Forwarded from Тени Руси
Демонизация либерализма – одна из ключевых проблем нынешнего русского политического самосознания.
Либерализм – это свобода. Отвергая его, русские сами благословляют свои кандалы: нечестные выборы, "позвоночное право", опухоль запретов и штрафов.
Ненависть к слову "либерал" насаждали десятилетиями и пестуют до сих пор. Образ врага лепили из ельцинских выродков и медийных пугал вроде Гозмана. Но эти люди не были либералами – они были агрессивными проводниками западной колонизации, убеждёнными в ничтожестве русского народа. Показательный момент – их разворот после победы Трампа: курс метрополии обязателен, каким бы он ни был.
Настоящий либерал не может быть русофобом. Он за свободу всех народов и честных граждан, за свободу слова, веры и убеждений. Его кредо: свобода каждого ограничена лишь свободой другого. Запреты допустимы только для защиты этой свободы или предотвращения её использования против других. Всё остальное – разрешено.
В 1993-м настоящие либералы не кричали "раздавите гадину" – они были среди защитников Белого дома, на стороне народа. Либерализм по своей сути национален: свобода для всех начинается со свободы своей нации.
Беда России – настоящих либералов почти не было. А тех, кто мог ими быть, хоронили под чужими ярлыками, как Константина Крылова, записанного в "националисты".
Это типичный приём колонизаторов: с пеной у рта объявлять «националистами», «фашистами» и «нацистами» местных настоящих либералов, идеи которых грозят отменой статуса колонии. Так народ отворачивают от своих освободителей.
Настоящий русский либерал – за свободу русских.
Либерализм – это свобода. Отвергая его, русские сами благословляют свои кандалы: нечестные выборы, "позвоночное право", опухоль запретов и штрафов.
Ненависть к слову "либерал" насаждали десятилетиями и пестуют до сих пор. Образ врага лепили из ельцинских выродков и медийных пугал вроде Гозмана. Но эти люди не были либералами – они были агрессивными проводниками западной колонизации, убеждёнными в ничтожестве русского народа. Показательный момент – их разворот после победы Трампа: курс метрополии обязателен, каким бы он ни был.
Настоящий либерал не может быть русофобом. Он за свободу всех народов и честных граждан, за свободу слова, веры и убеждений. Его кредо: свобода каждого ограничена лишь свободой другого. Запреты допустимы только для защиты этой свободы или предотвращения её использования против других. Всё остальное – разрешено.
В 1993-м настоящие либералы не кричали "раздавите гадину" – они были среди защитников Белого дома, на стороне народа. Либерализм по своей сути национален: свобода для всех начинается со свободы своей нации.
Беда России – настоящих либералов почти не было. А тех, кто мог ими быть, хоронили под чужими ярлыками, как Константина Крылова, записанного в "националисты".
Это типичный приём колонизаторов: с пеной у рта объявлять «националистами», «фашистами» и «нацистами» местных настоящих либералов, идеи которых грозят отменой статуса колонии. Так народ отворачивают от своих освободителей.
Настоящий русский либерал – за свободу русских.
KOBANISTAN [Taras Sherbina]
Кстати, вы просто прикиньте, что к 2030 году объем совокупного внешнего долга составит 100 трлн долларов, что будет 99% от общего ВВП. Для отдельных стран неминуемый кризис наступает при соотношении долга к ВВП уже на 70%. Что это значит? Что займы стран (допечатка денег для покрытия нужд) практически сойдутся на уровне с темпами роста. Если еще проще: долг будет равен предельным возможностям. Если совсем просто на примере физического лица, то: чтобы обслуживать долги по кредитам, человеку надо или не спать 24 часа в сутки и работать, или не платить кредиты, просто потому что темпы роста его доходов ограничены физическими возможностями организма.
А вот и интересно будет посмотреть, куда в итоге пойдут российские ЗВР, замороженные в США. Будет ли проведен размен в виде инвестиций в развитие ИИ со стороны РФ, и снятие торговых санкций и общие проекты на ДВ со стороны США? Потому что такой объем внешнего долга имеет физические пределы.
ORDER
А вот и интересно будет посмотреть, куда в итоге пойдут российские ЗВР, замороженные в США. Будет ли проведен размен в виде инвестиций в развитие ИИ со стороны РФ, и снятие торговых санкций и общие проекты на ДВ со стороны США? Потому что такой объем внешнего…
Но это все временные меры отсрочки кризиса по исполнению обязательств по займам. То есть выпуск ОФЗ под процент доходов от долевого участия в развитии и внедрении технологий ИИ - наполняют бюджет и компенсируют необходимые доходы для покрытия расходов на обслуживание внешнего долга, но без системного решения уменьшения этого долга, чтобы экономика могла развиваться или хотя бы защитить внутренний рынок и население от урезания внутренних расходов, это не сильно меняет существующую парадигму. И вот тут вспоминается тезис Миршаймера об отсутствии мирового регулятора. Сейчас хотя и существуют структуры типа МВФ или ВТО, все же они не решают глубинных проблем: рост рисковых займов и дефолты по долгам. Да, это подпитывает экономику развитых стран за счет долгосрочных непогашаемых долгов развивающихся стран, откуда черпаются ресурсы, но это структурно не способно решить накопившийся дисбаланс между заемными средствами и объемом производства. Так что либо кризис в результате распада на враждующие блоки с урезаением внешней торговли и протекционизмом, но больше всех страдают развивающиеся и сырьевые страны, погружаясь в затяжной кризис и программы социальной поддержки (карточные системы, и это в лучшем случае), или же происходит какая-то глобальная реструктуризация всей финансовой системы в сторону цифрового контроля и регулятора. Возможно, что это подобие совета директоров ЦБ национальных государств, которые через единый софт и токенизацию экономик придут не к конкурентной экономике производства, а к эффективной распределительной экономике производства в соответствии с географическим, демографическим, ресурсным и климатическим потенциалом стран-участниц договора.
У известного по проектам «оккупай» и «мы - 99%» (отсылка к количеству людей, которым не принадлежат мировые богатства и блага) левого анархиста Давида Гребер (отец немец-коммунист, мать еврейка-коммунистка) вычитал интересные антропологические выводы: деньги не появились меновой заменой бартеру (натуральному обмену), прямой бартер вообще не был распространен в качестве торговли, это внутри-общинный способ расчета по долгам, деньги явились в Месопотамии, как эквивалент долговой расписки или векселя, виртуальный токен на глиняной табличке, где за человеком закреплялся или долг в установленном размере (зерном), или размер его активов, хранящихся на складе, и которые могут быть выданы по требованию получателя (аналог чековых операций), в другом случае деньги представляются в качестве вещей общей ценности, которые всегда и всеми востребованы и могут быть универсально обмениваться по причине веры в их всеобщую ценность (соль или шкурки зверей), что приближает современные деньги к такой системе оценки их «меновой роли», где гарантом выступает эмитент (государство).
Интересно, как слово «гривна» на старославянском означавшее буквально «шейное ожерелье» стало означать ценностную единицу мена. То есть гривна это сначала украшение из арабских и византийских монет, и так как оно из монет, где монеты = меновое средство торговли, то гривна становится названием слитков для меновой торговли и позднее названием монет.
Слово же «монета», заимствование через польский из латыни, и роднится поэтому с английским «money», и означало изначально в Риме эпитет богини Юноны, что буквально значило «напоминание».
И вот подумалось еще в контексте перенятого рюриковичами через хазар у Византии «двузуба» и «трезуба», которые больше напоминают голову быка/вола, а бык/вол - это жертвенное животное, что «moneta», как «напоминание» - это долг в значении то, что нужно возвращать/жертвовать в храмах. То есть монета с изображением быка (в Риме таких тоже очень много) это как бы эквивалент «долга», который при обмене товаром, уплате налогов/сборов в пользу правителя, жертве божествам или уплате за преступление между людьми, как символ примирения, а не мести, люди символически передают друг другу, погашая этот «долг». Причем, долг общее для индоевропейских языков слово, обозначающее, как раз, то, что нужно вернуть.
То есть «монета» - это буквально «напоминание о долге», а акт передачи монеты (иногда с изображением жертвенного сакрального животного быка/вола) - это возвращение долга.
Слово же «монета», заимствование через польский из латыни, и роднится поэтому с английским «money», и означало изначально в Риме эпитет богини Юноны, что буквально значило «напоминание».
И вот подумалось еще в контексте перенятого рюриковичами через хазар у Византии «двузуба» и «трезуба», которые больше напоминают голову быка/вола, а бык/вол - это жертвенное животное, что «moneta», как «напоминание» - это долг в значении то, что нужно возвращать/жертвовать в храмах. То есть монета с изображением быка (в Риме таких тоже очень много) это как бы эквивалент «долга», который при обмене товаром, уплате налогов/сборов в пользу правителя, жертве божествам или уплате за преступление между людьми, как символ примирения, а не мести, люди символически передают друг другу, погашая этот «долг». Причем, долг общее для индоевропейских языков слово, обозначающее, как раз, то, что нужно вернуть.
То есть «монета» - это буквально «напоминание о долге», а акт передачи монеты (иногда с изображением жертвенного сакрального животного быка/вола) - это возвращение долга.
ORDER
Интересно, как слово «гривна» на старославянском означавшее буквально «шейное ожерелье» стало означать ценностную единицу мена. То есть гривна это сначала украшение из арабских и византийских монет, и так как оно из монет, где монеты = меновое средство торговли…
Русское «деньги» из тюрского «тенге/тамга» в значении «клеймо» буквально наносилось на скот и означало скот (быков/волов), а позднее тоже перенеслось на меновые единицы уплаты «долга». То есть деньги/тенге/тамга - это буквально единица скота, которым кочевники проводили расчеты, сборы и жертвы.
Ну, визуально тут далеко не сокол, а все же скорее бык. И княжеская власть на Руси все-таки во многом переняла атрибуты легитимности у хазар, поэтому и «каган Руси» (хазары переняли атрибуты у более развитых византийцев в Боспорском царстве), а тамга - знак власти кагана - того, у кого больше скота.
ORDER
Собственно, чужеродность правящей элиты на славянских землях и вынуждала их прибегать к перенятию внешних атрибутов власти сначала у хазар (это тамга двузуба/трезуба и титул каган), заявив о себе, как об отдельном «русском каганате», а далее, после войны с хазарами и булгарами, пойти на сближение с Византией, приняв христианство и атрибуты власти восточно-римской империи. То же самое и с Ордой: князья отдельных княжеств Руси боролись за право управлять остальными городами с целью расширения своей власти, используя внешний центр силы. С 1917 года снова постоянно идет трансформация национального мифа с опорой то на «тысячелетнее государство» с центром в Херсонесе, то с победой во Второй Мировой войне над Германией.
Но интересно другое. Если представить, что славянские племена смогли бы успеть в условиях давления со стороны хазар и булгар на востоке, Византии на юге, а варягов на севере - пройти путь централизации власти. Какой бы сложилась цивилизация? Какие возможности бы открылись? Смогла бы Орда нанести так
Но интересно другое. Если представить, что славянские племена смогли бы успеть в условиях давления со стороны хазар и булгар на востоке, Византии на юге, а варягов на севере - пройти путь централизации власти. Какой бы сложилась цивилизация? Какие возможности бы открылись? Смогла бы Орда нанести так
Подумалось, что многочисленные племена славян 8-9 века, известные нам, в том числе и поляне, которые есть переселенцы из пражско-корчакской культуры, это следствие сначала вторжения антов к границам Византии в 6 веке и их партнерские военные отношения с византийцами против других народов - готы и склавены - а потом уничтожение их вертикали власти под гнетом многочисленных набегов аваров, булгар и хазаров. То есть: анты, проживая на территории современной Румынии, Болгарии и Украины - торговали с Византией, анты входили в высшую военную элиту империи и даже командовали флотом. Основным экспортным товаром со стороны антов было зерно и металлы. И только после уничтожения правящих элит конфедерация антов распадается на отдельные племена, названия которых доходят до наших дней. И вот механизмы централизации власти и организованной торговли с Византией, уже существующие в протославянской культуре на примере антов, и начинают заново восстанавливаться на базе моравов на Западе и полян на Востоке.
ORDER
Подумалось, что многочисленные племена славян 8-9 века, известные нам, в том числе и поляне, которые есть переселенцы из пражско-корчакской культуры, это следствие сначала вторжения антов к границам Византии в 6 веке и их партнерские военные отношения с византийцами…
Возможно, что и те славяне, которые проживали на «территории» Хазарии в поймах Дона и Донца вплоть до Воронежа, что обычно называют Салтово-Маяцкой культурой - тоже племенные фрагменты конфедерации антов, потому что по типу жилища и керамики - практически неотличимы от своих западных соседей.
В продолжение темы внутренних миграций. На KOBANISTAN писали, что на момент германской оккупации в 1942 году на территории в 7-9% проживало 50% населения, это европейская часть советов, включая Беларусь и Украину, и уже позднее население расселялось по программам перераспределения и освоения, так что значительная часть оказалась за Уралом. Но логика рынка - это абсолютно всегда концентрация населения там, где прежде всего существует рост экономики и перспективы развития + транспорт и социальная инфраструктура + климат и география. В итоге мы и видим, как за 25 лет новой истории РФ население возвращается в несколько привычных агломераций: Москва, Северо-Запад и Юг (даже станица кубанская есть) + пока еще нефтегазовые города. И это только те, кто могут уехать, то есть не обременены социальными проблемами. Существуй программа переселения - можно только догадываться, что население оттуда уедет. Все это логично: дисбаланс - следствие неравномерных потоков капитала. Где деньги - там и люди.
Forwarded from Тени Руси
Добро пожаловать на онлайн-территорию децентрализованной автономной организации Русь!
Находясь здесь, вы подтверждаете согласие с концепцией идентичности русь и с кодексом руси.
Направления:
Деловой клуб: вступление через @drw1976. Ограничения: возраст 40-60, компетенции в бизнесе, госструктурах, учреждениях.
Дружественные каналы:
Внешняя станция
Кобанистан
Облик.Русь
SUS SCROFA
Игорь Димитриев
Вячеслав Трактовенко
Русский фольклор и арт:
Русский Пентамерон
Свояси
Соворотка
Русская Печка
Находясь здесь, вы подтверждаете согласие с концепцией идентичности русь и с кодексом руси.
Направления:
Деловой клуб: вступление через @drw1976. Ограничения: возраст 40-60, компетенции в бизнесе, госструктурах, учреждениях.
Дружественные каналы:
Внешняя станция
Кобанистан
Облик.Русь
SUS SCROFA
Игорь Димитриев
Вячеслав Трактовенко
Русский фольклор и арт:
Русский Пентамерон
Свояси
Соворотка
Русская Печка
Товарищ Шэдоу пишет:
И при этом самое страшное, что побегут на лозунгах о еще больше реставрации сталинизма. В самых его извращенных формах. Потому что люди конъюнктуры относятся и в обычное время к населению как к материалу, который можно гнуть и принуждать, а в кризисное - и подавно. Эти люди и сегодня не стесняются открыто говорить о всеобщей мобилизации в 2-5 миллионов молодых мужчин, о насилии, как факторе дисциплины, тот же Гиркин хвастался, что он сажал людей в ДНР «на подвал». То есть у людей ради эга и каких-то фантомных флешбеков из фэнтези про попаданцев, формируется устойчивая модель идеального общества и государства: нечто среднее между «1984» и вселенной «Вархаммер». И главный вопрос на сегодня: а какие лозунги им сегодня можно противопоставить? Чего реально хочет население? И за какие стимулы готово сказать свое громкое «нет» на все эти крики о «вечной войне»?
Тоже давно и мучительно думаю над этим вопросом. 100%е ощущение, что если завтра государство начнет падать, то с той же яростью, с которой эти госпатриоты вчера призывали громить врагов государства, они побегут это государство сносить. Просто чтобы первыми попасть в новую структуру на волне истории, воткнуть свой пухлый зад на свободное место повыше и засесть там.
И при этом самое страшное, что побегут на лозунгах о еще больше реставрации сталинизма. В самых его извращенных формах. Потому что люди конъюнктуры относятся и в обычное время к населению как к материалу, который можно гнуть и принуждать, а в кризисное - и подавно. Эти люди и сегодня не стесняются открыто говорить о всеобщей мобилизации в 2-5 миллионов молодых мужчин, о насилии, как факторе дисциплины, тот же Гиркин хвастался, что он сажал людей в ДНР «на подвал». То есть у людей ради эга и каких-то фантомных флешбеков из фэнтези про попаданцев, формируется устойчивая модель идеального общества и государства: нечто среднее между «1984» и вселенной «Вархаммер». И главный вопрос на сегодня: а какие лозунги им сегодня можно противопоставить? Чего реально хочет население? И за какие стимулы готово сказать свое громкое «нет» на все эти крики о «вечной войне»?
Интересно, что тайное сообщество Экпе, распространенное среди племен Западной Африки, по некоторым данным организовано европейцами по принципам тайных обществ Европы. Так что экпе - это такие африканские масоны. Или даже Давоский экономический форум.
Смысл экпе - в скрытом контроле за обществом через суды. Каждый мужчина племен стремится попасть в ряды экпе, чтобы получить часть привилегий и приобрести нужные социальные связи. Конечно же, нижние ступени, а их всего около 9, носят скорее массовый характер. И, учитывая, что вступление в ряды экпе - платное, это приносит для верхних слоев очень высокие прибыли. В общем, аналогий множество, механика подобных процессов схожа в различных организациях подобного типа (у мормонов, например, объем активов равен примерно 250 млрд долларов). То есть вступление в ряды экпе - носит элитарный характер. Это почетно. И показывает, что член данной организации преуспевает в обществе. Для верхних же слоев организации это позволяет аккумулировать не только капитал через взносы, но и человеческий ресурс через подчинение кодексу.
Но самое примечательное, что экпе - изначально структура организации работорговли. Европейцы, разумеется, сами не могли бродить в поисках рабов по лесам Африки, для этого они всего лишь строили фактории у берегов и налаживали связь с представителями племен. И, так как социальные связи и понятия долга уже у африканских племен было, то европейцы просто поставили это на поток. Через элитарное потребление и статус тайной организации власти экпе - мужчины, которые жаждали попасть в нижние ряды, должны были уплатить взнос латунными трубками, которые привозили европейские же торговцы, таким образом получалась схема на подобие современных центральных банков, где латунные трубки выдавались в кредит высшим слоям экпе, те выдавали их кредит для тех, кто собирался вступить в нижние ряды экпе, что порождало долг. И, если в случае высших слоев, их долг обеспечивался возвратом через вступление мужчин в нижние ряды экпе, то для самих нижних рядов - долг делал их должниками кредиторов, и чтобы его не выплачивать, а обслуживать, мужчины отдавали в залог своих родственников, нахождение которых в руках у кредиторов и было залогом, а вот их работа на кредиторов - процентами по кредиту. А далее уже высшие слои экпе просто передавали свои долговые залоги далее по цепочке европейским кредиторам, так же обслуживая долг.
То есть, что получалось? Номинально работорговли с захватом людей по лесам не происходило (это было на ранних этапах, когда орудовали банды головорезов), а происходило образование долгов через кредиты на элитарное потребление и далее залоговое обслуживание этих долгов, где люди были залогом, а их труд - процентами.
Смысл экпе - в скрытом контроле за обществом через суды. Каждый мужчина племен стремится попасть в ряды экпе, чтобы получить часть привилегий и приобрести нужные социальные связи. Конечно же, нижние ступени, а их всего около 9, носят скорее массовый характер. И, учитывая, что вступление в ряды экпе - платное, это приносит для верхних слоев очень высокие прибыли. В общем, аналогий множество, механика подобных процессов схожа в различных организациях подобного типа (у мормонов, например, объем активов равен примерно 250 млрд долларов). То есть вступление в ряды экпе - носит элитарный характер. Это почетно. И показывает, что член данной организации преуспевает в обществе. Для верхних же слоев организации это позволяет аккумулировать не только капитал через взносы, но и человеческий ресурс через подчинение кодексу.
Но самое примечательное, что экпе - изначально структура организации работорговли. Европейцы, разумеется, сами не могли бродить в поисках рабов по лесам Африки, для этого они всего лишь строили фактории у берегов и налаживали связь с представителями племен. И, так как социальные связи и понятия долга уже у африканских племен было, то европейцы просто поставили это на поток. Через элитарное потребление и статус тайной организации власти экпе - мужчины, которые жаждали попасть в нижние ряды, должны были уплатить взнос латунными трубками, которые привозили европейские же торговцы, таким образом получалась схема на подобие современных центральных банков, где латунные трубки выдавались в кредит высшим слоям экпе, те выдавали их кредит для тех, кто собирался вступить в нижние ряды экпе, что порождало долг. И, если в случае высших слоев, их долг обеспечивался возвратом через вступление мужчин в нижние ряды экпе, то для самих нижних рядов - долг делал их должниками кредиторов, и чтобы его не выплачивать, а обслуживать, мужчины отдавали в залог своих родственников, нахождение которых в руках у кредиторов и было залогом, а вот их работа на кредиторов - процентами по кредиту. А далее уже высшие слои экпе просто передавали свои долговые залоги далее по цепочке европейским кредиторам, так же обслуживая долг.
То есть, что получалось? Номинально работорговли с захватом людей по лесам не происходило (это было на ранних этапах, когда орудовали банды головорезов), а происходило образование долгов через кредиты на элитарное потребление и далее залоговое обслуживание этих долгов, где люди были залогом, а их труд - процентами.
Именно существование групп и возможность для этих групп вести активную деятельность по расширению своих возможностей, защите своих интересов в виде партий, агитации, лоббировании, свободе слова, общественных движений - и формируют тот баланс распределения сил и возможностей, который удерживает население по категориям и стимулирует их принимать решения не в интересах центра принятия решений (царь, номенклатура, аятолы, техно-феодалы) - а в интересах своей группы. А наличие прозрачных правил для этого через максимально возможное равенство закона - и позволяет принимать компромиссные решения в интересах всех групп и каждого участника. В общем, если совсем просто, то демократия - это не власть большинства через голосование, это компромиссное соглашение групп, идеальный вариант чего и набирает большинство голосов населения.
А эта уже приводит к тому парадоксу, что групповая стратификация общества на группы (политические, экономические, социальные, этнические, географические, культурные) остается наоборот в мире стремительной цифровизации единственным способом противостоять диктатуре цифрового-коммунизма/соборности, которые приведут к абсолютной власти элит через контроль над алгоритмами и вычислительными мощностями, способными поставить на поток распределение ресурсов по критериям потребностей.
Вот, например, в Албании уже во всю реализуется пилотный проект по цифровизации управления.
Марксизм - это не развитие социальных теорий справедливости общества, которые являются логичным продолжением биологических программ поведения человека в организующих структурах от семьи и рода к племени, от племени к этносу и нации, и где вклад в общее, несение рисков и получение выгод - суммируется в общий показатель успешности, выживаемости, способности развиваться (становиться физически и этически лучше).
Марксизм - это инструмент перехвата власти над капиталом через диктатуру одного класса и обобществление капитала, как суммы ресурсов и энергии (труд и время), в интересах нового правящего класса. Это допускал и сам Маркс, называя «переходным периодом» через жесткую сверх централизацию власти и капитала в руках государства. Естественно, что государство управляется не само по себе, а через чиновников, которые отбираются по каким-то особым идеологическим критериям.
И вот сегодня вместо пролетариата будут использоваться пользователи цифровых платформ, как легитимизирующее большинство, а в роли централизованного государства и партии вполне могут выступить техно-корпорации и программисты. То есть цифровой коммунизм/соборность - это просто расползание абсолютной власти вовне, которая поглощает и растворяет национальные интересы низов, теряющих способность оказывать влияние на верха через привычные институты политического давления (связанность политических элит с местом проживания, локализации капитала и способности эти капиталы защищать посредством национальных интересов).
Forwarded from KOBANISTAN [Taras Sherbina]
Что еще насчет Кертиса подумалось (ранее делал заметки тут), так это он просто про то новый договор между новыми элитами и старыми, отсюда текст пестрит упоминаниями Парето. Смысл договора в том, что старым элитам (аристократия и финансисты) предлагается союз с технократами, так как у первых есть реальная власть, а у вторых есть технологии вечной власти, поэтому активы власти надо поделить, прекратить имитацию демократии и навсегда дать понять низам, что их место в стойле.
Помните, в 2017 году была мега-раскрученная компания по популяризации игры в покемонов? Пользователи бродили по различным локациям в поисках редких зверушек? А в РФ одного блогера даже арестовали и осудили за оскорбление чувств верующих, потому что он пытался поймать покемона внутри строения церкви. А сейчас вот читаю за концепцию «надзорного капитализма» у Шошанны Зубофф и она описывает на примере стратегии создателей данной игры, что под одним слоем «заботы о людях, их прогулках на свежем воздухе, физической активности» на самом деле скрывался второй слой, и зверушки появлялись в тех публичных местах, в которых нужно было привлечь больше посетителей и увеличить проходимость, а, значит, увеличить доход: это сети быстрого питания, кофейни, маркеты и в том числе церкви.
В дополнение к теме искаженного восприятия реальностей и через них формирование новых смыслов на KOBANISTAN. Видим, что «предсказание» в итоге становится «моделированием».
Forwarded from Димитриев (Игорь Д)
В последнее время многие теории внешнеполитические и военные доктрины подвергаются пересмотру. Принято считать, что российская СВО якобы показала несостоятельность идеи «ограниченных ударов высокоточным оружием»: на практике, мол, всё равно всё сводится к затяжной окопной войне. Альтернативные, невоенные методы тоже критикуют — термин «мягкая сила» в России приобрёл анекдотическое звучание после провала пушкинских вечеров культурных программ, которые легко пресекались недружественными режимами.
На самом деле концепция «мягкой силы» (soft power) в чистом виде устарела ещё до того, как её начали активно обсуждать у нас. Её автор, американский интеллектуал Джозеф Най (умерший кстати недавно), ещё в 2004 году в книге Soft Power: The Means to Success in World Politics предложил новый термин — «умная сила» (smart power). Причина очевидна: одни лишь мягкие методы редко приносят результат без инструментов принуждения. США годами инвестировали в образовательные программы, НКО и грантовые сети за рубежом, но в критический момент власти разных стран смогли всё это разогнать, запретить и раздавить силой. Так, после 2012 года в России резко ограничили деятельность западных фондов, в Центральной Азии НКО закрыли, в Венгрии выгнали университет Сороса, а в Египте арестовали сотрудников правозащитных организаций.
С другой стороны, ставка исключительно на военную силу оказывается слишком дорогой и разрушительной. Ирак, Ливия и Афганистан стали для США примером того, как военные победы превращаются в политические и гуманитарные провалы. Оккупации ведут к экономическим кризисам, волнам беженцев и реваншистским настроениям, а последствия тянутся десятилетиями.
Решение, которое предложил Най, заключалось в сочетании всех инструментов: военных, экономических, дипломатических, культурных. «Умная сила» означает синхронизацию давления и привлечения: ограниченные удары по ключевым объектам сочетаются с программами гуманитарной помощи, санкции с культурными проектами, антикоррупционные расследования с дипломатическими встречами. Такой подход действует сразу на нескольких уровнях и создаёт множественные каналы воздействия. Что-то вроде тактики «хорошего и плохого полицейского», только перенесённой на геополитический масштаб.
Преимущество здесь в том, что «умная сила» позволяет разделять враждебное общество на группы и обращаться к ним по-разному. Силовики и лоялисты подвергаются точечным ударам и персональным санкциям, оппозиции и активистам предоставляется поддержка, бизнесу предлагают стимулы, интеллигенцию вовлекают через образовательные и культурные программы. Так создаётся система дифференцированного воздействия, которая не позволяет обществу консолидироваться против внешнего врага и постепенно разрушает его изнутри. При этом внешнее вмешательство выглядит как «внутренний» процесс, а внешний игрок часто выступает как посредник или даже спаситель от террора и диктатуры.
Примеры хорошо видны. Израиль в Ливане и Иране пытается действовать именно так: совмещает удары по военной инфраструктуре, ликвидации командиров КСИР и Хезболлы с дипломатической поддержкой оппозиции и информационными кампаниями. Китай по отношению к Тайваню использует похожий набор инструментов: военные манёвры сочетает с экономическими стимулами для тайваньского бизнеса и культурными программами, подчёркивающими единство китайской цивилизации. Даже США через двухпартийную систему реализуют подобную логику: республиканцы чаще делают ставку на «жёсткую» силу, демократы — на дипломатию и работу с обществом, разные ведомства реализуют свои собственные программы одновременно и вместе это создаёт эффект непредсказуемости.
Современные технологии лишь усилили возможности «умной силы». Социальные сети позволяют выявлять отдельные группы внутри общества и обращаться к ним напрямую, минуя правительства и СМИ.
Экономическая взаимозависимость враждующих стран делает Smart Power фактически безальтернативной. А главное - она постепенно переводит конфликт из плоскости межнациональной в формат борьбы глобальных партий, представленных отдельными группами в разных странах.
На самом деле концепция «мягкой силы» (soft power) в чистом виде устарела ещё до того, как её начали активно обсуждать у нас. Её автор, американский интеллектуал Джозеф Най (умерший кстати недавно), ещё в 2004 году в книге Soft Power: The Means to Success in World Politics предложил новый термин — «умная сила» (smart power). Причина очевидна: одни лишь мягкие методы редко приносят результат без инструментов принуждения. США годами инвестировали в образовательные программы, НКО и грантовые сети за рубежом, но в критический момент власти разных стран смогли всё это разогнать, запретить и раздавить силой. Так, после 2012 года в России резко ограничили деятельность западных фондов, в Центральной Азии НКО закрыли, в Венгрии выгнали университет Сороса, а в Египте арестовали сотрудников правозащитных организаций.
С другой стороны, ставка исключительно на военную силу оказывается слишком дорогой и разрушительной. Ирак, Ливия и Афганистан стали для США примером того, как военные победы превращаются в политические и гуманитарные провалы. Оккупации ведут к экономическим кризисам, волнам беженцев и реваншистским настроениям, а последствия тянутся десятилетиями.
Решение, которое предложил Най, заключалось в сочетании всех инструментов: военных, экономических, дипломатических, культурных. «Умная сила» означает синхронизацию давления и привлечения: ограниченные удары по ключевым объектам сочетаются с программами гуманитарной помощи, санкции с культурными проектами, антикоррупционные расследования с дипломатическими встречами. Такой подход действует сразу на нескольких уровнях и создаёт множественные каналы воздействия. Что-то вроде тактики «хорошего и плохого полицейского», только перенесённой на геополитический масштаб.
Преимущество здесь в том, что «умная сила» позволяет разделять враждебное общество на группы и обращаться к ним по-разному. Силовики и лоялисты подвергаются точечным ударам и персональным санкциям, оппозиции и активистам предоставляется поддержка, бизнесу предлагают стимулы, интеллигенцию вовлекают через образовательные и культурные программы. Так создаётся система дифференцированного воздействия, которая не позволяет обществу консолидироваться против внешнего врага и постепенно разрушает его изнутри. При этом внешнее вмешательство выглядит как «внутренний» процесс, а внешний игрок часто выступает как посредник или даже спаситель от террора и диктатуры.
Примеры хорошо видны. Израиль в Ливане и Иране пытается действовать именно так: совмещает удары по военной инфраструктуре, ликвидации командиров КСИР и Хезболлы с дипломатической поддержкой оппозиции и информационными кампаниями. Китай по отношению к Тайваню использует похожий набор инструментов: военные манёвры сочетает с экономическими стимулами для тайваньского бизнеса и культурными программами, подчёркивающими единство китайской цивилизации. Даже США через двухпартийную систему реализуют подобную логику: республиканцы чаще делают ставку на «жёсткую» силу, демократы — на дипломатию и работу с обществом, разные ведомства реализуют свои собственные программы одновременно и вместе это создаёт эффект непредсказуемости.
Современные технологии лишь усилили возможности «умной силы». Социальные сети позволяют выявлять отдельные группы внутри общества и обращаться к ним напрямую, минуя правительства и СМИ.
Экономическая взаимозависимость враждующих стран делает Smart Power фактически безальтернативной. А главное - она постепенно переводит конфликт из плоскости межнациональной в формат борьбы глобальных партий, представленных отдельными группами в разных странах.
Димитриев
Преимущество здесь в том, что «умная сила» позволяет разделять враждебное общество на группы и обращаться к ним по-разному.
Да, потому что группы внутри любого сообщества - это сумма интересов, целей, компетенций, сил и энергии, которые и формируют сети влияния. Чем острее в каком-то обществе межгрупповой конфликт, который не позволяет балансировать на уровне демократии, где демократия это консенсус групп, тем сильнее оно будет подвергаться вмешательству извне, потому что в таком случае внутри общества будут всегда действовать два принципа:
- победить конкурентные группы через централизацию управления и репрессии;
- прибегнуть к союзу с внешними силами, чтобы победить конкурентные группы;
- победить конкурентные группы через централизацию управления и репрессии;
- прибегнуть к союзу с внешними силами, чтобы победить конкурентные группы;