Демоскоп несколько лет подряд замерял отношение казахстанцев к войне. В этом году почему-то не стал.

Мы решили не ждать и запустили свой опрос. Чем больше людей ответит, тем честнее получится картина — поэтому если не сложно, распространите среди жильцов вашего ЖЭКа, так сказать.

Ну и сами пройдите. Он небольшой, займет всего несколько минут зато даст нам целый массив данных для анализа, результатами которого мы обязательно поделимся.

Ссылка на опрос:

https://forms.gle/iA9roEWcZA52pUex5

Тредс успокоился

Что-то изменилось в Тредсе. Сложно сказать когда именно, но в какой-то момент стало заметно – меньше байкотов, меньше охлократии. Конечно подобные скандалы никуда не делись и Тредс все ещё является генератором инфоповодов для СМИ, но амплитуда уже не та. Бушующее море постепенно превращается в миллениальское болото, пахнущее вайбами пабликов ВК середины десятых – Качовый Казахстан, ОМТС и прочее.

Почему?

Версия первая – намёк от государства. В прошлом году госсоветник Карин выпустил статью на Казправде, где намекнул, что нужно плотно браться за байкоты.

“Мы не должны поощрять «инфорэкет» какими-либо уступками, наградами и контрактами. Одновременно набирает силу явление «культуры отмены», часто маскирующейся под граж­данскую активность. А на деле это превращается в инструмент давления и травли. Под влиянием эмоций люди поддерживают призывы к бойкоту, не вникая в суть происходящего. В итоге зачастую создается атмосфера агрессии и психологического насилия. Слепая борьба с несправедливостью способна породить еще большую несправедливость”

И, возможно, с подобными персонажами провели беседы.

Версия вторая – алгоритм перестал кормить. Тредс в 2023 году был платформой, которая любой ценой набирала аудиторию – традиционно аполитичная Мета решила сыграть грязно. Скандальный контент – идеальное топливо для роста. Он дешёвый в производстве, быстрый в распространении, гарантированно вызывает реакцию. Благо, сумасшедших в стране полно – психическое здоровье у нас все еще табуированная тема.

Потом аудитория набралась и логика сменилась. Так, в Datareportal 2026 года по Казахстану наконец-то появился Тредс. Так, к концу 2025 года у соцсети было 1,85 миллиона пользователей в Казахстане (почти 10% населения). 59% женщин, 41% мужчин.

Зрелые платформы начинают беспокоиться о максимальном удержании внимания. А удержание это комфортная среда, где люди хотят проводить время. Реклама туда тоже охотнее идёт. Так что подавление токсичного контента это просто логичный ход развития.

А возможно люди просто устали. Есть предел, после которого аудитория перестаёт реагировать на рейджбайты. Бесконечный поток негатива утомляет даже тех, кто его производит. Особенно когда каждый последующий бойкот все абсурднее и абсурднее.

Кроме того, у этой аудитории есть социологический предел. Гиперактивные группы в соцсетях часто структурное меньшинство. Продавцы чехлов и таксисты не бесконечны. Их просто казалось много, потому что каждый из них постил по пятнадцать раз в день.

Крикливое меньшинство никуда не делось. Оно сидит и ждёт следующего повода – достаточно громкого по типу ударов Украины по КТК, когда в Тредсе происходили аномальные всплески активности. Но там уже работают проплаченные активисты, боты и полезные идиоты. Но обычный интернет юзер повзрослел (Да, после 20 лет существования интернета в Казахстане) – поздно, но все же.

Это не значит, что там нет глупостей и маразма – просто не в тех масштабах.

Токаев анонсировал реформу вооружённых сил в ближайшие два года.

Наша страна должна быть готова к предупреждению различных вызовов и отражению любых угроз. Поэтому нам необходимо наращивать оборонный потенциал и продолжать, в первую очередь, технологическую модернизацию Вооруженных сил. Это требование нынешнего нестабильного, турбулентного времени. С учетом этого, прежде всего, необходимо провести глубокие реформы в наших Вооруженных силах и военизированных структурах. Это стратегически важная задача, которую следует решить в краткие сроки – в течение двух лет

Это, кстати, не первый раз когда президент говорит о необходимости реформы армии. И оно неудивительно, потому что последние масштабные реформы проходили в нулевых, когда вводили институт младшего офицерства по образцу США – вводили должности сержантов разных классов и открывали школы младшего офицерского состава. С тех пор по большей части изменений почти не происходило, хотя до середины десятых почти каждый министр обороны обещал отказаться от срочной службы.

А в 2023 году Токаев анонсировал создание фонда развития оборонной промышленности, который должен был развивать ОПК.

"Соответствующая материально-техническая база, компетенции и кадры у нас имеются. Им нужны заказы от соответствующих ведомств. Следует продолжить работу по трансферту современных технологий и локализации новых производств. Механизмом прямой финансовой поддержки отечественных предприятий станет специальный Фонд развития оборонно-промышленного комплекса", – говорил Токаев в обращении 2023 года.

По задумке, фонд должен предоставлять льготное кредитование на производство оружия, финансировать научно-исследовательские работы и обновлять производственные фонды и пополнять оборотные средства. А все потому что банки у нас обычные предприятия неохотно спонсируют, а тут еще и такая чувствительная к любым государевым решениям сфера. А без экспорта ОПК у нас быстро зачахла — последний реальный заказ, а не продажа металлолома, был в нулевых, а офицеры до сих пор кичатся экспортом сверхсекретных торпед в Индию в начале 90-х.

При этом развитие фонда очень сильно затянулось – его сформировали только к 2025 году и чуть позже отдали из ведения минпрома к минобороны. Но ждать каких-то прорывных технологий у нас не стоит. Военные после известного скандала с артиллерийскими системами “Найза” до сих пор боятся трогать ОПК.

Так что фонд есть, деньги теоретически есть, компетенции какие-то есть, а воз и ныне там. ОПК в таких условиях может производить что-то для внутреннего потребления, но не более. Экспорт история и вовсе отдельная: в нынешней геополитической обстановке продавать оружие куда-либо означает автоматически обидеть кого-то другого.