Бесплатновость – проблема?

Более 30 % казахстанских выпускников не работают по полученной в вузе или колледже специальности. Об этом сообщил вице-министр труда и соцзащиты Аскар Биахметов сегодня в правительстве.

Что любопытно, так это то, что данные у всех разнятся – КИСИ в февральском исследовании указывал, что почти треть выпускников колледжей и 17% вузов не работает по специальности. Исследование hh.kz, проведенное в июне этого года, и вовсе указывает, что лишь 36% работает по специальности и 18% в смежной области.

И это, в общем-то, указывает на одну проблему – качество высшего образования. А точнее отсутствие контроля качества со стороны студентов. Когда практически каждый третий получает грант (216 тыс выпускников и 77 тыс грантов в этом году), то ценность бесплатного образования стремительно падает.

Формируется своеобразный общественный договор, в котором все всё понимают, но делают вид, что всё в порядке. Государство предоставляет бесплатное образование, университеты отчитываются о “выпуске кадров”, студенты получают диплом – и все расходятся, не задавая лишних вопросов. И что самое обидное – студенты не задают вопросы об актуальности чтения лекций 40-летней давности, необходимости ходить на партийные мероприятия и скидываться на стол комиссии. Так возникает не столько образовательная система, сколько имитационная структура, похожая на то, что социолог Ирвинг Гофман называл тотальным институтом.

Университет в таком виде не пространство свободы и самореализации, а учреждение с жёстко заданными ролями и иерархией. Администрация управляет сверху, от студентов ждут покорности. Жалобы воспринимаются как нелояльность, попытка что-то изменить – угроза стабильности. Отношения выстраиваются не на партнёрстве, а на подчинении. Как писал Гофман, в тотальных институтах “человек теряет автономию и вынужден играть роль, ожидаемую администрацией”. Разве не это происходит, когда студент боится спорить с преподавателем или задать вопрос на кафедре, чтобы не заиметь проблем?

В таких условиях парадоксальным образом бесплатность образования не расширяет свободу, а укрепляет зависимость. Студент не воспринимает себя как получателя услуги, при низком качестве которой он может потребовать своё. Единственным, что его отличает от казённого школотрона это вопросы стипендии, где каждое 25 число начинается пассивное бурление в студенческих чатах – ДАРОЖКА/СТИПА КЕЛДИ МА?

Академическая среда, построенная по зековской логике, перестаёт быть образовательной в полном смысле. Это уже не храм знаний и место дискуссии, а скорее – казённое продолжение школы.

Быть может сокращение студенческих грантов поможет ситуации? Когда человек будет платить 4-6 млн тенге за своё обучение, то очевидно уже начнут возникать вопросы – как я буду отбивать вложенные деньги? Точно не в рыгаловке на позиции официанта. Человек голосует кошельком. Только в таком случае может появиться адекватное студенчество, требующее себе качественное образование, а не пожилых орденоносцев, читающих 40 лет одно и то же с листка.

Имаджинируйте СМИ публикует слухи какого-то рандома из казахского двача, выдавая это за легитимную информацию.

А вообще, этот слух вероятно стал симбиозом двух историй:

В 2008 году, в результате уникального трёхстороннего соглашения между правительствами Казахстана, США и Швейцарии, был создан благотворительный фонд, призванный превратить коррупционные миллионы в социальную пользу. Речь шла о средствах, арестованных на счетах в швейцарских банках в рамках Казахгейта.

Казахгейт, для контекста, громкий международный коррупционный скандал, разразившийся в конце 1990-х годов вокруг нефтяных сделок Казахстана. Американский бизнесмен Джеймс Гиффен, бывший советником Нурсултана Назарбаева, был обвинён в том, что через офшоры передавал многомиллионные взятки высшим чиновникам Казахстана, включая самого президента и премьер-министра Нурлана Балгимбаева. Эти деньги, по версии следствия, поступали от западных нефтяных корпораций, таких как Mobil и Amoco, в обмен на доступ к Тенгизу. Гиффен был арестован в США в 2003 году, но в итоге избежал серьёзного наказания, заявив, что действовал в интересах американских спецслужб и сотрудничал с ЦРУ.

Изначально речь шла о 84 миллионах долларов, но благодаря процентному приросту сумма к моменту передачи достигла 115 миллионов долларов.

Новый фонд получил название «Бота», и его миссией стала поддержка детей и молодежи из социально уязвимых слоёв. Деньги планировалось расходовать в течение пяти лет. За период с 2008 по 2014 годы фонд охватил более 150 тыс детей, предоставляя семьям помощь, а также выделил 841 образовательный грант на обучение в колледжах и вузах.

Вторая история вероятно связана с запрещенной книгой Рахата Алиева, где также вскользь упоминаются различные благотворительные фонды, куда вносили деньги зарубежные компании для входа на рынок Казахстана. Но напрямую, насколько я помню, Болашак там не упоминался.

Некоторым лучше реально ограничиваться новостями про “СТИПА/ДАРОЖКА КЕЛМЕЙДЫ ЕМАА”.

Любые технологические тренды в нашей стране часто сталкиваются с комичной фанатичностью госаппарата – сидит чиновник с лицом Шарикова и такой: “*Технология-нейм* разовьем, экономический рост попрёт”.

Был и АПК, как “драйвер экономики”, и 4-я индустриальная революция, и креативные индустрии, и “Цифровой Казахстан”. Но часто те или иные сферы у нас развиваются не благодаря, а вопреки государству и силами талантливых предпринимателей.

Если оглянуться на опыт программы “Цифровой Казахстан”, оптимизма прибавляется мало. По данным Счётного комитета (сейчас ВАП), за четыре года реализации большая часть целевых индикаторов так и не была достигнута:

Общая сумма нарушений и неэффективных расходов — 14,1 млрд тенге (из 76,9 млрд проверенных средств).

Не достигнуты 7 целевых индикаторов и 17 показателей за 2018–2020 годы. При этом ВАП отмечает, что не сформирована методология и статистический инструментарий для измерения оценки влияния цифровизации на показатели, что делает их практически неприменимыми для объективной оценки.

Доля обученных основам программирования в начальной школе к 2020 – 48,9% (при планируемых 100%).

Создание рабочих мест: при плане 100 тыс. к 2020 г. фактически создано лишь 1,3 тыс.; аудит указывает на неверную методику расчёта или недостоверность отчётности

А на днях Касым-Жомарт Токаев провел совещание с правительством по развитию ИИ, где выразил недовольство его внедрением. Очевидно, что нас ожидает принятие дорожной карты развития ИИ с последующим определением целевых показателей. Но не повторит ли эта программа судьбу “Цифрового Казахстана”?

Я уже писал, что у нас все цифровизировали, а пользоваться благами не научили. А еще сегодня министр просвещения анонсировал, что с нового учебного года будут внедрять предмет ИИ в школы, а с 2026 года его будут интегрировать в классические предметы. И это при куче исследований при котором ИИ повышает эффективность, но снижает критическое мышление и, как вишенка на торте, ни минпросвещения, ни МЦРИАП не проводили исследования о влиянии ИИ на школотронов.

В своей большой статье я затронул внедрение ИИ в школы, но осталось два неотвеченных вопроса:

1. Как внедрение ИИ может повлиять на результаты PISA, а в особенности грамотность чтения? Если учесть, что скорее всего, переход на новые методики преподавания займет время и отечественная система образования последние 10 лет постоянно реформируется под хотелками тех или иных трендов. Часто не очень эффективно.

2. Как у нас будут набирать юзеров для отечественного ИИ? Сейчас подавляющее большинство людей уже используют ChatGPT. Переходить на новые платформы с непроверенным качеством контента и неизвестной скоростью развития для них попросту невыгодно. И здесь неизбежно возникает вопрос: будут ли власти пытаться стимулировать интерес мягкими методами – через плюшки, образование и какие-то льготы? Или же пойдут по жёсткому сценарию, как это сделали в России, когда под запуск мессенджера MAX начали ограничивать конкурентов и выдавливать их с рынка.

В Алмате арестовали мужчину, который душил гусей в ботаническом саду Алматы. Такое уже было – душили не только гусей, но и ломали лавочки, топтали цветы и прочее прочее прочее. И будет повторяться. Почему? Потому что мы не ощущаем себя частью своего города.

Миграция из депрессивных регионов меняет облик городов быстрее, чем они успевают перестраиваться под новые реалии. Инфраструктура не справляется, социальные связи рвутся, а культурные ориентиры теряются. И душение гусей это демонстрация того, что человек не чувствует город своим, не воспринимает его как общий дом, за который несёт ответственность.

Данные республиканского социологического исследования 2021 года, проведённого Казахстанским институтом общественного развития, подтверждают глубину проблемы. Да, большинство 61% в первую очередь считают себя гражданами Казахстана. Но привязанность к своему региону демонстрируют лишь 16%. Для 14% основой самоопределения является этнос, для 8% религия. При этом 57% связывают гражданство с патриотизмом, 77% считают обязательным уважение к традиционной культуре своего народа, а 61% к культуре и языкам других народов.

На первый взгляд, эти цифры обнадёживают: уважение к культуре, языки это конечно круто, но это скорее образы навязанные государством в школах. Но они же вскрывают и парадокс: гражданская и национальная идентичность у нас развиты куда сильнее, чем локальная. Мы готовы гордиться страной, ценить традиции своего народа и уважать чужие, но куда реже мы гордимся своим городом и берём на себя ответственность за него.

Отсутствие городской привязанности усугубляет разрыв между приезжими и коренными, порождает конкуренцию за ресурсы, усиливает культурные конфликты, что выливается в сумасшедших в Тредсе. В итоге мы получаем города, где люди мыслят себя гражданами страны или представителями своего этноса, но не жителями конкретного места, не участниками городской жизни.

И комичности ситуации придает то, что последние годы остро встал вопрос нежелания интеграции в городскую культуру из-за… Колониализма. В обществе, где государство методично выстраивало инфантилизм, теперь прибавился постколониальный дискурс, который очень просто снимает ответственность с индивида объясняя это прошлым. Мол, нежелание интегрироваться в городскую культуру это не лень, а историческая травма.

КНБшник Масимов с форсом левого Ояна сделал еще хуже для страны, чем ЦРУ с крэковой эпидемией в США.

Казахстанские поставки нефти в Германию могут снизиться. А все потому что по нефтепроводу “Дружба”, а в частности узлу "Унеча, недавно ударили украинские дроны.

“В ночь на среду, 13 августа, беспилотники Вооруженных сил Украины (ВСУ) атаковали крупнейший узел нефтепровода "Дружба" - линейную производственно-диспетчерскую станцию (ЛПДС) "Унеча" в селе Высокое в Унечском районе. Об этом сообщил ряд российских и украинских Telegram-каналов и СМИ. В частности, издание Astra опубликовало кадры с заревом от пожара, подлинность которых, однако, пока не подтверждена” – пишет DW.

Казахстанская нефть же поставляется по нефтепроводу “Узень - Атырау - Самара”, а потом идет в трубопроводную систему Транснефти и идёт до того самого пункта сдачи нефти “Унеча”. Откуда уже через Беларусь и Польшу идёт в Германию.

При этом минэнерго РК планировало увеличить поставки нефти в Германию в 2025 году до 2 миллионов тонн. В 2023 году средняя цена одной проданной тонны нефти в Казахстане составляла $599.

Культура журналистики в Восточной Европе

У “Азаттыка” на днях вышла перепечатка истеричного материала Михаила Ходорковского о Казахстане, который скорее всего разойдется по всем СМИ. Там полный набор кричащих алармистских идей. Посыл прост: аппетиты российской власти безграничны, и следующая цель мы.

Над РФными пропагандистами смеялись из-за их алармизма, видящих русофобию буквально везде. На этот раз алармизм распространяют те, кто себя позиционирует как их идеологические антиподы и, которых называют “моральными банкротами”. Так и вышел эксклюзив о подготовке России к захвату Казахстана, который на деле оказался повтором старых тезисов про Петропавловск, множество русских и российское ТВ. Даже нашли документы, которые может правдивые, может нет – какая разница?

“В документах, попавших в распоряжение центра «Досье», нет ни одной печати. Однако эксперты центра, созданного оппозиционной фигурой Михаилом Ходорковским, основываясь на своих предыдущих исследованиях, утверждают, что материалы, скорее всего, подлинные — об этом говорит стиль их написания и ряд фактов”

Такие видео, кем бы они ни выпускались, держатся на одном и том же: эмоциональная подача, передёргивание фактов, выдача желаемого за действительное. В информационных войнах это стандартный приём, но когда его используют либеральные медиа, которые любят подчеркивать свою “объективность” и “независимость”, получается особенно любопытно. Мы видим не аналитику, а истеричное рисование чёрно-белой картины мира: либо ты с нами, либо против нас.

“В последние годы на своей странице в соцсетях Курманов открыто выражает пророссийские взгляды. В посте 9 апреля он назвал Алматы «Алма-Атой» и попросил президента Касым-Жомарта Токаева разрешить в городе проведение шествия 9 мая.”

“Политолог Димаш Альжанов отмечает, что Казахстан оказался в информационной войне, которая активизировалась с начала широкомасштабного вторжения России в Украину, российская пропаганда поляризует казахстанское общество — часть граждан придерживается кремлевских нарративов по отношению в войне”

Один пропагандист обвиняет других в поляризации общества, все верно.

В реальности Казахстан это совсем иной кейс. Здесь иные государственный и культурные традиции, другая внешняя политика, и, что особенно важно, глубочайшие экономические связи с Россией. Силовой сценарий в таких условиях выглядит не только рискованным, но и контрпродуктивным для самой Москвы.

Такой подход лишает страну субъектности. Казахстан показывают не как самостоятельного игрока со своими интересами и спецификой, а как объект внешних обстоятельств.

Боты в известных Телеграм каналах Казахстана.

Наш брат Назиф коллега социолог таки смог отпарсить большую часть казахстанских телеграм каналов.

Было отобрано около 160 каналов откуда были проанализированы все комментарии за год – 1,9 млн сообщений от 210 тысяч пользователей.

Стоит отметить, что при анализе залётных юзеров с 1-2 сообщениями получалась достаточно алармистская статистика. Однако чтобы они не мешали были оставлены только те, у кого было больше 5 комментариев.

Комментарии и юзеры анализировались на поведенческий паттерн и поведение во времени: как часто человек пишет, в какие часы, как реагирует на других. Если поведение выглядело слишком одинаково или нечеловечески регулярным, модель помечала такого пользователя как подозрительного.

После этого была использована статистическую модель кластеризации, чтобы разделить пользователей на «похожих на людей» и «похожих на ботов». И уже с этими группами велась работа.

Но уже видна тотальная доминация ботов по количеству комментариев. В среднем на одного юзера приходится 19 постов, а от бота 101.

UPD: Порноботы отсеивались из-за анализа по содержимому поста и учитывался срок жизни аккаунта, учитывая, что их Телеграм сам оперативно банит.

10% казахов за шариат – казахстанские мусульмане в 2013 году

В 2013 году Pew Research Center, американский аналитический центр, провел исследование в котором приняли участие 1500 мусульман из Казахстана. В целом исследование было международным в котором было проведено более 38 000 личных интервью на более чем 80 языках. В нём приняли участие мусульмане из 39 стран.

Согласно результатам исследования, большинство казахстанских мусульман говорят, что ислам – важная часть их идентичности, но уровень вовлечённости в религиозные практики ниже, чем в ближневосточных странах.

10% мусульман Казахстана выступают за то, чтобы шариат стал официальным законом. Это один из самых низких показателей среди всех стран мусульманского мира.

Среди них – 77% считают, что шариат должен применяться только к мусульманам, 19% что он должен распространяться на всех.

4% поддерживающих шариат, считают, что необходима смертная казнь для перешедших в другую веру . Для сравнения, среди российских мусульман так считают 15%, а таджиков 22%.

Стоит отметить, что казахстанцы наиболее либерально относятся к другим вероисповеданиям в сравнении с регионом – лишь треть казахстанских мусульман считает, что Ислам единственная труЪ религия (В Киргизии - 69%, а в Узбекистане - 66%).

Большинство казахстанских мусульман считают, что женщины должны иметь право самостоятельно решать, носить ли им хиджаб. 82% женщин и 74% мужчин. В отличие от ближневосточных стран, идея полигамии не имеет широкой поддержки.

Регулярное соблюдение намаза и поста ниже, чем в странах Ближнего Востока и Южной Азии. В целом, мусульмане, которые молятся несколько раз в день, чаще поддерживает шариат. А вот возраст или пол почти не влияют на такие взгляды.

Но стоит учитывать, что это был 2013 год – период экономического расцвета страны и интересно, как поменялись эти цифры за 12 лет.

Недавно вышел список обладателей образовательных грантов. И мы решили его досконально проанализировать – полное исследование выйдет уже на днях. А пока делимся некоторыми результатами.

Мы вместе с нашим братом Назифом решили провести контрфактуальный анализ и посчитать, какие были у казахстанских абитуриентов альтернативы.

У каждого студента на основе набранных баллов ЕНТ есть несколько возможных вариантов для поступления. Модель предсказывает, что он выберет один из них исходя из логики и статистики. А дальше мы сравниваем: совпадает ли прогноз с реальностью? Если вуз в реальности собрал больше студентов, чем положено по модели, значит тут срабатывает какой-то дополнительный фактор: география, бренд, связи, пиар, общага или даже менталитет.

В итоге получаем не рейтинг качества университетов, а скорее индекс привлекательности. Победителей в конкуренции за абитуриента помимо программы.

Топ-5 победителей по привлекательности выглядит так:

1. КазНУ — работает бренд старейшего университета + Алматы.

2. КазАТУ — фактор столицы, легендарная столовая и близость сельской тематики для регионов.

3. АУЭС — год рабочих профессий и на все, что связано с инженерией сейчас щедро выделяется грантов.

4. ЕНУ — широкий спектр специальностей и репутация.

5. КазНПУ.

Важно: это не значит, что они лучшие или хуже других. По модели это те у кого было больше побед в конкретных выборах абитуриентов. Иногда побеждает не тот, у кого выше баллы, а тот, у кого сильнее бренд, город или даже общежитие.

Стоит отметить, что периодически в моделях всплывал открытый в 2024 году КазНУВХИ. Но в данном случае у вуза есть редкие программы с низким проходным и у студентов просто не было альтернатив. Поэтому он сразу улетал в топ.

За первые полгода этого года бюджет Казахстана потратил 6,3 млрд долларов на социальную помощь. Как пишет Finprom, это на 10,8% больше, чем год назад. Однако доля социальных расходов в структуре бюджета сократилась – с 22,8% до 21,9%.

Для сравнения, за весь прошлый год Узбекистан потратил лишь 1 млрд долларов на социальную помощь.

Это к вопросу о новом налоговом кодексе, который увеличивает нагрузку на бизнес и население. В Узбекистане, напротив, делают ставку на облегчение условий: снижают налоги для новых компаний, освобождают от пошлин образовательные и IT-проекты.

Мы стали заложниками социальных расходов, а узбек… Качается?