наверное, я очень глуп,
и может быть, я не достоин,
касаться твоих нежных губ.
жить там, где нас всего лишь двое.

я не хочу себя винить,
быть может, я не так устроен,
но я живу, прошу меня простить,
пока я рядом, здесь, я так спокоен…

законы физики до жути мнимы,
перед людьми, которые вселенной не ценимы.
ведь даже те, которые себе разбили спины,
они все также, также заменимы.

дай мне час.
час, чтобы прошли все боли,
и час, чтобы я смог плыть дальше корабля.

ты дай мне час,
всего-то час, не более,
и я за этот час смогу тебе поэму написать.

я напишу тебе о чувствах, напишу о солнце, напишу о тех морях, которые мы покорим, как только ты проснешься.

ты посмотри, время прошло?
в смысле «не сейчас»?
ну в смысле я не терпеливый?

ты дай мне час,
я подожду, серьезно.
и если я смогу тебя обнять…

то не страшны мне грозы.
и не страшны эти стрелки
на часах.

которые никак, сука, не сдвинутся.
дай мне час.

протяни мне руку,
и быть может, достанешь до орбит.
когда звезда твоей души меня касается,
у меня ничего не болит.

я погружен в тебя всецело с головою.
никто меня за это не винит.
тебя я, свет, зову своей судьбою.
моя душа рядом с тобой горит.

пока ты бесконечно воешь на луну,
он влюбился в солнце.
солнце ответило ему,
оно теперь, ради него, в ночи вернется.

пока все будут крепко спать,
наш мальчик улыбнется.
он будет рядом с ним лежать,
к груди его прижмется.

наш мальчик пламенем горит,
наш мальчик так смеется…
ему же хорошо, ведь рядом здесь,
хранитель всех его эмоций.

приглашаю тебя на дуэль.
ты, я и два пистолета.
я знаю, что сейчас апрель,
и ты легко одета.

***

ты посмотри в мои глаза,
с заката до рассвета,
жила ты только для меня.
сейчас умрешь за это.

я не достоин был тебя,
сейчас наоборот, родная,
я не хочу, я не хочу стрелять,
но в сердце попадаю.

***

твое бездыханное тело,
лежит, по мне скучает.
мое дыхание слабело.
мой труп твою могилу украшает.

надоело терпеть эти вечные слезы,
надоело жить под призмой тревоги.
пока люди спят, и видят грезы,
я подвожу себе ебучие итоги.

и я не должен был писать об этом.
ведь это тупо и банально,
но эти чувства выжаты поэтом.
и это, сука, аморально.

гениально, ты ведешь себя, как санта клаус,
ты каждый день пишешь свои куплеты.
ты даришь людям каждый день артхаус.
ты возомнил себя мечтательным эстетом.

скажи сейчас: ты потерялся где-то?
скажи мне, почему ты до сих пор живешь?
я не пойму твои мотивов, не напишу портрета.
ты снова, снова, сука, врешь.

я подарю тебе букет из звезд.
положи его в вазу, поливай слезами.
этот букет лишь кажется, что прост.
но прост он только временами.

ты положи его на подоконник,
он будет же пронзительно смотреть.
следит за тобой, он твой главный поклонник.
его главная цель — твою милую душу раздеть.

он будет ждать твоей боли,
будет ждать развлечений.
и играть он намерен всю жизнь.

ты берегись его,
ведь самое яркое «кроме».
в итоге окажется темным «держись».

пока я беззвучно утопал в болоте,
меня там кто-то пытался спасти.
он сидел на дне, весь грязный и в рвоте,
он так яро держал меня за ноги.

он давно задохнулся, но тело живет.
что за загадка? не знаю.
он не ждал, пока кто-то в болоте умрет,
но почему-то не вылезает.

протянул ему руку, пытался достать,
тянулся так долго, глубоко…
он где-то внизу, не хочет назад.
не хочет к людским он истокам.

я лег рядом с берегом, долго молчал,
пытался словить момент.
когда милый друг пройдет на причал,
когда он вздохнет наконец.

но нет в этом толку, все бесполезно
опять я остался один.
хочу быть как он, вся жизнь моя пресна.
грязь будет гораздо вкусней.

в подлом мире пустых душ,
я являюсь наркоманом.
я зависим от бешеных чувств,
доза мне не по карману.

я же в ломке, погибаю,
положи меня в стационар.
ты за зож, я это знаю.
научи меня не чувствовать азарт.

сейчас лежу от передоза,
грязный, в пене, на полу.
я в экстазе, будто под наркозом,
я пишу, пишу, пишу…

ты сожги мои куплеты,
назови меня торчком.
выгони меня из дома.
я дойду куда-нибудь пешком.

ты пуста, я это знаю,
как и все в твоей стране.
быть зависимым так сложно…
когда хочешь жить как все.

ночь — вдохновение.
день — час мольбы.
твое невезение —
игрушка судьбы.

подписка на качество,
качество снов.
в которых ты будто
забытый всеми Бог.

потеря сознания.
и вновь темнота.
к макушке касание,
рука не чиста.

открыты глаза.
красивый пейзаж.
иллюзия пса.
ты — просто муляж.

твоя ненависть,
моя нежность.
твой дикий шарм —
мой поцелуй.

устала ждать,
тебя содрогает ревность.
хочешь бить по рукам?
давай же, милая, рискуй.

ухмылка на лице,
но шрамы не зажили.
тебе же все равно на них,
ведь так?

мы бешеной любви
с тобой добились.
но для тебя
я все равно дурак.

ты бьешь в меня ножом,
шепчя мне нежное «люблю.»
я тебе улыбался, просил еще.
а ты мне сказала:
«заслужишь — и вовсе убью.»

вы, люди, ценители морали?
скажите мне, ценители добра?
как бы долго и высоко вы не летали,
там, внизу, кто-то горит на кострах.

жертвы минимальны?
почему же трупов больше с каждым днем?
вы жестоки, вы блять, аморальны:
«мы не построим. мы сожжем.»

когда дело касается мягкой души,
попавшей в руку злобы,
вы милосердны. «все люди грешны.»
«каждый на это способен.»

меня от вас рвет, разрывает на части,
я не агрессивен, никак.
каждый живой заслуживает счастье.
но счастье не в наших руках.

в этом и чертова суть.
я не политик,
но знаю каждый ваш ход
наязусть.

ты можешь искать меня в каждом,
и можешь писать мне портреты в ночи,
но знай, если тебя спросят обо мне,
то просто заткнись и молчи.

мы не были знакомы.
мы были в то время ничьи.
если хочешь, живи ради моих стихов,
но каждый, ради бога, не учи.

твоя цветущая весна
на самом деле пахнет сентябрем.
ты не слепа и не глуха,
ты не играешься со злом.

сделка уже заключена,
и с каждым новым днем,
без отдыха и сна,
лежим с тобой вдвоем.

и каждая мечта,
любая цель —
пустота.
иллюзия бессмысленных потерь.

ты отошла, а у окна,
встает из горизонта новый день.
смотрит в твои красивые глаза,
«сейчас уместна только тень.»

искра!
была между розеткой и тобой.
сила тока наконец поможет
стать собой.

и все закончено,
нет больше тепла,
только чертов огонь,
который сожжет тебя
до тла.

и будь уверена,
он поглотит тебя живьем.

не интересна моя личность,
но интересен путь, потраченный на вас.
эгоизм до сих пор не угас,
наприязнь циклична.

вы смотритесь отлично.
и лицемерие — ваш свет сейчас,
отношений ваших хлопковый каркас,
главное ведь, выглядеть прилично?

не будьте так самокритичны,
не говорите о себе, будто боясь,
даже если вы порвали эту связь,
все это не реалистично.

и ложь, и ваша грязь,
красиво и практично,
выходит нагло с вас.

вы пойманы с поличным.

грусть съедает тебя заживо,
и не даст лишний раз вздохнуть.
твоя надежда погашена,
в будущее потерян путь.

крысы проели твой мозг,
они прошли через кости,
своими зубами, а хвост
въелся в твой череп, как гвозди.

тебя не тошнит с сентября,
ведь желудок давно в кислоте.
HNO₃ — ты стал химиком?
менделеев проелся в тебе.

твое сердце железное,
но тело ведь нет.
ты точно в себе так уверен?

тревогу и боль
поешь на обед.
пищу для жадных бактерий.

а ты меня прости за мою грусть,
я правда изменюсь.
я изменюсь вот-вот.

ты только попроси,
только скажи мне «апорт»
я прибегу, как щенок,
и принесу тебе целый мир.

ты прости, что много говорю,
я знаю, тебя раздражает мой голос.
я сегодня в три ночи не сплю,
мне небо не нужно, мне космос.

ориентир — звезды,
но ты для меня погас.
бежал к тебе, ориентируясь на глаз,
но было слишком поздно.

я вновь, я вновь тревожный,
трясусь, словно в последний раз.
прости, что я такой вот сложный.
я изменюсь, но только не сейчас.

мои руки пахнут сигаретами.
в голове полный бардак.
я сижу на скамейке, где-то.
сижу без дела, просто так.

мир катится в бездну,
а у меня все крутяк.
я в эту войну не полезу:
присоединяюсь к команде зевак.

и это просто рандомные мысли,
не продуманные кем-то строчки.
я от судьбы не зависим,
а она от меня — уж точно.

собираю на поле цветочки…
а они вянут в моих руках.
искал себе друзей в рассрочку,
но чет всех проебал.

мне и одному хорошо,
я найду романтику даже в голом небе.
для меня уже давно все решено,
но это так нелепо…

ты сам завел меня в тупик,
запутал и бросил где-то вдали,
сказал, что я не достоин других,
и я тут остался. остался в пыли.

я бился о стену,
кричал: «помоги!»
я тебя звал, не искал замену.
я верен так тебе, ты посмотри!

уже устал, мой лоб в крови,
и я кричу, кричу опять:
«умри, пожалуйста, умри!»

все стены прогрыз, они довели.
на руке порез, ноги затекли.

себя я вознес, королю на мели.
и вышло так, что почему-то
я тут псих.