Когда текст создан вручную, договориться с ИИ хорошо его озвучить ― дело не хитрое. И даже результат в целом неплох (а чтобы был ещё лучше, финальную аранжировку и монтаж всё равно допиливал вручную). Но, конечно, сделать русскую версию идеально воспроизводящей стиль и ритм оригинального ― как в китайских монастырях ― исполнения пока не получается.
Друзья, кто-то может подсказать, как это лучше сделать? Я генерирую треки в Suno, бесплатная версия. Просто записать отдельно свой вокал не вариант: вытянуть огрехи исполнения (рисунок мелодии непростой) сможет только профессионал на студийном пульте. Наверняка платная Pro-версия позволила бы лучше подогнать результат под китайский reference, однако её можно оплачивать только через подписку, а не разово; но я не пишу столько треков, чтобы подписка имела смысл. Какие ещё есть сервисы для этого (генерация песен с возможностью редактировать), поделитесь?

Из Поталаки, в дхьяне сидя,
Утешит, слепость нашу видя
И слыша скорбь и боль сансары -
Благой Авалокитешвара!

普陀洛伽常入定
随缘赴感靡不周
寻声救苦度群迷
故号名为观自在

Сегодняшний день, 19-е число 6-го лунного месяца, в китайской традиции посвящен бодхисатве Гуаньинь (Арье Авалокитешваре).

Наверняка китаисты по большей части не следят за лекциями Игоря Васильева (a.k.a. Нара Лока), который очень грамотно и доступно для понимания раскрывает концепции буддийской Дхармы. Я слушаю с удовольствием, но запись заранее анонсированной живой лекции в Петербурге о «Дао дэ цзине» с точки зрения буддиста хотел было сознательно проигнорировать… Но не тут-то было, алгоритмы Ютуба не оставили шансов пройти мимо.
Игорь и на этот раз не подвёл, интеллектуальное удовольствие доставлено as advertised. Увы, для меня его рассказ оказался слишком далёким от собственно самого Дао, ибо оставляет ощущение не целостное, но двойственное ― красивого и безобразного одновременно.
То, как лектор пользуется материалом для раскрытия смысла сложных концепций Дхармы ― это красиво. И полезно. И вполне канонично, поскольку ещё наставник Ханьшань Дэцин (1546-1623) тоже так делал, комментируя Лао-цзы, о чём Игорь упоминает. Но на этом красивое заканчивается.
Про Ханьшань Дэцина Игорь походя заявляет, что тот, дескать, с санскритом (и с индийской учёностью) знаком не был, а потому язык его комментариев не способен так же системно раскрыть смыслы, закодированные в «Дао дэ цзине», как оказался способен к этому Игорь ― выпускник Наланды, «буддийский Учитель» (sic!), воспользовавшийся куда более точными английскими переводами. Комментировать эту идею ― только портить; зафиксирую только, что китайские учёные монахи всегда были прекрасно осведомлены об индийских истоках буддийских терминов и имели доступ к специализированным словарям с толкованиями.
Просто в отличие от Игоря Васильева Ханьшань Дэцин прекрасно знал контекст создания и бытования «Дао дэ цзина», и именно эта его укоренённость в традиционном китайском контексте не давала никаких шансов «вчитывать» в текст то, чего он явно не содержит.
Отдельная печаль ― полное отсутствие «обзора литературы», предваряющего содержательную часть лекции. Игорь иронизирует над произвольно выбранным им русским переводом, а все (огульно, буквально все) русские переводы объявляет корявыми и противопоставляет им переводы английские. Отрицает ценность поэтических переводов (в этом месте я прям сильно напрягаюсь, ага). Наличие новейших глубоких и точных переводов (Кобзев, Башкеев) ― вне его поля зрения. Что характеризует не русские переводы, а качество его подготовки как эксперта.
Нет, интерпретация Дхармы и буддийской философии Игорем зачастую прекрасна. Безобразно сопровождающее её самолюбование интеллектуала, якобы умеющего самостоятельно в «этимологический анализ». В результате мы получаем рассуждения о 沖 как о пустоте (в смысле буддийской «шуньяты»), которую предлагается понимать как «срединная вода» или «в середине воды». Некитаист может расчленять графемы как ему заблагорассудится (拆字先生), на то он и профан («лаовай»). Он льстит себе тем, что «разобрался в этимологии», но не упоминает при этом, что 沖 считается разночтением 盅, т. е. чашки, сосуда для питья. «Чашка пустая» ― это не про взаимозависимость и обусловленность элементов, из которых она состоит, т. е. это не про буддийскую «пустотность», а про очень конкретную пустоту промеж стенок чашки, которая может быть заполнена чем угодно и это что угодно может принять какую угодно форму, как это присуще воде. Совсем другой контекст.
У Игоря Васильева ― прекрасные лекции о Дхарме. Но образцом ровного, благожелательного и профессионального стиля я всё же назвал бы других экспертов. Вот, например, Евгений Пустошкин, который и сам очень глубок, и к представителям старшего поколения китаистов (в частности, к буддологу Торчинову) относится с уважением.
И последнее ― данная лекция объяснила мне самому, почему я не готов вещать на аудиторию. Даже самые глубокие знания могут быть скомпрометированы таким вот апломбом, который мы легко переносим на любые темы, в том числе рассуждая о предметах, о которых не имеем достаточно глубоких знаний. Возвращаю Игорю его любимую присказку: «не надо так».

Продолжаю оттачивать новый перевод классических текстов тайцзицюань. По приглашению Академии перевода СПбГУ поделился опытом интерпретации смыслов, опирающейся на концепцию «герменевтического круга» ― это когда мы начинаем читать текст с одним предпониманием его содержимого, а в процессе раз за разом уточняем и улучшаем своё понимание, открывая новые контексты. За час (в отредактированной мной версии ― 45 минут) я показываю весь извилистый путь, который через пробы и ошибки приводит к конкретным переводческим решениям. Путь этот бесконечен, уже после этого мастер-класса я ещё раз уточнил (и изменил) своё понимание структуры одного из текстов, то есть на нынешний момент содержание пары слайдов уже успело устареть. И есть понимание, что после более детального знакомства с новыми источниками (текстами неоконфуцианцев) ряд терминов потребуется уточнить ещё раз. И это прекрасно!
Приглашаю к нещадной критике, она поможет сделать готовящийся перевод ещё лучше.
О выходе статьи с переводом, конечно же, напишу, так что stay tuned.

Если не видео не грузится, смотрите здесь:
VK
YouTube

Дети совсем выросли. Помогают папе пилить контент. 👆
Терпеливые.
Говорят, не скучно (ещё и вежливые... 😂)
Ну, не знаю.
Знаю, что эти вибрации ― во благо тем, кто услышит.
Послушайте 🙏🏼

《颂平常心是道》无门慧开禅师

春有百花秋有月
夏有涼風冬有雪
若無閑事掛心頭
便是人間好時節

Цветы весной, осенняя луна,
Прохлада летом, снежная зима;
Коль нету мыслям праздным места в сердце,
Любой сезон - прекрасная пора!

-- Умэнь Хуэйкай (1183-1260)

Господа китаисты (меня это тоже касается), ну что это такое? Сколько не пялился в посты коллег, нигде не видел столь лаконичного и исчерпывающего рассказа о главном триумфаторе августовского проката в Китае - анимационной ленте 《🐮牛来》. Это и называют "со стороны лучше видно", да?
​Короче, если и есть тут какая мораль, то, наверное, вот в чём: неча кропать "нетленку" ручками, бумер, бо вооруженные ИИ-ассистентами СММ-щики нынче не хуже управляются.
🫵
⬇️⬇️⬇️⬇️⬇️

Почему в тексте, дошедшем до нас в виде слов на музыку для семиструнной цитры (古琴), вторая часть, скорее всего, написана не Ли Бо?
Считается, что похожие строчки можно найти и в текстах на другие мелодии (вроде 湘妃怨). Но главное соображение ― образ «врат дум», ведущих к горечи и страданиям, навеян буддийским отношением к непробуждённому уму. Иными словами, автор второй части стиха совершенно серьёзен в описании чувств лирического героя, страдающего от разлуки.
Вряд ли то же самое можно было бы сказать про реального Ли Бо, для которого мотив разлуки с возлюбленной легко мог быть лишь аллегорией непризнанного таланта, не нашедшего взаимности при столичном дворе. И первая часть этого стиха, с его зябким осенним флёром, вполне может быть прочитана именно так.
Но нам милей светлая любовная грусть, чем стенания неудачливого царедворца, да?

Ни с чем не сравнимо ощущение, когда вечернюю молитву возносишь не столько к небу, сколько с неба ― стоя на краю отвесной стены уходящей вниз на полтора километра, и обращаясь к безбрежной равнине, раскинувшейся к северу от Хуанхэ, кажется, до самого её впадения в море. Этот бесконечный объём пространства перед тобой ― ничтожной песчинкой, затерявшейся в застывшем в безмолвии мире ― сам выбирает за тебя и темп, и громкость. Шёпот бессмыслен: он растворяется в пустоте, не долетая до собственных ушей. В полную силу орать неуместно: ты вообще никто перед этим безбрежным безмолвием, и чувствуешь это. Вполголоса ― в самый раз, ровно и верно.
Ты думал, что ты последний сегодняшний посетитель этой древней обители, но, поклонившись отзывчивому колоколу и спустившись со звонницы, обнаруживаешь остановившихся перед ней туристов. Теперь у тебя есть видео на память, но самая главная мысль, с которой ты засыпаешь сегодня: эти стены много десятилетий не слышали вечерней молитвы, а случайные свидетели, возможно, до сего дня не слышали её никогда. Кажется, это имеет значение.

В рамках работы по изучению письменного наследия тайцзицюань Общество изучения традиционного тайцзицюань начинает программу онлайн-семинаров по данной теме. Первый семинар (7 октября в 15:00 МСК) будет посвящён переводу на русский язык основных текстов традиции тайцзицюань – Суждений о тайцзицюань, приписываемых авторству Чжан Саньфэна и Ван Цзунъюэ.

Свой взгляд на данные тексты и сделанный перевод ― «Герменевтическая интерпретация классических суждений о принципах тайцзицюань, приписываемых традицией Чжан Саньфэну и Ван Цзунъюэ» ― представит член правления Общества, выпускник Университета Фудань и Дипломатической академии МИД России, член Международной ассоциации переводчиков конференций AIIC, Союза переводчиков России и Китайской ассоциации переводчиков Д.Я. Палецкий.
Собеседником докладчика выступит профессор кафедры восточных языков Института лингвистики РГГУ, директор (с российской стороны) Института Конфуция, доктор факультета китайского языка Пекинского университета Т.В. Ивченко. Модератором встречи станет ответственный секретарь Общества изучения традиционного тайцзицюань Д.И. Петровский. Общество выражает надежду, что дискуссия не ограничится диалогом между спикерами. Учитывая тот факт, что классические тексты являются в первую очередь маяком в практике тайцзицюань, особенно ценным представляется мнение практиков и носителей традиции, которые, в свою очередь, приглашаются к активному участию в беседе.
Записи предыдущих презентаций с анонсами нового перевода можно посмотреть в этом канале здесь и здесь. Полный текст информационного письма ― на веб-сайте Общества. Текст перевода, предлагаемый к обсуждению ― здесь.
Ссылка для доступа: https://telemost.yandex.ru/j/45429218856433

Приглашаем всех желающих к многогранной и тщательной работе над текстами!

Искренние слова благодарности ― тому, кто, прочитав анонс онлайн-семинара по теме моей статьи с переводом Суждений о тайцзицюань, поделился ссылкой с коллегами из Института востоковедения. Спасибо, дорогой друг, за репост! ❤️ К нам на семинар пришёл Н.В. Руденко ― к.ф.н., старший научный сотрудник и учёный секретарь Отдела Китая, а главное ― специалист по янминизму и философскому дискурсу эпохи Мин, и это был просто праздник. В результате я получил несколько ценных комментариев и замечаний, позволивших улучшить и ещё раз обновить почти готовый перевод.

Но, хотя я и оставляю здесь на память ссылку на видеозапись, к просмотру этой трёхчасовой дискуссии я вас не призываю. Если только вам не доставляет удовольствие смотреть, как взрослые респектабельные мужики, изображая благопристойность, мутузят друг друга словами не хуже чем кулаками на ринге. Я, признаться, совсем не любитель единоборств и вообще выяснения отношений, что мне в итоге и предъявил один из оппонентов в весьма радикальной форме: «Вы ничего не понимаете в тайцзицюань, и видно, что не любите тайцзицюань».

Ну камон! Да, если вместо контраргументов мне предлагают бесплатно поставить диагноз, то такой «тайцзицюань» я не люблю. Я также ещё много чего не люблю. Стихи, например, не люблю. Даже китайский язык, поверите ли, тоже не люблю. И вообще разговоры про люблю-не люблю ― не люблю! Вы лучше спросите (меня, а лучше для начала себя), что человек делает ― регулярно, ежедневно, осмысленно и с отдачей. Мне кажется, что для вынесения суждений нужно смотреть именно в эту сторону ― не что человек любит/не любит, а что он делает. И какие результаты его делания (или недеяния, у недеяния тоже бывает результат).