kzlg
Тряска 2.0 В Тредсе снова тряска и ущемление. На этот раз из-за названия кафе – “Ленина 36”. Очевидно, в честь бывшего названия улицы – у алматинцев всегда переименованные улицы носят старые названия (Фурманова – Назарбаева итд). И очевидно “Ленина 36” играет…
История с “Ленина 36” закончилась – хозяева кафе, как они говорят, услышав пожелания аудитории решили сменить название. Воля хозяев – они могли оставить название, настояв на своем, или же сменить. Выбрали второе.
Оно в общем и неудивительно – когда вам угрожают разбить витрины кафе, насрать на барную стойку, а потом и вовсе звонят с угрозами, то немногие не испугаются. Это очень странно, что когда тебя, как предпринимателя, и так топят новым налоговым кодексом, проверками и философией “всегда виноват предприниматель”, так тебе еще и родные соотечественники угрожают.
Но если рассуждать с точки зрения эволюции общества это опасный прецедент, который потенциально может развязать руки крикливому меньшинству курьеров и продавцов говна. Иронично как под соусом отмены тоталитарного лидера, люди скатились в тоталитаризм. Цифровой, но все же они почувствовали вкус крови.
Причём у этого тоталитаризма нет лица, его выстраивают ноунейм юзеры, не имеющие ни лица, ни ответственности. Когда меньшинство диктует большинству, как правильно чувствовать, думать и говорить, возникает парадокс свободы: ради защиты одних свобод другие урезаются до молчания. Однажды ты можешь проснуться и обнаружить, что твоя шутка оказывается оскорбительна, позиция – шовинистическая, а бизнес недостаточно инклюзивен.
И тут самое страшное – этот тоталитаризм приходит не против воли большинства, а от его имени. Он не ломает общественный консенсус, а его имитирует. Потому что именно крикливое меньшинство через цепочки медиа, активизм, и алгоритмическую поддержку формирует впечатление, будто говорит всё общество. И большинство, не желая быть неправильным, просто соглашается. Или молчит.
Так маленькая группа курьеров и таксистов может диктовать повестку стране, бизнесу, культуре. Именно потому, что бояться быть отменённым стало важнее, чем право быть собой. И здесь всё куда страшнее, чем разбитая витрина, ее хотя бы можно заменить, а вот сломанное общественное доверие, страх говорить и отсутствие права на ошибку починить куда сложнее.
Конечно “Ленина 36” это лишь сраная забегаловка, но это уже нездоровый прецедент.
Оно в общем и неудивительно – когда вам угрожают разбить витрины кафе, насрать на барную стойку, а потом и вовсе звонят с угрозами, то немногие не испугаются. Это очень странно, что когда тебя, как предпринимателя, и так топят новым налоговым кодексом, проверками и философией “всегда виноват предприниматель”, так тебе еще и родные соотечественники угрожают.
Но если рассуждать с точки зрения эволюции общества это опасный прецедент, который потенциально может развязать руки крикливому меньшинству курьеров и продавцов говна. Иронично как под соусом отмены тоталитарного лидера, люди скатились в тоталитаризм. Цифровой, но все же они почувствовали вкус крови.
Причём у этого тоталитаризма нет лица, его выстраивают ноунейм юзеры, не имеющие ни лица, ни ответственности. Когда меньшинство диктует большинству, как правильно чувствовать, думать и говорить, возникает парадокс свободы: ради защиты одних свобод другие урезаются до молчания. Однажды ты можешь проснуться и обнаружить, что твоя шутка оказывается оскорбительна, позиция – шовинистическая, а бизнес недостаточно инклюзивен.
И тут самое страшное – этот тоталитаризм приходит не против воли большинства, а от его имени. Он не ломает общественный консенсус, а его имитирует. Потому что именно крикливое меньшинство через цепочки медиа, активизм, и алгоритмическую поддержку формирует впечатление, будто говорит всё общество. И большинство, не желая быть неправильным, просто соглашается. Или молчит.
Так маленькая группа курьеров и таксистов может диктовать повестку стране, бизнесу, культуре. Именно потому, что бояться быть отменённым стало важнее, чем право быть собой. И здесь всё куда страшнее, чем разбитая витрина, ее хотя бы можно заменить, а вот сломанное общественное доверие, страх говорить и отсутствие права на ошибку починить куда сложнее.
Конечно “Ленина 36” это лишь сраная забегаловка, но это уже нездоровый прецедент.
kzlg
История с “Ленина 36” закончилась – хозяева кафе, как они говорят, услышав пожелания аудитории решили сменить название. Воля хозяев – они могли оставить название, настояв на своем, или же сменить. Выбрали второе. Оно в общем и неудивительно – когда вам угрожают…
Строим тоталитаризм силами сартов
🔥29🤡8
За шесть месяцев 2025 года Telegram передал IP-адреса и/или номера телефонов по делам, связанным с 1 161 пользователем из Казахстана.
В течение всего 2024 года Telegram удовлетворил лишь 74 официальных запроса от казахстанских органов, передав данные о 496 пользователях.
С прошлого года в Telegram заработал официальный бот Transparency Reports, публикующий отчёты о прозрачности – данные о запросах от правоохранительных органов и случаях передачи пользовательской информации. Согласно внутренней политике конфиденциальности Telegram (пункт 8.3), при получении официального запроса от компетентных судебных органов, если пользователь подозревается в противоправной деятельности, компания может предоставить IP-адрес и номер телефона соответствующим структурам.
Информация предоставляется только по тем странам, с которыми связаны номера телефонов.
В течение всего 2024 года Telegram удовлетворил лишь 74 официальных запроса от казахстанских органов, передав данные о 496 пользователях.
С прошлого года в Telegram заработал официальный бот Transparency Reports, публикующий отчёты о прозрачности – данные о запросах от правоохранительных органов и случаях передачи пользовательской информации. Согласно внутренней политике конфиденциальности Telegram (пункт 8.3), при получении официального запроса от компетентных судебных органов, если пользователь подозревается в противоправной деятельности, компания может предоставить IP-адрес и номер телефона соответствующим структурам.
Информация предоставляется только по тем странам, с которыми связаны номера телефонов.
🔥13
Интересно, если полигон в Семипалатинске выбрали из-за борьбы с интеллигенцией, то США свой полигон построили рядом с Лас-Вегасом и провели там 928 ядерных взрывов в рамках борьбы с лудоманией и игорным бизнесом?
P.S. Полигон в Неваде был в 105км от Лас-Вегаса. Семипалатинский в 150км от Семея
P.S. Полигон в Неваде был в 105км от Лас-Вегаса. Семипалатинский в 150км от Семея
🔥35
Telegram
Kursiv.Media
🛒Компания сестры Назарбаева занималась контрабандой товаров из Китая. Ущерб государству составил 10 млрд тенге
Речь идет о компании Group of the Companies TDA, которая незаконно ввезла из Китая 100 контейнеров с товарами народного потребления. С помощью…
Речь идет о компании Group of the Companies TDA, которая незаконно ввезла из Китая 100 контейнеров с товарами народного потребления. С помощью…
Представьте анекдотичность ситуации, на уровне американских фильмов про африкано-ближневосточных диктаторов – брат феодал Алматинской области, отжимающий все что плохо лежит, и сестра, занимающаяся контрабандой.
Вот при Назарбаеве то как хорошо жилось.
В этом контексте вспоминается история про Болата Назарбаева:
Никольский рынок принадлежит Болату Назарбаеву. Он купил его еще несколько лет назад у бывших собственников, приватизировавших объект в 90-х годах прошлого века, но теперь, когда брату елбасы понадобились деньги, выставил его на продажу.
Желающих приобрести столь ценный товар оказалось с избытком. Покупатели заплатили Болату Абишевичу кругленькую сумму, исчисляемую миллионами долларов, причем часть по безналичному расчету, а остальное наличными в чемоданчике. По словам наших источников, деньги понадобились брату Назарбаева для финансирования строительства жилого комплекса на углу улиц Сейфуллина и Гоголя, там, где находился широко известный в узких кругах ресторанный комплекс «НурБол».
Однако получив от покупателей Никольского рынка деньги, Болат Назарбаев приказал своим людям приостановить оформление сделки в ЦОНе, заявив, что передумал. Но когда другая сторона, раз купля-продажа не состоялась, попросила вернуть деньги, брат казахстанского «лидера нации» предложил им подождать до 2050 года, когда будет завершена программа «Казахстан — 2050».
🔥18
Пиплвотчинг
Захотела утром зайти на отличный сайт о маркетинге https://powerbranding.ru (не обновляется лет 9, но написано большое количество отличных статей по матчасти, без воды) – а все, 403 Forbidden И сегодня же решила перечитать несколько статей в СМИ о выставке…
Не прошло и месяца с закрытия Ratel.kz, как и у него потерли все новости, а ссылки ведут сюда. 😭
Вот так и теряем историю собственной страны.
Вот так и теряем историю собственной страны.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Как нам обучать Казак улттык ИИ?
Объём записей с DOI в базе данных Datacite Commons превысил 90 миллионов. Это крупнейшая система научных цифровых идентификаторов в мире, основанная на открытых и проверяемых источниках. Из этих 90 миллионов записей около 43 миллионов это наборы данных (dataset), остальные – статьи, физические объекты, отчёты и прочее. Каждый DOI представляет собой уникальный и машиночитаемый "паспорт" научного объекта.
Именно такие записи с точными метаданными, названиями, привязками к авторам и организациям являются основой современных научных инфраструктур. Они же используются в обучении искусственного интеллекта, включая языковые модели.
К примеру, среди постсоветских стран в базе Datacite представлены следующие цифры:
Почти все казахстанские записи принадлежат Назарбаев университету.
В большинстве стран публикация научных данных с присвоением DOI является институционализированным стандартом – университеты, журналы, исследовательские центры обязуют публиковать данные и снабжать их DOI. Это обеспечивает доступность, прозрачность и возможность использовать эти данные другими исследователями или алгоритмами.
В Казахстане же такой институциональной инфраструктуры нет. Научные журналы часто указывают DOI формально или вовсе игнорируют его. Бывают случаи, когда DOI указан, но не зарегистрирован, из-за чего статья выпадает из всех поисковых систем.
На этом фоне непонятен вопрос на чем обучать казахскую ИИ, если нет данных? Даже купили суперкомпьютер для этих целей, хотя с текущими цифрами DOI можно ограничиться пекой в "два гига, два ядра". Machine Learning невозможен без больших массивов хорошо размеченных, проверенных и структурированных данных – именно таких, какими являются записи с DOI. Что уж говорить о текстовых данных, которых всяко больше статистических. Это позволяет языковым моделям не просто учиться на текстах, но и строить логические связи, учитывать контекст и источники.
А без них обучать будет попросту не на чем. Локальная специфика, языки, социальные и экономические реалии просто не попадут в выборки, и даже собственный ИИ будет смотреть на страну глазами иностранца.
А может казахскую ИИ будут обучать через ЧатГПТшные посты в Тредсе.
Объём записей с DOI в базе данных Datacite Commons превысил 90 миллионов. Это крупнейшая система научных цифровых идентификаторов в мире, основанная на открытых и проверяемых источниках. Из этих 90 миллионов записей около 43 миллионов это наборы данных (dataset), остальные – статьи, физические объекты, отчёты и прочее. Каждый DOI представляет собой уникальный и машиночитаемый "паспорт" научного объекта.
Именно такие записи с точными метаданными, названиями, привязками к авторам и организациям являются основой современных научных инфраструктур. Они же используются в обучении искусственного интеллекта, включая языковые модели.
К примеру, среди постсоветских стран в базе Datacite представлены следующие цифры:
• Россия – 6806 наборов данных
• Казахстан – 257
• Узбекистан – 85
• Киргизия – 40
Почти все казахстанские записи принадлежат Назарбаев университету.
В большинстве стран публикация научных данных с присвоением DOI является институционализированным стандартом – университеты, журналы, исследовательские центры обязуют публиковать данные и снабжать их DOI. Это обеспечивает доступность, прозрачность и возможность использовать эти данные другими исследователями или алгоритмами.
В Казахстане же такой институциональной инфраструктуры нет. Научные журналы часто указывают DOI формально или вовсе игнорируют его. Бывают случаи, когда DOI указан, но не зарегистрирован, из-за чего статья выпадает из всех поисковых систем.
На этом фоне непонятен вопрос на чем обучать казахскую ИИ, если нет данных? Даже купили суперкомпьютер для этих целей, хотя с текущими цифрами DOI можно ограничиться пекой в "два гига, два ядра". Machine Learning невозможен без больших массивов хорошо размеченных, проверенных и структурированных данных – именно таких, какими являются записи с DOI. Что уж говорить о текстовых данных, которых всяко больше статистических. Это позволяет языковым моделям не просто учиться на текстах, но и строить логические связи, учитывать контекст и источники.
А без них обучать будет попросту не на чем. Локальная специфика, языки, социальные и экономические реалии просто не попадут в выборки, и даже собственный ИИ будет смотреть на страну глазами иностранца.
А может казахскую ИИ будут обучать через ЧатГПТшные посты в Тредсе.
🔥23👍2
Forwarded from SANDman
Почему не стоит верить комментариям
Читать комментарии стало утомительно. Если раньше это была просто помойка, то теперь — цирк в помойке, где клоуны не веселят, а пугают. В 00-х была милая фраза: "Деточка, это интернет — тут могут и на три буквы послать". Сейчас бы лучше действительно посылали — чем читать стенографии в духе "уважаемый человек" или "ты тут никто вообще".
Возникает ощущение, что там уже не люди, а актёры на зарплате. Или куклы, или LLM. Поэтому я решил проверить это не интуитивно, а аналитически — на примере казахстанской телеги.
Что сделал?
Собрал данные с 20 казахстанских телеграм-каналов с открытыми комментариями — новостные, экспертные, околополитические. С помощью парсинга и элементарного анализа активности (время постинга, частота, словарный запас, токсичность и т.п.) попытался отличить живых людей от неаутентичных аккаунтов.
Что выяснилось:
1. Живых пользователей — 35 855;
2. Ботов — 3 988 (почти 10%, но читаем дальше);
3. Количество сообщений от людей — ~22 000, а количество сообщений от ботов — почти 193 000. То есть 10% аккаунтов генерируют 90% контента.
4. Бот в среднем пишет 47 сообщений в день, человек — 2;
5. Максимум от одного человека за год — 177 комментариев, от одного бота — 2 418;
6. Люди активны утром (7–9) и вечером (18–22) — дорога на/с работы. Боты работают как офис — 8:00–17:00;
7. Средняя длина комментария человек пишет 2–3 слова (в среднем, а бот от 7 слов;
8.Боты используют более разнообразный словарь, пишут "осмысленнее", вставляют связки, пояснения, обращения.
Вывод
И это я только начал (еще парсить под 200 каналов), но уже понятно: большая часть обсуждений в казахстанской телеге — это не диалог пользователей, а профессионально поставленный поток комментариев или театр одного актера. "Неаутентичная активность" — это не только про фейки и троллинг, но и про структуру языка, частоту постинга и даже пунктуацию (боты редко используют слова "ну/типа/тащемта/к слову"). Это уже активно исследуется в политической науке, и похоже, скоро телега попадёт под микроскоп.
А пока — не надо относиться к комментариям слишком серьёзно. С большей вероятностью вы спорите не с человеком, а с табличкой Excel, в которой прописано: "3 хвалебных + 1 нейтральный + 1 провокационный", а плата - сет "Че там" и перспектива взять таз в кредит.
Читать комментарии стало утомительно. Если раньше это была просто помойка, то теперь — цирк в помойке, где клоуны не веселят, а пугают. В 00-х была милая фраза: "Деточка, это интернет — тут могут и на три буквы послать". Сейчас бы лучше действительно посылали — чем читать стенографии в духе "уважаемый человек" или "ты тут никто вообще".
Возникает ощущение, что там уже не люди, а актёры на зарплате. Или куклы, или LLM. Поэтому я решил проверить это не интуитивно, а аналитически — на примере казахстанской телеги.
Что сделал?
Собрал данные с 20 казахстанских телеграм-каналов с открытыми комментариями — новостные, экспертные, околополитические. С помощью парсинга и элементарного анализа активности (время постинга, частота, словарный запас, токсичность и т.п.) попытался отличить живых людей от неаутентичных аккаунтов.
Что выяснилось:
1. Живых пользователей — 35 855;
2. Ботов — 3 988 (почти 10%, но читаем дальше);
3. Количество сообщений от людей — ~22 000, а количество сообщений от ботов — почти 193 000. То есть 10% аккаунтов генерируют 90% контента.
4. Бот в среднем пишет 47 сообщений в день, человек — 2;
5. Максимум от одного человека за год — 177 комментариев, от одного бота — 2 418;
6. Люди активны утром (7–9) и вечером (18–22) — дорога на/с работы. Боты работают как офис — 8:00–17:00;
7. Средняя длина комментария человек пишет 2–3 слова (в среднем, а бот от 7 слов;
8.Боты используют более разнообразный словарь, пишут "осмысленнее", вставляют связки, пояснения, обращения.
Вывод
И это я только начал (еще парсить под 200 каналов), но уже понятно: большая часть обсуждений в казахстанской телеге — это не диалог пользователей, а профессионально поставленный поток комментариев или театр одного актера. "Неаутентичная активность" — это не только про фейки и троллинг, но и про структуру языка, частоту постинга и даже пунктуацию (боты редко используют слова "ну/типа/тащемта/к слову"). Это уже активно исследуется в политической науке, и похоже, скоро телега попадёт под микроскоп.
А пока — не надо относиться к комментариям слишком серьёзно. С большей вероятностью вы спорите не с человеком, а с табличкой Excel, в которой прописано: "3 хвалебных + 1 нейтральный + 1 провокационный", а плата - сет "Че там" и перспектива взять таз в кредит.
🔥27