Семья Вячеслава Кима купила в Великобритании поместье с богатой историей за £20 млн

Татьяна Ким, супруга совладельца группы Kaspi и богатейшего казахстанца Вячеслава Кима, владеет в графстве Суррей поместьем Wishanger Manor площадью 16 гектаров. За этот объект в 2021 году она заплатила £20 млн, а сама сделка была признана самой крупной в этом регионе. Там же Татьяна Ким приобрела и домик для кучеров за £1,6 млн, а благодаря затеянной ею реновации поместья, мы получили доступ к детальным планам семейной резиденции Кимов.

Поместье Уишангер очень древнее — его первое упоминание встречается в документах 1167 года. Эта территория принадлежала аббатству Уэверли, и первую сотню лет этой территорией владели цистерианские монахи. Это настоящая английская глубинка, вдалеке от шумных мегаполисов — но при этом относительно удобное место, чтобы быстро добраться из аэропорта Хитроу (56 км) или до центра Лондона (80 км). Площадь поместья — более 16 гектаров, оно включает основное здание, дом для охраны, теннисный корт, открытый бассейн, пруд и несколько участков леса.

Запланированные Ким работы по реконструкции поместья не понравились местным чиновникам. В частности, они остались недовольны тем, как был заполнен бланк по «сохранению биоразнообразия» (отразится ли строительство на популяции летучих мышей). Кроме того, местные власти отправили Татьяне Ким предписание убрать построенный ею гигантский забор. Ким начала с ними спорить. В ответе на апелляцию инспектор написал, что деревянный забор высотой 2,5 метра «из-за своей высоты и длины создает неоправданное ощущение замкнутости», «представляет собой форму городской застройки» и «диссонирует с окружающей природой». На доводы владелицы о том, что забор повышает ее безопасность, инспектор ответил, что не было доказано, что это единственная альтернатива повышения безопасности, и таким образом негативный эффект забора оправдан. В итоге инспектор частично согласился с апелляцией Татьяны Ким и смягчил требования: вместо полного сноса забора он предписал уменьшить его высоту до одного метра.

За последние три года состояние Вячеслава Кима, супруга Татьяны Ким, выросло более чем в три раза с $2 млрд до $7,1 млрд. Этому, в том числе, способствовал выход Kaspi в январе прошлого года на американскую биржу NASDAQ. За четыре года до этой сделки компания провела первичное размещение своих глобальных депозитарных расписок на Лондонской бирже. До 2018 года треть компании принадлежала племяннику Нурсултана Назарбаева Кайрату Сатыбалды. Перед IPO в Лондоне он вышел из состава учредителей, как считается, чтобы не привлекать внимание британских регуляторов и потенциальных инвесторов своей аффилированностью с президентом Казахстана. Эта сделка, по мнению журналиста Forbes Дэвида Докинза, могла носить мнимый характер, а доля Сатыблады была размыта между Ломтадзе и Кимом с условием ее «возврата по первому требованию».

В июле этого года под контроль Вячеслава Кима перешел еще один финансовый актив, связанный с семьей Нурсултана Назарбаева Jusan Bank, который после этого сменил вывеску на Alatau City Bank. Этот банк ранее контролировался бывшим президентом Казахстана через его структуры Pioneer Capital и Jusan Technologies. После череды скандалов и смены собственников, актив в итоге оказался в портфеле Вячеслава Кима.

Поместье в Суррее не единственный актив семьи Вячеслава Кима в Великобритании. В лондонском районе Мэйфейр Татьяне Ким принадлежат две квартиры стоимостью £25,7 млн. Ода из них находится на третьем этаже здания по адресу Grosvenor Square, 20 — прямо над апартаментами ее однофамилицы Кристины Ким, дочери «кошелька Назарбаева» миллиардера Владимира Кима. @off_shores

Кто в нашей стране — где без машины жить просто какой-то позор — пользуется автовокзалами? Самые беззащитные и уязвимые. В Алматы это жители областных сел, работающие в городе и каждый день мотающиеся туда и обратно. Ежедневный рутинный маршрут полон лишений и опасности. Причин тому немало, вот позавчера в Алматы придушили таксиста Яндекса, отвозившего в близлежащий аул двух парней, которых на кривую дорожку привело, может быть, плохое воспитание и образование, а может, безнадега, или они уродились уродами, кто знает; но одна из фундаментальных причин — это отсутствие инфраструктуры для междугороднего сообщения, которая начинается с вокзалов. На транспортных узлах самого богатого мегаполиса страны творится бардак, и началось это не сегодня, когда богатые, облеченные властью люди решили, что незачем черни такая роскошь, как автовокзал в городе, (да и
ЖД вокзал тоже), могут постоять на обочине, пока баре мимо проезжают. Пусть каждая тварь знает свое место.
И знают ведь! Угрюмо толпятся на серединах дорог, задрав руки, на тех самых местах, где когда-то стояли вокзалы, а теперь высятся ЖК, принадлежащие баям, снесшим их вокзалы. Периодически недопассажиры помирают под колесницами, как в декабре 2023 года, когда автобус задавил несколько голосующих на проезжей части проспекта Раимбек. Но тут уж как повезет. Надо стараться, трудиться, и —заработаешь на машину. Как уже неоднократно было сказано отеческой властью - долой лень и иждивенчество!

Такой вот получается у нас транспортно-логический узел, такая социально-дорожная развязка. 🤷🏻‍♀️

Как же вышло, что на месте уничтоженного «Саяхата» сегодня красуется ЖК, построенный компанией RAMS, а люди перед ним продолжают ловить такси и маршрутки на проезжей части? Какая судьба ждёт «Сайран» и при чём тут автовокзал «Уш Коныр», читайте!

Ваша келин считает что самое примечательное в публикации о роскошном поместье стоимостью 14 млрд. тенге в графстве Суррей которое принадлежит супруге совладельца группы «Каспи» Татьяне Ким - это спор казахской клептократии с властями Великобритании о высоте забора который можно или нельзя возвести вокруг поместья.

Возможно кто-то помнит что аналогичная история имела место ранее, например во время спора первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева с властями Испании где роскошное поместье также было огорожено от посторонних любопытных глаз.

И это ведь история не про богатство а про буквально какие-то психологические проблемы и комплексы казахской элиты.

Возможно строя высокие заборы нувориши буквально подсознательно пытаются продемонстрировать свою обособленность и исключительность.

Или возможно что когда богатство получено сомнительными или откровенно незаконными способами возникает постоянный опять же подсознательный страх разоблачения и высокий забор якобы от этого защищает, скрывает от посторонних глаз образ жизни, который может вызвать возмущение.

В итоге клептократы физически возводя высокий непроницаемый для посторонних глаз забор буквально метафорически отгораживаются от общества даже находясь в обществах, где это исторически не принято, к примеру в Великобритании.

Ельмедиа взяли интервью у меня и Ганиева-Кима. Спасибо, что не поступили как КазТАГ и Бударов, не отрабатывали тупо заказ, а дали также слово мне.
Дослушать часть Ганиева-Кима я не смогла, не хватило выдержки. Ложь тотальная. Они составили легенду и держатся ее, пользуясь тем, что система не дает мне возможности доказать фальсификацию документов. Повторяю, что суд отказал мне в элементарном —независимой экспертизе электронного учредительного документа Орды, на предмет его редактуры и фальсификации. Надо понимать, что это очень просто, ведь в интернете любая правка, любое вмешательство в документ оставляет следы, вы всегда можете вернуть документ в исходное состояние, то, каким он был изначально.
Эта фальсификация дает Ганиеву-Киму карт-бланш на ложь.

В интервью меня перебивали и не давали закончить мысль, чего не происходило с моим оппонентом, но ок, меня и саму упрекают в перебивании. Есть один момент, который хотелось бы прокомментировать, поскольку мой ответ на вопрос был частично удален и остался неясным.
Гульжан Хамитовна спросила, почему я считаю, что давление началось после выпуска про «самоубийство» замначальника КНБ и обзоров, где я говорила про бездействие Казахстана по расследованию убийства Айдоса Садыкова, если и они и Басе тоже сообщали об этом, но давления там нет, хотя могут удалить тот же Басе на раз-два. Я ответила, что не говорю об этой единственной причинно-следственной связи, как если бы все у нас было прекрасно, а после этих выпусков - бац - и за мной пришли. Нет, давление происходило постоянно, нарастало и в определенный момент терпение у кого-то наверху лопнуло, и хронологически последней каплей стал выпуск «КНБ выходит в окно». Через три дня после этого подкаста мне поставили ультиматум: переписывай долю, отдавай Орду и уходи из журналистики.
Но также я спросила Гульжан Хамитовну: а что вы делали про самоубийство замначальника КНБ и расследование убийства Айдоса Садыкова? Какие вопросы задавали? Гульжан Хамитовна ответила: ну мы сообщали новости, констатировали. На что я возразила (цитирую себя по памяти) — «Ну констатировали! У нас это никому не возбраняется. В моем случае разозлили вопросы. Выпуск про КНБ меня требовали удалить. Позвонивший мне сотрудник Акорды (обойдусь без имени) в сердцах восклицал: ну что вы делаете! Вы же себе вредите, вы же фактически обвинили КНБ что они сами его убили...»

Как бы то ни было, вот наш заочный диалог на Елмедиа.

https://youtu.be/e3iNi0e9hYc?si=4GCucjGyoH8DYJjm