Его пальцы быстро нащупали на письменном столе маленький металлический предмет. Кажется, канцелярский нож. Времени не было. Он стиснул тонкую рукоятку, замахнулся и ударил, не целясь и не думая.
Раздался крик.
Такого пронзительного и животного крика Эмерис не слышал никогда, но вой оборвался через пару секунд. Фигура отшатнулась и врезалась спиной в книжный шкаф. Несколько книг рухнули на пол. Эмерис застыл с окровавленным ножом для писем. Девушка напротив прижимала ладонь к лицу, а между пальцами мгновенно проступила кровь.
— Нет... — Эмерис разглядел лицо, когда капюшон окончательно упал на плечи.
Сознание отказалось складывать знакомые черты в единый образ: тёмные волосы до плеч, острые скулы, крепко стиснутые губы, один широко распахнутый глаз. Второй она закрывала окровавленной ладонью.
— Алана?.. — прохрипел Эмерис, затаив дыхание.
Она подняла на него уцелевший глаз.

💭 Эмерис прошёл в смежную со спальней ванну, к умывальнику, и снова вымыл руки. Потом ещё раз. Вода быстро окрасилась бледно-розовым, стекла по фарфору и исчезла в сливе. Он тщательно прошёлся мылом между пальцами, под ногтями, по запястьям и остановился только тогда, когда кожа неприятно засаднила.
— Эймс.
— Всё нормально, — отмахнулся Эмерис, даже не осознав, что именно сказал.
— Ты третий раз моешь руки, — аккуратно напомнил Астигар.
— Знаю. — Эмерис замер.
Он вытер их чистым полотенцем и долго рассматривал кожу. Крови больше не было, но ощущение осталось. Казалось, стоит провести пальцами друг о друга, и он снова почувствует липкую влагу.
<...>
— Прости меня, — наконец произнёс он.
— За что? — Астигар повернулся в тот момент, когда Эмерис обернулся.
— Не надо, — с грустью бросил Эмерис. — Не делай вид, что не понимаешь.
Астигар медленно поставил бокал на столик. На этот раз между ними повисла тишина. Эмерис подошёл ближе, закрыв дверь в ванную, но на кресло не опустился. Скрестил руки на груди и отвёл взгляд к окну. Внизу темнел сад, тот самый, через который меньше часа назад скрылась Алана.
— Ты имеешь полное право злиться, — продолжил он. — Я видел, ты злился.
— Злился, — не стал отрицать Астигар.
Эмерис коротко кивнул, будто именно этого и ждал, но получил недостаточно. Простое признание злости не предполагало ни осуждения, ни обвинений, ни… Эмерис сглотнул и медленно прошел к креслу, взял бокал, но пить вино не стал. Хотелось объясниться, но слова, как назло, испарились, и в голове опустело. Астигар провёл ладонями по лицу и устало вздохнул.
— Когда ты сказал, что она ушла, я первым делом подумал о документах. Потом о том, сколько людей теперь придётся предупредить, о Герхарде, Кахире, Ричарде и Корнелиусе. — Он ненадолго замолчал. — А потом посмотрел на тебя.
Эмерис опустил глаза.
— Я мог её остановить, — тихо признался Эмерис. — Одним словом, Асти. Даже прикасаться к ней не пришлось бы. А я просто стоял и смотрел, как она уходит.
Астигар поднялся, приблизился к нему и обхватил ладонями лицо. Эмерису пришлось посмотреть на него, и, как только их взгляды встретились, Эмерис вздрогнул, отступив на шаг. <...>
— Иди сюда.
<...>
— Я испугался, — глухо признался Эмерис. — Не ее, а… — он так и не объяснил.
— Знаю. — Пальцы Астигара медленно прошлись по его волосам.
Они вернулись в кровать с вином.