- Избушка на курьих ножках, повернись ко мне передом, а к лесу задом!
- Иванушка, ну ты и дурак. Как я тебе здание поверну? Это дизайн, а не ноги настоящие. Ты уж сам ножками обойди, не ленись. А будешь баловаться, Бабу Ягу позову.
[club46861238|Паук и Утконос]

Не важно, соответствует формула самовнушения действительности или нет, поскольку она адресуется подсознательному Я, которое отличается удивительным легковерием.

Если долго медитировать над своей жизнью, можно заметить, как она закончилась.

- А какой радиус выбрать для начертания магического круга?
- Радиус необходимо брать такой, что бы он был чуть больше роста оператора, дабы если тот вдруг решит упасть от страха в обморок, не выпал за пределы магического круга.

Рыцарская сказка © Пётр Бормор http://bormor.livejournal.com

Дракон внимательно смотрел на Рыцаря, который довольно неуклюже крутил мечом над головой.
- Круто. - выдохнул Дракон. - Вот так вот, с трех ударов подстричь себе плюмаж - это без сомнения круто. Впечатляет.
- Правда нравится? - смутился Рыцарь. - Это меня один Великий Воин научил. Называется, сверкающая аура. А вот это вот - прыжок рыси! Смотри!
Рыцарь попытался прыгнуть, но зацепился за что-то и с грохотом повалился на камни.
- Дегенеративная какая-то рысь. - покачал головой Дракон. - Или это прыжок старой, немощной рыси? Хитрый прием. Немногие после такого выживают.
- Не получилось просто. - обиделся Рыцарь. - На самом деле это вот так.
Рыцарь с криком "Ахха!!!" опять попробовал прыгнуть.
- Уже страшнее! - кивнул Дракон, глядя на поднимающегося с земли Рыцаря. - Грохота больше. Я в какой-то момент даже думал драпануть.
- Не получилось опять. - смущенно сказал Рыцарь. - Я просто этот прием без доспехов разучивал. И пол там ровный был.
- Ну ничего, ничего. - утешил Дракон. - Давай дальше.
- Хааа!!! - закричал Рыцарь и стал в стойку.
- Что это за стойка? - удивился Дракон. - Атакующий сурок?
- Защищайся!! - закричал Рыцарь, но с места не сдвинулся.
- От кого? - удивленно оглянулся Дракон.
- От меня!!! От кого еще-то?! - пуще прежнего закричал Рыцарь.
- Не ори, а? - поморщился Дракон. - Зачем орать-то? Ну не складывается у нас поединок.. Ну не клеится что-то.. Чего орать-то?
- А чего ты? Вот чего? - все никак не решался напасть Рыцарь.
- Бу! - сказал Дракон и выпустил струйку пара.
- Мама! - закричал Рыцарь и закрылся щитом.
- Опять минут на сорок ушел в оборону? - вздохнул Дракон. - Я пойду, а? Ведь третий час тут топчемся бестолку.
- Чего эт бестолку? - выглянул Рыцарь. - Я копье кидал. В начале самом.
- Угу. Помню. Недолет, недолет, перелет. - кивнул Дракон. - Ну давай решать. Или ты бьешься, или я пойду.
- Не уходи, а? - попросил Рыцарь. - Мне во как надо! Победить надо.
- Ну так побеждай! - рявкнул Дракон. - Чего телишься?
- Боюсь я! - сказал Рыцарь. - Ты вон какой здоровый.
- Ну так иди домой! - вновь рявкнул Дракон.
- Не могу я. День Влюбленных сегодня. Никак мне нельзя без победы. - покачал головой Рыцарь.
- Ну так иди и скажи, что победил. А я - никому-никому. А в доказательство... не знаю. Ага. У меня клык выпал - где-то в пещере должен валяться. Поискать? - предложил Дракон.
- Нее. - опять покачал головой Рыцарь. - Не пойдет клык. Сегодня День Влюбленных. Мне бы сердечко вырезать...
- Вообще офигел уже. - возмутился Дракон. - Сожру ведь сейчас за наглость.
- Стой! Не надо жрать. Я придумал. - крикнул Рыцарь. - Я камень найду какой-нибудь. Скажу, что у Дракона каменное сердце было. Женщины, ведь, в Драконах не рубят вообще ничего.
- Хммм... Хитер. - одобрил Дракон. - Ну.. Пока, что ли?
- Пока. А еще один вопрос, можно? Один всего. - попросил Рыцарь.
- Ну? - выдохнул Дракон.
- А почему ты меня не съел? Ведь мог же запросто. - поинтересовался Рыцарь.
- Аа. День Валентина же сегодня. - сказал Дракон. - Знаешь сколько Рыцарей тут было за последнюю неделю? Объелся я. Тошнит уже от дураков...

Она была ревнивой женой. Поэтому ковырялась во всех его эмоциональных и ментальных формах, а при обнаружении новых привязок устраивала скандал.

Дорогие читатели.
Представьте на мгновение, что вероятности в вашем мире распределяются наоборот. И самыми вероятными событиями стали те, которые вы считали самыми невероятными.
Что будет тогда происходить?

(с) Волков Сергей Владимирович, историк.
О ценности знаний и шарлатанах.

Ребенок, имеющий привычку обвинять меня в малом к нему внимании, как-то в очередной раз указал на бессмысленность моего времяпровождения: зачем тратить время на написание книг, если они будут изданы в 200-300 экз., а большинство все равно думает по другому? Я, честно говоря, затруднился рационально объяснить свое поведение и сослался в оправдание на доступные пониманию эгоистические мотивы («а мне самому интересно», «а я от этого кайф ловлю») и на то, что вообще что-то по-настоящему знать – «это круто».

Впрочем, тут я был вполне искренен. Что же до смысла этого знания… это, конечно, вопрос. Знание, как известно, способно ввести одновременно и в грех гордыни, и в грех уныния, но все равно ЗНАТЬ, по мне, – это здорово. Хочу ли я, чтобы все это знали? Ничуть. Да от этого я и в любом случае застрахован, т.к. и по стилю изложения, и по взгляду на вещи популярен быть не могу. Чтобы быть популярным, надо потакать либо самолюбию масс, либо их инстинктам, или провозглашать нечто, находящееся за пределами здравого смысла. Вполне нормально, что большинство (как это видно и по Интернету) живет в мире безумных идей, мысля категориями одной из «все объясняющих» теорий (хоть марксизма, хоть конспирологии и т.д.), восприимчиво к наиболее невероятным объяснениям происходящего и готово верить в самые дикие прогнозы.

Так всегда было: чудак собирает телескоп, а вокруг все считают, что звезды к своду гвоздями прибиты. Людей, которые что-то действительно знают, вообще довольно мало, и, как приходится слышать, их число сейчас уменьшается. Если брать мою страну и мою науку, это всего, ну сотен пять реальных исследователей (состоящие на научных должностях дураки и бездельники - не в счет) и несколько тысяч людей, всерьез интересующихся предметом и их читающих - достаточно интеллигентных, чтобы понимать разницу между тремя совершенно разными категориями «историков»: собственно учеными, чиновниками от науки, официально ее представляющими (коих мало кто читает, но которые хорошо известны благодаря своему положению и олицетворяют «науку»), и разного рода шарлатанами и психами - представителями «альтернативной истории» (объявившими себя историками беллетристами, «ревизионистами», фоменковцами и т.п.).

Носители знания представляются мне виртуальным клубом, для членов которого я, собственно, и пишу книги в 200 экз. (и покупаю такие же коллег); люди, как следует знающие свой участок, довольно часто читают тех, кто столь же хорошо знает свой. Человека, занимающегося раннесредневековой бирманской эпиграфикой, едва ли должно смущать то обстоятельство, что 99,99% населения никогда не слышали о существовании империи Паган. Я лично примерно так и понимаю смысл своих занятий - по возможности донести до себе подобных некоторое добытое мною знание о том, «как дело было». О том же, есть ли в этом какой-то более «высокий» смысл – судить просто не берусь.

Кстати говоря, напрасно полагают, что «в наше время» не обязательно много знать, ибо можно посмотреть в Гугле или Вики: для того, чтобы знать, что и где именно смотреть и насколько это достоверно, надо довольно много держать в голове. Впрочем, проблема «качества знания» актуальна больше для «верхов» (их проблема в том, что для того, чтобы знать, кого слушать и с кем советоваться, надо самому быть достаточно умным и просвещенным), чем для рядовых граждан.

Внутри «клуба» проблем особых не возникает, ибо «рыбак рыбака видит издалека» и хорошему специалисту себе подобного и по тексту опознать нетрудно. Проблемы возникают лишь при трансляции знания за пределы этой виртуальной общности. Но ведь и тут подобное тянется к подобному. Культурный человек не станет искать правды ни у психа, ни у шарлатана (хотя иной раз важно понимать, для кого написано: бывает, что если человек по каким-то причинам хочет донести некоторый посыл до широкой аудитории, то он сознательно пишет на уровне ее восприятия, т.е. как шарлатан).

Иные коллеги довольно сильно обижаются, сталкиваясь с самозваными «историками». Люди тратят жизнь, сотни тысяч часов работы для прояснения одного из аспектов одной из тем истории одного периода одной страны, для чего необходимо предварительно потратить массу времени на усвоение «контекста», а во многих случаях - изучить всякие древние и сложные языки и т.д. Чтобы подвергнуть сомнению результаты, надо, по крайней мере, сделать ту же работу, только еще больше и еще лучше. А когда приходит наглый придурок, чего-то там немного читавший и заявляет, что это все ерунда, а «мне вот кажется», то не удивительно, что значительная часть коллег кратко ответила бы с использованием нецензурных выражений.

Мне это, конечно, хорошо понятно на собственном опыте. Напр., задавшись только одним из тысяч возникающих в связи с событиями очень небольшого периода истории вопросом (о численности офицерского корпуса ПМВ) я потратил около 2-х лет (и хоть теперь 95% из этих порядка 350 тыс. чел. мне известны поименно, но «на выходе» – статья в 0,5 а.л.). Вообще же, занимаясь весьма частной, одной из многих сотен проблем социальной истории (о месте элитных слоев в традиционных обществах), я не надеюсь, что мне хватит жизни для сколько-нибудь полного его освещения.

Но надо всегда помнить, что массовая аудитория – это законная территория именно шарлатанов. Всеобщая тяга к эгалитаризму породила представление о равенстве мнений специалиста и профана. Публика глубоко невежественна не только в смысле знания событий истории, но даже в представлениях о том, как ее вообще изучают и чем для того располагают. «Взял – и написал» (историк для нее всякий, кто берется рассуждать об истории, популярный трепач вполне может и где-нибудь в Вики фигурировать в этом качестве, если он себя так «позиционирует»). Потому у нас появляются истории от «взявших и написавших» Акунина, Веллера (Быков что-то опаздывает) и т.д., конкурировать с которыми ученым трудно, потому что писатели пишут лучше.

Установка незнаек (никакого знания вообще нет - «все выдумано», а раз так, то выдумать вправе каждый) вполне адекватна психологии массы, отчего забота о том, чтобы большинство «думало правильно» представляется вот как раз вовсе иррациональной. А в просвещении некоторого числа «знающих» по тем вопросам, в которых они компетентны менее моего, я все-таки некоторый смысл склонен видеть.

Таракан. © Лана Лэнц

Хмурый дождливый понедельник тянулся долго, да и вечер не предвещал ничего выдающегося.
Серёга тащился с работы, ненавидя погоду и своего друга Никиту, который предложил вчера отметить покупку нового компьютера. В итоге, пока добрался до дома, пока плюхнулся в ванну, спать лечь получилось только в два часа ночи.
С утра не выспавшийся, с больной головой, он получил взбучку от начальника за опоздание, а позже и за кислое выражение лица при заключении сделки с важным клиентом.
Добравшись домой и переодевшись в старый уютный спортивный костюм, Серёга хотел было поставить кипятить воду, чтобы сварить пельменей, которые дожидались его в морозилке, но на плите обнаружил своё любимое картофельное пюре с котлетками и салат из свежей морковки с майонезом и чесночком в холодильнике. Значит, днём приезжала с дачи мама. Опять заранее не позвонила, не предупредила. Всё надеется, что сын вечером придёт домой не один, потому и прибирается иногда, чтобы её мальчику не было стыдно за беспорядок. Как он сразу не заметил, что в квартире порядок и вымыты полы, даже открыта форточка на кухне «чтобы проветрилось». На стульях не весят вещи, а бельё сложено на полках ровными стопочками, значит, опять нужно будет что-то искать, роясь в недрах этого огромного старого шкафа.
Серёга ворчал на весь женский род в лице своей родительницы ровно до того момента, как сел за стол. От запаха домашней еды улыбка сама по себе украсила его лицо, а глаза блаженно закрылись.
«Вот, что бы там не говорили, но тот, кто придумал женщину, всё-таки был прав. Спасибо ему. Без прекрасного пола мы уже давно стали бы неандертальцами» - подумал он и приступил к трапезе.
Со стороны всё это выглядело почти благодарственной молитвой перед ужином, чем и являлось, по сути, но не верящий ни в бога, ни в чёрта парень даже не заметил такой мелочи.
Поужинав и забросив грязные тарелки в раковину, он уселся к компьютеру, но тут же пришлось встать и снова отправиться на кухню. Мама, слишком хорошо зная его привычки, написала SMS, чтобы он немедленно, пока не уснул, убрал в холодильник всё, что не доел, а утром непременно позавтракал.
Серёга сделал, как она просила, даже вымыл тарелку. После, налив в чашку кипятка из запищавшего чайника, бросил него пакетик чая и пару кусочков сахара. На кухне его больше ничего не держало, и он протянул руку, чтобы погасить свет.
Рядом с выключателем по стене ползло что-то рыжее.
- Таракан? – удивился парень. – Неужели, правда?
Рыжих усачей он не видел с самого детства. В бабушкиной квартире их было много. Шевелящейся шапкой собирались эти насекомые на тёплой трубе под раковиной и гуляли по кухне ночью, когда все спали.
Серёжка с соседским Мишкой иногда устраивали тараканьи бега, а по весне пускали кораблики с рыжими пассажирами по полноводным рекам весенних ручейков. Всех этих шустрых насекомых они называли Стасиками, чем сильно злили рыжего мальчишку из соседнего подъезда.
И вот одно из таких воспоминаний оказалось на его стене. Серёга уже поставил чай на стол, чтобы не пролить, и снял с ноги тапок, поддавшись желанию прихлопнуть букашку, но потом, взял с полки пустую банку, вымытую днём матерью, и смахнул резким движением рыжего гостя со стены прямо туда, моментально накрыв сверху первым попавшимся под руку блюдцем, чтобы пленник не удрал.
- Отпущу. Как – никак почти друг детства, хоть и не человек, конечно, - произнёс парень с усмешкой. – Посиди до утра, Стасик. На работу пойду – посажу тебя на сирень у подъезда, чтобы спрятаться мог и птицы сразу не сожрали.
Произнеся с усмешкой эту нелепую речь, обращённую к насекомому, и поставив банку на стол, он снова собрался выключить свет и выйти из кухни.
- Ну, это ещё неизвестно кто кого сожрёт,- раздался негромкий голос из банки.
Серёга опешил. С ним кто сейчас говорил? Таракан?
- Нет, померещилось. Спать пора, - проворчал он.

Рука снова потянулась к выключателю.
- Ну, ну. Померещилось, значит? Как скажете, молодой человек, как скажете.
На этот раз голос звучал громче, увереннее, к тому же с явной издёвкой.
Парень немного сдрейфил. Тут ведь одно из двух, либо он сходит с ума и ему слышатся голоса, либо это говорил таракан, чего быть не могло.
Оба варианта пугали.
Он осторожно вернулся к столу и, снова поставив стакан с чаем на стол, плюхнулся на стул, рассматривая банку с рыжим существом.
Таракан был действительно немного странным. Скорее он походил на совсем крохотную рыжую ящерку с крылышками, если бы такие существовали в природе.
- Это ты сейчас говорил?- задал неизвестному насекомому вопрос хозяин дома, не надеясь на ответ, конечно же.
Каково же было его удивление, когда он услышал:
- Нет, Дед Мороз, ё-моё. Больше, насколько я вижу, тут никого нет. Только мы с тобой.
- Букашки не разговаривают. Кто ты?
- Сам ты букашка!- раздался в ответ возмущённый возглас. – А я – дракон,- гордо продолжило мелкое существо.
- Кто-кто? – засмеялся Серёга.
Страх тут же куда-то исчез. Парень заливисто хохотал минуты две. Как только он немного успокоился, его собеседник продолжил с интонацией взрослого, умиляющегося глупости ребёнка:
- Успокоился? Тарелочку с банки сними, а то вылезать буду - разобью ненароком.
- Ага, сейчас. Разбежался. Говорящий таракан или кто уж ты там – это сенсация. Не выпущу.
- А как-же обещанное «на сирень, чтобы птички не скушали»? – опять съехидничал пленник.
- Тогда ты был просто таракан, а сейчас,- парень слегка замялся, не зная, как назвать странное существо, - а сейчас не знаю кто.
- А сейчас дракон,- подсказал голос из банки. – Только удержать меня не выйдет. Попытайся хотя бы тарелку поймать, когда падать будет.
После этих слов мелкая зверушка увеличилась до размеров лабораторной мыши. Теперь существо действительно напоминало дракона. Не по размеру, конечно, но уже реально смахивало на объёмную иллюстрацию к книге сказок.
- Я буду ещё расти дальше, убери тарелочку, имей совесть, осколки же собирать придётся, - произнёс дракон, наклонив набок голову и глядя своими зелёными глазками прямо на Сергея.
Парень понял, что в банке существо не удержать и нехотя убрал блюдце, которое до сих пор было крышкой, чтобы выпустить дракона, который до сих пор был тараканом.
Дракон хихикнул, подпрыгнул и, вылетев из своего узилища на перепончатых кожаных крыльях, приземлился на стол, а оттуда на пол.
- Шторы задёрни, соседи из дома напротив не поймут, ещё полицию вызовут, тебе оно надо, чтобы полночи в дверь мужики в форме трезвонили?
Серёга плотно задёрнул шторы, не веря в происходящее. Даже ущипнул себя втихаря, взвизгнув от боли.
- Да не щипи себя, ты ж не мазохист какой-то. Всё реально, я - настоящий.
Дракон к этому времени уже стал ростом с крупного мужика. Может не настолько уж и крупного, но крылья его явно полнили, придавая объёма и солидности.
Он уселся за стол напротив хозяина квартиры и спросил:
- Некрасиво чаи гонять, не предложив гостю. Может, и меня чаем угостишь?
- А ты пьёшь чай?
- Ничто человеческое мне не чуждо. А пирожков или конфет, печенюшек каких-нибудь, нет?
- Нет. Есть пиво. Котлеты с картошкой? Будешь?
Сон у Сергея, как ветром сдуло, страха не было, зато любопытства хоть отбавляй. Ему казалось, что он в каком-то нелепом сне или попал в сказку. Но щипать себя парень больше не стал, действительно, он же «не мазохист какой-то».
- Пиво, фу. Как вы эту дрянь пьёте, химия одна. Котлеты, пожалуй, давай, только без картошки. Я потом птичкой какой-нибудь заем. Жалко, что сладкого нет. Была бы у тебя девушка – конфеты бы в доме были. Нет никого? Я отгадал? – глаза дракона хитро прищурились.
- А у самого- то девушка есть? Или вы двуполые?
- Сам ты двуполый. Я ищу. Но или тебе найти, или мне. Сравнил. Я Землю облетел столько раз, что сбился уже со счёту. Даже намёка не было на наших, даже какого-нибудь самца - друга по несчастью, не встретил. Эх, дурень я, всё откладывал, говорил, что молодой ещё, что девушки, в смысле нашей расы, не очень-то и нужны. Вот теперь ищу, когда их возможно и не осталось.

Много ты драконов за последние века видел?
- Ну. Это да. Ты первый.
- То – то. Я у вас в городе как раз по этому поводу. Говорят тут у какой- то старухи жил дракон. Видеть не видел никто, а бабка может и сумасшедшая, рассказывала соседям про глюки обычные, но проверить надо. Я не сдамся. Не хочу быть последним!
- А ко мне-то, чего пожаловал?
- Дождь не люблю, у тебя окно открыто было, - пожав плечами, ответил дракон.
Серёга, ставя на стол тарелку с котлетами, беззастенчиво рассматривал гостя.
- Так-то ты на дракона похож, вот только, чтобы вы могли расти и наоборот – вижу впервые.
- Можно подумать ты эксперт по нашей части. Вы и знаете-то о нас только по сказкам. Хотя, тут ты отчасти прав, способностью менять размер, даже в лучшие времена, обладали не все. Это, как особая одарённость,- гордо задрав подбородок, заявил гость, доедая разогретые котлеты. – Большому прокормиться и спрятаться не вариант. А вот маленькому пригреться у кого-нибудь на шкафу, и молью там закусить, не вопрос.
- Чего тогда котлеты мои слопал? Мог бы и молью поужинать,- возмутился парень.
- Не жадничай. Чаю-то наливай, чайник кипит давно!
Чайник действительно булькал вовсю. Серёга даже не заметил. Кому рассказать, он за одним столом с настоящим драконом – не поверят, решат, что свихнулся.
Они долго беседовали, спорили, но сошлись на мысли, что любому живому существу всё-таки нужна пара. И, что Серёгина мама в этом права.
Неожиданный гость ещё долго что-то рассказывал, но что парень уже не слышал. Драконы умеют сделать так, чтобы человек заснул, всё же существа волшебные, но Сергей про это не знал.
Проснулся он как обычно в постели от того, что за окном орали птицы, а на столике будильник. Решив, что заснул и увидел сон, парень быстро собрался на работу. Посуда на кухне вымыта, мама будет довольна, но почему-то котлет в сковородке не оказалось.
- Неужели я вчера сожрал и не заметил, - подумал он вслух. – Хотя, мог. На обед-то не ходил, мутило.
И он, доел картошку, обильно полив её кетчупом, и плотно прикрыл форточку на кухне. Пришло время отправляться на работу.
В субботу приехала его мама, отцу понадобились кое-какие инструменты дачу. Двери она своим ключом не открыла, а тихонечко постучалась, надеясь, что он не один, но обнаружив, что ничего не изменилось, сразу, как поставила чайник, громко и возмущённо рассказала про то, что только что произошло:
- Представляешь, сейчас у подъезда встретила Наташку, тёть Верину, так она, задрав голову шла, чуть с ног меня не сбила. Я ей, мол, нужно под ноги смотреть, а она твердит, что сейчас двух драконов видела, только маленьких, крылья у них кожаные и что-то там ещё. Вроде летели рядышком в сторону соседнего дома.
Я сначала тоже, как дурочка, вверх посмотрела, потом опомнилась. Объяснила ей, что это летучие мыши были. Совсем дети в реальности не живут, одни принцессы да драконы на уме. А ведь в шестой класс пойдёт осенью.
И тут Серёга чуть не упал. Он вспомнил вчерашний вечер. Значит дракон всё – таки её нашёл. Через столько лет.
«Может быть, поэтому драконы и не вымерли. Вчерашний, вон, твёрдо верил, что отыщет свою пару, и всё получилось! Скорее вымрем мы, чем они», - подумал парень, твёрдо решив за лето найти себе девушку.
Чем он хуже какого-то там дракона?!

Отворот от тараканов

Надо выложить тапки крестом, обвести волшебным китайским карандашом и сказать следующее: « Свят тапок, помоги, тараканье полчище раздави, вот вам, вот вам, вот вам! А кто от тапка ушел, кто кары избежал, ступай себе к соседям! Ползи отсель, пока цел!»

- Я джинн, ты освободил меня, и я готов исполнить три твоих желания.
- Ой, я нечаянно.
- А, ок, ну тогда пока.

Тяжёлая ноша барменов

Самое тихое время в любой день – час Серого Пса. Тот момент, когда солнце уже приближается к горизонту, но ещё не взошло над землёй. Час для влюблённых, предателей и студентов. И самое грустное время для любого бармена.

Колокольчик глухо звякнул, оповещая о неожиданном в этот час посетителе.

– Мы работаем до последнего клиента, – тихо проворчал себе под нос Валера и закрыл кассу, перестав подсчитывать выручку за смену. Поднял голову и обратился к клиенту: – Рад вас приветствовать. Что налить?

– Здравствуйте. На ваш вкус, – ответил клиент.

Валера окинул клиента взглядом, пока тот шёл к стойке: толстоватый, среднего роста, чуть сгорбившийся, одет хорошо, но небрежно, толстые очки в строгой оправе. Клиент с равным успехом мог оказаться и учёным, и инженером, и офисным клерком. А ещё подкупала его взаимная вежливость. Валера любил и уважал свою профессию, так что всегда безукоризненно следовал профессиональной этике.

– Хм. Пожалуй, предложу вам бурбон. На два пальца.

Клиент чуть улыбнулся уголком рта:

– Никогда не давайте бармену точный заказ, настоящий бармен всегда лучше знает, что хочет клиент. Давайте бурбон. На два пальца. И кубик льда.

Валера положил перед собой пробковый кругляшок – бирдекель, поставил на него стакан, налил из бутылки тёмно-янтарной жидкости на глаз и положил туда щипцами кубик льда. Клиент, смотревший всё это время куда-то в сторону, кивнул, взял стакан двумя пальцами, оттопырив мизинец, и сделал аккуратный глоток.

– Хорошо, – тихо сказал клиент, зажмурив глаза. Правда, в противовес словам, лицо его по-прежнему мало что выражало. – Стоило дать льду остудить, но…

Валера хмыкнул. Он понял, что на данный момент не нужен клиенту, но может скоро понадобиться. Отошёл в сторону на пару шагов и решил немного прибраться за стойкой.

– Во всём многообразии вселенных… – тихо сказал клиент, постукивая льдом о края стакана.

– Что, простите?

– Вы знакомы с теорией мультивселенной?

– Это из комиксов?

– Вообще-то, комиксы взяли это из реальной квантовой физики, – клиент слегка поморщился. – Впрочем, неважно, суть, я так понимаю, вы знаете?

«Блин, вроде трезвый…» – с тоской подумал Валера.

– Существует бесконечное количество вселенных: от той, где я супермиллиардер, до той, где меня просто нет.

– Ну, почти. – Клиент меланхолично отхлебнул из стакана. – Дело в том, что в теории квантовой механики в мультивселенной существует вообще всё: каждый момент времени во всём своём многообразии. То есть не только все возможные вероятности, которые могут произойти с каждой конкретной личностью на нашей Земле, но и в тех случаях, когда Земли как таковой нет и не было никогда в принципе своём.

– То есть как это: нет Земли?

– Ну, вот так. Есть же вероятность того, что пять минут назад частицы в звезде случайным образом все устремились к центру и Солнце взорвалось? Или солнечная система не сформировалась вовсе? Просто плотность таких бесконечно возможных вариантов меньше, чем тех, в которых этого не произошло.

– Предположим. И что дальше?

Клиент сделал ещё один глоток и опять улыбнулся своей кривой улыбкой:

– А дальше то, что с точки зрения мультивселенной, нет такого понятия, как «сейчас». Потому что каждый момент, который мы называем «прошлым» или «будущим», уже есть, уже существует. А то, что мы воспринимаем этим самым «сейчас», можно, конечно, очень грубо, описать тем самым «эффектом наблюдателя», – на последней фразе клиент свободной рукой изобразил кавычки.

Валера задумался. Постарался воспринять всё множество возможных и невозможных вариантов. Голова немного распухла.

– То есть можно сказать, что мы не существуем, а как бы перескакиваем с одного стоп-кадра мультивселенной на другой?

– О, ты начинаешь понимать, – клиент важно покивал.