У нас не было сценария. Мы просто снимали отдельные сцены. Это другой способ работы, непрерывный процесс, который постоянно развивается. Продюсеры не хотели, чтобы мы читали весь сценарий, чтобы журналисты не могли задавать нам вопросы о нем.