ЧАСТИ, КОТОРЫЕ ХОТЯТ НАВРЕДИТЬ:
ВЗГЛЯД ТРАВМАИНФОРМИРОВАННЫХ ПОДХОДОВ
Некоторое время назад в комментариях к этому посту и к этому обсуждали, что в человеке в результате насилия могут остаться части насильника - "НЕ Я - те, кто сделал со мной худшее" - и что их не надо понимать, договариваться с ними, еще как-то интегрировать.
Был небольшой спор по поводу того, надо их интегрировать или не надо. Видимо, идея интегрировать все, что попало в психику, идет из старого тезиса "не поддерживайте расщепление".
Но оказывается, в психотерапии есть несколько подходов, в которых четко артикулировано, что чужие садистичные части интегрировать не надо.
Это IFS - раньше я думала, что этот подход за интеграцию всего, что есть, но это не так. В IFS тоже известно о чужих частях, единственная цель которых - нанести как можно больше вреда.
(это знание не дается на базовом курсе, а дается только на курсе о травме - видимо, исходя из убеждения, что травма - это что-то крайне редко встречающееся, разве что если человек пережил многонасилия, то такие части у него могут быть - но я бы поспорила с тем, что многонасилия встречается редко, это какой-то очень из благополучия взгляд).
В IFS эти части называются «unattached burdens» («неприсоединившееся бремя») и определяются вполне конкретно как "чужие части, у которых нет никаких позитивных намерений, единственной целью которых является навредить самому человеку или другим людям". Мне кажется, это совершенно исчерпывающее определение, но в IFS, чтобы отличить, еще предлагается задать вопрос «Моя ли ты часть?». Части не врут, если эта часть не ваша – она так и скажет. Об этих частях в подходе IFS есть относительно новая книга книга Robert Falconer "The others within us" (2023).
И еще это, конечно же, схема-терапия. В схема-терапии четко артикулируется разница между двумя видами критиков - защитником и преследователем, «требовательным критиком» и «карающим критиком». Соответственно, различается и тактика работы с ними – с «требовательным критиком» можно договариваться о том, чтобы он снизил уровень своих ожиданий и не каждый раз пытался добиться от вас, чтобы у вас получилось то, чего вы хотите добиться (сама по себе мотивация прекрасная, если ее не доводить до абсурда). С «карающим критиком» договориться невозможно – с тем, единственная цель которого – уничтожить или навредить, win-win не получится при всем желании. От него нужно избавляться.
Я очень рада, что это признано - потому что это так в опыте людей, которых изнутри пытается уничтожить одна из частей, и потому, что это просто здравый смысл.
ВЗГЛЯД ТРАВМАИНФОРМИРОВАННЫХ ПОДХОДОВ
Некоторое время назад в комментариях к этому посту и к этому обсуждали, что в человеке в результате насилия могут остаться части насильника - "НЕ Я - те, кто сделал со мной худшее" - и что их не надо понимать, договариваться с ними, еще как-то интегрировать.
Был небольшой спор по поводу того, надо их интегрировать или не надо. Видимо, идея интегрировать все, что попало в психику, идет из старого тезиса "не поддерживайте расщепление".
Но оказывается, в психотерапии есть несколько подходов, в которых четко артикулировано, что чужие садистичные части интегрировать не надо.
Это IFS - раньше я думала, что этот подход за интеграцию всего, что есть, но это не так. В IFS тоже известно о чужих частях, единственная цель которых - нанести как можно больше вреда.
(это знание не дается на базовом курсе, а дается только на курсе о травме - видимо, исходя из убеждения, что травма - это что-то крайне редко встречающееся, разве что если человек пережил многонасилия, то такие части у него могут быть - но я бы поспорила с тем, что многонасилия встречается редко, это какой-то очень из благополучия взгляд).
В IFS эти части называются «unattached burdens» («неприсоединившееся бремя») и определяются вполне конкретно как "чужие части, у которых нет никаких позитивных намерений, единственной целью которых является навредить самому человеку или другим людям". Мне кажется, это совершенно исчерпывающее определение, но в IFS, чтобы отличить, еще предлагается задать вопрос «Моя ли ты часть?». Части не врут, если эта часть не ваша – она так и скажет. Об этих частях в подходе IFS есть относительно новая книга книга Robert Falconer "The others within us" (2023).
И еще это, конечно же, схема-терапия. В схема-терапии четко артикулируется разница между двумя видами критиков - защитником и преследователем, «требовательным критиком» и «карающим критиком». Соответственно, различается и тактика работы с ними – с «требовательным критиком» можно договариваться о том, чтобы он снизил уровень своих ожиданий и не каждый раз пытался добиться от вас, чтобы у вас получилось то, чего вы хотите добиться (сама по себе мотивация прекрасная, если ее не доводить до абсурда). С «карающим критиком» договориться невозможно – с тем, единственная цель которого – уничтожить или навредить, win-win не получится при всем желании. От него нужно избавляться.
Я очень рада, что это признано - потому что это так в опыте людей, которых изнутри пытается уничтожить одна из частей, и потому, что это просто здравый смысл.
❤268🔥59👍40🤔13😢4
КНИГИ. ФРЭНК АНДЕРСОН "ПОСТТРАВМА..." и "ПТСР..."
Пост изумления.
Есть книга IFS-терапевта Фрэнка Андерсона о работе с комплексной травмой в IFS.
Она называется Transcending Trauma: Healing Complex PTSD with Internal Family Systems (2021).
Это - профессиональные заметки психотерапевта. Целевая аудитория: IFS-терапевты и те, кто интересуется IFS.
Пока все понятно. Приключения начинаются, когда эта книга попадает в Россию в издательство АСТ.
В этом издательстве эта книга была опубликована в 2024 году дважды, под двумя разными обложками.
Название одного издания звучит:
"ПТСР. Руководство по проработке психологических травм".
Название второго издания звучит:
"Посттравма. Как справиться с болью, стыдом и тревогой и вернуть контроль над своей жизнью».
Из названия выкинули непонятную комплексную травму и непонятный IFS - хотя это суть книги. Упаковали как понятный сэлф-хэлп - "думай и богатей" - которого в тексте нет вообще. Злой ядрёный маркетинг, который полностью скрыл книгу от ЦА.
В результате получилось "На заборе х.. написано, а там дрова лежат".
Я нашла, только ориентируясь на имя "Фрэнк Андерсон".
Угадайте, как в самом тексте переведена аббревиатура IFS?
КПТ.
(напишите в комментариях, если кто-то каким-то чудом угадал верно)
Перевод ужасающий. Читая, приходится переводить с русского на русский то "самоэнергию", то "протекторов", и по нескольку раз на странице - слово из трёх букв, которым переводчик обозначил IFS.
Или вот такой хоррор:
"...это может быть один ссыльный, несущий несколько травм, несколько ссыльных, несущих одинаковую рану, ссыльные, несущие по ране от каждого родителя, ссыльные в настоящем, связанные с изгнанниками в прошлом, или несколько разных ссыльных, несущих несколько разных травм".
Книга при этом вполне заслуживающая внимания - если вам интересна работа в IFS с комплексной травмой. Там нет мощной концентрации благостности, которая есть у основателя IFS Ричарда Шварца - которого я, честно говоря, по этой причине не смогла дочитать до конца. IFS описывается как нормальный работающий подход (дрова там таки лежат, как и было написано на заборе на языке оригинала).
В книге очень хорошо говорится про привязанность. Разные части могут привязываться разными способами. То, что выглядит как дезорганизованная привязанность - это просто конфликт частей, одна из которых хочет не потерять того, кто заботится, а другая - предотвратить предательство со стороны того, кто много раз предавал. Проблема в том, что тот, кто заботился, и тот, кто предавал - это был один и тот же человек. И при этом вот такой крайне противоречивый опыт отношений не значит, что человек будет строить отношения только так, - потому что это только части, а не весь он:
"Например, у части меня развилась тревожная привязанность к той части моей матери, часто отрицающей реальность. Другая часть меня развила избегающую связь с той частью моей матери, которая временами могла быть навязчивой.
Я также верю, что части меня надежно привязаны к тем ее частям, что вечно любили и поддерживали (т. е. к ее сэлф). У меня есть части, у которых сложились дезорганизованные отношения с ее сбивающими с толку и часто противоречивыми частями. Не думаю, что это мой постоянный стиль, я не верю, что именно так я отношусь к большинству людей в своей взрослой жизни".
Там есть четкая концептуализация ПРЛ как внешне проявленной поляризации (конфликта) разных частей:
"Поляризация, коренящаяся в предательстве в отношениях, обычно более сильна и экстремальна, и создает у клиентов сценарий «все или ничего». Именно поэтому многим людям, пережившим травму, часто ставят диагноз пограничного расстройства личности".
Очень ясная формулировка по поводу вины: "если тот, кто был у власти, не берет на себя ответственность за то, что он сделал, вполне естественно, что у получателя есть части, уверенные, что это их вина".
Все это издано под обложкой, которая продаёт недвусмысленный сэлф-хэлп "как справиться с болью, стыдом и тревогой".
Интересно, знает ли Фрэнк Андерсон, что в переводе на русский "IFS" звучит как "CBT".
Пост изумления.
Есть книга IFS-терапевта Фрэнка Андерсона о работе с комплексной травмой в IFS.
Она называется Transcending Trauma: Healing Complex PTSD with Internal Family Systems (2021).
Это - профессиональные заметки психотерапевта. Целевая аудитория: IFS-терапевты и те, кто интересуется IFS.
Пока все понятно. Приключения начинаются, когда эта книга попадает в Россию в издательство АСТ.
В этом издательстве эта книга была опубликована в 2024 году дважды, под двумя разными обложками.
Название одного издания звучит:
"ПТСР. Руководство по проработке психологических травм".
Название второго издания звучит:
"Посттравма. Как справиться с болью, стыдом и тревогой и вернуть контроль над своей жизнью».
Из названия выкинули непонятную комплексную травму и непонятный IFS - хотя это суть книги. Упаковали как понятный сэлф-хэлп - "думай и богатей" - которого в тексте нет вообще. Злой ядрёный маркетинг, который полностью скрыл книгу от ЦА.
В результате получилось "На заборе х.. написано, а там дрова лежат".
Я нашла, только ориентируясь на имя "Фрэнк Андерсон".
Угадайте, как в самом тексте переведена аббревиатура IFS?
(напишите в комментариях, если кто-то каким-то чудом угадал верно)
Перевод ужасающий. Читая, приходится переводить с русского на русский то "самоэнергию", то "протекторов", и по нескольку раз на странице - слово из трёх букв, которым переводчик обозначил IFS.
Или вот такой хоррор:
Книга при этом вполне заслуживающая внимания - если вам интересна работа в IFS с комплексной травмой. Там нет мощной концентрации благостности, которая есть у основателя IFS Ричарда Шварца - которого я, честно говоря, по этой причине не смогла дочитать до конца. IFS описывается как нормальный работающий подход (дрова там таки лежат, как и было написано на заборе на языке оригинала).
В книге очень хорошо говорится про привязанность. Разные части могут привязываться разными способами. То, что выглядит как дезорганизованная привязанность - это просто конфликт частей, одна из которых хочет не потерять того, кто заботится, а другая - предотвратить предательство со стороны того, кто много раз предавал. Проблема в том, что тот, кто заботился, и тот, кто предавал - это был один и тот же человек. И при этом вот такой крайне противоречивый опыт отношений не значит, что человек будет строить отношения только так, - потому что это только части, а не весь он:
"Например, у части меня развилась тревожная привязанность к той части моей матери, часто отрицающей реальность. Другая часть меня развила избегающую связь с той частью моей матери, которая временами могла быть навязчивой.
Я также верю, что части меня надежно привязаны к тем ее частям, что вечно любили и поддерживали (т. е. к ее сэлф). У меня есть части, у которых сложились дезорганизованные отношения с ее сбивающими с толку и часто противоречивыми частями. Не думаю, что это мой постоянный стиль, я не верю, что именно так я отношусь к большинству людей в своей взрослой жизни".
Там есть четкая концептуализация ПРЛ как внешне проявленной поляризации (конфликта) разных частей:
"Поляризация, коренящаяся в предательстве в отношениях, обычно более сильна и экстремальна, и создает у клиентов сценарий «все или ничего». Именно поэтому многим людям, пережившим травму, часто ставят диагноз пограничного расстройства личности".
Очень ясная формулировка по поводу вины: "если тот, кто был у власти, не берет на себя ответственность за то, что он сделал, вполне естественно, что у получателя есть части, уверенные, что это их вина".
Все это издано под обложкой, которая продаёт недвусмысленный сэлф-хэлп "как справиться с болью, стыдом и тревогой".
Интересно, знает ли Фрэнк Андерсон, что в переводе на русский "IFS" звучит как "CBT".
😢139❤89👍28🔥20🤔14🥰1
РАСПРОСТРАНЕННОСТЬ ТРАВМАТИЧЕСКОГО ОПЫТА
Искала данные, которые приводит в интервью Джанина Фишер - о том, что 70 процентов людей столкнется хотя бы с одним травматическим событием в жизни, и 40 процентов из них будет иметь симптомы травмы, и это будет чаще кПТСР, чем ПТСР. Нашла интересные факты:
• действительно больше 70 процентов людей пережили в течение жизни как минимум одно потенциально травматичное событие. Было большое исследование на 24 странах и 68800 респондентах, при этом сам опрос проводился в начале нулевых. Факт тяжёлого опыта диагностировался с помощью анкеты, в которой были вопросы типа: отметьте, если с вами происходило такое-то событие. В тяжёлый опыт включены, помимо войн, физического или сексуализированного насилия, также, например, смертельно опасное заболевание самого человека и тяжёлое заболевание у ребенка. Всего таких видов опыта было 29. Также был вопрос, происходило ли с вами ещё какое-то травматическое событие, которого нет в списке, или событие, о котором вы не хотите говорить. Из постсоветского пространства в исследовании была представлена только Украина, в которой то или иное тяжёлое событие в течение жизни пережили 84,6 процента опрошенных (данные 2002 года).
• Последствия военного опыта - это, как правило, кПТСР, а не ПТСР, как показывает обзор исследований кПТСР среди посткомбатантов (2024). Среди обратившихся за профессиональной помощью посткомбатантов около 80% процентов имеют кПТСР и около 20% - ПТСР (2020, австралийская выборка). Аналогичные цифры в хорватском исследовании (тоже 2020 год) - чуть больше 80% посткомбатантов, обратившихся за помощью, имеет кПТСР. Военный опыт, поскольку он повторяется, приводит не столько к ПТСР, сколько к кПТСР. По поводу распространенности кПТСР среди посткомбатантов есть исследование, в котором говорится, что их 13% (2016, ветераны американских ВВС), и есть данные о 37% (2022, ВВС Великобритании).
• По поводу ПТСР в среде с большим количеством насилия. Интересно южноафриканское исследование ПТСР, авторы которого с удивлением пишут, что частота ПТСР в Южной Африке почему-то заметно ниже, чем в Европе и США (2,3% по сравнению с 7,4 в Европе и 6,8 в США среди населения в целом) - и как одно из объяснений предлагают следующее: один из критериев диагностики ПТСР - это избегание, а "общественный характер политического и криминального насилия в Южной Африке мог затруднить избегание, что снизило оценку распространенности ПТСР" (говоря простыми словами, насилие везде, и избегать его бесполезно).
• То есть, чем более постоянной частью среды является насилие, - тем менее вероятно, что оно приведет к ПТСР, и тем более вероятно, что оно приведет к кПТСР.
• Есть проблема гиподиагностики: при кПТСР часто нет ключевых симптомов травмы, таких, как флэшбэки, избегание, сверхбдительность, но есть нарушения самоорганизации (проблемы саморегуляции, отношения к себе и отношений с людьми). С точки зрения МКБ-11 это состояние - не травма, но этот вариант кПТСР, по данным исследований последних лет, достаточно распространен. Выход - диагностировать нарушения самоорганизации как отдельный тип кПТСР. В исследовании британских подростков 2023 года ПТСР есть у 2,3%, кПТСР в понимании МКБ-11 - у 5,6%, и кПТСР в понимании "нарушения самоорганизации" - у 10%. Итого те или иные посттравматические симптомы есть у почти 18% подростков, и преобладает именно кПТСР.
• Есть исследование приемных детей, переживших травматическое событие (дети старше 10 лет, опыт жизни в приемных семьях - от 0 до 11 лет, исследование 2020 года в Австрии). Частота разных симптомов кПТСР среди них - от 35 до 54% (самый частый - нарушение эмоциональной регуляции).
• По данным многих исследований, КПТСР распространено больше, чем ПТСР - даже в строгом понимании МКБ-11 (когда комплексную травму сопровождают и яркие флэшбэки, и нарушения самоорганизации), КПТСР встречается в 2-4 раза чаще, чем ПТСР. Если диагностировать как КПТСР также и нарушения восприятия себя, межличностных отношений и эмоциональной регуляции - кПТСР встречается чаще, чем ПТСР, примерно в 8 раз.
Искала данные, которые приводит в интервью Джанина Фишер - о том, что 70 процентов людей столкнется хотя бы с одним травматическим событием в жизни, и 40 процентов из них будет иметь симптомы травмы, и это будет чаще кПТСР, чем ПТСР. Нашла интересные факты:
• действительно больше 70 процентов людей пережили в течение жизни как минимум одно потенциально травматичное событие. Было большое исследование на 24 странах и 68800 респондентах, при этом сам опрос проводился в начале нулевых. Факт тяжёлого опыта диагностировался с помощью анкеты, в которой были вопросы типа: отметьте, если с вами происходило такое-то событие. В тяжёлый опыт включены, помимо войн, физического или сексуализированного насилия, также, например, смертельно опасное заболевание самого человека и тяжёлое заболевание у ребенка. Всего таких видов опыта было 29. Также был вопрос, происходило ли с вами ещё какое-то травматическое событие, которого нет в списке, или событие, о котором вы не хотите говорить. Из постсоветского пространства в исследовании была представлена только Украина, в которой то или иное тяжёлое событие в течение жизни пережили 84,6 процента опрошенных (данные 2002 года).
• Последствия военного опыта - это, как правило, кПТСР, а не ПТСР, как показывает обзор исследований кПТСР среди посткомбатантов (2024). Среди обратившихся за профессиональной помощью посткомбатантов около 80% процентов имеют кПТСР и около 20% - ПТСР (2020, австралийская выборка). Аналогичные цифры в хорватском исследовании (тоже 2020 год) - чуть больше 80% посткомбатантов, обратившихся за помощью, имеет кПТСР. Военный опыт, поскольку он повторяется, приводит не столько к ПТСР, сколько к кПТСР. По поводу распространенности кПТСР среди посткомбатантов есть исследование, в котором говорится, что их 13% (2016, ветераны американских ВВС), и есть данные о 37% (2022, ВВС Великобритании).
• По поводу ПТСР в среде с большим количеством насилия. Интересно южноафриканское исследование ПТСР, авторы которого с удивлением пишут, что частота ПТСР в Южной Африке почему-то заметно ниже, чем в Европе и США (2,3% по сравнению с 7,4 в Европе и 6,8 в США среди населения в целом) - и как одно из объяснений предлагают следующее: один из критериев диагностики ПТСР - это избегание, а "общественный характер политического и криминального насилия в Южной Африке мог затруднить избегание, что снизило оценку распространенности ПТСР" (говоря простыми словами, насилие везде, и избегать его бесполезно).
• То есть, чем более постоянной частью среды является насилие, - тем менее вероятно, что оно приведет к ПТСР, и тем более вероятно, что оно приведет к кПТСР.
• Есть проблема гиподиагностики: при кПТСР часто нет ключевых симптомов травмы, таких, как флэшбэки, избегание, сверхбдительность, но есть нарушения самоорганизации (проблемы саморегуляции, отношения к себе и отношений с людьми). С точки зрения МКБ-11 это состояние - не травма, но этот вариант кПТСР, по данным исследований последних лет, достаточно распространен. Выход - диагностировать нарушения самоорганизации как отдельный тип кПТСР. В исследовании британских подростков 2023 года ПТСР есть у 2,3%, кПТСР в понимании МКБ-11 - у 5,6%, и кПТСР в понимании "нарушения самоорганизации" - у 10%. Итого те или иные посттравматические симптомы есть у почти 18% подростков, и преобладает именно кПТСР.
• Есть исследование приемных детей, переживших травматическое событие (дети старше 10 лет, опыт жизни в приемных семьях - от 0 до 11 лет, исследование 2020 года в Австрии). Частота разных симптомов кПТСР среди них - от 35 до 54% (самый частый - нарушение эмоциональной регуляции).
• По данным многих исследований, КПТСР распространено больше, чем ПТСР - даже в строгом понимании МКБ-11 (когда комплексную травму сопровождают и яркие флэшбэки, и нарушения самоорганизации), КПТСР встречается в 2-4 раза чаще, чем ПТСР. Если диагностировать как КПТСР также и нарушения восприятия себя, межличностных отношений и эмоциональной регуляции - кПТСР встречается чаще, чем ПТСР, примерно в 8 раз.
❤138😢60👍27
ПТСР КАК АДАПТАЦИЯ
Есть идея, что у животных не бывает ПТСР: случилось что-то страшное, встряхнулся и побежал дальше, это только люди себе все время что-то надумывают.
Люди, которые работают с животными, эту идею опровергают.
У животных, конечно, бывает ПТСР, это нормальный механизм, позволяющий выжить в опасных для жизни условиях.
Следующим постом - текст из канала Анастасии Антоневич (кандидат биологических наук, занимается изучением поведения животных) - о том, как ПТСР в условиях эксперимента развивается у птиц, которые слушали крики хищных видов, - и это не нарушение, а адаптация к условиям постоянной опасности. Если птице постоянно что-то угрожает, и она при малейшем намеке на угрозу прячется и надолго замирает - в живой природе это не один раз спасет ей жизнь.
И вот статья о животных, которых вывезли из зоны военных действий или природных катастроф. О том, как животные переживают травму. Невозможность есть, невозможность доверять, нервная реакция на любые громкие звуки и черные пакеты для мусора. Иногда пострадавшие собаки не берут еду иначе как из рук, отказываясь есть из миски, как собаки в обычных условиях. Очень похоже на тот механизм, который не дает травмированным людям заботиться о себе - когда самые простые бытовые действия получаются только с поддержкой.
Есть идея, что у животных не бывает ПТСР: случилось что-то страшное, встряхнулся и побежал дальше, это только люди себе все время что-то надумывают.
Люди, которые работают с животными, эту идею опровергают.
У животных, конечно, бывает ПТСР, это нормальный механизм, позволяющий выжить в опасных для жизни условиях.
Следующим постом - текст из канала Анастасии Антоневич (кандидат биологических наук, занимается изучением поведения животных) - о том, как ПТСР в условиях эксперимента развивается у птиц, которые слушали крики хищных видов, - и это не нарушение, а адаптация к условиям постоянной опасности. Если птице постоянно что-то угрожает, и она при малейшем намеке на угрозу прячется и надолго замирает - в живой природе это не один раз спасет ей жизнь.
И вот статья о животных, которых вывезли из зоны военных действий или природных катастроф. О том, как животные переживают травму. Невозможность есть, невозможность доверять, нервная реакция на любые громкие звуки и черные пакеты для мусора. Иногда пострадавшие собаки не берут еду иначе как из рук, отказываясь есть из миски, как собаки в обычных условиях. Очень похоже на тот механизм, который не дает травмированным людям заботиться о себе - когда самые простые бытовые действия получаются только с поддержкой.
❤148😢78👍20🔥2
Forwarded from Хорошее поведение
ПТСР – это не нарушение, а адаптация.
(что не означает, что нам это надо!)
Птичкам проигрывали крики хищников, и смотрели долговременные изменения в мозгу и в поведении (с контрольной группой 👍)
Гаички в экспериментальной группе два дня слушали интенсивные крики 6 видов хищников (разные виды соколов, ястребов и сов). В контрольной группе включали крики 6 видов, не опасных для гаичек (воробьи, лягушки, два вида дятлов, кряквы и поползни). После этого птички неделю жили в стайках без каких-либо специальных воздействий (неделя, это много для гаички, особенно для ее выживания).
Затем птичкам включали запись крика максимальной опасности этого вида (крик, которым гаички предупреждают других гаичек, причем тот, который при самых опасных хищниках). Птички, которые слушали хищников неделю назад, боялись и замирали, прекращали всяческую активность на значительно большее время, чем те, кто слушал безобидные крики.
У тех, кто слушал хищников, через неделю после этого в мозгу были больше, чем у контрольной группы, активны амигдала и гиппокамп - зоны, активность которых играет роль в развитии ПТСР.
Тут видно, как это должно работать в природе. Опыт нахождения в большой опасности изменяет активность мозга, подстраивая его под большие риски хищничества. И при признаках опасности, гиперактивность соответствующих зон мозга, вызывает гиперреакцию, когда животное рискнет невозможностью поесть, покормить потомство и другими важными процессами ради непосредственного выживания. Потому что мозг уже настроен на очень высокий риск просто быть съеденным, и этот риск первоочередной. 🤯
На графике: время реакции птичек на крик опасности, красный столбик - это экспериментальная группа, те, кто слушали хищников. У них реакция значительно сильнее, чем у птичек из контрольной группы (синий столбик).
Zanette, L.Y., Hobbs, E.C., Witterick, L.E. et al. Predator-induced fear causes PTSD-like changes in the brains and behaviour of wild animals. Sci Rep 9, 11474 (2019). https://doi.org/10.1038/s41598-019-47684-6
(что не означает, что нам это надо!)
Птичкам проигрывали крики хищников, и смотрели долговременные изменения в мозгу и в поведении (с контрольной группой 👍)
Гаички в экспериментальной группе два дня слушали интенсивные крики 6 видов хищников (разные виды соколов, ястребов и сов). В контрольной группе включали крики 6 видов, не опасных для гаичек (воробьи, лягушки, два вида дятлов, кряквы и поползни). После этого птички неделю жили в стайках без каких-либо специальных воздействий (неделя, это много для гаички, особенно для ее выживания).
Затем птичкам включали запись крика максимальной опасности этого вида (крик, которым гаички предупреждают других гаичек, причем тот, который при самых опасных хищниках). Птички, которые слушали хищников неделю назад, боялись и замирали, прекращали всяческую активность на значительно большее время, чем те, кто слушал безобидные крики.
У тех, кто слушал хищников, через неделю после этого в мозгу были больше, чем у контрольной группы, активны амигдала и гиппокамп - зоны, активность которых играет роль в развитии ПТСР.
Тут видно, как это должно работать в природе. Опыт нахождения в большой опасности изменяет активность мозга, подстраивая его под большие риски хищничества. И при признаках опасности, гиперактивность соответствующих зон мозга, вызывает гиперреакцию, когда животное рискнет невозможностью поесть, покормить потомство и другими важными процессами ради непосредственного выживания. Потому что мозг уже настроен на очень высокий риск просто быть съеденным, и этот риск первоочередной. 🤯
На графике: время реакции птичек на крик опасности, красный столбик - это экспериментальная группа, те, кто слушали хищников. У них реакция значительно сильнее, чем у птичек из контрольной группы (синий столбик).
Zanette, L.Y., Hobbs, E.C., Witterick, L.E. et al. Predator-induced fear causes PTSD-like changes in the brains and behaviour of wild animals. Sci Rep 9, 11474 (2019). https://doi.org/10.1038/s41598-019-47684-6
Nature
Predator-induced fear causes PTSD-like changes in the brains and behaviour of wild animals
Scientific Reports - Predator-induced fear causes PTSD-like changes in the brains and behaviour of wild animals
❤79😢67🔥20👍18
КЛИЕНТ ПРОТИВ ПОДХОДА: ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ЦИКЛ В ТЕРАПЕВТИЧЕСКОЙ ПАРЕ
Что это за цикл?
Когда звучит в том или ином виде "но я знаю лучше" (от терапевта) - "нет, ты не знаешь, я тебе объясню!!!" (от клиента). Когда терапевт приходит к идее, что в клиенте что-то не так, и нужно это исправить. "Аналитические части клиента мешают терапии". Или "я считаю, что не нужно клиенту давать то, о чем он просит, поэтому в ответ на прямой вопрос улыбаюсь и молчу".
Когда пара входит в негативный цикл – терапевту очень нужно, чтобы процесс шел правильно, а клиенту очень нужно терапевту объяснить, что это «правильно» лично его подчеркивает красным, - но никак не получается.
Что можно сделать, если вы тут в роли клиента?
1. Обнаружить, что убеждать - не помогает, а делает хуже. Я повторяю, я объясняю разными способами, но я не вижу, что меня понимают, и мне становится только больнее. Если таких итераций было как минимум две - на третью не идём, потому что это цикл, в котором становится только хуже.
В терапии есть правило "Стоп". Это значит, что клиент может сказать, что ему не подходит воздействие. Ты стоишь на моей ноге сейчас, уйди с моей ноги. Терапевт должен это услышать и уйти с ноги.
Если терапевт не уходит, а начинает дискуссию насчёт того, что стоять на чужой ноге на самом деле правильно и полезно, и вашей ноги он вам не отдаст ни пяди, обоснованно и доказательно - это не терапия.
Это значит, что поехала рамка отношений. Терапевт вышел из позиции.
Если терапевт вышел из терапевтической позиции - клиенту нужно выйти из позиции клиентской. Потому что, пытаясь доказать, клиент выходит один и уязвимый своей пострадавшей версией - в первобытное силовое противостояние против терапевта, супервизора и подхода. Шансов у клиента в таком противостоянии нет, хуже того, оно грозит ретравматизацией. Терапевт, который в сознании, сам в это не пойдёт, потому что хорошо знает, как «я знаю, как тебе лучше» может наносить вред.
2. Выйти из клиентской позиции. Это значит, что если обычно терапевт ведёт, и вы идете за ним, отвечая на заданные вопросы - вы перестаете идти за терапевтом. Встаете на паузу в работе, даже если это середина сессии.
Вы меняете роль с "я жду помощи" на "я напоминаю об условиях контракта". Перестаете внутренне зависеть от терапевта. Перестаете доказывать.
И вы возвращаете на место рамку отношений. Фиксируете положение «вне игры». Говорите: я ясно говорю "хватит", но ты не останавливаешься. В терапии есть правило "Стоп". Оно сейчас нарушается. Это не терапия.
Или можно коротко: по-моему, ты сейчас не в позиции.
Если терапевт в сознании и чувствует клиента, до него быстро - максимум на второй итерации - доходит, как действует на клиента его "Я прав, а ты - нет". И тогда терапевт сразу отыгрывает назад, и обычно отношения это прощают.
Если терапевт не в сознании, настаивает, что правильно будет навеки поселиться на вашей ноге - обрыв терапии будет лучшим выходом.
Как у Славы Комиссаренко: или я буду прав, или у меня будет секс. Если терапевт прав за счёт клиента, то терапия на этом месте уже и так закончилась.
Как говорят подростки: а минусы?
Минус в том, что нужно некоторое время на то, чтобы прийти в себя и принять мысль, что такое в принципе возможно.
После этого остаётся осадок - потому что мы идём за помощью, мы доверяем, уязвимы и столько раз пытались объяснить по-человечески, а оказывается, доверять плохо. И есть соблазн атаковать уже свою уязвимость и свою способность привязываться и надеяться.
Но с доверием все в порядке. Эта проблема - вообще не со стороны клиента. Проблема - со стороны терапевта, в том, что он не видит живого человека как человека, а видит как объект воздействия - и продолжает воздействие, несмотря на то, что ему несколько раз сказали, что это причиняет боль - потому что "так правильно".
Так поступил конкретный человек, у которого есть имя - а не все терапевты мира.
Поэтому записываем имя этого конкретного терапевта в черный список. Восстанавливаемся после повреждений столько, сколько нужно.
И, может быть, через время изнутри придет решение попробовать с кем-то ещё.
Что это за цикл?
Когда звучит в том или ином виде "но я знаю лучше" (от терапевта) - "нет, ты не знаешь, я тебе объясню!!!" (от клиента). Когда терапевт приходит к идее, что в клиенте что-то не так, и нужно это исправить. "Аналитические части клиента мешают терапии". Или "я считаю, что не нужно клиенту давать то, о чем он просит, поэтому в ответ на прямой вопрос улыбаюсь и молчу".
Когда пара входит в негативный цикл – терапевту очень нужно, чтобы процесс шел правильно, а клиенту очень нужно терапевту объяснить, что это «правильно» лично его подчеркивает красным, - но никак не получается.
Что можно сделать, если вы тут в роли клиента?
1. Обнаружить, что убеждать - не помогает, а делает хуже. Я повторяю, я объясняю разными способами, но я не вижу, что меня понимают, и мне становится только больнее. Если таких итераций было как минимум две - на третью не идём, потому что это цикл, в котором становится только хуже.
В терапии есть правило "Стоп". Это значит, что клиент может сказать, что ему не подходит воздействие. Ты стоишь на моей ноге сейчас, уйди с моей ноги. Терапевт должен это услышать и уйти с ноги.
Если терапевт не уходит, а начинает дискуссию насчёт того, что стоять на чужой ноге на самом деле правильно и полезно, и вашей ноги он вам не отдаст ни пяди, обоснованно и доказательно - это не терапия.
Это значит, что поехала рамка отношений. Терапевт вышел из позиции.
Если терапевт вышел из терапевтической позиции - клиенту нужно выйти из позиции клиентской. Потому что, пытаясь доказать, клиент выходит один и уязвимый своей пострадавшей версией - в первобытное силовое противостояние против терапевта, супервизора и подхода. Шансов у клиента в таком противостоянии нет, хуже того, оно грозит ретравматизацией. Терапевт, который в сознании, сам в это не пойдёт, потому что хорошо знает, как «я знаю, как тебе лучше» может наносить вред.
2. Выйти из клиентской позиции. Это значит, что если обычно терапевт ведёт, и вы идете за ним, отвечая на заданные вопросы - вы перестаете идти за терапевтом. Встаете на паузу в работе, даже если это середина сессии.
Вы меняете роль с "я жду помощи" на "я напоминаю об условиях контракта". Перестаете внутренне зависеть от терапевта. Перестаете доказывать.
И вы возвращаете на место рамку отношений. Фиксируете положение «вне игры». Говорите: я ясно говорю "хватит", но ты не останавливаешься. В терапии есть правило "Стоп". Оно сейчас нарушается. Это не терапия.
Или можно коротко: по-моему, ты сейчас не в позиции.
Если терапевт в сознании и чувствует клиента, до него быстро - максимум на второй итерации - доходит, как действует на клиента его "Я прав, а ты - нет". И тогда терапевт сразу отыгрывает назад, и обычно отношения это прощают.
Если терапевт не в сознании, настаивает, что правильно будет навеки поселиться на вашей ноге - обрыв терапии будет лучшим выходом.
Как у Славы Комиссаренко: или я буду прав, или у меня будет секс. Если терапевт прав за счёт клиента, то терапия на этом месте уже и так закончилась.
Как говорят подростки: а минусы?
Минус в том, что нужно некоторое время на то, чтобы прийти в себя и принять мысль, что такое в принципе возможно.
После этого остаётся осадок - потому что мы идём за помощью, мы доверяем, уязвимы и столько раз пытались объяснить по-человечески, а оказывается, доверять плохо. И есть соблазн атаковать уже свою уязвимость и свою способность привязываться и надеяться.
Но с доверием все в порядке. Эта проблема - вообще не со стороны клиента. Проблема - со стороны терапевта, в том, что он не видит живого человека как человека, а видит как объект воздействия - и продолжает воздействие, несмотря на то, что ему несколько раз сказали, что это причиняет боль - потому что "так правильно".
Так поступил конкретный человек, у которого есть имя - а не все терапевты мира.
Поэтому записываем имя этого конкретного терапевта в черный список. Восстанавливаемся после повреждений столько, сколько нужно.
И, может быть, через время изнутри придет решение попробовать с кем-то ещё.
❤221👍61🔥32😢8
ПЕРВАЯ КНИГА О КПТСР, НАПИСАННАЯ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ
☀️ Анастасия Жичкина
"НУ ЧТО С ТОГО, ЧТО Я ТАМ БЫЛ:
путеводитель по комплексному посттравматическому стрессовому расстройству"
☀️Открыт предзаказ.
Сейчас оплатить можно картами любых банков, кроме российских (это временно, будет оплата российскими картами).
Доставка при оплате картой зарубежного банка - по всему миру (кроме России и Беларуси).
Прямая ссылка - здесь.
Первая партия будет напечатана ориентировочно 15 декабря.
☀️ Чтобы напечатать достаточный тираж для России, нам важно понять:
1️⃣ сколько человек будет платить российскими картами
2️⃣ какую книгу вы хотите - бумажную или электронную.
Поэтому тех, кто платит российской картой, мы просим оставить на сайте ваши контактные данные. Как только книга выйдет, мы с вами обязательно свяжемся.
Оставьте ваши контакты, если вы не хотите бумажную книгу, а хотите электронную, и хотите, чтобы мы вам сообщили, когда она выйдет.
Обычно продажи электронной книги начинаются через месяц после продаж бумажной - то есть, в конце января.
Прошу максимальный репост и форвард.
Анастасия Жичкина
☀️https://cptsd.life/
☀️ Анастасия Жичкина
"НУ ЧТО С ТОГО, ЧТО Я ТАМ БЫЛ:
путеводитель по комплексному посттравматическому стрессовому расстройству"
☀️Открыт предзаказ.
Сейчас оплатить можно картами любых банков, кроме российских (это временно, будет оплата российскими картами).
Доставка при оплате картой зарубежного банка - по всему миру (кроме России и Беларуси).
Прямая ссылка - здесь.
Первая партия будет напечатана ориентировочно 15 декабря.
☀️ Чтобы напечатать достаточный тираж для России, нам важно понять:
1️⃣ сколько человек будет платить российскими картами
2️⃣ какую книгу вы хотите - бумажную или электронную.
Поэтому тех, кто платит российской картой, мы просим оставить на сайте ваши контактные данные. Как только книга выйдет, мы с вами обязательно свяжемся.
Оставьте ваши контакты, если вы не хотите бумажную книгу, а хотите электронную, и хотите, чтобы мы вам сообщили, когда она выйдет.
Обычно продажи электронной книги начинаются через месяц после продаж бумажной - то есть, в конце января.
Прошу максимальный репост и форвард.
Анастасия Жичкина
☀️https://cptsd.life/
🔥250❤111👍41🤔1
Помогите, пожалуйста, выбрать вариант обложки. Ответьте на опрос ниже:
❤49🔥17👍3
Какой вариант обложки лучше?
Anonymous Poll
62%
Симметричный (когда все ровно и вписано в прямоугольник)
38%
Асимметричный (когда вписано в ромб)
👍12
ТРАВМА И ПРИЗНАНИЕ
Когда человек только начинает восстанавливаться после травмы, сначала звучит «У меня нормальное детство было. Среднестатистическое».
Потом, постепенно, появляется смутное ощущение, что что-то пошло не так.
И тогда звучит «у меня было замечательное детство» или «мой папа был очень хороший человек» - хотя вопрос, какое у тебя было детство и какой папа, никто не задавал.
Но ответ возникает сам собой - как контраргумент, попытка переспорить первые проблески ясности - которую пока никуда невозможно встроить. Как "не может этого быть. Я не могу вот так взять и перестать верить".
Шагом дальше - «благодаря травме проявились мои сильные стороны». «Со мной не нянчились, и поэтому я так многого добилась».
Признание - важная часть восстановления.
Но именно здесь не поможет сказать, что в реальности папа был в диапазоне от так себе до ужасного. И что ты и так бы многого добилась, скорее всего, с поддержкой даже больше, и это было бы спокойнее и без надрыва.
Это - чистая правда. Но эта правда рушит те шаткие опоры, которые в этот момент у человека есть. А он пока не успел создать себе ничего взамен.
Когда нет никакого сочувствия к себе (это пока! но факт, что в этой точке его нет). Когда мне важно только победил я или проиграл - неважно, какой ценой. Все, что у меня остается, если признать реальность — это героическое преодоление.
Когда человек впервые начинает подозревать, что в его жизни что-то пошло явно не так. Что он сильно пострадал, и, похоже, совершенно без всякого смысла.
И он думает: ну как же..? Как же так? Не может быть, чтобы это было без всякого смысла.
И он говорит: зато... зато я сильный, у меня благодаря этому есть хватка. И терапевт может подкидывать дофаминовые конфетки: зато вы умная. Или, как аналитик Дэвида Линча: да, вполне может быть так, что анализ лишит вас способности творить.
Как будто это как-то связано. Как будто без тяжелого опыта я не была бы умная, а Дэвид Линч не был бы гениальным режиссером (и Дэвид Линч такой: спасибо, я пошел).
Но это же неправда.
Ты был бы сильным, потому что ты родился сильным.
Но ты не был бы сильным единственным способом: все умрут, а я останусь.
У тебя была бы свобода выбора - как именно и когда быть сильным. А не безальтернативное «или я - их, или они – меня».
И ты была бы умной - потому что с тобой всегда был внутренний Шерлок Холмс, или Шейла, или Стивен Хокинг, или Пьер и Мария Кюри, подставить нужное.
Они всегда были тут. Глазами маленькой девочки или маленького мальчика смотрел маленький внутренний Шерлок Холмс - или Шейла - и ей или ему всегда нравились задачки.
Это всегда так было, и вам вместе было хорошо.
И кто-то думает, что без пережитого опыта не был бы способен творить - но на самом деле был бы способен просто потому, что таким родился.
Все говорят, что важно учитывать нейроотличия - но это же и есть нейроотличия, и их намного больше, чем СДВГ, БАР, аутизм, высокая чувствительность.
• Сильная внутренняя система
• Творческая внутренняя система
• Аналитичная внутренняя система
• Мгновенно мобилизующаяся внутренняя система
Это - просто данность, врожденная особенность. Это так и было задумано.
Не «меня били, и я человеком вырос» - а это именно так и было задумано, чтобы вырос человеком.
И это ошибка выжившего - считать, что все, что нас не убивает, делает нас сильнее.
Верно так: это не убивает тех, кто и так сильный - но и не делает сильнее.
Но это убивает тех, кто от природы не рассчитан на такой объем преодоления.
Если бы не травма - кто-то менее сильный не убил бы себя.
Кто-то не умер бы от передозировки.
Кто-то не пытался бы уничтожить отношения, потому что верить никому нельзя.
У кого-то была бы совсем другая жизнь.
И смысл восстановления - не вернуться и перепрожить это еще раз.
Смысл в том, чтобы вернуться в точку «до травмы», когда мы были одним целым - тот, кто усилился и закрылся, и благодаря этому выжил, и тот уязвимый, кто пострадал и спрятался.
Сказать внутрь: «Мы с тобой выжили. Дай руку».
И вернуть себе свободу выбора - так, как это было задумано.
Когда человек только начинает восстанавливаться после травмы, сначала звучит «У меня нормальное детство было. Среднестатистическое».
Потом, постепенно, появляется смутное ощущение, что что-то пошло не так.
И тогда звучит «у меня было замечательное детство» или «мой папа был очень хороший человек» - хотя вопрос, какое у тебя было детство и какой папа, никто не задавал.
Но ответ возникает сам собой - как контраргумент, попытка переспорить первые проблески ясности - которую пока никуда невозможно встроить. Как "не может этого быть. Я не могу вот так взять и перестать верить".
Шагом дальше - «благодаря травме проявились мои сильные стороны». «Со мной не нянчились, и поэтому я так многого добилась».
Признание - важная часть восстановления.
Но именно здесь не поможет сказать, что в реальности папа был в диапазоне от так себе до ужасного. И что ты и так бы многого добилась, скорее всего, с поддержкой даже больше, и это было бы спокойнее и без надрыва.
Это - чистая правда. Но эта правда рушит те шаткие опоры, которые в этот момент у человека есть. А он пока не успел создать себе ничего взамен.
Когда нет никакого сочувствия к себе (это пока! но факт, что в этой точке его нет). Когда мне важно только победил я или проиграл - неважно, какой ценой. Все, что у меня остается, если признать реальность — это героическое преодоление.
Когда человек впервые начинает подозревать, что в его жизни что-то пошло явно не так. Что он сильно пострадал, и, похоже, совершенно без всякого смысла.
И он думает: ну как же..? Как же так? Не может быть, чтобы это было без всякого смысла.
И он говорит: зато... зато я сильный, у меня благодаря этому есть хватка. И терапевт может подкидывать дофаминовые конфетки: зато вы умная. Или, как аналитик Дэвида Линча: да, вполне может быть так, что анализ лишит вас способности творить.
Как будто это как-то связано. Как будто без тяжелого опыта я не была бы умная, а Дэвид Линч не был бы гениальным режиссером (и Дэвид Линч такой: спасибо, я пошел).
Но это же неправда.
Ты был бы сильным, потому что ты родился сильным.
Но ты не был бы сильным единственным способом: все умрут, а я останусь.
У тебя была бы свобода выбора - как именно и когда быть сильным. А не безальтернативное «или я - их, или они – меня».
И ты была бы умной - потому что с тобой всегда был внутренний Шерлок Холмс, или Шейла, или Стивен Хокинг, или Пьер и Мария Кюри, подставить нужное.
Они всегда были тут. Глазами маленькой девочки или маленького мальчика смотрел маленький внутренний Шерлок Холмс - или Шейла - и ей или ему всегда нравились задачки.
Это всегда так было, и вам вместе было хорошо.
И кто-то думает, что без пережитого опыта не был бы способен творить - но на самом деле был бы способен просто потому, что таким родился.
Все говорят, что важно учитывать нейроотличия - но это же и есть нейроотличия, и их намного больше, чем СДВГ, БАР, аутизм, высокая чувствительность.
• Сильная внутренняя система
• Творческая внутренняя система
• Аналитичная внутренняя система
• Мгновенно мобилизующаяся внутренняя система
Это - просто данность, врожденная особенность. Это так и было задумано.
Не «меня били, и я человеком вырос» - а это именно так и было задумано, чтобы вырос человеком.
И это ошибка выжившего - считать, что все, что нас не убивает, делает нас сильнее.
Верно так: это не убивает тех, кто и так сильный - но и не делает сильнее.
Но это убивает тех, кто от природы не рассчитан на такой объем преодоления.
Если бы не травма - кто-то менее сильный не убил бы себя.
Кто-то не умер бы от передозировки.
Кто-то не пытался бы уничтожить отношения, потому что верить никому нельзя.
У кого-то была бы совсем другая жизнь.
И смысл восстановления - не вернуться и перепрожить это еще раз.
Смысл в том, чтобы вернуться в точку «до травмы», когда мы были одним целым - тот, кто усилился и закрылся, и благодаря этому выжил, и тот уязвимый, кто пострадал и спрятался.
Сказать внутрь: «Мы с тобой выжили. Дай руку».
И вернуть себе свободу выбора - так, как это было задумано.
❤377💔152🔥70👍38😢29👏11🤝3🤔1
ЭТО - НА НОВЫЙ ГОД
Всем, кто ждёт книгу "Ну что с того, что я там был" по обе стороны границы - она будет у вас в феврале. Жаль, что не раньше, но от меня это совершенно не зависело.
(это был тяжёлый год)
Мы переживем, нам нужно это пережить - но обстоятельства я могу охарактеризовать только словами из песни: "чтоб иногда мечтать о лете, мечтать о лете без хуйни". Хочется просто чтобы по-человечески было все.
И вот история про человечность на Новый год - интервью с писателем Эдгаром Керетом, которое перевел Иван Бабушкин.
- Самое важное, что я получил от своих родителей (переживших Холокост) – что когда случаются большие происшествия, возникают большие истории. И в этих больших историях у тебя есть роль. Теперь ты жертва. Теперь ты герой. И они сказали: «Не верь этим ролям».
- Мир изменился, но мы остались прежними. То есть нет, не прежними, но мы отказываемся выбирать сторону. Мы отказываемся игнорировать половину картины.
(Интервьюер: это одновременно удручающий и обнадеживающий анализ ситуации).
- Да, «удручённый и полный надежд» — думаю, это хороший способ подытожить мою ситуацию прямо сейчас.
И как иллюстрация отчаяния и надежды - версия одного из рождественских гимнов - "Carol of the bells".
Всем, кто ждёт книгу "Ну что с того, что я там был" по обе стороны границы - она будет у вас в феврале. Жаль, что не раньше, но от меня это совершенно не зависело.
(это был тяжёлый год)
Мы переживем, нам нужно это пережить - но обстоятельства я могу охарактеризовать только словами из песни: "чтоб иногда мечтать о лете, мечтать о лете без хуйни". Хочется просто чтобы по-человечески было все.
И вот история про человечность на Новый год - интервью с писателем Эдгаром Керетом, которое перевел Иван Бабушкин.
- Самое важное, что я получил от своих родителей (переживших Холокост) – что когда случаются большие происшествия, возникают большие истории. И в этих больших историях у тебя есть роль. Теперь ты жертва. Теперь ты герой. И они сказали: «Не верь этим ролям».
- Мир изменился, но мы остались прежними. То есть нет, не прежними, но мы отказываемся выбирать сторону. Мы отказываемся игнорировать половину картины.
(Интервьюер: это одновременно удручающий и обнадеживающий анализ ситуации).
- Да, «удручённый и полный надежд» — думаю, это хороший способ подытожить мою ситуацию прямо сейчас.
И как иллюстрация отчаяния и надежды - версия одного из рождественских гимнов - "Carol of the bells".
❤173👍14
Есть каналы по психологии с полезными советами или психообразованием. Это правильно и нужно, но не очень забирает: человеку обычно не интересен готовый рецепт жизни, если он не сам его нашел.
Есть каналы, описывающие личный опыт. Это может быть очень увлекательно, особенно если вы лично знаете автора, но не всегда полезно: не каждую чужую историю можно примерить на себя.
И есть смыслоцентричные каналы.
Когда автор каким-то своим способом - читая книги, глядя на проблему с разных точек зрения, привлекая опыт других людей, как-то ещё извлекая смысл - рассказывает в итоге то ли свою историю, то ли общечеловеческую, то ли их обе.
И я хочу показать два таких канала.
Есть каналы, описывающие личный опыт. Это может быть очень увлекательно, особенно если вы лично знаете автора, но не всегда полезно: не каждую чужую историю можно примерить на себя.
И есть смыслоцентричные каналы.
Когда автор каким-то своим способом - читая книги, глядя на проблему с разных точек зрения, привлекая опыт других людей, как-то ещё извлекая смысл - рассказывает в итоге то ли свою историю, то ли общечеловеческую, то ли их обе.
И я хочу показать два таких канала.
❤79👍13🔥3
Канал "Между нами говоря" Жени Новиковой - это глубокий и спокойный дневник психотерапевтки, о том, как она идёт через то, что происходит с нами со всеми происходит - привязанность, уязвимость, травматический опыт.
• об опыте травмы и о восстановлении:
https://t.me/lyingonthecouch/367
• о том, что человеку важно быть услышанным - чтобы слышать себя
https://t.me/lyingonthecouch/404
• о границах и близких отношениях:
https://t.me/lyingonthecouch/396
• об уязвимости в терапевтических отношениях:
https://t.me/lyingonthecouch/335
• о терапии как пути, в котором терапевт - это тот, кто сопровождает, а не тот, кто руководит:
https://t.me/lyingonthecouch/358
• об опыте травмы и о восстановлении:
https://t.me/lyingonthecouch/367
• о том, что человеку важно быть услышанным - чтобы слышать себя
https://t.me/lyingonthecouch/404
• о границах и близких отношениях:
https://t.me/lyingonthecouch/396
• об уязвимости в терапевтических отношениях:
https://t.me/lyingonthecouch/335
• о терапии как пути, в котором терапевт - это тот, кто сопровождает, а не тот, кто руководит:
https://t.me/lyingonthecouch/358
❤63👍11
Почему бывает так, что переживания не отпускают? Почему травму сопровождает стыд? Откуда берется страх по отношению к людям, если человек знает, что реально ему бояться нечего? Эти вопросы обсуждает в своём канале «Ментальный пирог» психотерапевт Ирина Парфенова.
О том, как отличить триггеры в отношениях (когда проблема больше в моем восприятии) от красных флагов (когда проблема действительно есть)
https://t.me/mentalpie/458
О default-системе мозга - что важное происходит, когда у нас есть время ничего не делать
https://t.me/mentalpie/446
Обзоры книг, касающиеся
• экстремальных условий взросления: концлагерь, блокада, родители-маньяки
https://t.me/mentalpie/392
• коллективной травмы:
https://t.me/mentalpie/421
«Ментальный пирог» — авторский канал практикующего психолога о детстве, взрослении и эмоциональной зрелости. Ирина Парфёнова - автор публикаций в журналах «НОЖ», «НЭН», «Psychologies» и эксперт издательства «МИФ», специализируется на кризисах и комплексных травмах.
О том, как отличить триггеры в отношениях (когда проблема больше в моем восприятии) от красных флагов (когда проблема действительно есть)
https://t.me/mentalpie/458
О default-системе мозга - что важное происходит, когда у нас есть время ничего не делать
https://t.me/mentalpie/446
Обзоры книг, касающиеся
• экстремальных условий взросления: концлагерь, блокада, родители-маньяки
https://t.me/mentalpie/392
• коллективной травмы:
https://t.me/mentalpie/421
«Ментальный пирог» — авторский канал практикующего психолога о детстве, взрослении и эмоциональной зрелости. Ирина Парфёнова - автор публикаций в журналах «НОЖ», «НЭН», «Psychologies» и эксперт издательства «МИФ», специализируется на кризисах и комплексных травмах.
❤60👍18🔥12
Честный личный текст о собственном сложном родительстве. Автор - травматерапевт Джанина Фишер.
"Внезапно в середине сессии ко мне вошла рецепционистка и сказала: “У вас срочный звонок”. Я извинилась и взяла трубку телефона рядом с собой. На другом конце был директор школы, где учились мои сыновья. Он сказал, что их только что исключили за продажу наркотиков и что их нужно немедленно забрать. Тогда им было 15 и 16 лет.
Следующие шесть месяцев мои сыновья провели в реабилитационном центре. Но когда они вышли, проблемы продолжились. У старшего случился релапс, он последовал за Grateful Dead, и стал зарабатывать на жизнь продавая наркотики. Днем я работала психотерапевтом, а ночью не спала, думая, где он.
Я наращивала мышцы, которых у меня никогда не было ни как у родителя, ни как у терапевта. Мышцы, которые говорили: я не отвечаю за то, чтобы всех исправить. В мире реабилитации аддикций родителям настоятельно рекомендуют не быть спасателями, потому что это только способствует развитию проблемы зависимого. Я научилась справляться со страхом за сына и с чувством потери контроля над своим миром через веру в то, что люди созданы для выживания, а не для разрушения.
Будучи членом Нар-Анон, семейной программы, связанной с “Анонимными наркоманами”, я обнаружила, что 12-шаговая программа меня очень успокаивает. Я и сегодня использую две мантры из Нар-Анона.
Первая: “Ваша роль как помощника заключается в том, чтобы быть, а не делать”.
Вторая мантра: “Действия и реакции других людей говорят о них самих больше, чем о вас”.
(Перевод Ивана Стригина)
Да, мы не можем отвечать за чужие выборы.
Но мне кажется, что вряд ли подходит одна из двух крайностей в качестве решений - "делать" или "быть". Особенно если речь идет о несовершеннолетних детях.
За выборы которых мы не можем отвечать - но "не делать, а быть" в этой ситуации не всегда подходит: есть риск сползти в роль гуманистического терапевта из анекдота "клиент открывает окно и выбрасывается в него, терапевт вслед, эмпатически: "вы сказали "плюх...".
Скорее для меня это так: если я уже делала A, B, C, D - реабилитационный центр, психотерапия, разговоры, создание возможностей, - но я видела, что ничего из этого не работает, то да, я выберу - не делать, потому что это ни на что не влияет, а еще я выберу - быть, то есть верить в лучшее, несмотря на все плохое до этого, потому что знаю, что лучшее - случается, если человек этого захочет.
Но сначала я все же сделаю A, B, C, D - потому что по опыту я знаю, что это может увеличить вероятность лучшего.
P.S. Там хорошо закончилось.
"Внезапно в середине сессии ко мне вошла рецепционистка и сказала: “У вас срочный звонок”. Я извинилась и взяла трубку телефона рядом с собой. На другом конце был директор школы, где учились мои сыновья. Он сказал, что их только что исключили за продажу наркотиков и что их нужно немедленно забрать. Тогда им было 15 и 16 лет.
Следующие шесть месяцев мои сыновья провели в реабилитационном центре. Но когда они вышли, проблемы продолжились. У старшего случился релапс, он последовал за Grateful Dead, и стал зарабатывать на жизнь продавая наркотики. Днем я работала психотерапевтом, а ночью не спала, думая, где он.
Я наращивала мышцы, которых у меня никогда не было ни как у родителя, ни как у терапевта. Мышцы, которые говорили: я не отвечаю за то, чтобы всех исправить. В мире реабилитации аддикций родителям настоятельно рекомендуют не быть спасателями, потому что это только способствует развитию проблемы зависимого. Я научилась справляться со страхом за сына и с чувством потери контроля над своим миром через веру в то, что люди созданы для выживания, а не для разрушения.
Будучи членом Нар-Анон, семейной программы, связанной с “Анонимными наркоманами”, я обнаружила, что 12-шаговая программа меня очень успокаивает. Я и сегодня использую две мантры из Нар-Анона.
Первая: “Ваша роль как помощника заключается в том, чтобы быть, а не делать”.
Вторая мантра: “Действия и реакции других людей говорят о них самих больше, чем о вас”.
(Перевод Ивана Стригина)
Да, мы не можем отвечать за чужие выборы.
Но мне кажется, что вряд ли подходит одна из двух крайностей в качестве решений - "делать" или "быть". Особенно если речь идет о несовершеннолетних детях.
За выборы которых мы не можем отвечать - но "не делать, а быть" в этой ситуации не всегда подходит: есть риск сползти в роль гуманистического терапевта из анекдота "клиент открывает окно и выбрасывается в него, терапевт вслед, эмпатически: "вы сказали "плюх...".
Скорее для меня это так: если я уже делала A, B, C, D - реабилитационный центр, психотерапия, разговоры, создание возможностей, - но я видела, что ничего из этого не работает, то да, я выберу - не делать, потому что это ни на что не влияет, а еще я выберу - быть, то есть верить в лучшее, несмотря на все плохое до этого, потому что знаю, что лучшее - случается, если человек этого захочет.
Но сначала я все же сделаю A, B, C, D - потому что по опыту я знаю, что это может увеличить вероятность лучшего.
P.S. Там хорошо закончилось.
❤171💔40🔥16👍14🤗1
ПРОБЛЕМА В ЧЕЛОВЕКЕ ИЛИ...?
Очень много споров о том, имеет ли пострадавший человек особые права - в том числе право наносить вред, потому что он был в аду и чудом выжил? Или, наоборот, если отличительный маркер пострадавшего – наносить вред окружающим и себе, это не у него проблема, а это он сам - проблема?
Проблема в человеке? Или проблема – в чем-то еще?
Есть разные варианты ответов.
Модерн: эти ужасные люди с ПРЛ и НРЛ, фу таким быть. Десять признаков, как распознать абьюзера, пятнадцать способов его обезвредить, в предложении "Как взаимодействовать с человеком с ПРЛ" ошибка, первое слово должно быть "зачем". Травмированный в детстве – травмирован навсегда. Стиль привязанности формируется в первые годы жизни, если вам с этими годами не повезло, вы обречены плохо себя чувствовать и иметь проблемы с отношениями. Терапия может помочь, но это не точно. Проблема - в человеке, а как еще?
Постмодерн: все люди - это прежде всего люди, а ПРЛ и НРЛ - это конструкты, способ стигматизации, надо ещё посмотреть, кому выгодно их использовать. Человек не сводится к травматическому опыту, он – автор, а не жертва. Нет никакой отдельной проблемы с пострадавшими людьми; неблагоприятный опыт влияет, только если человек о нем помнит как о стигме, а так - нет. Проблема - вне человека: обычно – в обозначении, часто – в опыте, но никогда – не в человеке.
Но кто я тогда, если у меня есть опыт, для которого я - не автор и которого лучше бы не было – и если я не хочу об этом забывать?
Метамодерн: ведь правда достаточно хуево жить, когда ты не видишь своих и чужих границ, или видишь любое взаимодействие как игру с нулевой суммой, или видишь только свои интересы и не видишь чужие, или не можешь сделать всерьез-и-надолго-выбор - и быть близким такого человека тоже такое себе
Все эти ограничения очень реальны
Они не менее реальны, чем врождённые
Есть люди, которые находят выход в том, чтобы обозначать их как нейроотличия - хотя это очень давно принятые решения
Я не являюсь проблемой - но проблема является частью меня
Я не участвую в войне - война участвует во мне
Эти решения кажутся частью человека, потому что так было всегда - на самом деле не всегда, но очень, очень долго.
Когда решение "ноги есть - надо бегать, и я бегу, и мы все бежим" отлито в камне, и ты сука как проклятый медный всадник (хотя вообще больше конь), и я горю, мы все горим, мы в аду, мама
Или когда в камне отлито знание "я-один, никаких других нет и быть не может", одновременно как постапокалипсис и как метро: жопу поднял - место потерял
*Знание, которое было бы горьким для любого, кто смотрит на это со стороны, но не для того, кто в этим живёт: всем насрать и даже хуже, чем насрать, ты - пища и ресурс, а иначе зачем ты нужен
Или когда увековечено одинокое «больше никаких выборов, никаких отношений, никаких серьезных проектов» - я боюсь представить себе те условия, в которых решение не связывать себя ни с кем и ни с чем было бы действительно свободным, а не вынужденным
Это на самом деле тяжело и плохо – быть девочкой из анекдота "нет ручек-нет конфетки"
Нет никакой надежды, и это точно не конструкт
Это - определенный опыт, причем очень реальный – настолько реальный, что теперь это - часть меня.
Получается, что и у меня - проблема, и я – проблема.
Пострадавший – я. И источник страдания – тоже я.
Моя внутренняя система опознает своих, собирая непризнанные части.
Это не значит, что все мои решения этичны. Это значит, что все мои решения – мои.
Я – их автор и исполнитель. Я принимаю решения и воплощаю их в жизнь.
И можно перечислять бонусы, которые приносит мне это признание: свобода выбора – теперь я решаю, нести или не нести дальше то, что произошло со мной; неодиночество – другие люди так же уязвимы, как и я; гуманизм – даже если я пострадал, я не хочу, чтобы страдали невинные; сожаление и печаль – за моим плечом незримо встает тот, кому не все равно, и я больше не падаю в реакции, которые со мной случаются.
Но (мне кажется) главное уже произошло – я являюсь целым.
Очень много споров о том, имеет ли пострадавший человек особые права - в том числе право наносить вред, потому что он был в аду и чудом выжил? Или, наоборот, если отличительный маркер пострадавшего – наносить вред окружающим и себе, это не у него проблема, а это он сам - проблема?
Проблема в человеке? Или проблема – в чем-то еще?
Есть разные варианты ответов.
Модерн: эти ужасные люди с ПРЛ и НРЛ, фу таким быть. Десять признаков, как распознать абьюзера, пятнадцать способов его обезвредить, в предложении "Как взаимодействовать с человеком с ПРЛ" ошибка, первое слово должно быть "зачем". Травмированный в детстве – травмирован навсегда. Стиль привязанности формируется в первые годы жизни, если вам с этими годами не повезло, вы обречены плохо себя чувствовать и иметь проблемы с отношениями. Терапия может помочь, но это не точно. Проблема - в человеке, а как еще?
Постмодерн: все люди - это прежде всего люди, а ПРЛ и НРЛ - это конструкты, способ стигматизации, надо ещё посмотреть, кому выгодно их использовать. Человек не сводится к травматическому опыту, он – автор, а не жертва. Нет никакой отдельной проблемы с пострадавшими людьми; неблагоприятный опыт влияет, только если человек о нем помнит как о стигме, а так - нет. Проблема - вне человека: обычно – в обозначении, часто – в опыте, но никогда – не в человеке.
Но кто я тогда, если у меня есть опыт, для которого я - не автор и которого лучше бы не было – и если я не хочу об этом забывать?
Метамодерн: ведь правда достаточно хуево жить, когда ты не видишь своих и чужих границ, или видишь любое взаимодействие как игру с нулевой суммой, или видишь только свои интересы и не видишь чужие, или не можешь сделать всерьез-и-надолго-выбор - и быть близким такого человека тоже такое себе
Все эти ограничения очень реальны
Они не менее реальны, чем врождённые
Есть люди, которые находят выход в том, чтобы обозначать их как нейроотличия - хотя это очень давно принятые решения
Я не являюсь проблемой - но проблема является частью меня
Я не участвую в войне - война участвует во мне
Эти решения кажутся частью человека, потому что так было всегда - на самом деле не всегда, но очень, очень долго.
Когда решение "ноги есть - надо бегать, и я бегу, и мы все бежим" отлито в камне, и ты сука как проклятый медный всадник (хотя вообще больше конь), и я горю, мы все горим, мы в аду, мама
Или когда в камне отлито знание "я-один, никаких других нет и быть не может", одновременно как постапокалипсис и как метро: жопу поднял - место потерял
*Знание, которое было бы горьким для любого, кто смотрит на это со стороны, но не для того, кто в этим живёт: всем насрать и даже хуже, чем насрать, ты - пища и ресурс, а иначе зачем ты нужен
Или когда увековечено одинокое «больше никаких выборов, никаких отношений, никаких серьезных проектов» - я боюсь представить себе те условия, в которых решение не связывать себя ни с кем и ни с чем было бы действительно свободным, а не вынужденным
Это на самом деле тяжело и плохо – быть девочкой из анекдота "нет ручек-нет конфетки"
Нет никакой надежды, и это точно не конструкт
Это - определенный опыт, причем очень реальный – настолько реальный, что теперь это - часть меня.
Получается, что и у меня - проблема, и я – проблема.
Пострадавший – я. И источник страдания – тоже я.
Моя внутренняя система опознает своих, собирая непризнанные части.
Это не значит, что все мои решения этичны. Это значит, что все мои решения – мои.
Я – их автор и исполнитель. Я принимаю решения и воплощаю их в жизнь.
И можно перечислять бонусы, которые приносит мне это признание: свобода выбора – теперь я решаю, нести или не нести дальше то, что произошло со мной; неодиночество – другие люди так же уязвимы, как и я; гуманизм – даже если я пострадал, я не хочу, чтобы страдали невинные; сожаление и печаль – за моим плечом незримо встает тот, кому не все равно, и я больше не падаю в реакции, которые со мной случаются.
Но (мне кажется) главное уже произошло – я являюсь целым.
❤160💔65🤔23👍21🔥19😢1
КАК СОБРАТЬ СЕБЯ В ЦЕЛОСТНОСТЬ
В комментариях к посту о проблеме при кПТСР был вопрос, как стать целым.
У меня был текст о том, как это происходит. Но если нужен конкретный пример, то ниже - рассказ о личном опыте психотерапевта Екатерины Сигитовой, который я немного сократила, чтобы уложиться в одно сообщение.
___
Много лет я считала, что имею большие проблемы с поддержанием внутренней целостности. Не до степени диссоциативной организации личности, конечно, но близко. Гораздо ближе, чем просто нормальная конфликтность человеческой природы. Внутри меня вместо единого нарратива почти всегда формируются противоположные полюса и состояния, независимо от темы. А потом я их усердно и не всегда успешно интегрирую, чтобы не раздирали.
Только позабочусь об одной потребности, как под ней внезапно бац! совершенно другая, исключающая первую, и вся затея оказывается ей во вред.
Только выйду из одного психического состояния в другое, вообще перестаю понимать, как это - быть в первом состоянии. Могу рационально помнить, но не подключается опыт и ощущения, пока снова туда не попаду.
И так далее.
Лоскутное одеяло, в котором некоторые лоскутки даже не сшиты между собой.
Много лет мои запросы к терапевтам были про то, как мне научиться целостности. Потому что я считала (справедливо), что это от травматического опыта и соответствующих защит. И надо, ну, чинить.
Пока не случился рак.
В то время как я лежала в больнице, проходила лечение, занималась бюрократией, получала разные новости и мнения о прогнозе, заново училась ходить, выздоравливала, снова болела - меня швыряло между внутренними полюсами с ещё более пугающей скоростью. Щёлк! Я в пучине отчаяния, страха, бессилия, черноты - задыхаюсь и тону. Щёлк! Я на суше, дышу, радуюсь, всех люблю, чувствую себя прекрасно и хорошо сплю...
Постепенно вынужденно освоилась и там и там. Стала узнавать окружающие очертания. Та часть, которая про черноту, страх и отчаяние, воспринималась как океан, глубоко под водой. Попав туда, я обычно ожидала конца. А та часть, которая про краски, воздух и радость - стала городом на берегу океана. Вернувшись в город, я торопилась захватить побольше жизни.
Всё это время мой психоаналитик продолжал героические попытки помочь с интеграцией полюсов и внутренней целостностью, пока я наотрез не отказалась, так как начала чувствовать, что при моих текущих данных эта задача небезопасна.
И вот тут-то началось интересное.
Чуда интеграции так и не произошло, но я обнаружила, что между городом и океаном есть узкая песчаная коса.
Она не черная и не цветная, она... никакая. Там ничего нет. По ней можно только гулять и смотреть по сторонам.
Слева - океан с его чернотой и безвоздушностью, в котором я могу оказаться в любой момент.
Справа - яркий шумный город, откуда я бы добровольно никогда не ушла, но приходится.
Это несоединяемые пространства. Можно ли одновременно и жить, и умирать? Кажется, что нет, противоположные векторы. Но я это, кажется, уже делаю - не потому что хочу, а как раз потому, что не могу такое соединить, приходится тупо тащить оба трека.
Жизнь и смерть существуют в нас одновременно, это не хорошо и не плохо. Это просто то, как устроен наш мир. К сожалению или к счастью, иногда мы это чувствуем слишком сильно.
Поэтому от раздирания происходящим и от сильных душевных мучений есть такой странный рецепт. Не нужно соединять несоединяемое. В некоторых контекстах и ситуациях целостность невозможна, и облегчение состоит в отказе от идеи об интеграции.
Я - это огнедышащий вулкан.
Я - это лава, текущая по склону горы и уничтожающая всё живое.
Я - это трава, погибающая под лавой.
Я - это склон горы, трескающийся от жара.
Я - это голубое небо над вулканом.
Я - это зелёная планета.
Я - это смерть.
Я - это жизнь.
... И именно отсутствие попытки "починить" этот двойной функционал помогает в момент очередного попадания в чёрный океан.
Это и есть мой ответ. Может быть, вам это поможет заземлиться и ощутить частичку моего внутреннего покоя.
People who think it cannot be done shouldn't interrupt those who are doing it.
В комментариях к посту о проблеме при кПТСР был вопрос, как стать целым.
У меня был текст о том, как это происходит. Но если нужен конкретный пример, то ниже - рассказ о личном опыте психотерапевта Екатерины Сигитовой, который я немного сократила, чтобы уложиться в одно сообщение.
___
Много лет я считала, что имею большие проблемы с поддержанием внутренней целостности. Не до степени диссоциативной организации личности, конечно, но близко. Гораздо ближе, чем просто нормальная конфликтность человеческой природы. Внутри меня вместо единого нарратива почти всегда формируются противоположные полюса и состояния, независимо от темы. А потом я их усердно и не всегда успешно интегрирую, чтобы не раздирали.
Только позабочусь об одной потребности, как под ней внезапно бац! совершенно другая, исключающая первую, и вся затея оказывается ей во вред.
Только выйду из одного психического состояния в другое, вообще перестаю понимать, как это - быть в первом состоянии. Могу рационально помнить, но не подключается опыт и ощущения, пока снова туда не попаду.
И так далее.
Лоскутное одеяло, в котором некоторые лоскутки даже не сшиты между собой.
Много лет мои запросы к терапевтам были про то, как мне научиться целостности. Потому что я считала (справедливо), что это от травматического опыта и соответствующих защит. И надо, ну, чинить.
Пока не случился рак.
В то время как я лежала в больнице, проходила лечение, занималась бюрократией, получала разные новости и мнения о прогнозе, заново училась ходить, выздоравливала, снова болела - меня швыряло между внутренними полюсами с ещё более пугающей скоростью. Щёлк! Я в пучине отчаяния, страха, бессилия, черноты - задыхаюсь и тону. Щёлк! Я на суше, дышу, радуюсь, всех люблю, чувствую себя прекрасно и хорошо сплю...
Постепенно вынужденно освоилась и там и там. Стала узнавать окружающие очертания. Та часть, которая про черноту, страх и отчаяние, воспринималась как океан, глубоко под водой. Попав туда, я обычно ожидала конца. А та часть, которая про краски, воздух и радость - стала городом на берегу океана. Вернувшись в город, я торопилась захватить побольше жизни.
Всё это время мой психоаналитик продолжал героические попытки помочь с интеграцией полюсов и внутренней целостностью, пока я наотрез не отказалась, так как начала чувствовать, что при моих текущих данных эта задача небезопасна.
И вот тут-то началось интересное.
Чуда интеграции так и не произошло, но я обнаружила, что между городом и океаном есть узкая песчаная коса.
Она не черная и не цветная, она... никакая. Там ничего нет. По ней можно только гулять и смотреть по сторонам.
Слева - океан с его чернотой и безвоздушностью, в котором я могу оказаться в любой момент.
Справа - яркий шумный город, откуда я бы добровольно никогда не ушла, но приходится.
Это несоединяемые пространства. Можно ли одновременно и жить, и умирать? Кажется, что нет, противоположные векторы. Но я это, кажется, уже делаю - не потому что хочу, а как раз потому, что не могу такое соединить, приходится тупо тащить оба трека.
Жизнь и смерть существуют в нас одновременно, это не хорошо и не плохо. Это просто то, как устроен наш мир. К сожалению или к счастью, иногда мы это чувствуем слишком сильно.
Поэтому от раздирания происходящим и от сильных душевных мучений есть такой странный рецепт. Не нужно соединять несоединяемое. В некоторых контекстах и ситуациях целостность невозможна, и облегчение состоит в отказе от идеи об интеграции.
Я - это огнедышащий вулкан.
Я - это лава, текущая по склону горы и уничтожающая всё живое.
Я - это трава, погибающая под лавой.
Я - это склон горы, трескающийся от жара.
Я - это голубое небо над вулканом.
Я - это зелёная планета.
Я - это смерть.
Я - это жизнь.
... И именно отсутствие попытки "починить" этот двойной функционал помогает в момент очередного попадания в чёрный океан.
Это и есть мой ответ. Может быть, вам это поможет заземлиться и ощутить частичку моего внутреннего покоя.
People who think it cannot be done shouldn't interrupt those who are doing it.
❤270💔83🔥40👍30😢17🤝10🥰4
ПЕРВАЯ КНИГА О КПТСР, НАПИСАННАЯ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ
Книга о комплексной травме "Ну что с того, что я там был: путеводитель по кПТСР" напечатана и продается с доставкой по всему миру.
Заказать с доставкой везде, включая Европу, Азию, обе Америки, Австралию, Африку, Израиль, Россию и Беларусь, можно здесь: https://cptsd.life
Электронную версию можно купить там же. И можно прослушать аудиоглавы из книги бесплатно.
Я обещала рассказать о названии и символике обложки.
Название мы все вместе придумывали здесь. В ходе мозгового штурма выделились три основные темы:
• тема невидимости страданий,
• тема жизни/смерти,
• описание ситуации для тех, кто не знает, что у них травма.
Финального варианта названия - не было. Был подзаголовок "путеводитель по комплексному посттравматическому стрессовому расстройству", который мне нравился.
В день после обсуждения я проснулась и поняла, что книга будет называться "Ну что с того, что я там был". Это название не было одним из вариантов, которые предложили в ходе штурма - но оно точно было связано с обсуждением. Это была сумма векторов всех пожеланий к тому, как должна называться книга.
"Ну что с того, что я там был" - цитата из стихотворения Юрия Левитанского - отражала и привычность тяжёлого опыта, и скепсис по отношению к своим переживаниям, и диссоциацию - дальше идёт "я был давно, я все забыл". "Я там был" сочеталось с идеей о комплексной травме как о месте на карте. И само стихотворение, и клип на него на YouTube, в котором поисковик ищет и находит самого себя - характернейшим образом описывает кПТСР. "Я не участвую в войне - война участвует во мне".
Фан-факт о названии: предыдущий издатель, с которым мы вели переговоры о книге, название резко, категорически отверг: "Левитанский — точно нет, это слишком лирично, сбивает с толку, слишком сложные ассоциации для людей моложе 40 лет". Для меня это прозвучало как дискриминация людей младше сорока, причем из совершенно умозрительных посылок. По-моему, смысл фразы "Ну что с того, что я там был" в контексте кПТСР достаточно ясен, клип растиражирован в коубах с сотнями тысяч просмотров (раз и два), а если нужен источник, он легко гуглится. Я - против дискриминации людей младше 40 со стороны людей старше 40. Результат - вы видите.
Солнце на обложке - идея художника Ильи Викторова (diliago). Мои пожелания были: карта или компас. Илья предложил образ солнца с закрытыми руками, но смотрящими сквозь глазами, и прохождение квеста на карте: пунктирные линии - пути, исходящие из центра, подсказывают, как из сломанных элементов собирается целое: куб из кубиков, растущее растение, собранные часы, находится ключ к двери.
Фан-факт о российском издании. По закону, если в книге упомянуты иноагенты, это должно быть в ней явно написано. Поиск иноагентов в собственном 250-страничном тексте - сам по себе довольно выматывающая история: найти в тексте фамилию, гуглить по ней, написать список фамилий в издательство; вспомнить, что иноагентами могут быть не только люди, но и организации, ругнуться на тех, кто это придумал, дописать список; вспомнить, что иноагентами могут быть и интернет-порталы, посетовать на бесконечность итераций, написать в издательство ещё раз. В поиске иноагентов я наткнулась на такую рецензию на книгу "Неудобное прошлое" Николая Эппле:
"я не смог найти точную информацию, но, кажется, судя по содержанию, автор должен быть признан иноагентом. На всякий случай *Признан иноагентом".
Эта формулировка: "кажется, судя по содержанию, на всякий случай: *Признан иноагентом" - привела меня в восторг. В ней было именно то, чего я хотела: описать всех иноагентов одной формулой, вынеся за скобки вынужденную бредовую работу. Формулой вроде "все российские авторы, организации и интернет-порталы, упомянутые в книге, признаны иностранными агентами либо могут быть признаны таковыми в будущем (на всякий случай)". В книге нет этой фразы, но красивое же решение?
Купить книгу можно:
🌻 на Авито у нас, доставка в "Пятерочку" (5Post):
🌻 в Москве в "Фаланстере" (Тверская, 17)
Приятного чтения! ☀️
Книга о комплексной травме "Ну что с того, что я там был: путеводитель по кПТСР" напечатана и продается с доставкой по всему миру.
Заказать с доставкой везде, включая Европу, Азию, обе Америки, Австралию, Африку, Израиль, Россию и Беларусь, можно здесь: https://cptsd.life
Электронную версию можно купить там же. И можно прослушать аудиоглавы из книги бесплатно.
Я обещала рассказать о названии и символике обложки.
Название мы все вместе придумывали здесь. В ходе мозгового штурма выделились три основные темы:
• тема невидимости страданий,
• тема жизни/смерти,
• описание ситуации для тех, кто не знает, что у них травма.
Финального варианта названия - не было. Был подзаголовок "путеводитель по комплексному посттравматическому стрессовому расстройству", который мне нравился.
В день после обсуждения я проснулась и поняла, что книга будет называться "Ну что с того, что я там был". Это название не было одним из вариантов, которые предложили в ходе штурма - но оно точно было связано с обсуждением. Это была сумма векторов всех пожеланий к тому, как должна называться книга.
"Ну что с того, что я там был" - цитата из стихотворения Юрия Левитанского - отражала и привычность тяжёлого опыта, и скепсис по отношению к своим переживаниям, и диссоциацию - дальше идёт "я был давно, я все забыл". "Я там был" сочеталось с идеей о комплексной травме как о месте на карте. И само стихотворение, и клип на него на YouTube, в котором поисковик ищет и находит самого себя - характернейшим образом описывает кПТСР. "Я не участвую в войне - война участвует во мне".
Фан-факт о названии: предыдущий издатель, с которым мы вели переговоры о книге, название резко, категорически отверг: "Левитанский — точно нет, это слишком лирично, сбивает с толку, слишком сложные ассоциации для людей моложе 40 лет". Для меня это прозвучало как дискриминация людей младше сорока, причем из совершенно умозрительных посылок. По-моему, смысл фразы "Ну что с того, что я там был" в контексте кПТСР достаточно ясен, клип растиражирован в коубах с сотнями тысяч просмотров (раз и два), а если нужен источник, он легко гуглится. Я - против дискриминации людей младше 40 со стороны людей старше 40. Результат - вы видите.
Солнце на обложке - идея художника Ильи Викторова (diliago). Мои пожелания были: карта или компас. Илья предложил образ солнца с закрытыми руками, но смотрящими сквозь глазами, и прохождение квеста на карте: пунктирные линии - пути, исходящие из центра, подсказывают, как из сломанных элементов собирается целое: куб из кубиков, растущее растение, собранные часы, находится ключ к двери.
Фан-факт о российском издании. По закону, если в книге упомянуты иноагенты, это должно быть в ней явно написано. Поиск иноагентов в собственном 250-страничном тексте - сам по себе довольно выматывающая история: найти в тексте фамилию, гуглить по ней, написать список фамилий в издательство; вспомнить, что иноагентами могут быть не только люди, но и организации, ругнуться на тех, кто это придумал, дописать список; вспомнить, что иноагентами могут быть и интернет-порталы, посетовать на бесконечность итераций, написать в издательство ещё раз. В поиске иноагентов я наткнулась на такую рецензию на книгу "Неудобное прошлое" Николая Эппле:
"я не смог найти точную информацию, но, кажется, судя по содержанию, автор должен быть признан иноагентом. На всякий случай *Признан иноагентом".
Эта формулировка: "кажется, судя по содержанию, на всякий случай: *Признан иноагентом" - привела меня в восторг. В ней было именно то, чего я хотела: описать всех иноагентов одной формулой, вынеся за скобки вынужденную бредовую работу. Формулой вроде "все российские авторы, организации и интернет-порталы, упомянутые в книге, признаны иностранными агентами либо могут быть признаны таковыми в будущем (на всякий случай)". В книге нет этой фразы, но красивое же решение?
Купить книгу можно:
Приятного чтения! ☀️
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤387🔥168👍54👏23🥰2