Forwarded from а если нет
я в свои 17 до сих пор не могу осознать, что мне уже 22
бывает, что хочешь сказать что-то важное,
и думаешь – подожду.
а потом понимаешь, что говорить уже ничего и не надо.
каждое слово и чувство имеют свое время
и думаешь – подожду.
а потом понимаешь, что говорить уже ничего и не надо.
каждое слово и чувство имеют свое время
я ждал тебя 160 пересадок,
я 207 раз вымыл чайный осадок
и даже ходил на балет.
практически два путешествия в Вену,
3 тюбика пасты, 25 книг,
17 пустых восхождений на сцену:
я ждал тебя так, что от жизни отвык.
и вот твоя тень на истёртом пороге,
твоё отражение в море зеркал..
сказала - «прости, я забылась в дороге.»
и, улыбнувшись, спросила – «ты ждал?»
я 207 раз вымыл чайный осадок
и даже ходил на балет.
практически два путешествия в Вену,
3 тюбика пасты, 25 книг,
17 пустых восхождений на сцену:
я ждал тебя так, что от жизни отвык.
и вот твоя тень на истёртом пороге,
твоё отражение в море зеркал..
сказала - «прости, я забылась в дороге.»
и, улыбнувшись, спросила – «ты ждал?»
знающим я назвать себя не смею.
я был ищущим и все еще остаюсь им, но ищу я уже не на звездах и не в книгах, я начинаю слышать то, чему учит меня шумящая во мне кровь.
я был ищущим и все еще остаюсь им, но ищу я уже не на звездах и не в книгах, я начинаю слышать то, чему учит меня шумящая во мне кровь.
пусть мосты, что ты сжёг, озаряют мои пути,
пусть сумею я с честью принять удар.
да, потеря тепла здесь, увы, ощутима,
но и это нужно принять, как дар.
так твердили мне с детства – «живи любя,
боль сумев пережить, сохрани добро.
и ушедшим вслед не смотри скорбя,
всё случится так, как задумал Бог».
отпускаю.
мне трудно тебя понять.
и в душе скопился огромный ком.
но учили меня –
«надо
всё
прощать.
даже если
вернёшься в себя ползком».
пусть сумею я с честью принять удар.
да, потеря тепла здесь, увы, ощутима,
но и это нужно принять, как дар.
так твердили мне с детства – «живи любя,
боль сумев пережить, сохрани добро.
и ушедшим вслед не смотри скорбя,
всё случится так, как задумал Бог».
отпускаю.
мне трудно тебя понять.
и в душе скопился огромный ком.
но учили меня –
«надо
всё
прощать.
даже если
вернёшься в себя ползком».