— Знаешь, смерть — такая штука, о которой нужно помнить. Не забудь позвонить, ты ведь ценишь своих друзей!
— Я ей уже вчера звонил.
— Кому?
— Смерти. И рассказал ей обо всех друзьях. Она, кстати, особенно о тебе расспрашивала.
— Я ей уже вчера звонил.
— Кому?
— Смерти. И рассказал ей обо всех друзьях. Она, кстати, особенно о тебе расспрашивала.
— Я никак не могу магию объяснить своим близким!
— Ты магию не объясняй, ты её показывай. И объяснять не надо ничего будет.
— Ты магию не объясняй, ты её показывай. И объяснять не надо ничего будет.
- Дракон?!
- Ну, да - дракон. Самый настоящий! - мальчонка гордо погладил крупную ящерицу сидящую на его коленях...
- А почему без крыльев?
- Маленький ещё.
- Почему он не дышит пламенем?
- Потому что не боится никого.
- Да какой же это дракон? Ящерица!
Мальчишка не стал спорить, поглаживая своего дракона. Ну а что поделаешь, если люди не верят в магию, если её даже подсунуть им под нос? Дракончик, продолжая нежится в руках хозяина согласно выпустил клубок дыма на его невысказанные мысли...
Страна Грёз (http://vk.com/club145913651)
- Ну, да - дракон. Самый настоящий! - мальчонка гордо погладил крупную ящерицу сидящую на его коленях...
- А почему без крыльев?
- Маленький ещё.
- Почему он не дышит пламенем?
- Потому что не боится никого.
- Да какой же это дракон? Ящерица!
Мальчишка не стал спорить, поглаживая своего дракона. Ну а что поделаешь, если люди не верят в магию, если её даже подсунуть им под нос? Дракончик, продолжая нежится в руках хозяина согласно выпустил клубок дыма на его невысказанные мысли...
Страна Грёз (http://vk.com/club145913651)
Шепот в ракушках
Соленые брызги летели на песок каждый раз, когда волна ударялась о камень. Небо было затянуто пепельно-серыми тучами, их рваные края задевали верхушки далеких скал. Влажный воздух оставлял на губах привкус соли и водорослей.
На мокром песке сидел Море. Его глаза, обычно сверкающие синевой, были наполнены грустью и казались сероватыми. Рядом на большом валуне, покрытом раковинами моллюсков, сидел Бриз – один из братьев-ветров.
Они любили это место – освобожденное от людской суеты, полностью подчиненное стихии. Только на этом пляже Море мог отдаться эмоциям и поднимать волны, не боясь никому навредить.
Но в тот день ему хотелось устроить настоящий шторм – так болела измученная душа. Море вздохнул и бросил в воду камешек.
– Как мне это надоело...
Он помолчал. Бриз тоже не говорил, ожидая продолжения. Море снова вздохнул.
– Понимаешь, я лишь недавно осознал, что на самом деле знаю очень мало. Я закрыт в своих водах и никогда не был за их пределами. Да и не побываю. А ведь там, на суше, есть огромный мир! И неужели мне не суждено его увидеть?
Бриз пожал плечами.
– Ты можешь ходить вдоль берегов. Столько городов стоит около твоих вод.
Море лишь раздраженно фыркнул в ответ:
– Сколько! На берегах есть лишь порты и бедные матросы. Я видел карту в рубке одного капитана – это поразительно! Города, реки, леса, горы... Я бы все отдал, чтобы оказаться там.
Море швырнул в волны еще один камень.
– Недавно я слышал разговор двух людей, плывущих из Франции. Они обсуждали Лувр и Эйфелеву башню. А я понял, что совершенно не знаю, что это такое! Ты свободный... Ты видел это?
Бриз задумчиво покачал ногой.
– Ну, Лувр я видел только снаружи...
– А башню?
Ветер промолчал. Море отвернулся.
– Видел... Как же это ненавистно!
Он вскочил и яростно взмахнул рукой. Волны всколыхнулись и с силой разбились о скалы.
– Никогда! Никогда я не увижу этих прекрасных вещей. Только портовые города и дикие пляжи – немые свидетели моей беспомощности!
Море ожесточенно смахнул с щеки слезу. Бриз вздохнул – он ненавидел моменты, когда друг начинал бушевать. Еще печальней становилось от невозможности помочь – ветер не знал, как можно показать Морю удивительный мир суши.
Но внезапно лицо Бриза просияло. Он вскочил и повернулся к Морю, собираясь с мыслями. Разгневанный парень остановился и посмотрел на друга с первым проблеском надежды в синих глазах.
Наконец Бриз наклонился и поднял что-то с песка.
– Скажи, что люди чаще всего берут у тебя?
Море посмотрел на ладонь ветра и фыркнул, пожимая плечами.
– Ну, ракушки... И что же?
– Иди за мной. Я покажу тебе кое-что...
***
Вскоре они уже были на другом пляже. Здесь обычно не было людей, редкие путешественники добирались до дикого берега через заросли.
На пляже оказались только двое: женщина и девочка лет пятнадцати. Море скрестил руки на груди, скрываясь за деревьями.
– Ну и что мы здесь делаем?
– Подожди...
Девочка подошла к самой кромке воды и намочила ладони. Затем она огляделась и отрыла среди камешков большую ракушку.
– Мам, смотри!
Женщина подошла к дочери и улыбнулась.
– Очень красивая. Забери ее, и когда соскучишься по этим местам, она тебе поможет.
– Как?
– А ты послушай. Говорят, в ракушках живет частичка Моря, и если захотеть, можно услышать его шепот.
Девочка, чуть помедлив, приложила раковину к уху. Бриз тронул друга за руку и кивнул.
Море нервно сглотнул, сделал шаг вперед и неуверенно шепнул:
– Здравствуй...
***
– Мам, я слышу!
Женщина засмеялась.
– Вот видишь. Ты можешь обращаться к нему, когда захочешь. Рассказывай ему истории, и Море, возможно, расскажет свои.
Девочка с мамой вскоре ушли, но Море все равно слышал их голоса где-то внутри себя...
***
Он сидел на обрыве. Волны спокойно перекатывались, шурша по песку. Море сидел с закрытыми глазами, улыбался и слушал...
Люди, приходившие на пляж, брали ракушки и увозили их в свои страны. Одна лежала на полке художника из Голландии. Ему вечно не хватало денег, но все
Соленые брызги летели на песок каждый раз, когда волна ударялась о камень. Небо было затянуто пепельно-серыми тучами, их рваные края задевали верхушки далеких скал. Влажный воздух оставлял на губах привкус соли и водорослей.
На мокром песке сидел Море. Его глаза, обычно сверкающие синевой, были наполнены грустью и казались сероватыми. Рядом на большом валуне, покрытом раковинами моллюсков, сидел Бриз – один из братьев-ветров.
Они любили это место – освобожденное от людской суеты, полностью подчиненное стихии. Только на этом пляже Море мог отдаться эмоциям и поднимать волны, не боясь никому навредить.
Но в тот день ему хотелось устроить настоящий шторм – так болела измученная душа. Море вздохнул и бросил в воду камешек.
– Как мне это надоело...
Он помолчал. Бриз тоже не говорил, ожидая продолжения. Море снова вздохнул.
– Понимаешь, я лишь недавно осознал, что на самом деле знаю очень мало. Я закрыт в своих водах и никогда не был за их пределами. Да и не побываю. А ведь там, на суше, есть огромный мир! И неужели мне не суждено его увидеть?
Бриз пожал плечами.
– Ты можешь ходить вдоль берегов. Столько городов стоит около твоих вод.
Море лишь раздраженно фыркнул в ответ:
– Сколько! На берегах есть лишь порты и бедные матросы. Я видел карту в рубке одного капитана – это поразительно! Города, реки, леса, горы... Я бы все отдал, чтобы оказаться там.
Море швырнул в волны еще один камень.
– Недавно я слышал разговор двух людей, плывущих из Франции. Они обсуждали Лувр и Эйфелеву башню. А я понял, что совершенно не знаю, что это такое! Ты свободный... Ты видел это?
Бриз задумчиво покачал ногой.
– Ну, Лувр я видел только снаружи...
– А башню?
Ветер промолчал. Море отвернулся.
– Видел... Как же это ненавистно!
Он вскочил и яростно взмахнул рукой. Волны всколыхнулись и с силой разбились о скалы.
– Никогда! Никогда я не увижу этих прекрасных вещей. Только портовые города и дикие пляжи – немые свидетели моей беспомощности!
Море ожесточенно смахнул с щеки слезу. Бриз вздохнул – он ненавидел моменты, когда друг начинал бушевать. Еще печальней становилось от невозможности помочь – ветер не знал, как можно показать Морю удивительный мир суши.
Но внезапно лицо Бриза просияло. Он вскочил и повернулся к Морю, собираясь с мыслями. Разгневанный парень остановился и посмотрел на друга с первым проблеском надежды в синих глазах.
Наконец Бриз наклонился и поднял что-то с песка.
– Скажи, что люди чаще всего берут у тебя?
Море посмотрел на ладонь ветра и фыркнул, пожимая плечами.
– Ну, ракушки... И что же?
– Иди за мной. Я покажу тебе кое-что...
***
Вскоре они уже были на другом пляже. Здесь обычно не было людей, редкие путешественники добирались до дикого берега через заросли.
На пляже оказались только двое: женщина и девочка лет пятнадцати. Море скрестил руки на груди, скрываясь за деревьями.
– Ну и что мы здесь делаем?
– Подожди...
Девочка подошла к самой кромке воды и намочила ладони. Затем она огляделась и отрыла среди камешков большую ракушку.
– Мам, смотри!
Женщина подошла к дочери и улыбнулась.
– Очень красивая. Забери ее, и когда соскучишься по этим местам, она тебе поможет.
– Как?
– А ты послушай. Говорят, в ракушках живет частичка Моря, и если захотеть, можно услышать его шепот.
Девочка, чуть помедлив, приложила раковину к уху. Бриз тронул друга за руку и кивнул.
Море нервно сглотнул, сделал шаг вперед и неуверенно шепнул:
– Здравствуй...
***
– Мам, я слышу!
Женщина засмеялась.
– Вот видишь. Ты можешь обращаться к нему, когда захочешь. Рассказывай ему истории, и Море, возможно, расскажет свои.
Девочка с мамой вскоре ушли, но Море все равно слышал их голоса где-то внутри себя...
***
Он сидел на обрыве. Волны спокойно перекатывались, шурша по песку. Море сидел с закрытыми глазами, улыбался и слушал...
Люди, приходившие на пляж, брали ракушки и увозили их в свои страны. Одна лежала на полке художника из Голландии. Ему вечно не хватало денег, но все
заработанное он тратил на одну важную для него традицию – каждый день на подоконнике соседнего дома появлялся свежий цветок. Девушка подходила к окну и каждый раз удивлялась. А затем она прижимала цветочек к губам... Ради таких моментов он и жил.
Другая ракушка украшала стол какого-то важного человека в Великобритании. К нему в кабинет приходили послы из других стран, и Море, слушая переговоры, лишь покачивал головой. Смешные люди, никак не могут договориться.
Третью носила с собой в качестве талисмана какая-то студентка. Море вслушивался в лекции, с каждым разом узнавая все больше, а вечерами любил слушать, как она шепчет нежные слова любимому человеку.
Сотни людей, сотни городов. И каждый рассказывал свою, непохожую на остальные, историю. А иногда они затихали. И тогда Море начинал шептать свои сказки.
И в каждом миге, в каждом шепоте из ракушек ему виделось счастье...
Автор: Екатерина Кузьминых (http://vk.com/id80868754)
Сборник: Дом-на-Перекрестке (http://vk.com/club118116649)
Другая ракушка украшала стол какого-то важного человека в Великобритании. К нему в кабинет приходили послы из других стран, и Море, слушая переговоры, лишь покачивал головой. Смешные люди, никак не могут договориться.
Третью носила с собой в качестве талисмана какая-то студентка. Море вслушивался в лекции, с каждым разом узнавая все больше, а вечерами любил слушать, как она шепчет нежные слова любимому человеку.
Сотни людей, сотни городов. И каждый рассказывал свою, непохожую на остальные, историю. А иногда они затихали. И тогда Море начинал шептать свои сказки.
И в каждом миге, в каждом шепоте из ракушек ему виделось счастье...
Автор: Екатерина Кузьминых (http://vk.com/id80868754)
Сборник: Дом-на-Перекрестке (http://vk.com/club118116649)
- к вам прицепилась лярва, она забирает ваши силы.
- кто? конкуренты, порча?
- ипотека.
ЖЗЛ
- кто? конкуренты, порча?
- ипотека.
ЖЗЛ
В фейсбук Маги Шутят, имеющем немного отличные публикации, чем наш ВКонтакте, собрались уже почти 10000 магов. Добро пожаловать!
https://fb.com/esolike
https://fb.com/esolike
- Учитель! Я наконец-то разгадала свой главный страх! Правда, он меня тоже разгадал и стал сильнее.
Красная девица лимитед
В некотором царстве, некотором государстве, жил да был народ честной, работящий и весёлый. Но случилась напасть: похитил Змей Горыныч девицу – красавицу, дочь воеводы знатного. Мать горючими слезами обливалася, а отец повелел объявить:
- Кто возвернёт кровинушку мою ненаглядную, будь то сын боярский, али пьянчужка подзаборный, отдам её в жены и приданым не поскуплюсь, велю избу каменную молодым поставить, а зятя нареченного сотником стрелецким сделаю. Приходи ко мне на двор, молодец храбрый, снаряжу в путь дорогу богато, дам доспехи дорогие иноземные, скакуна арабского и провиантом обеспечу.
Услыхал о том, Добрыня, кузнеца подмастерье, и решил: «чем молотом за медные грошики махать, попытаю счастья, глядишь, Бог милует и отвоюю зазнобушку у змея лютого». Пришел к воеводе и, как обещано было, справили его в дорогу дальнюю, матушка облобызала на прощание, а воевода благословил, слезу скупую вытираючи. Вскочил на коня Добрынюшка, и только его и видели. А родители безутешные, рассмеявшись радостно медком пенным упилися, вестей дожидаясь.
Долго ли, коротко ли ехал добрый молодец, к вечеру увидал полянку темную, где стояла избушка бабы, Ягой прозванной. Забор вокруг избы из костей человеческих, торчат черепа людские с глазами страшными, вместо дверей у ворот - ноги костяные, а ступни онучами диковинными обмотанные, вместо запоров – руки с пальцами сияющими, вместо замка - рот с острыми зубами золотыми.
Только солнце закатилось, у всех черепов на заборе загорелись глаза цветами разными, зелеными да красными, синими и желтыми, то замерцают, то погаснут, то засияют, то потухнут, и загуляли по полянке сполохи световые, ещё большую жуть наводя.
Спрыгнул богатырь с коня и замер, сжав рукоять меча своего. Скоро послышался в лесу шум страшный: затрещали деревья высокие, захрустели листья сухие, и с матом – перематом выехала из лесу Баба-яга в ступе, пестом погоняет, помелом след заметает.
Остановилась у ворот и, обнюхав вокруг себя, закричала:
- Фу, фу! Русским духом пахнет! Кто здесь?
Поклонился молодец старухе и молвил:
- Это я, бабушка! Еду выручать девицу красную, проклятущим Змеем Горынычем украденную. А звать меня Добрынею.
- Дело хорошее, - ответила Баба-яга, - и что с ней делать - то потом думаешь, богатырь?
- Женюсь, коли супостата трехголового победить удастся.
- Коли так, помогу я тебе, - ответила старуха, - но смотри, не обмани зазнобушку, мучается она в плену чудовища лютого, ждет освободителя своего суженого.
Потом обратилась к воротам и вскрикнула:
- Эй, запоры мои крепкие, отомкнитеся, ворота мои широкие, отворитеся!
Щелкнули зубы золотые, со скрипом ворота отворились, в них баба Яга въехала, посвистывая, а следом вошел Добрыня.
Повернулась старуха к богатырю и говорит:
- Вот клубочек заговоренный, брось перед собой, приведет он тебя к дубу старому, в дупле его сыщешь меч – накладенец и щит – подкидыш. Только с ними победишь Горыныча. Как падет злодей бездыханным, брось на тело его доспехи волшебные, а сам хватай зазнобушку и веди в дом отчий, родителям на радость и себе на удовольствие.
- Как отблагодарить тебя, бабушка, за советы добрые и подарки ценные? – спросил Добрыня, - пригласить на свадебку, али помощь по хозяйству оказать какую?
- Коня и доспехи мне оставь, - буркнула Яга, - в бою они тебе без надобности, зазря животинку потеряешь и от стали булатной обожжешься, когда змей огнём полыхать будет.
Жаль богатырю было расставаться с конём верным и кольчугой венецианской, латами, золотом червонным изукрашенными, и шлемом посеребренным, мечом с рукоятью работы дивной, камнями драгоценными усыпанной, но ничего не поделаешь.
Старуха, улыбаясь довольно, сложила доспехи у избушки, привязала коня к ноге куриной и молвила:
- А теперь ступай, не след мужчине у женщины одинокой ночевать, слухи пойдут нехорошие.
Поблагодарил Добрыня бабку странную, поклонился и вышел за ворота костяные.
***
- Чудные доспехи какие-то, - бормотал богатырь, стоя у дуба старого.
В некотором царстве, некотором государстве, жил да был народ честной, работящий и весёлый. Но случилась напасть: похитил Змей Горыныч девицу – красавицу, дочь воеводы знатного. Мать горючими слезами обливалася, а отец повелел объявить:
- Кто возвернёт кровинушку мою ненаглядную, будь то сын боярский, али пьянчужка подзаборный, отдам её в жены и приданым не поскуплюсь, велю избу каменную молодым поставить, а зятя нареченного сотником стрелецким сделаю. Приходи ко мне на двор, молодец храбрый, снаряжу в путь дорогу богато, дам доспехи дорогие иноземные, скакуна арабского и провиантом обеспечу.
Услыхал о том, Добрыня, кузнеца подмастерье, и решил: «чем молотом за медные грошики махать, попытаю счастья, глядишь, Бог милует и отвоюю зазнобушку у змея лютого». Пришел к воеводе и, как обещано было, справили его в дорогу дальнюю, матушка облобызала на прощание, а воевода благословил, слезу скупую вытираючи. Вскочил на коня Добрынюшка, и только его и видели. А родители безутешные, рассмеявшись радостно медком пенным упилися, вестей дожидаясь.
Долго ли, коротко ли ехал добрый молодец, к вечеру увидал полянку темную, где стояла избушка бабы, Ягой прозванной. Забор вокруг избы из костей человеческих, торчат черепа людские с глазами страшными, вместо дверей у ворот - ноги костяные, а ступни онучами диковинными обмотанные, вместо запоров – руки с пальцами сияющими, вместо замка - рот с острыми зубами золотыми.
Только солнце закатилось, у всех черепов на заборе загорелись глаза цветами разными, зелеными да красными, синими и желтыми, то замерцают, то погаснут, то засияют, то потухнут, и загуляли по полянке сполохи световые, ещё большую жуть наводя.
Спрыгнул богатырь с коня и замер, сжав рукоять меча своего. Скоро послышался в лесу шум страшный: затрещали деревья высокие, захрустели листья сухие, и с матом – перематом выехала из лесу Баба-яга в ступе, пестом погоняет, помелом след заметает.
Остановилась у ворот и, обнюхав вокруг себя, закричала:
- Фу, фу! Русским духом пахнет! Кто здесь?
Поклонился молодец старухе и молвил:
- Это я, бабушка! Еду выручать девицу красную, проклятущим Змеем Горынычем украденную. А звать меня Добрынею.
- Дело хорошее, - ответила Баба-яга, - и что с ней делать - то потом думаешь, богатырь?
- Женюсь, коли супостата трехголового победить удастся.
- Коли так, помогу я тебе, - ответила старуха, - но смотри, не обмани зазнобушку, мучается она в плену чудовища лютого, ждет освободителя своего суженого.
Потом обратилась к воротам и вскрикнула:
- Эй, запоры мои крепкие, отомкнитеся, ворота мои широкие, отворитеся!
Щелкнули зубы золотые, со скрипом ворота отворились, в них баба Яга въехала, посвистывая, а следом вошел Добрыня.
Повернулась старуха к богатырю и говорит:
- Вот клубочек заговоренный, брось перед собой, приведет он тебя к дубу старому, в дупле его сыщешь меч – накладенец и щит – подкидыш. Только с ними победишь Горыныча. Как падет злодей бездыханным, брось на тело его доспехи волшебные, а сам хватай зазнобушку и веди в дом отчий, родителям на радость и себе на удовольствие.
- Как отблагодарить тебя, бабушка, за советы добрые и подарки ценные? – спросил Добрыня, - пригласить на свадебку, али помощь по хозяйству оказать какую?
- Коня и доспехи мне оставь, - буркнула Яга, - в бою они тебе без надобности, зазря животинку потеряешь и от стали булатной обожжешься, когда змей огнём полыхать будет.
Жаль богатырю было расставаться с конём верным и кольчугой венецианской, латами, золотом червонным изукрашенными, и шлемом посеребренным, мечом с рукоятью работы дивной, камнями драгоценными усыпанной, но ничего не поделаешь.
Старуха, улыбаясь довольно, сложила доспехи у избушки, привязала коня к ноге куриной и молвила:
- А теперь ступай, не след мужчине у женщины одинокой ночевать, слухи пойдут нехорошие.
Поблагодарил Добрыня бабку странную, поклонился и вышел за ворота костяные.
***
- Чудные доспехи какие-то, - бормотал богатырь, стоя у дуба старого.
Подивился Добрыня ещё раз, но делать нечего – пошёл за клубком.
***
Вышел из леса дремучего, глядь – а впереди логово Змея Горыныча. Приосанился молодец, сжал меч покрепче, да по сторонам огляделся. Смотрит, три воробышка, птички небесные порхают и чирикают громко.
Улыбнулся Добрынюшка:
- Видно, знак мне посылают, чтобы храбр был и стоек в бою страшном.
И крикнул богатырь зычным голосом:
- Выходи, чудище поганое, биться будем.
Задрожала земля сырая, покачнулись дубы столетние, осыпались цветы луговые, полегла трава зеленая. Потемнело небо синее, это крылья змея проклятого закрыли солнце яркое. Налетел Горыныч на Добрынюшку, и началась битва не на жизнь, а на смерть.
Без устали махал богатырь мечом заговоренным, прикрываясь щитом деревянным. И слышались ему сквозь рев чудовища голосочки тонкие, воробьиные:
- Да кто так рубит, кто так рубит, левее, левее, вправо давай, поджарит же, ах ты, тормозок гастарбайтера, полный муд…
Крик головы отрубленной заглушил слово последнее. Изловчился тут молодец, да и вторую голову отсек. Захрипел змей в агонии, забил хвостом так, что камни с горы посыпались.
А Добрынюшка гикнул, крикнул по-молодецки и последняя голова, шипя, покатилась, подмигивая. Распахнулись тут чертоги злодеевы, и выбежала девица красная, статная да румяная, фигурой богиням греческим подобная, а походкой – павам диковинным. Бросилась на шею своему спасителю:
- Спасибо тебе, добрый молодец, что выручил из заточения лютого, теперь я твоя навеки, да и батюшка мой вознаградит богатыря былинного за доченьку единственную, кровинушку ненаглядную.
Улыбнулся Добрыня, обнял судьбу свою нареченную, и пошли они вместе по дорожке неприметной, мечтам о будущем предаваясь.
Только слышалось молодцу изредка, как доносились голосочки тонкие, воробьиные:
- …развели …лох …
***
- Я последний раз спрашиваю, откуда взялись воробьи? – огромный черный кот, бешено вращая глазами, орал в ярко красную ракушку, - что значит, контекстная реклама, кто разрешил? Вы отдел технического контроля или где? Вы гуси – лебеди или как? Предупреждаю, у меня заказ из столичной харчевни. Готовится юбилей царя батюшки, бояре столбовые заплатят горшочек золотых за птиц, фаршированных молодильными яблоками. Поэтому ещё один такой косяк – включу в меню. Чуть сделку не сорвали. В прошлый раз эти пернатые хулиганы стали причитать над поверженным змеем «а на кого ж ты нас покинул, динозавр – мутант чернобыльский», хорошо ещё, что богатырь подслеповат был и оглохший после боя. Не заметил, как головы подмигивали и хихикали.
- Кстати, отдел анестезии и регенерации тканей, предупредите своих волхвов и знахарей, я категорически запрещаю любые эксперименты с обезболивающими препаратами, прекращайте добавлять настой мухомора. Что значит, «животинку жалко, пусть хоть порадуется». Трехголовому без разницы, к тому же меч там – одно название, китайская бутафория.
- Да, отдел снабжения, почему со щита не стерли надпись «Made in China»? Соловей, что ты мне свистишь, сколько раз предупреждать, наши зарубежные партнеры требуют полной анонимности поставок. И внимание всем – инициатива наказуема.
- К слову, отдел оформления – что за цирк? По утвержденному стандарту должно быть так: глаза черепов светятся красным, руки, ноги, зубы – чистая, повторяю, чистая имитация кости. Домовые, обращаюсь к вам, кто устроил цветомузыку с демонстрацией последних достижений маникюра и протезирования в стоматологии? Откуда лак для ногтей притащили и главное - золото, золото кто дал? Не гоните на Кощея, он пока баланс за прошлый квартал не сведет, медной монетки не допросишься. Опять в свободное от работы время в хатах убирались по договору подряда? «За ради дела общего?» Лучше следите за соблюдением порядка на вверенной вам территории. А носки на ногах – это же ни в какие ворота не лезет! Значит, «старушку древнюю красотой обиталища её родного хотели порадовать», а вы в курсе, что Яга от увиденного материться начала? Чуть ступу не намочила с перепугу.
***
Вышел из леса дремучего, глядь – а впереди логово Змея Горыныча. Приосанился молодец, сжал меч покрепче, да по сторонам огляделся. Смотрит, три воробышка, птички небесные порхают и чирикают громко.
Улыбнулся Добрынюшка:
- Видно, знак мне посылают, чтобы храбр был и стоек в бою страшном.
И крикнул богатырь зычным голосом:
- Выходи, чудище поганое, биться будем.
Задрожала земля сырая, покачнулись дубы столетние, осыпались цветы луговые, полегла трава зеленая. Потемнело небо синее, это крылья змея проклятого закрыли солнце яркое. Налетел Горыныч на Добрынюшку, и началась битва не на жизнь, а на смерть.
Без устали махал богатырь мечом заговоренным, прикрываясь щитом деревянным. И слышались ему сквозь рев чудовища голосочки тонкие, воробьиные:
- Да кто так рубит, кто так рубит, левее, левее, вправо давай, поджарит же, ах ты, тормозок гастарбайтера, полный муд…
Крик головы отрубленной заглушил слово последнее. Изловчился тут молодец, да и вторую голову отсек. Захрипел змей в агонии, забил хвостом так, что камни с горы посыпались.
А Добрынюшка гикнул, крикнул по-молодецки и последняя голова, шипя, покатилась, подмигивая. Распахнулись тут чертоги злодеевы, и выбежала девица красная, статная да румяная, фигурой богиням греческим подобная, а походкой – павам диковинным. Бросилась на шею своему спасителю:
- Спасибо тебе, добрый молодец, что выручил из заточения лютого, теперь я твоя навеки, да и батюшка мой вознаградит богатыря былинного за доченьку единственную, кровинушку ненаглядную.
Улыбнулся Добрыня, обнял судьбу свою нареченную, и пошли они вместе по дорожке неприметной, мечтам о будущем предаваясь.
Только слышалось молодцу изредка, как доносились голосочки тонкие, воробьиные:
- …развели …лох …
***
- Я последний раз спрашиваю, откуда взялись воробьи? – огромный черный кот, бешено вращая глазами, орал в ярко красную ракушку, - что значит, контекстная реклама, кто разрешил? Вы отдел технического контроля или где? Вы гуси – лебеди или как? Предупреждаю, у меня заказ из столичной харчевни. Готовится юбилей царя батюшки, бояре столбовые заплатят горшочек золотых за птиц, фаршированных молодильными яблоками. Поэтому ещё один такой косяк – включу в меню. Чуть сделку не сорвали. В прошлый раз эти пернатые хулиганы стали причитать над поверженным змеем «а на кого ж ты нас покинул, динозавр – мутант чернобыльский», хорошо ещё, что богатырь подслеповат был и оглохший после боя. Не заметил, как головы подмигивали и хихикали.
- Кстати, отдел анестезии и регенерации тканей, предупредите своих волхвов и знахарей, я категорически запрещаю любые эксперименты с обезболивающими препаратами, прекращайте добавлять настой мухомора. Что значит, «животинку жалко, пусть хоть порадуется». Трехголовому без разницы, к тому же меч там – одно название, китайская бутафория.
- Да, отдел снабжения, почему со щита не стерли надпись «Made in China»? Соловей, что ты мне свистишь, сколько раз предупреждать, наши зарубежные партнеры требуют полной анонимности поставок. И внимание всем – инициатива наказуема.
- К слову, отдел оформления – что за цирк? По утвержденному стандарту должно быть так: глаза черепов светятся красным, руки, ноги, зубы – чистая, повторяю, чистая имитация кости. Домовые, обращаюсь к вам, кто устроил цветомузыку с демонстрацией последних достижений маникюра и протезирования в стоматологии? Откуда лак для ногтей притащили и главное - золото, золото кто дал? Не гоните на Кощея, он пока баланс за прошлый квартал не сведет, медной монетки не допросишься. Опять в свободное от работы время в хатах убирались по договору подряда? «За ради дела общего?» Лучше следите за соблюдением порядка на вверенной вам территории. А носки на ногах – это же ни в какие ворота не лезет! Значит, «старушку древнюю красотой обиталища её родного хотели порадовать», а вы в курсе, что Яга от увиденного материться начала? Чуть ступу не намочила с перепугу.
- И напоследок. За коня и доспехи выручено пятьдесят золотых, плюс столько же – оплата услуг, учитывая стоимость выданных взамен меча со щитом (целковый), плюс затраты на восстановление Горыныча, а также прочие спецэффекты, чистая прибыль составила 69 монет. Василиса Прекрасная, прекратите ржать, вечно все с ног на голову перевернете, опять со своими намеками, так, совещание закончено, работать!
Нервно отхлебнув валерьянки, кот схватил дребезжащую ракушку, разрисованную хохломской росписью:
- Красна девица лимитед. Дочь обходят женихи, плакать надо, не хи хи. Завсегда мы помогали, девкам мужиков искали, все довольные живут, так что сказочки не врут. Ваш звонок очень важен для нас, внимание, разговор записывается дятлом - скорострелом.
Послушав несколько секунд, кот мурлыкнул:
- И тебе гой еси, боярыня. Коль позвонила ты нам, видать горе случилось. Говори отчетливо, да не всхлипывай громко, ухо у меня закладывает.
- Так, так, значит, доченьку замуж не берут, а уж скоро 23, ой беда - бедовая. Что ж не так то в ней? Понимаю, и красавица, и умница – разумница, и рукодельница. А без брехни? Пироги зело любит и в калитку не проходит? Варила борщ – взорвала сени? Эхе хе, грехи наши тяжкие, кто ж селитру с порохом замест соли сыплет? Ума нет, и над игрушкой детской ржет, аки конь богатырский, всех собак распугала? Не реви, просил же, не реви говорю, матушка, помогу в горе твоем.
- Перво наперво – надобно кровинушку твою отдать бабе Яге, она по хозяйству домовому мастерица, потом Василисе Премудрой – обучит наукам и грамоте, а уж опосля –Василисушке Прекрасной, та из любой кадки в сарафане сделает лебедя белого, девицу красную, невестушку желанную.
- Что баишь? Поди, дорого? А мы тот час посчитаем. Кто похитить должен доченьку ненаглядную? Кощей? Сто золотых только за имя, и не уступлю, сама подумай, пока яйцо в утку впихнёшь, еще полбеды, птице-то привычно, а вот зайцы так верещат, когда уточку заталкиваем, рыба в озере глохнет. Ась?
- Конечно, мы ценим клиентов и завсегда идем навстречу. Есть подешевле, как молвят купцы ганзейские, бюджетный вариант. Змей Горыныч. Гусляров нанимаем? Как для чего – песни жалостливые петь о злой судьбе – кручинушке и девице – красавице, томящейся у злодея лютого. Это рекламой называется, тебе ж зять богатырь нужон, а не хмырь кабацкий. Вот и я о том же говорю. Молодца сама в путь – дорогу снаряжать будешь? Тогда скидка тебе знатная, итого – пятьдесят золотых на всё про всё, с харчем, обучением и постоем у Бабы Яги и Василисушек.
- Согласна? Вот и ладненько, бересту на подпись авиапочтой, сиречь, гусями-лебедями доставят. Им же монеты передашь, Кощей примет и пересчитает, а там – утром ранним выйдет краса твоя ненаглядная во двор личико умыть водой колодезной. Что? Спит до обеда? Так разбуди и вытолкай! Боишься, что зашибет спросонья, больно рученька белая тяжела? Раскормили ее, вижу, знатно. Но коли хочет замуж за молодца достойного, потерпит. И попрошу, поговори со своей кровинушкой, когда змей нести будет, пусть не верещит громко, Горыныч стар уже, пугается визгу, лапы трястись начинают, ещё уронит золотце твоё. И получим яму огроменную вместо свадебки радостной.
Кот в три глотка осушил стакан и на секунду довольно зажмурился:
- Хороша валерьяночка. Это не тебе, что? Боярыня, мы со времен Гороха мужей знатных девицам незатребованным находим, сказок не читала что ль, «и жили они долго и счастливо»? Не нравится – иди в «Давай поженимся», коли пропихнешь свое чадо в двери узкие. Да не сумлевайся, мы не банк, у нас все честно, ну что? По рукам?
Положив ракушку, он с наслаждением потянулся.
- Ку-ку-ку-ку, - в окно, ехидно ухмыляясь, барабанила кукушка.
- Совсем забыл, - кот подскочил и бросился к двери, - ещё Пушкин этот, ну почему не улитка, у неё один оборот три года занимает.
***
У лукоморья дуб зелёный;
Златая цепь на дубе том:
И днём и ночью кот учёный
Всё ходит по цепи кругом;
Идёт направо - песнь заводит,
Налево - сказку говорит…
Нервно отхлебнув валерьянки, кот схватил дребезжащую ракушку, разрисованную хохломской росписью:
- Красна девица лимитед. Дочь обходят женихи, плакать надо, не хи хи. Завсегда мы помогали, девкам мужиков искали, все довольные живут, так что сказочки не врут. Ваш звонок очень важен для нас, внимание, разговор записывается дятлом - скорострелом.
Послушав несколько секунд, кот мурлыкнул:
- И тебе гой еси, боярыня. Коль позвонила ты нам, видать горе случилось. Говори отчетливо, да не всхлипывай громко, ухо у меня закладывает.
- Так, так, значит, доченьку замуж не берут, а уж скоро 23, ой беда - бедовая. Что ж не так то в ней? Понимаю, и красавица, и умница – разумница, и рукодельница. А без брехни? Пироги зело любит и в калитку не проходит? Варила борщ – взорвала сени? Эхе хе, грехи наши тяжкие, кто ж селитру с порохом замест соли сыплет? Ума нет, и над игрушкой детской ржет, аки конь богатырский, всех собак распугала? Не реви, просил же, не реви говорю, матушка, помогу в горе твоем.
- Перво наперво – надобно кровинушку твою отдать бабе Яге, она по хозяйству домовому мастерица, потом Василисе Премудрой – обучит наукам и грамоте, а уж опосля –Василисушке Прекрасной, та из любой кадки в сарафане сделает лебедя белого, девицу красную, невестушку желанную.
- Что баишь? Поди, дорого? А мы тот час посчитаем. Кто похитить должен доченьку ненаглядную? Кощей? Сто золотых только за имя, и не уступлю, сама подумай, пока яйцо в утку впихнёшь, еще полбеды, птице-то привычно, а вот зайцы так верещат, когда уточку заталкиваем, рыба в озере глохнет. Ась?
- Конечно, мы ценим клиентов и завсегда идем навстречу. Есть подешевле, как молвят купцы ганзейские, бюджетный вариант. Змей Горыныч. Гусляров нанимаем? Как для чего – песни жалостливые петь о злой судьбе – кручинушке и девице – красавице, томящейся у злодея лютого. Это рекламой называется, тебе ж зять богатырь нужон, а не хмырь кабацкий. Вот и я о том же говорю. Молодца сама в путь – дорогу снаряжать будешь? Тогда скидка тебе знатная, итого – пятьдесят золотых на всё про всё, с харчем, обучением и постоем у Бабы Яги и Василисушек.
- Согласна? Вот и ладненько, бересту на подпись авиапочтой, сиречь, гусями-лебедями доставят. Им же монеты передашь, Кощей примет и пересчитает, а там – утром ранним выйдет краса твоя ненаглядная во двор личико умыть водой колодезной. Что? Спит до обеда? Так разбуди и вытолкай! Боишься, что зашибет спросонья, больно рученька белая тяжела? Раскормили ее, вижу, знатно. Но коли хочет замуж за молодца достойного, потерпит. И попрошу, поговори со своей кровинушкой, когда змей нести будет, пусть не верещит громко, Горыныч стар уже, пугается визгу, лапы трястись начинают, ещё уронит золотце твоё. И получим яму огроменную вместо свадебки радостной.
Кот в три глотка осушил стакан и на секунду довольно зажмурился:
- Хороша валерьяночка. Это не тебе, что? Боярыня, мы со времен Гороха мужей знатных девицам незатребованным находим, сказок не читала что ль, «и жили они долго и счастливо»? Не нравится – иди в «Давай поженимся», коли пропихнешь свое чадо в двери узкие. Да не сумлевайся, мы не банк, у нас все честно, ну что? По рукам?
Положив ракушку, он с наслаждением потянулся.
- Ку-ку-ку-ку, - в окно, ехидно ухмыляясь, барабанила кукушка.
- Совсем забыл, - кот подскочил и бросился к двери, - ещё Пушкин этот, ну почему не улитка, у неё один оборот три года занимает.
***
У лукоморья дуб зелёный;
Златая цепь на дубе том:
И днём и ночью кот учёный
Всё ходит по цепи кругом;
Идёт направо - песнь заводит,
Налево - сказку говорит…