Где остановиться в Париже:📍отель Amour, 8 rue de Navarin, 75009

Я рассказываю и показываю этот отель в новом влоге (вот на YouTube, вот на VK), но все-таки хочу оставить его и тут

Итак, отелей Amour вообще три — два в Париже и один в Ницце. Тот, в котором остановилась я, первый — он открылся в мае 2006. Спустя 10 лет открылся Grand Amour (он кажется мне наименее обаятельным из трех), а в 2018 появился Amour Nice на Лазурке, который у меня пока в планах, туда тоже очень хочу, он самый уэсандерсоновский

Основал свою сеть арт-бутик-отелей Андре Сарайва — культовая фигура для ночной жизни Парижа, художник и человек яркий) Отель Amour находится в районе Пигаль, известный вот уже не первый век своими борделями, и идея Андре была в том, чтобы поменять репутацию района при помощи этого проекта. Он оставил фривольную стилистику — думаю, вы это и сами видите)) Так что дух района сохранился. Но к оформлению номеров привлекли современных художников, стали устраивать модные вечеринки в ресторане на первом этаже, и в целом, это просто очень красивый и секси отель. Для романтической поездки идеально, я считайте была на разведке)

Сервис — парижский, скажем так)) Но я морально была готова. А еще у сети Amour самый красивый мерч в мире — в отеле, где останаливалась я, его не продают, но сказали, что есть мерч-шоп в Grand Amour. Также можно оформить заказ на сайте

#bezfiltrovtravel

Стилист Марго Робби Эндрю Мукамал отрабатывает в промо-туре «Грозового перевала» каждый цент своего гонорара — и демонстрирует высший пилотаж работы с викторианской готикой, которая, конечно же, не про черный и вайбы Уэнсдей, а намного интереснее

Нравится, как на лондонской премеьере плетения на кастомном платье Dilara Fındıkoğlu отсылают одновременно к кинки-приколам со связыванием (что вполне себе метод-дрессинг, о котором постоянно пишет Яна Лукина, — такое заигрывание очень перекликается с явными 18+ настроениями этой экранизации), но при этом похожи на косы из человеческих волос. Марго надела к платью копию браслета автора «Грозового перевала» Эмили Бронте, сплетенного из волос ее умерших сестер — украшения с волосами живых и не очень людей были дико популярны в 19 веке

А моя первая ассоциация с луком Робби — полотно «Офелия» Милле, где утопленница в полупрозрачном платье запечатлена среди цветов. Картина была кстати написана примерно одновременно с выходом «Перевала»

И вообще это заигрывание одновременно со смертью, сексом и запретом на почти все, что только вам может в голову прийти, — это so gothic

Хотела лечь пораньше, но видимо, я послана на эту Землю на для того, чтобы высыпаться: написала выше, что Олафур Элиассон — мой любимый современный художник. Объяснюсь

Олафур работает в основном со светом и пространством. Его инсталляции надо буквально ощущать кожей, находиться в них, они как бы ускользают от тебя, даже когда ты внутри

На первом фото — его самая известная работа, гигантское солнце, которое он повесил в лондонском музее Tate Modern в 2003 году. Эту инсталляцию, как из романов Стругацких, за полгода посетили 2 млн человек. На втором видео — его самая красивая работа. Она так и называется Beauty, Олафур придумал ее в 1990-х, а я видела в том же «Тейте» в 2019 (вроде бы) году. Это дымка из крошечных капель воды, подсвеченная прожекторами, одновременно падающий в невесомость водопад, радуга и зеркало. А на третьем видео — моя любимая работа. Она называется Your blind passenger. Это 39-метровый коридор, заполненный туманом и цветным светом. Туда запускают по паре человек в несколько минут, и когда ты туда заходишь, ты ощущаешь себя буквально in the middle of nowhere. Видимость ограничена парой шагов, температура вокруг не дает никакой информации, только свет, туман и твой путь. Когда я думаю о своих ощущениях там, у меня до сих пор мурашки, спустя столько лет. Постер с фотографией из этого коридора висит у меня дома на самом почетном месте в гостиной

И я очень согласна с приведенной выше цитатой Олафура. Мы часто не замечаем самые красивые вещи в мире просто потому, что они — бесплатные. А он замечает, и напоминает нам. Ужасно счастлива, что видела его работы

А коридор Элиассона больше всего напомнил мне главу «Кингс-Кросс» из «Гарри Поттера». Не начало и не конец, просто место, где тебе приходится быть наедине с собой и решать, куда двигаться дальше

«Вокруг царил ослепительный свет, но не такой яркий, чтобы резал глаза. Он стоял на платформе, очень похожей на Кингс-Кросс, только чистой и безлюдной. Ни единой души, кроме него самого. Поезда нигде не видно, но в воздухе витал запах дыма и чего-то сладкого.
Он огляделся. Платформа простиралась далеко, стены сияли белизной, как свежий снег. Свет лился откуда-то сверху, мягкий и всепроникающий, без теней. Гарри не чувствовал боли, не ощущал ни холода, ни жара — только покой и странную лёгкость»