- Как дела в личной жизни ?
- Теперь, когда буду выбирать парня, буду смотреть, чтобы он видел не только мёртвых, но и живых.
- Теперь, когда буду выбирать парня, буду смотреть, чтобы он видел не только мёртвых, но и живых.
Сборник спонтанных настроев на раскрытие чакр.
Эти маленькие, но сильные истории, сопровождаемые музыкой и звуками природы, способны погрузить вас, дорогие слушатели, в удивительный мир ощущений, чувственности, силы и любви. Постепенное преображение от зверя к сверх человеку.
С помощью “ключевых фраз” начнет быстро оздоравливаться весь ваш организм.
© Самогипноз для простых Бессмертных (http://vk.com/club149481076)
Эти маленькие, но сильные истории, сопровождаемые музыкой и звуками природы, способны погрузить вас, дорогие слушатели, в удивительный мир ощущений, чувственности, силы и любви. Постепенное преображение от зверя к сверх человеку.
С помощью “ключевых фраз” начнет быстро оздоравливаться весь ваш организм.
© Самогипноз для простых Бессмертных (http://vk.com/club149481076)
Если ты сейчас же не прекратишь нести эту чушь, я твою аджну приглашу в гости к твоей же муладхаре.
*стук в дверь*
- Кто там? Мужчина или женщина?
- Ни то, ни другое.
- А, это ты. Заходи...
© L.Sid
- Кто там? Мужчина или женщина?
- Ни то, ни другое.
- А, это ты. Заходи...
© L.Sid
😁2
Я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она, и застыл камнем.
С Горгоной шутки плохи.
С Горгоной шутки плохи.
Девочка, гулявшая с кошками #городская_сказка
Она гуляла с кошками. С самого детства. Только с ними, друзей у неё как таковых не было. Просто с кошками она умела находить общий язык, а с людьми как-то не клеилось. В классе она всегда была лишней. Она буквально чувствовала свою отчужденность всем телом. В школе обычно таких детей, молчаливых и угрюмых, избегали. Её избегали тоже. А в третьем классе вообще пополз слушок о том, что она сумасшедшая. С кошками разговаривает, гуляет с ними, берет на руки бездомных.
– Да у неё, наверное, блохи уже давно завелись! Мне вот мама никогда не разрешала трогать бездомных кошек, – говорила одна девочка, презрительно отворачиваясь от неё. Друга девчонка морщила носик и тоже отворачивалась:
– Вши уж точно завелись. Не подходите к ней!
Детям надо было кого-то дразнить. Над кем-то издеваться. И этим кем-то стала она, тихая и робкая, просто не умеющая за себя постоять.
Она стала сбегать с уроков в парк, где кошек было просто превеликое множество. Многие их подкармливали. На деньги городского совета для этих кошек даже был построен символический домик. Правда, ни одной кошке он так и не понравился. Она подходила к какой-нибудь кошке, садилась около неё на корточки и шепотом начинала рассказывать о своих проблемах и обидах. Кошка никуда не уходила, слушала её. Иногда вылизывалась или смотрела куда-то в сторону. Но никогда не уходила – не хотела обижать. Кошки были единственными, кто вообще уважал эту странную, молчаливую и угрюмую девчонку. Она частенько приносила им чего-нибудь вкусненького из дома. То колбасы отрежет, то мяса, то котлету в карман спрячет. Кошкам эти подачки были до одного места – их и так все кормили, так что они могли позволить себе выбирать. Нередко они вообще ничего не съедали из принесенного ей. Но она не унывала. Главное, что они хотя бы её слушали.
У этой молчаливой и угрюмой девочки были острые коленки и плечи. Она носила обшарпанный ранец, доставшийся ей от сестры, и красный шарф. Она пахла мятой – это из-за шампуня, – и колбасой – всё время пыталась накормить кошек вновь и вновь.
Кошки любили её. Какой-то своей странной кошачьей любовью. Бывало, что она шла по улице, а рядом с ней вышагивала какая-нибудь кошка. Черная, серая, рыжая с пятнами, богатка. Всем им она нравилась.
Однажды, когда её одноклассники пролили чернила на все её учебники и тетради, залили клеем ранец и выкинули сменную обувь в окно, она сбежала в этот парк, села к одной кошке и горячо прошептала:
– Я хочу уйти отсюда навсегда-навсегда.
Кошка кивнула, как будто бы была человеком и всё понимала. Она ушла куда-то, а потом вернулась с другой кошкой, потемнее, с ярко-зелеными глазами. Если бы эта кошка была человеком, то запросто сошла бы за колдунью.
– Хочешь уйти? – нараспев спросила та кошка, которая потемнее.
– Хочу. – Девчонка даже почти не удивилась тому, что кошки разговаривают. Она почти всегда в это верила. К тому же, сейчас она просто не могла думать, потому что вот-вот готова была расплакаться. Ей представлялось, как мама её ругает за испорченный ранец и учебники, как она причитает, что у них нет денег и что девочка слишком много ест. Лучше уйти куда-нибудь подальше.
Она протянула руку и погладила одну из кошек. Они одновременно развернулись и направились куда-то вглубь леса. Девчонка пошла за ними. Лес становился всё гуще, всё темнее. Трава, по которой шла девочка, была всё мягче и мягче.
"Разве парк настолько огромный?" – недоумевала про себя девочка.
А кошки всё шли и шли. Они ушли так далеко, что девочка ни за что не смогла бы вернуться. Она и не хотела. Не хотела, потому что мама стала бы ругаться и причитать, потому что одноклассники её ненавидели, потому что у неё не было друзей и единственными, кто её понимал, это были кошки.
Она гуляла с кошками. С самого детства. Только с ними, друзей у неё как таковых не было. Просто с кошками она умела находить общий язык, а с людьми как-то не клеилось. В классе она всегда была лишней. Она буквально чувствовала свою отчужденность всем телом. В школе обычно таких детей, молчаливых и угрюмых, избегали. Её избегали тоже. А в третьем классе вообще пополз слушок о том, что она сумасшедшая. С кошками разговаривает, гуляет с ними, берет на руки бездомных.
– Да у неё, наверное, блохи уже давно завелись! Мне вот мама никогда не разрешала трогать бездомных кошек, – говорила одна девочка, презрительно отворачиваясь от неё. Друга девчонка морщила носик и тоже отворачивалась:
– Вши уж точно завелись. Не подходите к ней!
Детям надо было кого-то дразнить. Над кем-то издеваться. И этим кем-то стала она, тихая и робкая, просто не умеющая за себя постоять.
Она стала сбегать с уроков в парк, где кошек было просто превеликое множество. Многие их подкармливали. На деньги городского совета для этих кошек даже был построен символический домик. Правда, ни одной кошке он так и не понравился. Она подходила к какой-нибудь кошке, садилась около неё на корточки и шепотом начинала рассказывать о своих проблемах и обидах. Кошка никуда не уходила, слушала её. Иногда вылизывалась или смотрела куда-то в сторону. Но никогда не уходила – не хотела обижать. Кошки были единственными, кто вообще уважал эту странную, молчаливую и угрюмую девчонку. Она частенько приносила им чего-нибудь вкусненького из дома. То колбасы отрежет, то мяса, то котлету в карман спрячет. Кошкам эти подачки были до одного места – их и так все кормили, так что они могли позволить себе выбирать. Нередко они вообще ничего не съедали из принесенного ей. Но она не унывала. Главное, что они хотя бы её слушали.
У этой молчаливой и угрюмой девочки были острые коленки и плечи. Она носила обшарпанный ранец, доставшийся ей от сестры, и красный шарф. Она пахла мятой – это из-за шампуня, – и колбасой – всё время пыталась накормить кошек вновь и вновь.
Кошки любили её. Какой-то своей странной кошачьей любовью. Бывало, что она шла по улице, а рядом с ней вышагивала какая-нибудь кошка. Черная, серая, рыжая с пятнами, богатка. Всем им она нравилась.
Однажды, когда её одноклассники пролили чернила на все её учебники и тетради, залили клеем ранец и выкинули сменную обувь в окно, она сбежала в этот парк, села к одной кошке и горячо прошептала:
– Я хочу уйти отсюда навсегда-навсегда.
Кошка кивнула, как будто бы была человеком и всё понимала. Она ушла куда-то, а потом вернулась с другой кошкой, потемнее, с ярко-зелеными глазами. Если бы эта кошка была человеком, то запросто сошла бы за колдунью.
– Хочешь уйти? – нараспев спросила та кошка, которая потемнее.
– Хочу. – Девчонка даже почти не удивилась тому, что кошки разговаривают. Она почти всегда в это верила. К тому же, сейчас она просто не могла думать, потому что вот-вот готова была расплакаться. Ей представлялось, как мама её ругает за испорченный ранец и учебники, как она причитает, что у них нет денег и что девочка слишком много ест. Лучше уйти куда-нибудь подальше.
Она протянула руку и погладила одну из кошек. Они одновременно развернулись и направились куда-то вглубь леса. Девчонка пошла за ними. Лес становился всё гуще, всё темнее. Трава, по которой шла девочка, была всё мягче и мягче.
"Разве парк настолько огромный?" – недоумевала про себя девочка.
А кошки всё шли и шли. Они ушли так далеко, что девочка ни за что не смогла бы вернуться. Она и не хотела. Не хотела, потому что мама стала бы ругаться и причитать, потому что одноклассники её ненавидели, потому что у неё не было друзей и единственными, кто её понимал, это были кошки.
Говорят, что иногда в том парке видят молодую кошечку с рыжим пятном на шее, слегка напоминающим шарф. Кошка очень умная, но ужасно недоверчивая. Она ещё ни разу ни у кого не попробовала еды из рук – боится. Другие говорят, что видели саму девочку, сидящую рядом с какой-нибудь кошкой и рассказывающую ей свои тайны.
Автор: Елена Сирин (http://vk.com/id390860892)
Читать другие сказки автора: #Елена_Сирин@felis_bot
Автор: Елена Сирин (http://vk.com/id390860892)
Читать другие сказки автора: #Елена_Сирин@felis_bot