ДВОЙНОЙ ПРИГОВОР: Как женщины в Казахстане сначала становятся жертвами абьюзеров, а потом — жертвами судебной системы.
Каждый день государственные каналы рапортуют о «криминализации бытового насилия» и «жесткой защите прав женщин». Но судебная статистика за 2025 год вскрывает другую правду.
В Казахстане создана конвейерная система, которая сначала оставляет женщину один на один с домашним тираном, а когда она пытается выжить — отправляет её в тюрьму.
Я посмотрела статистику приговоров в уголовных судах за 2025 год и у меня масса вопросов.
Почему судимых за убийство в сфере СБН мужчин и женщин почти поровну?
Вглядитесь в эти цифры:
По побоям и легким травмам (ст. 108-1, 109-1 УК РК) свыше 90% жертв в сфере быта — это ЖЕНЩИНЫ (538 из 581 дела по побоям и 206 из 246 по легкому вреду).
Но когда дело доходит до приговоров за УБИЙСТВА в семье (ст. 99 УК РК), процентное соотношение осужденных становится ПРАКТИЧЕСКИ РАВНЫМ!
42,3% ВСЕХ ОСУЖДЕННЫХ ЗА УБИЙСТВА В СЕМЬЕ — ЭТО ЖЕНЩИНЫ!
(22 женщины из 52 осужденных). 39,4% ОСУЖДЕННЫХ ЗА ТЯЖКИЕ ТЕЛЕСНЫЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ (ст. 106 УК РК) — ЭТО ТОЖЕ ЖЕНЩИНЫ! (50 женщин из 127).
Из 708 осужденных судами первой инстанции в сфере СБН за 2025 год 108 женщин.
ДВЕ ТРЕТИ из них (66,7%, или 72 женщины) осуждены за ТЯЖКИЕ И ОСОБО ТЯЖКИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ (ст. 99 "Убийство" и ст. 106 "Тяжкий вред"):
• 20,4% (22 женщины) — за убийство (ст. 99 УК РК)
• 46,3% (50 женщин) — за тяжкий вред здоровью (ст. 106 УК РК)
• И только 33,3% (36 женщин) — по всем остальным статьям вместе взятым!
Задумайтесь: если в 9 из 10 семей бьют и истязают женщин, почему на скамье подсудимых за убитых партнёров оказывается почти ПОЛОВИНА ЖЕНЩИН? Неужели женщины в Казахстане резко стали одинаково агрессивными?
НЕТ! Это показатель глубокой гендерной дискриминации и системной слепоты следствия. Фемицид, продолжающийся в правоохранительной системе.
Как это работает на практике.
1. В Уголовном кодексе РК до сих пор нет статей за психологическое насилие, изоляцию, шантаж и финансовый контроль. Полиция не фиксирует насилие на ранних стадиях. Пока жертву не покалечат или не убьют — «нет состава преступления». Многолетний ад, в котором живет женщина, для следователя просто не существует.
2. Из десятков тысяч обращений по побоям до приговоров судов доходит лишь около 1% дел — всё остальное полицейские спускают на тормозах или «примиряют». Каждая 5-я женщина-жертва (21% по ст. 109-1 УК РК) подвергается насилию ПОВТОРНО! Защитные предписания не работают, арестных домов нет, штраф агрессор платит из семейного бюджета.
3. Когда женщина понимает, что полиция не защитит, государство отвернулось, а домашний тиран прямо сейчас идет её убивать или калечить детей, — у неё срабатывает инстинкт выживания. Она хватается за кухонный нож, утюг или тяжелый предмет.
4. Следователи и суды первой инстанции оценивают драку «механически»: «Взяла нож? Значит, умышленное убийство!» Судьи не хотят знать про «синдром избиваемой женщины», про кумулятивный аффект, про годы истязаний и страха. Действия жертвы квалифицируют не как самооборону (ст. 112 УК РК), а как умышленное убийство (ст. 99 УК РК) — давая от 8 до 15 лет колонии! Система наказывает не только женщин, но и детей, оставляя им сиротство при живой матери.
В 2025 году фонд #НеМолчиKZ вел 4 уголовных дела в отношении женщин, защищавших свою жизнь (3 дела по ст. 99 «Убийство» и 1 дело по ст. 24-99 «Покушение на убийство»). Это 13,6% от всех осужденных женщин по этой статье в стране!
Во всех 4 случаях факт длительного, зверского насилия со стороны мужчин был ПОЛНОСТЬЮ ДОКАЗАН. Но суды первой инстанции отправили женщин в колонии за «умышленное убийство»!
Только благодаря отчаянной борьбе адвокатов и фонда в 50% случаев (2 из 4 дел) удалось доказать САМООБОРОНУ и добиться переквалификации на ст. 112 УК РК:
• Дело Эльвиры Еркебаевой о покушении переквалифицировали на самооборону прямо в суде первой инстанции.
• Дело Кристины Самусенко по убийству удалось отстоять и переквалифицировать только в АПЕЛЛЯЦИИ.
Это значит, что каждая вторая женщина, обвиняемая в бытовом убийстве — скорее всего жертва судебной ошибки или халатности, которую закрыли в тюрьму за то, что она просто... ВЫЖИЛА.
НАШИ ТРЕБОВАНИЯ К ВЛАСТЯМ И МЕЖДУНАРОДНОМУ СООБЩЕСТВУ:
1. Криминализовать психологическое и экономическое насилие! Насилие должно пресекаться до того, как прольется кровь.
2. Ввести в судебную практику понятие «систематического насилия» как обязательного контекста при оценке самообороны жертвы (ст. 112 УК РК). Прекратить судить защищающихся женщин как умышленных убийц!
3. Обязать полицию выявлять ПЕРВИЧНОГО АГРЕССОРА, а не регистрировать встречные заявления о побоях на защищающихся женщин.
4. Обязать полицию проводить судебно-психологические экспертизы по Стамбульскому протоколу, с целью выявления длительного ПТСР.
5. Обеспечить аресты агрессоров на практике, а не на бумаге и красивых отчетах.
6. Ввести уголовную ответственность за нарушение Защитного предписания.
7. Обеспечить немедленный арест агрессора до решения суда, чтобы сохранить жизнь и здоровье членов семьи.
Если мужчин и женщин среди убитых примерно поровну, это не значит, что женщины так же агрессивны.
Это значит, что система защиты жертв работает настолько плохо, что женщинам приходится убивать своих мучителей, чтобы не быть убитыми самим!
Женщина не должна выбирать между гибелью от рук абьюзера и сроком в тюрьме!
фото Газета "Время"
Эти данные будут включены в альтернативный доклад от фонда #НеМолчиKZ для Комитета CEDAW в Женеве.
Каждый день государственные каналы рапортуют о «криминализации бытового насилия» и «жесткой защите прав женщин». Но судебная статистика за 2025 год вскрывает другую правду.
В Казахстане создана конвейерная система, которая сначала оставляет женщину один на один с домашним тираном, а когда она пытается выжить — отправляет её в тюрьму.
Я посмотрела статистику приговоров в уголовных судах за 2025 год и у меня масса вопросов.
Почему судимых за убийство в сфере СБН мужчин и женщин почти поровну?
Вглядитесь в эти цифры:
По побоям и легким травмам (ст. 108-1, 109-1 УК РК) свыше 90% жертв в сфере быта — это ЖЕНЩИНЫ (538 из 581 дела по побоям и 206 из 246 по легкому вреду).
Но когда дело доходит до приговоров за УБИЙСТВА в семье (ст. 99 УК РК), процентное соотношение осужденных становится ПРАКТИЧЕСКИ РАВНЫМ!
42,3% ВСЕХ ОСУЖДЕННЫХ ЗА УБИЙСТВА В СЕМЬЕ — ЭТО ЖЕНЩИНЫ!
(22 женщины из 52 осужденных). 39,4% ОСУЖДЕННЫХ ЗА ТЯЖКИЕ ТЕЛЕСНЫЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ (ст. 106 УК РК) — ЭТО ТОЖЕ ЖЕНЩИНЫ! (50 женщин из 127).
Из 708 осужденных судами первой инстанции в сфере СБН за 2025 год 108 женщин.
ДВЕ ТРЕТИ из них (66,7%, или 72 женщины) осуждены за ТЯЖКИЕ И ОСОБО ТЯЖКИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ (ст. 99 "Убийство" и ст. 106 "Тяжкий вред"):
• 20,4% (22 женщины) — за убийство (ст. 99 УК РК)
• 46,3% (50 женщин) — за тяжкий вред здоровью (ст. 106 УК РК)
• И только 33,3% (36 женщин) — по всем остальным статьям вместе взятым!
Задумайтесь: если в 9 из 10 семей бьют и истязают женщин, почему на скамье подсудимых за убитых партнёров оказывается почти ПОЛОВИНА ЖЕНЩИН? Неужели женщины в Казахстане резко стали одинаково агрессивными?
НЕТ! Это показатель глубокой гендерной дискриминации и системной слепоты следствия. Фемицид, продолжающийся в правоохранительной системе.
Как это работает на практике.
1. В Уголовном кодексе РК до сих пор нет статей за психологическое насилие, изоляцию, шантаж и финансовый контроль. Полиция не фиксирует насилие на ранних стадиях. Пока жертву не покалечат или не убьют — «нет состава преступления». Многолетний ад, в котором живет женщина, для следователя просто не существует.
2. Из десятков тысяч обращений по побоям до приговоров судов доходит лишь около 1% дел — всё остальное полицейские спускают на тормозах или «примиряют». Каждая 5-я женщина-жертва (21% по ст. 109-1 УК РК) подвергается насилию ПОВТОРНО! Защитные предписания не работают, арестных домов нет, штраф агрессор платит из семейного бюджета.
3. Когда женщина понимает, что полиция не защитит, государство отвернулось, а домашний тиран прямо сейчас идет её убивать или калечить детей, — у неё срабатывает инстинкт выживания. Она хватается за кухонный нож, утюг или тяжелый предмет.
4. Следователи и суды первой инстанции оценивают драку «механически»: «Взяла нож? Значит, умышленное убийство!» Судьи не хотят знать про «синдром избиваемой женщины», про кумулятивный аффект, про годы истязаний и страха. Действия жертвы квалифицируют не как самооборону (ст. 112 УК РК), а как умышленное убийство (ст. 99 УК РК) — давая от 8 до 15 лет колонии! Система наказывает не только женщин, но и детей, оставляя им сиротство при живой матери.
В 2025 году фонд #НеМолчиKZ вел 4 уголовных дела в отношении женщин, защищавших свою жизнь (3 дела по ст. 99 «Убийство» и 1 дело по ст. 24-99 «Покушение на убийство»). Это 13,6% от всех осужденных женщин по этой статье в стране!
Во всех 4 случаях факт длительного, зверского насилия со стороны мужчин был ПОЛНОСТЬЮ ДОКАЗАН. Но суды первой инстанции отправили женщин в колонии за «умышленное убийство»!
Только благодаря отчаянной борьбе адвокатов и фонда в 50% случаев (2 из 4 дел) удалось доказать САМООБОРОНУ и добиться переквалификации на ст. 112 УК РК:
• Дело Эльвиры Еркебаевой о покушении переквалифицировали на самооборону прямо в суде первой инстанции.
• Дело Кристины Самусенко по убийству удалось отстоять и переквалифицировать только в АПЕЛЛЯЦИИ.
Это значит, что каждая вторая женщина, обвиняемая в бытовом убийстве — скорее всего жертва судебной ошибки или халатности, которую закрыли в тюрьму за то, что она просто... ВЫЖИЛА.
НАШИ ТРЕБОВАНИЯ К ВЛАСТЯМ И МЕЖДУНАРОДНОМУ СООБЩЕСТВУ:
1. Криминализовать психологическое и экономическое насилие! Насилие должно пресекаться до того, как прольется кровь.
2. Ввести в судебную практику понятие «систематического насилия» как обязательного контекста при оценке самообороны жертвы (ст. 112 УК РК). Прекратить судить защищающихся женщин как умышленных убийц!
3. Обязать полицию выявлять ПЕРВИЧНОГО АГРЕССОРА, а не регистрировать встречные заявления о побоях на защищающихся женщин.
4. Обязать полицию проводить судебно-психологические экспертизы по Стамбульскому протоколу, с целью выявления длительного ПТСР.
5. Обеспечить аресты агрессоров на практике, а не на бумаге и красивых отчетах.
6. Ввести уголовную ответственность за нарушение Защитного предписания.
7. Обеспечить немедленный арест агрессора до решения суда, чтобы сохранить жизнь и здоровье членов семьи.
Если мужчин и женщин среди убитых примерно поровну, это не значит, что женщины так же агрессивны.
Это значит, что система защиты жертв работает настолько плохо, что женщинам приходится убивать своих мучителей, чтобы не быть убитыми самим!
Женщина не должна выбирать между гибелью от рук абьюзера и сроком в тюрьме!
фото Газета "Время"
Эти данные будут включены в альтернативный доклад от фонда #НеМолчиKZ для Комитета CEDAW в Женеве.
❤17👍1🤡1
Пришел ответ Министерства юстиции @adiletgovkz по холодильникам в Институте судебных экспертиз ЗКО по запросу адвоката Победимова Алексея. ⤴️
Есть противоречие с позицией судебного эксперта Марата Жонысова. Он утверждает, что холодильники не работали, тела подверглись гниению и именно это повлияло на результаты его исследований и заключение. На это же указывали и другие участники дела.
Мы с этой позицией не согласны. Считаем, что речь шла не об ошибке эксперта, а о заведомо ложном заключении, за которое он должен нести ответственность. Спустя три месяца комиссия провела эксгумацию и повторное исследование: почти все ребра переломаны, травма на подбородке, травма на пальце руки, перелом подъязычной кости, внутренние органы не отделяли.
Сейчас дело находится в апелляции. Первое заседание прошло 22 июля, следующее назначено на 18 августа. Почему между заседаниями такой большой перерыв, нам пока непонятно.
Жонысов своей вины не признает. Мы продолжаем настаивать: судебно-медицинское заключение не может быть просто «ошибкой в бумагах». От него напрямую зависит судьба уголовного дела, квалификация преступления и то, будет ли установлена истина. Конкретно в деле Эдуарда — никто не наказан.
В наших делах мы неоднократно сталкивались с ситуациями, когда травмы не фиксировали, искажали или исчезали из заключений. И это одна из серьезных проблем в расследованиях преступлений.
В августе прошло три года, как погиб Эдуард. А спор о холодильниках продолжается.
@jogargy_sot
@prokuratura.bqo
P.S. дело Эдуарда большой урок нам всем. если что-то случится с нами или нашими близкими, правда о смерти начнет разваливаться уже на секционном столе в морге в первые же сутки. пройдёт много лет, близкие отдадут последние деньги и силы, чтобы найти эту правду.
Есть противоречие с позицией судебного эксперта Марата Жонысова. Он утверждает, что холодильники не работали, тела подверглись гниению и именно это повлияло на результаты его исследований и заключение. На это же указывали и другие участники дела.
Мы с этой позицией не согласны. Считаем, что речь шла не об ошибке эксперта, а о заведомо ложном заключении, за которое он должен нести ответственность. Спустя три месяца комиссия провела эксгумацию и повторное исследование: почти все ребра переломаны, травма на подбородке, травма на пальце руки, перелом подъязычной кости, внутренние органы не отделяли.
Сейчас дело находится в апелляции. Первое заседание прошло 22 июля, следующее назначено на 18 августа. Почему между заседаниями такой большой перерыв, нам пока непонятно.
Жонысов своей вины не признает. Мы продолжаем настаивать: судебно-медицинское заключение не может быть просто «ошибкой в бумагах». От него напрямую зависит судьба уголовного дела, квалификация преступления и то, будет ли установлена истина. Конкретно в деле Эдуарда — никто не наказан.
В наших делах мы неоднократно сталкивались с ситуациями, когда травмы не фиксировали, искажали или исчезали из заключений. И это одна из серьезных проблем в расследованиях преступлений.
В августе прошло три года, как погиб Эдуард. А спор о холодильниках продолжается.
@jogargy_sot
@prokuratura.bqo
P.S. дело Эдуарда большой урок нам всем. если что-то случится с нами или нашими близкими, правда о смерти начнет разваливаться уже на секционном столе в морге в первые же сутки. пройдёт много лет, близкие отдадут последние деньги и силы, чтобы найти эту правду.
🤬11💔1
Меня очень тронуло дело девушки из Мерке, нам писала подруга и просила взять это дело в производство фонда #НеМолчи.
Какие шансы раскрыть это дело и наказать виновного?
Согласно статистике КПСУ всего 1,29%
Именно столько дел дошло до приговора суда за последние семь лет из зарегистрированных уголовных дел по статье 105 УК РК, где потерпевшими были женщины.
В Казахстане на системной основе уводят от наказания домашних тиранов, как это происходит, поясню на цифрах.
Первое, это отсутствие учета фемицида:
В законодательстве отсутствует понятие «фемицид».
По данным КПСУ за 7 лет (2019–2025 гг.) в Казахстане убиты 955 женщин (в среднем 136 в год), 1 538 получили тяжкие увечья (329 из них скончались от травм). Из 137 убийств в 2025 году только 22 квалифицированы как убийства в СБН (семейно-бытовое насилие); судьба остальных государством не отслеживается или намеренно не уточняется. Как и при каких обстоятельствах произошли убийства женщин нигде на написано.
930 заявлений за семь лет по статье 105 УК РК, где потерпевшие женщины, также не комментируются государством.
В общей сложности за семь лет убито и доведено до смерти 2214 женщин, то есть в среднем 316 в год!
Что касается суицидов, то здесь очевиден системный саботаж расследований по статье 105 УК РК. Государство фактический отказывается от уголовного преследования за доведение женщин до самоубийства, в том числе в контексте семейно-бытового насилия.
Вот как выглядит статистика нерасследования (2019–2025 гг.):
Из 930 официально зарегистрированных заявлений по ст. 105 УК РК («Доведение до суицида»), где потерпевшими являлись женщины, до обвинительного приговора суда первой инстанции по всей стране дошли всего 12 дел (1,29%).
Из этих 12 приговоров лишь 4 вынесены по преступлениям в семейно-бытовой сфере.
Досудебные органы прекращают 98,7% всех производств о суицидах женщин, а в семейно-бытовом контексте ответственность агрессоров сводится к абсолютную нулю.
Органы следствия системно закрывают дела после формальных посмертных экспертиз, отказываясь давать правовую оценку многолетнему домашнему террору, предшествовавшему гибели женщин. Доведение до суицида в семье служит каналом скрытого фемицида, полностью выведенным из-под уголовной ответственности. И мы допускаем, что таким образом, в некоторых случаях укрываются умышленные убийства женщин.
Почему это происходит?
В УК РК отсутствуют самостоятельные составы за психологическое и экономическое насилие. Ссылки Правительства в Докладе CEDAW на альтернативные статьи УК РК 110, 126, 131, 145, 389 неработоспособны и неубедительны:
за 7 лет (2019–2025 гг.) по ст. 145 и 389 УК вынесено 0 приговоров, по ст. 126 — 1 приговор, по ст. 110 («Истязание») — всего 11 приговоров.
Эти данные взяты из материалов Альтернативного Доклада для КЛДЖ фонда #НеМолчиKZ
Статистика полностью проверена, выписана из КПСУ на сайте https://qamqor.gov.kz/crimestat/statistics
Что нужно делать, чтобы полиция могла полноценно расследовать такие дела, наши рекомендации:
Ввести в УК РК самостоятельные составы преступлений: «Психологическое насилие», «Экономическое насилие» и «Фемицид».
Закрепить в УПК РК процессуальный стандарт оценки и учета Фемицида.
Обеспечить обязательный аудит смертей, ввести процедуру обязательного независимого расследования всех случаев суицида женщин, имеющих в анамнезе обращения в полицию, кризисные центры или вынесенные защитные предписания.
Пересмотреть методологии ст. 105 УК РК, изменить процессуальные стандарты доказывания по ст. 105 УК РК, обязав следствие и суды оценивать психологическое и экономическое насилие как прямой способ доведения до самоубийства.
Какие шансы раскрыть это дело и наказать виновного?
Согласно статистике КПСУ всего 1,29%
Именно столько дел дошло до приговора суда за последние семь лет из зарегистрированных уголовных дел по статье 105 УК РК, где потерпевшими были женщины.
В Казахстане на системной основе уводят от наказания домашних тиранов, как это происходит, поясню на цифрах.
Первое, это отсутствие учета фемицида:
В законодательстве отсутствует понятие «фемицид».
По данным КПСУ за 7 лет (2019–2025 гг.) в Казахстане убиты 955 женщин (в среднем 136 в год), 1 538 получили тяжкие увечья (329 из них скончались от травм). Из 137 убийств в 2025 году только 22 квалифицированы как убийства в СБН (семейно-бытовое насилие); судьба остальных государством не отслеживается или намеренно не уточняется. Как и при каких обстоятельствах произошли убийства женщин нигде на написано.
930 заявлений за семь лет по статье 105 УК РК, где потерпевшие женщины, также не комментируются государством.
В общей сложности за семь лет убито и доведено до смерти 2214 женщин, то есть в среднем 316 в год!
Что касается суицидов, то здесь очевиден системный саботаж расследований по статье 105 УК РК. Государство фактический отказывается от уголовного преследования за доведение женщин до самоубийства, в том числе в контексте семейно-бытового насилия.
Вот как выглядит статистика нерасследования (2019–2025 гг.):
Из 930 официально зарегистрированных заявлений по ст. 105 УК РК («Доведение до суицида»), где потерпевшими являлись женщины, до обвинительного приговора суда первой инстанции по всей стране дошли всего 12 дел (1,29%).
Из этих 12 приговоров лишь 4 вынесены по преступлениям в семейно-бытовой сфере.
Досудебные органы прекращают 98,7% всех производств о суицидах женщин, а в семейно-бытовом контексте ответственность агрессоров сводится к абсолютную нулю.
Органы следствия системно закрывают дела после формальных посмертных экспертиз, отказываясь давать правовую оценку многолетнему домашнему террору, предшествовавшему гибели женщин. Доведение до суицида в семье служит каналом скрытого фемицида, полностью выведенным из-под уголовной ответственности. И мы допускаем, что таким образом, в некоторых случаях укрываются умышленные убийства женщин.
Почему это происходит?
В УК РК отсутствуют самостоятельные составы за психологическое и экономическое насилие. Ссылки Правительства в Докладе CEDAW на альтернативные статьи УК РК 110, 126, 131, 145, 389 неработоспособны и неубедительны:
за 7 лет (2019–2025 гг.) по ст. 145 и 389 УК вынесено 0 приговоров, по ст. 126 — 1 приговор, по ст. 110 («Истязание») — всего 11 приговоров.
Эти данные взяты из материалов Альтернативного Доклада для КЛДЖ фонда #НеМолчиKZ
Статистика полностью проверена, выписана из КПСУ на сайте https://qamqor.gov.kz/crimestat/statistics
Что нужно делать, чтобы полиция могла полноценно расследовать такие дела, наши рекомендации:
Ввести в УК РК самостоятельные составы преступлений: «Психологическое насилие», «Экономическое насилие» и «Фемицид».
Закрепить в УПК РК процессуальный стандарт оценки и учета Фемицида.
Обеспечить обязательный аудит смертей, ввести процедуру обязательного независимого расследования всех случаев суицида женщин, имеющих в анамнезе обращения в полицию, кризисные центры или вынесенные защитные предписания.
Пересмотреть методологии ст. 105 УК РК, изменить процессуальные стандарты доказывания по ст. 105 УК РК, обязав следствие и суды оценивать психологическое и экономическое насилие как прямой способ доведения до самоубийства.
❤19
Снова много вопросов к прокуратуре @qonaev_prokuratura и полиции @konaev__police . Вопросы есть и к акимату города Конаев @qonaev_akimdigi и к отделу образования.
Правильно ли то, что владелец спортзала и тренер находится под официальным следствием по громкому делу и продолжает работать с детьми? Запросите информацию, проверьте и примите решение.
То, что тренер на свободе — это упущение и ангажированность прокуратуры. А куда смотрят остальные? Омбудсмен, акимат, отдел образования, спортивные ассоциации?
Далее: постановление суда вернуть дело следствию вышло в мае. Сейчас август. Спустя три месяца вы собираетесь рассматривать: вернуть дело на переквалификацию или неи?
Все факты и сроки, что мы сейчас мы перечисляем — это откровенная волокита. Суд, прокуратура и следствие изводят потерпевшую сторону, чтобы они опустили руки, и дело как-нибудь забылось.
Но когда обвинение касалось беременной женщины: закрыли сразу, не спросили, не допросили, не учли интересы детей, стремительно составили акт, и уже через месяц начался суд, а через два месяца торопились вынести приговор и отправить её в тюрьму. Трудно не замечать такую избирательность.
Просим суд рассмотреть все обстоятельства, показания, а особенно эпизоды с «весогонкой» и вывода препарата для наркоза и небулайзеров из вещественных доказательств. Будет ждать решения и активно следить за процессом.
@police_almobl
@almaty_obl_prok
@prokuratura.govkz
@qonaev_prokuratura
@konaev__police
@kopd_mp_rk
Правильно ли то, что владелец спортзала и тренер находится под официальным следствием по громкому делу и продолжает работать с детьми? Запросите информацию, проверьте и примите решение.
То, что тренер на свободе — это упущение и ангажированность прокуратуры. А куда смотрят остальные? Омбудсмен, акимат, отдел образования, спортивные ассоциации?
Далее: постановление суда вернуть дело следствию вышло в мае. Сейчас август. Спустя три месяца вы собираетесь рассматривать: вернуть дело на переквалификацию или неи?
Все факты и сроки, что мы сейчас мы перечисляем — это откровенная волокита. Суд, прокуратура и следствие изводят потерпевшую сторону, чтобы они опустили руки, и дело как-нибудь забылось.
Но когда обвинение касалось беременной женщины: закрыли сразу, не спросили, не допросили, не учли интересы детей, стремительно составили акт, и уже через месяц начался суд, а через два месяца торопились вынести приговор и отправить её в тюрьму. Трудно не замечать такую избирательность.
Просим суд рассмотреть все обстоятельства, показания, а особенно эпизоды с «весогонкой» и вывода препарата для наркоза и небулайзеров из вещественных доказательств. Будет ждать решения и активно следить за процессом.
@police_almobl
@almaty_obl_prok
@prokuratura.govkz
@qonaev_prokuratura
@konaev__police
@kopd_mp_rk
🤬4😱1👀1