Очень много воплощенных инопланетников жалуются на духовную неразвитость землян. И при этом как-то забывают, что сами попали на Землю, предварительно угробив собственную планету.

— Атеист который верит только в материальное – это как автовладелец без страховки на одноразовой машине.
— Страховка у него как раз есть: дети и эволюция.

Инквизитор в третий раз истошно мяукнул. Розовый бант всё время сползал с хвоста, и каждый раз его возвращали обратно, ещё туже затягивая...
- Что такое, котя? Бо-бо? - Спросила маленькая девочка, в четвёртый раз завязывая ленточку. - Сейчас я тебя кормить буду!
Инквизитор с тоской подумал, что всё же следовало идти в ведьмы в прошлой жизни. Может, сейчас всё было бы наоборот.

Darya Bykovets

- Что ты сделал?!
- Чего сразу я. Ты же сама попросила приглядеть за своей маленькой.
- Приглядеть, а не учить чёрной магии!
- Во-первых, не чёрной, а просто магии, а во-вторых, чего плохого, если она будет знать пару приёмов. Да и, потом, я её научил самой находить себе присматривающих, так что в следующий раз можешь меня не звать.

Есть несколько эффективных способов переспорить человека:
- Жить долго и пережить его.
- Залезть к нему в память и стереть всю информацию о споре.
- Вынудить шантажом согласиться с вами.
- Не спорить.

- Ты не любишь общество.
- Почему ты так решил?
- Ну ты же живёшь уединённо, всё втыкаешь в свою литературу.
- Это всё равно как сказать, что я не люблю гулять, на основании того, что не имею страсти ночью расхаживать по притонам.

#классика_МШ © AGREGATo

Творец — история одного эксперимента

Брудль был раздражен. Он уже десятки раз перебирал значения возможных физических констант, но его мир никак не хотел работать. Либо коллапс, либо безудержное расширение — ничего, что можно было бы показать руководителю и не получить при этом по шее. Друзья уже успешно справились с этим заданием, но делиться своими результатами не хотели, так как профессор был весьма суров к тем, кто списывает.

Еще один эксперимент провалился. Мир загорелся яркой вспышкой — и тут же сжался в точку, с которой все началось. Но, кажется, это было чуть медленнее, чем в прошлый раз. В глазах Брудля появилась надежда. Изменив значение начальной плотности на чуть меньшее, он чуть дрожащими руками нажал на кнопку компиляции.

Мир вспыхнул, прогорел несколько секунд и остыл. Среди бесчисленных битов в памяти машины плавали остывшие звезды, медленно коллапсировавшие в точки. Надо точнее подбирать значения ядерных взаимодействий, чтобы прогорание звезд не было столь быстрым.

Неожиданное сообщение прервало его размышления. Его друг Рыскл предлагал отвлечься от своего курсовика по теоретической физике и сделать одну лабораторку по теологии для одного двоечника с соседнего факультета. Деньги этот балбес предлагал неплохие, да и работа с искусственным обществом представлялась по крайней мере интересной.

Скачав необходимые программы и руководства из Сети, он запустил первую модель общества. В маленьком уютненьком мирке расположил большую пирамиду, вокруг которой немедленно собрались последователи Культа Великой Пирамиды. По-быстрому склепав отчет об этой супермегасложной лабораторке, Брудль задумался. Скачанные им программы имитировали искусственный интеллект, который также мог быть перенесен отдельным объектам-индивидуумам. Кафедра теологии рассматривала это только как способ имитировать поклонение богам, но ведь можно использовать этот продукт по-другому! Спустя час, загнав виртуальных обитателей на мир, где из законов действовала только гравитация, он через каких-то 10000 лет виртуальной симуляции получил от этих существ вывод закона обратных квадратов! Брудль ухмыльнулся.

Его курсовик предполагал подбирание физических констант так, чтобы получался долгоживущий мир, отдаленно напоминающий тот, в котором жил он сам. Некоторые из констант уже были определены согласно индивидуальному варианту Брудля, осталось найти остальные.

Поскольку задача перед ним стояла достаточно большая, Брудль не стал мелочиться. За 6 дней он создал планету, вращающуюся вокруг маленькой звезды, и населил ее разумными существами. Пока разум на планете только осознавал себя, Брудль продолжал настраивать этот уютный мир согласно своему заданию. Так, на расстояниях меньше 0.1 нанометра в этом мире преобладали случайные законы, правда, существа пока еще не могли этого заметить. Но они уже поняли, что их планета не плоская, так что, по примерным оценкам Брудля, скоро его работа завершится.

Брудль был талантливым программистом, но плохим физиком. У него не получалось осилить кривизну пространства-времени, но он мог смоделировать эти процессы на своей машине. Правда, в самом начале он забыл снизить коэффициент веры, так что его цивилизация поначалу глубоко застряла в религии. Но, как и любой разум, в итоге она начала сбрасывать эти оковы. Чтобы усилить этот процесс, Брудль скачал имитатор эволюции и запустил его в обратном направлении. После чего, скелеты полученных существ в случайном порядке были разбросаны по планете. После этого теория божественного происхождения жизни потеряла свои позиции, а наука в этом мире стала переживать свой золотой век.

Вовремя спохватившись, Брудль установил ограничение скорости света. Как только он это сделал, в мире тут же появилась теория кривизны пространства-времени. А спустя несколько десятков лет, прошедших для этого мира, он получил все необходимые значения констант от своих подопытных, которые, кстати, так и не перешли к единой теории всего.

«И никогда не придут» - мрачно улыбнулся Брудль, ведь переход на квантовые эффекты был сделан простым условным оператором...

...

Джонатан проснулся. Не очень прилично засыпать во время доклада, тем более, если докладчик преодолел путь в несколько световых лет, чтобы зачитать его. Убедившись, что его минутную слабость никто не заметил, он попытался сконцентрироваться на происходящем.

- … итогом нашего исследования стало обнаружение точных границ так называемых сфер Шварценгольда, которые окружают нашу планету. Последняя из обнаруженных нами границ лежит на расстоянии 8 световых лет от Земли, что, по нашим прикидкам, дает прогноз на следующую сферу на расстоянии 32 световых лет. Если такая зависимость постоянна для всей Вселенной, это значит, что реликтовое микроволновое излучение есть ни что иное, как арифметическая погрешность округления на мировой сетке.

Это дает нам повод полагать, что мы есть не что иное, как запущенная неким Создателем компьютерная программа, ориентированная, видимо, прежде всего на нас. Вот уже две сотни лет мы пытаемся найти теорию, которая бы соединяла теорию относительности Эйнштейна и квантовую теорию. Но не теория суперструн, ни теория петлевой квантовой гравитации, ни даже многообещающая теория колец не дала нам искомого объединения.

- Подождите, неужели вы считаете, что Создатель допустил такое грубое создание Вселенной, законы которой дают разную погрешность на различных расстояниях от нашей планеты?

- Нам неизвестны мотивы создателя, но, боюсь, все именно так. Земля представляет из себя постоянно смещающийся центр Вселенной. Возможно, Создатель не предполагал, что мы зайдем так далеко в своей науке.

- Может, еще скажете, что весь наш мир — это какая-то жалкая курсовая работа нерадивого студента?

В зале для заседаний поднялся шум. Кто-то смеялся, кто-то с пеной у рта что-то доказывал, а кто-то в отчаянии воздел руки к небу...

…

Брудль вернулся домой. Курсовую работу он с трудом, но все-таки сдал, так как не мог внятно (а тем более не мог честно) ответить на вопросы, как он вычислил правильные значения физических констант. Уставший, он оглядел свою машину. Он понял, что не выключил ее, и, должно быть, для цивилизации внутри ящика прошли тысячи лет. Брудля крайне заинтересовало то, узнали ли жители машины о том, что они не живут? Он стал вглядываться в экран. Обнаружив цивилизацию, которая к этому моменту расселилась по всей Галактике, Брудль крякнул.

…

Когда последняя из сотен тысяч звезд заняла свое место в надписи и послание было закончено, Фредерик облегченно вздохнул. На этот безумный проект ушли сотни лет и просто сумасшедшее количество энергии. Наконец-то он был закончен, и перед Фредом стоял стандартный вопрос, который задает себе любой человек, убивший полжизни на одно-единственное дело. Вопрос «Зачем?».

Он задал его второму оператору, которого звали Джон. Джонатан ехидно улыбался (если можно применить это слову к человеку, чей разум уже сотни лет обитает в роботизированном теле), но медлил с ответом.

…

Брудль не верящими глазами смотрел на Галактику внутри своей машины. А потом он рассмеялся.

…

- Знаешь, Фред, я живу уже более четырех тысяч лет. Я один из первых, кто переместил свой разум в машину... тогда немногие на это решались, но я подумал — раз уж я и так живу в машине, как и все люди и вся эта чертова Вселенная, тогда такой перенос мне точно не навредит. В тот день, когда вернулась Третья Звездная Экспедиция, обнаружившая точные границы Сфер Шварценгольда, я понял, что наш мир — не более чем фарс. Мы больше не нужны. Мы летаем в космос, двигаем звезды, мы можем делать все... но наша наука стоит на месте уже 4000 лет, а все из-за того, что нас криво спроектировали. Я просто в ярости от этого. Знаешь, я очень грею себя мыслью о том, что этот мерзавец прочтет наше послание. Надеюсь, ему будет стыдно.

…

Брудль надолго запомнил этот день. С тех пор он поклялся никогда не запускать программу, которая не была бы совершенна с самого начала. А для того, чтобы не забывать о своей клятве, на его рабочем столе было изображение галактики, самые яркие звезды которой были сгруппированы в надпись

ТВОЙ БЫДЛОКОД НАС ОГОРЧАЕТ.

Мысли никак не выходили из головы.
Вместо этого они нарубили веток, разожгли костёр и поджарили мою голову.

AZ.

Тот неловкий момент, когда в школе магии и твои сны - часть учебной программы.

- Мне что же, всю жизнь нужно учиться на своих ошибках?
- Это ещё ничего. Некоторые люди все жизни учатся на одной и той же ошибке. И никак не научатся.

- Учитель, чему вы нас учите? Тому, что "ничего не знаете", или своей великой мудрости?
- Наполовину тому, что я знаю, что ничего не знаю, а наполовину тому, что я хотя бы пытаюсь понять что-то.

Интервью у начинающего мага:
- А от каких злых сил вы чаще всего создаете защиту?
- От комаров.

Порок

Говорят, вместе с ребёнком рождаются ангел и демон – вечные антагонисты и спутники жизни. Но это не правда. Вместе с человеком рождаются Пороки.

У каждого они свои: чаще всего достаются от заботливых родителей, но бывают и интересные случаи – и необычные Пороки.

Мой главный Порок – Зависть. Хитрая злобная тварь с порванным ухом в наглаженной рубашечке, жилетке и брюках. Его голос гнусав и неприятен, а характер – просто мерзкое болото ненависти, жестокости и злорадства.

Он пунктуален. И всегда приходит вовремя – в точности, когда от тоски хочется подохнуть. Его тонкие темные пальцы нежно касаются плеч и шёпот: «Ну сколько я могу ещё ждать?», – пробирает до мурашек.

Я не отвечаю – Зависть понимает всё без слов. Но он здесь не для того, чтобы слушать. Он здесь, чтобы говорить.

«Ты просиживаешь штаны, пока они – эти бессмысленные ничтожества, – становятся лучше тебя»
Больно. Пороки всегда делают больно – но по-другому они и не могут.

«Хочешь, чтобы мы были хуже них? – голос Зависти становится едким, шипящим. Пальцы впиваются в плечи больнее. – Чтобы изнывали от тоски, читая, какие они успешные, умелые, веселые и счастливые? Этого хочешь, дур-рак?!»

Я зажмуриваюсь. По моим щекам текут слёзы, а сердце болезненно сжимается. Зависть забрал власть над всеми другими моими Пороками – все они теперь подчиняются только ему. Гнев, Тщеславие, Гордость, даже Лень… всего лишь бледные тени по сравнению с этим чудовищем.

«Подбирай свои сопли, бери себя в руки и начинай уже что-то делать! Твои нелепые припадки саможаления меня достали…»
Дышать вдруг становится труднее. Я всхлипываю, но даже не пытаюсь освободиться.

«Мне нужен результат. Чтобы они – все они завидовали мне, нам! А не наоборот! Слышишь меня?!»
Я задыхаюсь. Мое лицо искажается от злобы – я ненавижу их! Ненавижу всех, кто хоть в чем-то преуспел больше, чем я!

«Но мы ведь все равно лучше, правда?»
Интонация Зависти вдруг меняется. Он мягко стирает катящуюся по моей щеке слезинку, преданно заглядывает в глаза.

«Немножко погрустили, позлились и хватит. Мы ведь так этого не любим. Бодрость, продуктивность, веселье – вот то, что нам нужно. Чтобы быть лучше всех».

Дышать становится легче. Я прикрываю глаза и устало кладу голову на тонкую цепкую ладонь своего главного Порока.

Когда-нибудь он убьёт меня.

А пока я должен стать лучше всех.

Автор: [club196971747|Шрёдингер]