Маги шутят
4.7K subscribers
5.36K photos
79 videos
5 files
1.6K links
Маги не шутят.

Официальное отделение в Телеграм. Авторский канал эзотерического юмора. Только качественный контент. Официальные страницы на других ресурсах: vk.com/bash_mag ; fb.com/esolike
Download Telegram
Возлюби ближнего своего, как самого себя.
Я сказал возлюби, а не возненавидь!
— Я джинн и готов исполнить твоё желание!
— Хочу, чтобы человечество, наконец, переселилось на Марс!
— Хорошо.

*1001 метод, как погубить всё человечество одним желанием*
Однажды мимо самого обычного человека пролетела великая истина.
Но он её не заметил. Разлетались тут, понимаешь.
#классика_МШ

Будьте осторожны: новые знания могут изменить ваши заблуждения на новые.
👍1
— В чём же секрет твоего вечного хорошего настроения и самочувствия?
— Я, если вижу себя в зеркале хмурым, быстро нахожу этого демона и устраиваю сеанс экзорцизма. И готово!
#классика_МШ

— Как вам удаётся сохранять радость и не быть несчастным, несмотря ни на что?
— А что такое "несчастный"?
— Это когда чувствуешь себя плохо, всё вокруг неприятно, обидно, страшно и так далее.
— А зачем? Что я с этого буду иметь?
🥰1
— Как ты себя чувствуешь?
— Как рыба в воде! Пресноводная рыба в солёной воде.
#классика_МШ

Наблюдал себя со стороны.
Сторона слегка смущалась.
О времена, о нравы.
Пришел к экзорцисту — попал к психотерапевту, а пришел к психотерапевту — попал к экзорцисту.
На самом деле конфеты придумали демоны, чтобы откармливать людей до пригодных им размеров.
Мысли материализовывались, материализовывались, да не выматериализовались.
Ничто так не украшает человека, как человек.
👍1
#классика_МШ

Нет смысла верить или не верить в сверхъестественное. Оно либо вас не спрашивает, либо и не встречается.
Вселенная всегда предлагает варианты лучше.
Профессиональный спаситель всегда найдёт себе катастрофу.
Я - Монстр. (c) ЧеширКо #классика_МШ

Это я заглядываю по ночам в окна ваших домов. Это мой темный силуэт вы можете заметить краем глаза за стеклом, когда тушите свет в комнате. Это мои когти иногда оставляют следы на подоконниках. Это мой взгляд вы чувствуете на себе, когда кроме вас никого нет в доме. И это мой голос похож на завывания ветра.

Не подумайте, что я заглядываю в ваши жилища, чтобы вас напугать. Нет, мне это не нужно. Просто мне интересно наблюдать за вами. Поверьте, в тех местах, в которых я обитаю, не так уж много интересного, если не считать пауков, мокриц и многоножек. Все они похожи друг на друга и ведут себя одинаково, а вы нет. Вы все разные. Еще ни разу я не видел двух одинаковых людей.

Конечно же, и у вас тоже есть общие черты. Самое первое, что я заметил, когда стал интересоваться вами, это то, что в окна чаще всего смотрят или маленькие люди (если не ошибаюсь, вы их называете словом "дети"), или старые. А вот средние почти не смотрят (хотя именно средние чаще всего моют окна). Я стараюсь не показываться вам на глаза, но иногда так случается, что какой-нибудь маленький человек замечает мой силуэт за стеклом. Он сразу же начинает кричать, иногда у него из глаз течет вода. К нему тут же подбегают средние и зачем-то хватают его на руки и прижимают к себе. Как будто я хочу его у них отобрать. После этого они внимательно вглядываются в окно, а затем закрывают его тряпкой, которая, наверное, специально для этого и предназначена.

Однажды ночью я бродил по улицам и заглядывал в окна. За одним из них я увидел маленького человека. Он сидел на полу и у него из глаз текла вода. Я тогда очень удивился этому и в мою голову даже пришла смешная мысль о том, что на свете существуют другие монстры и кто-то из них недавно заглянул в это окно и напугал маленького человека. Эта мысль так развеселила меня, что я случайно ударился головой о стекло. Маленький человек посмотрел в окно и вдруг оскалился. Он вскочил на ноги и подошел к стеклу. Я ни разу не видел, чтобы маленькие люди так себя вели. Меня это так напугало, что я со всех ног бросился бежать, а он открыл окно и принялся кричать мне вслед: "Папа! Я знала, что ты вернешься! Пап, куда ты?". Я не знаю, кто такой этот Папа, но больше я к тому окну никогда не подходил - не хотелось бы с ним случайно встретиться, если он вернется.

Некоторое время назад мне было интересно наблюдать за двумя средними людьми. Они жили за одними окнами и каждый вечер кричали что-то друг другу. Один из них был с длинной шерстью на голове, а другой с короткой. Длинношерстный во время крика хватал разные предметы и бросал их в короткошерстного. Тот уворачивался от них и что-то кричал в ответ. Затем длинношерстный замолкал и у него из глаз начинала течь вода. Мне было интересно и весело наблюдать за ними, но потом я увлекся другими окнами и на некоторое время забыл об этих двоих. Спустя какое-то время, когда я снова пришел, чтобы посмотреть на них, то увидел, что с длинношерстным теперь живет другой человек. Тоже средний и тоже короткошерстный. Но теперь они не кричали, а тихо разговаривали и скалились. А еще иногда обхватывали друг друга руками и пытались откусить друг у друга губы. Это было такое страшное зрелище, что я стал обходить это окно стороной. Кстати, первого короткошерстного я потом видел рядом с тем домом, в котором маленький человек ждал Папу.
Да, забыл рассказать про случай со старым человеком. Однажды я заглянул в одно окно и тут же наткнулся на его взгляд. У него на голове росла белая шерсть, а кожа была такой, как будто ее было слишком много - вся в складках. Он лежал на кровати и смотрел на меня очень внимательным и немного печальным взглядом. Затем в комнату вошел другой старый человек. Я не знаю, какого цвета у него была шерсть, потому что на его голове была какая-то цветная тряпка. Первый старый человек что-то сказал и показал пальцем на окно. У второго из глаз тут же потекла вода, он наклонился над белошерстным и принялся гладить его по голове. Мне почему-то стало смешно и я ушел, а когда вернулся через много дней, то белошерстного уже не было в доме. В нем остался только второй человек. У него постоянно текла вода из глаз, а цветная тряпка на голове почему-то стала черной.

Недавно я разглядывал в окно одного среднего человека и он меня заметил. Он закричал так громко, что я чуть не оглох. Конечно же, я убежал, но через несколько дней вернулся и оказалось, что теперь этот человек спит при свете. С тех пор, когда другие люди гасят свет и я перестаю их видеть из-за стекла, я каждую ночь иду к его дому, стою возле окна и смотрю на него, пока он спит. Он очень добрый человек, раз позволяет мне это делать. А кричал он, наверное, от радости. Зря я тогда испугался его крика.

Иногда мне кажется, что я многого не понимаю. Я не знаю, почему из ваших глаз течет вода и зачем вы пытаетесь откусывать друг у друга губы. Я могу только догадываться о том, кто такой Папа и что означает цвет тряпок на головах старых людей. Я не знаю всего этого и мне не у кого об этом спросить. Я один на этом свете, а ваши окна - мое единственное развлечение, но мне совсем не хочется, чтобы вы меня боялись. Давайте договоримся. Если вдруг вы заметите за стеклом мой силуэт, то просто оскальтесь и помашите мне рукой. Тогда я буду знать, что вы не хотите меня видеть и я больше не буду приходить к вашему окну. Если же вы захотите увидеть меня снова - кричите. Кричите как можно громче и не выключайте ночью свет. Я обязательно загляну к вам на огонек.
Следующий

За дедом Лукьяном водится дурная привычка – всюду носить с собой лопату. И никому не ведомо, как давно дед обзавёлся этим зловещим инструментом. Ржавчина проела лезвие почти насквозь и похожа на сетку кровеносных сосудов. Ржавеносных.

— Кто следующий? — хрипит дед Лукьян, вставая в очередь в магазине.
— А на кой тебе знать, кто следующий, дед? — удивляется проезжий человек с заспанными глазами, — За мной будешь. Я последний.

Дед живёт в посёлке, расположенном на большой трассе и часто заводит разговоры с незнакомцами в придорожном магазине:
— Не прав ты, сынок, — он шкрябает лопатой по полу. Проезжий человек повторно оглядывает его мрачную фигуру.
— Почему не прав?
— Потому что последний я, а ты следующий. Погляди-ка, вон и за тобой пришли! — дед указывает бородой куда-то вперёд.
— Кто пришли? Ты чего дед городишь…
— Вперёд лучше смотри, не то в яму угодишь! — перед дедовским собеседником разверзается могила. Прямо сквозь толщу магазинного линолеума. Из землистой глубины зыркают глаза мертвеца, до смерти похожего на самого проезжего. Черви копошатся в его теле, а рука зовёт душу ещё живого хозяина.

Сонливый мужчина шагает вперёд и ухает на самое дно. Но он не видит того, что видит Лукьян, поэтому ногой упирается в пол:
— Ты, похоже, съехавший дед, только и всего, — спустя несколько минут он покупает сигареты, газировку, мятную жвачку. Спрашивает ещё что-нибудь от сна за рулём, но в магазине ничего нет.
— Заночевал бы у нас в посёлке, сынок, — предлагает дед, — можешь и у меня. Нельзя тебе ехать! В могилу едешь!
— Отвали дед. Ты совсем?! — мужчина выходит из магазина под стегающий дождь, а дед хромает следом, позабыв о покупках. Он измеряет проезжего взглядом: около 175 см, плечи узкие. В седой голове мелькает вскользь: «Подойдёт и стандартный…»

Сонливый человек садится в фуру за руль. У него ещё долгий путь впереди, как ему кажется. Но на пассажирском сидении уже разместился мертвец со щекой, проеденной червями. Фура отъезжает. Внутри такой махины мало, что может навредить водителю. Здесь он сполна защищён.

Распадающаяся рука машет Лукьяну на прощанье. Одна из продавщиц кашляет, когда Лукьян возвращается в магазин:
— Клиентуру распугаешь, дедуль. Общайся со своими на улице. Сколько раз тебя просить?
— А тебе, Люська, сколько раз объяснять, что дедушка не контролирует свой дар! А кушать хочется. Хоть и зубов раз-два и обчёлся, — дед демонстрирует полупустой зёв, в котором видны несколько почерневших зубов. Люди, прислушивавшиеся к необычной беседе, поспешно отворачиваются.
— Эх ты… паразит… — вздыхает Люська и идёт курить, — последи хоть тут.
— За этими-то? Послежу-у-у… — дед, сгорбившись, опирается подбородком о черенок лопаты и водит взглядом по магазину. Он ничего больше не говорит. Только лезвие лопаты голодно скулит под ногами.

Спустя пару часов к магазину подъезжает почтальон на велосипеде. Он встряхивает рыжий дождевик под козырьком крыльца и заходит внутрь:
— Лукьян, там твой клиент на трассе – фуру растарабанило, как консерву с тушёнкой. В яму за обочиной шарахнулся. Уснул он, что ли… других участников ДТП не видать. Менты разбираются, но думаю, скоро к тебе привезут.

Люська зевает. Дед протирает лопату краем телогрейки:
— Люсь, позвони Егору, скажи, чтоб стандартный сколачивал покамест.

Могильщиком Лукьян трудится с самого детства. Привычку иметь под рукой лопату привил ему его же дед. Бог весть, как его звали. Лукьян и сам давно позабыл, а только вечно нахваливает того: дед тако-о-ой! дед э-э-эдакий!

Дед деда Лукьяна всю жизнь проработал в ритуальных услугах при местной больнице и туда же устроил внука.

В детстве мальчик хотел стать врачом, но умение предвидеть близкую смерть утянуло его немного в другое русло.

— Деда, а кем ты работаешь?

Лукьян хромает со светловолосым внуком по местной улице Ленина. Они задумали посадить несколько берёзок в парке. В мосластой ладони деда сжата всегдашняя лопата и несколько худеньких деревьев.
— Людям уставшим места подыскиваю, внучек.
— А Маша из 3Б говорит, что ты её бабушку угробил.
— Маша твоя дурёха...
— Не надо так про неё, она хорошая!
— Может и так... только жизни пока не понимает. Впрочем, как и её родители. Людям таких, как я вовек не понять. Я кое-что знаю, но со знанием этим поделать ничего не могу. Только советую. А советчиков наш народ не любит.

Парочка находит подходящее место, и Лукьян принимается за привычную работу. Лопата чавкает, прогрызая сырую землю. Руки деда споро перекидывают ямино нутро в кучку рядом и по привычке её прихлопывают.

— А какой ты... такой, дедушка?
— Ну, как тут объяснить, Семён? Разве что показать. Дело сделаем, там и лясо точить будем. Берёзку давай!

Они быстро расправляются с деревцами и движутся дальше, по Ленина:
— А вон! — украдкой кивает Лукьян в сторону местного алкаша, — как тебе этот клиент? Что видишь, Сём?

Мальчик вглядывается в неровную походку алкаша и описывает то, что видит:
— Деда, ему петля горло стягивает! А на другом конце дяденька с синими улыбчивыми губами, и в глазах мухи ползают. Мёртвый, кажется. Страшный! И пьяному дяде идти мешает, по асфальту лежмя тащится, струпьями облезает.
— Ишь ты, малой! Могёшь! — восхищается дед, — Так и есть всё. Стало быть, ты наследник лопаты дедовской! Только не наш это клиент, Сёмка. У такого алкаша и родных-то нету, чтобы похороны приличные устроить. Несчастный человек. Повесится, а найдут, глядишь, через месяц. Соседи или ещё кто. Ладно, пойдём.
— Как это, дедуль? Разве мы не должны теперь этому дяде помочь и место приглядеть?
— Ему место одно, Сёмка! Под люстрой болтаться. Взрослеть тебе пора, — Лукьян хромает дальше, — а давно ты видеть их стал?

Внук не отвечает и не идёт за дедом. Набычился:
— Деда, мы должны! Папа тоже пьёт. На него тоже плюнуть?!
— Так то папа! — Лукьян возвращается и топорщит волосы на голове внука, — Ты мал ещё. Не понимаешь разницы. Да только в жизни за всё надобно платить, а тем более в смерти. Сдался тебе этот ханурик?
— Зачем же мы тогда предвидим смерть? Только, чтобы могилы ей копать?!

Дед изумляется твёрдости внука. Перекладывает лопату из руки в руку. Жуёт бороду:
— Какая-никакая профессия. Всё не пиво по подворотням сосать. А раз такой глазастый, то сам и разберись. Иди-иди!

Внук стоит с минуту в нерешительности, глядит вслед уходящему удавленнику. Думает. Дед отходит в сторонку, облокачивается на лопату и выуживает из глубины телогрейки пачку Примы. Закуривает.

Наконец, Семён решается и бежит за алкашом. Старческий рот усмехается, попыхивая дымом.

— Здрасти! А вы не подскажете, как здесь к магазину пройти? — мальчик сравнялся с мужчиной и пытается идти в его ритме. Тот силится понять, откуда спрашивают. Крутит башкой, не видит людей. Семён дёргает его за рукав.
— А! Мальчишка... да кто ты такой? Что ты спросил? Где мои с-сигареты? — он вусмерть пьян и немного заикается. Что-то ещё бормочет, не разобрать. Мертвец позади заинтересовался происходящим, угловато приподнял голову, выдохнул что-то на своём, мертвячьем. Стал чесать шею, впиваясь ногтями в гнилую кожу.
— Пойдёмте, вы на лавку сядете. Вам же тяжело, — мальчик берёт пьяного мужчину под локоть.
— Не н-надо, — тот вырывается, — мне домой надо, меня дети ждут... и жена...
— Давайте я вас провожу тогда?

Мужчина движется молча, елозит правой ладонью по карманам. Ищет сигареты. Мальчик поспевает за ним, по-детски лепечет о всякой ерунде. Следом по асфальту волочится мертвец, язык вот-вот выпадет, глаза залеплены мухами. Улыбается старику позади. А тот хромает чуть поодаль, изредка грозит мертвецу лопатой.

Алкаш живёт в пятиэтажке из жёлтого кирпича. В паре кварталов от улицы Ленина.
Никто не знает, как давно у деда Лукьяна появилась эта дурная привычка — всюду носить с собой лопату. А сам он только смеётся и хрипит: «Кто следующий?»

© Лёнька Сгинь