coati

эти милые пушистые зверушки — носухи, южноамериканские родственники енотов. их испанское, французское и английское название «coati» происходит из языка гуарани (в котором означает «длинный нос»)

по образу жизни они похожи на енотов: всеядные, копаются в земле в поисках насекомых и всяких съедобных плодов, общительные и очень любопытные

но самое интересное про коати — это то, что они — «идеальные кандидаты на разумность».
по мнению антрополога и популяризатора науки Станислава Дробышевского, они подобрались ближе всего к нашим предкам по степени выполнения условий формирования разумности:
🔘умеют лазать по деревьям,
🔘имеют практически хватательную конечность,
🔘живут группами, имеют социальные связи

все эти условия способствуют усилению интеллекта и развитию мозга. единственная загвоздка в том, что они уже двадцать миллионов лет практически не меняются: что-то не дает им стать разумными — возможно, слишком сильное развитие обоняния

а, может, они пошли на шаг дальше и развились настолько, чтоб не развиваться дальше и не придумывать себе проблем 🤔

но они точно классные, милейшие зверьки

где их можно увидеть в Бразилии?
🔘в Сан-Паулу — это парк Tietê
🔘в Рио — на Corcovado (мы их видели прям за кафешкой под Иисусом)
🔘в парке Iguaçu (мы там не были, но знакомые засвидетельствовали)

их не надо кормить (везде висят таблички), но, видимо, их все-таки подкармливают, так как при появлении людей они тут же пытаются что-то выпросить. или гопнуть посетителей кафе. или само кафе

их не стоит кормить в том числе из соображений собственной безопасности — на фото мы запечатлели, как разочарованная носуха куснула мою подругу (в руке ничего не было, но она пыталась приманить носуху, делая вид, что у нее вкусняшка). а зубищи у носухи ого-го

Виталик загорелся теперь идеей завести носуху и назвать ее Костик 🙄

если у вас есть фото носух или с носухами — кидайте в комменты. и делитесь местами, где еще вы их видели
__
Бразильский вестник 🇧🇷

Себастьян Сальгадо (Sebastião Salgado)

когда приходится его в двух словах описывать, то у меня язык не поворачивается называть его «бразильским фотографом», потому его работы и фигура давно достигли планетарного масштаба. поэтому скажем, что это один крупнейших фотожурналистов мира

родился в Минас Жераис в 1944 году, бакалаврскую и магистерскую степень по экономике получил в Бразилии. шел 1969 год, расцвет диктатуры, и вместе с женой Лелией он переехал в Париж получать докторскую степень

во Франции он работал во Всемирной организации Кофе и много ездил в Африку по заданиям Мирового Банка, где и начал снимать на лейку жены. в 1973 он ушел в фото-фриланс и начал снимать для новостных изданий и агентств

в 1979 он стал членом агенства Магнум (самого престижкого агентства фотожурналистов), а в 1994 его оставил, чтобы основать совместное с женой агентство Imagens da Amazônia

наибольшую известность он получил благодаря длительным проектам, посвященным темам человечества и природы:
🔘Trabalhadores(«Рабочие»),
🔘Êxodos («Исход»)
🔘Gênesis («Зарождение»)
🔘Amazônia («Амазония») и другие

его стиль несложно узнать: очень контрастные черно-белые фотографии с драматичным освещением

если вы в опросе ответили, что никогда о нем не слышали, но посмотрев фотографии, поняли, что где-то их видели, помашите в комментариях 🙋🙋‍♀️
__
Бразильский вестник 🇧🇷

золото

никого не привозят туда насильно, но как только они прибывают, все становятся рабами мечты о золоте

эти снимки — часть одной из самых известных серий Себастьяна Сальгадо, снятой во время самой горячей золотой лихорадки в истории Бразилии. на фото мы видим garimpo — золотой рудник Серра Пелада, в котором, как муравьи, копошатся garimpeiros (золотодобытчики)

началось все с находки небольшого золотого самородка в 1979 году. слухи о золоте распространяется быстрее других, так что в течение нескольких недель начали прибывать сначала сотни, а потом тысячи искателей удачи. на пике добычи с 1982 по 1986 до пятидесяти тысяч человек могли здесь работать в ужасающих условиях, в грязи, без специального оборудования и страховки

территория рудника была поделена на участки 2 на 3 метра, которые заняли или купили первые прибывшие. те, кому участка не досталось, становились наемными рабочими. рабочие делились по функциями: cavador (землекоп), enchedor (наполнящий) и formiga (муравей). муравьи поднимали мешки, весящие до 40 кг (!) по лестницам, которые сами garimpeiros называли «adeus mamãe» (прощай, мамочка). если на участке обнаруживалось золото, то рабочие могли выбрать себе по мешку. внутри они могли найти богатство и свободу, но чаще находили только землю

конечно, здесь было золото — считается, что было извлечено 400 тонн за время разработки, и иногда попадались крупные самородки, весом в несколько и даже десятки килограмм, которые поддерживали и дальше разжигали золотую лихорадку

Себастьян Сальгадо ждал разрешения на съемку шесть лет. его ожидание не было напрасным: когда его снимки попали в редакцию «Нью-Йорк Таймс», произошло нечто экстраординарное: воцарилась полная тишина. «За всю мою карьеру в «Таймс», — вспоминал один из фоторедакторов — я никогда не видел, чтобы редакторы реагировали на какую-либо серию так, как на эти снимки»
__
Бразильский вестник 🇧🇷

Lélia Wanick Salgado

отдельный пост мне хотелось бы посвятить Лелии Ваник Сальгадо как со-владельцу бренда Себастьян Сальгадо

Лелия — это та женщина, которая всю жизнь поддерживала работу мужа. нет, она не «дышала маткой», не «притягивала энергии» и не «вдохновляла его на свершения», а вот прям работу работала: была соавтором проектов, от разработки концепции до публикации книг, организовывала и продюсировала выставки, выпускала книги, организовывала командировки

то есть делала всю ту работу, которая не очень нравится авантюристам-романтикам-искателям приключений. вот полгода провести в лагере беженцев или месяц прожить в поселении горемык-золотоискателей им нравится, а отбирать фото, писать письма, договариваться с агентствами, журналами и делать миллион других закадровых вещей — нет, такое им не нравится. так что Себастьяну очень повезло рано встретить партнера по жизни и по работе

еще Лелия — сооснователь фотоагенства Imagens da Amazônia, которое представляет его работы, и экологической организации Instituto Terra, которая восстанавливает лес в долине Рио-Досе — там где находится семейный участок Сальгадо

за продюсирование документального фильма о жизни и творчестве мужа O Sal da Terra (Соль земли), она получила номинацию на Оскар в 2015 году

я рада была услышать, что Себастьян Сальгадо признает её вклад и говорит о нем:

«У меня есть партнер по работе — моя жена. Самым важным в моей жизни стал день, когда я встретил свою жену. Мы познакомились в 1964 году, и каждую историю, которую я запечатлел, мы продумывали и обсуждали вместе. Источниками вдохновения для нас служили одни и те же этические и политические вопросы».

__
Бразильский вестник 🇧🇷