Россия остаётся главным рынком трудовой миграции. Денежные переводы трудовых мигрантов ежегодно приносят узбекской экономике миллиарды долларов. Дополнительное снижение барьеров внутри ЕАЭС может дать серьёзный прирост торговли и инвестиций. Однако существуют и риски, в первую очередь, санкционные. Россия не выглядит единственным покупателем на этом базаре, географические преимущества Узбекистана понимают не только у нас.

Вероятность вступления Узбекистана в ЕАЭС резко возрастёт, если изменится международная среда. Например, начнётся серьёзная фрагментация мировой торговли на региональные блоки, усилится санкционное давление на транзитные государства или произойдёт резкое ухудшение ситуации в Афганистане. В таких условиях преимущества большого интеграционного пространства начинают перевешивать издержки ограничения суверенного манёвра.

Сейчас, на фоне вражеских ударов по Москве, многие коллеги справедливо сокрушаются: а где наше ПВО?

Давайте прибегнем к «голой» статистике. После 1991 года расформировали (читай уничтожили) следующие военные училища, выпускающие высококлассных специалистов ПВО (это только на территории РФ):

- Орджоникидзевское зенитное ракетное училище имени генерала армии Плиева (1990);
- Ленинградское высшее военно-политическое училище ПВО имени Ю. В. Андропова (1992);
- Энгельсское высшее зенитное ракетное командное училище ПВО (1994);
- Красноярское высшее командное училище радиоэлектроники ПВО (1998);
- Санкт-Петербургское высшее зенитное ракетное командное ордена Красной Звезды училище (1998);
- Нижегородское высшее зенитное ракетное командное училище (1999);
- Пушкинское высшее ордена Красной Звезды училище радиоэлектроники ПВО имени маршала авиации Е. Я. Савицкого (2006);
- Оренбургское высшее военное зенитно-ракетное командное краснознамённое училище имени Орджоникидзе (2011);
- Санкт-Петербургское высшее училище радиоэлектроники ПВО (2011).

И перечень этот неполон.

Все эти уничтоженные в «миролюбивом угаре» кузницы кадров для войск ПВО имели уникальную научно-техническую базу. Они являлись центрами изучения методики и тактики применения средств ПВО, в том числе и в перспективном её сегменте. «Реформаторы» сломали налаженные научно-технические связи и частично выхолостили процесс обучения.

Тут надо пояснить, что ПВО – сложный комплекс сил и средств, которые необходимо применять в совокупности и с учётом особенностей ТВД при полном комплекте затратных обеспечительных мер. Во времена СССР каждое училище ПВО было в этой связи уникальным. То есть готовило специалистов своей узкой специализации.

Оренбургское училище, например, готовило командные кадры для ПВО корпусного и армейского звена («Круг», «Бук», «С-300»). А инженеров в этом же сегменте – училище Киевское. Они не готовили спецов ПЗРК или систем малой дальности.

Это – как у медиков: сначала общая практика, а потом – своя узкая специализация. И если изничтожить сегмент, в котором готовят, например, хирургов-стоматологов, то подготовка таких специалистов на базе полостной хирургии не даст должного эффекта.

Помните пошлый, но знаковый анекдот про нюансы? Так вот, именно важные нюансы подготовки и были утрачены под руководством «эффективных менеджеров», для которых ПВО – всё едино: такие большие штуковины, которые должны воздушные цели сбивать.

А то, что цели бывают разные? А то, что сбивать их необходимо, применяя соответствующие силы и средства, чтобы достичь максимальной эффективности и не иметь эффекта «из пушки по воробьям»? А то, что эти средства должны применяться системно и комплексно? Не, не слышали.

Вот и получилось, что ПВО в век, когда средства воздушного нападения имеют приоритетное значение, нам стало не нужно. Ибо мы со всеми «дружили». А за счёт сокращения финансирования процесса подготовки кадров для ПВО можно было сэкономить деньги. Или своровать.И начать покупать, например, картины. Или дома в Ницце и Лазурном берегу.

Так чему же мы теперь удивляемся, коллеги? Ломать - не строить.