Джорджио Армани работал до последнего (91 год), перфекционист и трудоголик до мозга костей. С его именем навсегда будут связаны итальянские традиции мастерства — и в самой Италии, и далеко за её пределами. Мир узнал про Армани в 1980-х, когда он освободил мужские пиджаки от жёстких прокладочных материалов. В тех новых армани-пиджаках, которые стали поворотными для его карьеры, было как будто бы много от него самого: мягкость, лёгкость, доброта, но всё ещё дисциплина.

Кроме одежды Армани занимался мебелью, отелями, ресторанами, флористическим ателье и сладостями, парфюмом и косметикой, а также целыми люксовыми жилыми комплексами для тех, кто доверял ему эстетику своего быта. «Я должен делать всё сам. Да и чем мне заниматься, если я всё брошу? У меня только мои кошки — это всё, что у меня есть».

Это видео с LVMH Prize можно пересматривать несколько раз, пытаясь разгадать контекст: почему Фиби Файло не поздоровалось со Стеллой Маккартни? У них был дружеский завтрак до? Или мне показалось, что глядя на место Стеллы, Фиби закатила глаза и потом вздохнула? В любом случае — воздух в комнате поменялся, когда она зашла, и даже диоровская сумка Дельфины Арно под столом с поражением свалилась на бок.

«Занавески — это новые двери?», — задаются вопросом в фэшн-приложении к газете Financial Times. Ну а нам этот портал открылся ещё в детстве на даче: когда пробегаешь через межкомнатные занавески, инстинктивное ощущение, что за ними обещают какие-то чудеса. И это мода ещё не дошла до бабушкиных занавесок с бусинами. Захочется выйти на следующий уровень — напоминаю про норэн, традиционные японские занавески для дверных проёмов, или ещё одну идея в бесконечный список «что привезти из Японии».