Под утро снилось, что я сижу в гостях у Г. и мягко уговариваю её принять мою (а не ОГ и АТ) версию подзаголовка к её статье. Помню сначала она вела себя настороженно, затем, без переходов, радушно, но каждое время уклончиво, и так всё уклонялось, и сам сон уклонялся, пока совсем не прошёл.

С начала недели редакция обсуждает обложки американского гей-зина Straight to hell, новую причёску Т. и группу Grateful Dead. Обложки и причёска нравится всем, группа Grateful Dead – только ДБ.

ОГ называет этот текст "лучшим из того, что было написано о новой картине Сан Су". ДБ уточняет, что текст Г., П. и Т. не "лучший", а вообще единственный хороший из того, что было об этой картине написано, так как прочитанные им рецензии других авторов неприятно напоминали ему, как выразился Лермонтов, "тяжелый бред больной души". А здесь напротив - от текста пахнет свежим очищенным яблоком.

Похоже, A Shape of Things to Come Снядецки/Маллой – очередная хорошо знакомая история о фрике-аутсайдере, живущем у чёрта на рогах. Арт-документальные фильмы на эту тему отличаются от не менее многочисленных телевизионных и ученических только тем, что нам детально покажут, как герой разделывает тушу и срёт в тазик.

Снится не само лицо, а жест лица. Сон плохо освещён (кто освещает сны?), свет рассыпается, теперь всё лицо в серой крошке, абрис растрескан, из краёв течёт гной лавы, наново заливая форму. Раскалённый овал повторно смывает черту за чертой, неровности застывают, коралл выступает на собственном фоне. Уже лицо видно вполоборота, вместе с ним застывает и жест, между ожиданием и требованием, между вызовом и вопрошанием.