Вместе с библиотекой Точка мы набираем второй курс лаборатории письма «TEL:L».

Эта мастерская для тех, кто:

1) никогда или редко писал_а на родном языке, но очень хочет начать
2) хочет попробовать многоязычное письмо, как отражение своей истории и опыта
3) исследует или хочет исследовать темы памяти, семьи, родной культуры и языка через поэзию и прозу

Когда: с 05.10 по четвергам в 18:30 и финальный перформанс 15.12 в Панда Платформе

Где: Библиотека Totschka, Kyffhäuserstraße 23, 10781 Berlin или у меня дома в Friedrichshain, можно online

Как записаться: на имейл info@totschka-berlin.de с темой napishi

Вести мастерскую буду я, Динара Расулева, которая, несмотря на родной татарский язык, писала всю жизнь на русском и не так давно начала проект #lostlingual, исследующий замещение родного языка другими, используя социальную и семейную память, находя в процессе новые формы и смыслы письма, и переприсваивая родной язык и культуру. Подробнее: https://www.instagram.com/p/Cx40_p4rx6Z/?igshid=MzRlODBiNWFlZA==

Начала поэтический проект-исследование памяти. Триггером стало, что забыла о дне рождении близкой подруги.

Вот часть, которая случилась сегодня нечаянно и называется

слишком много всего просится в стихи

(сначала случайно удалила полностью. написала заново.
потом поняла, что он сохранен в админке. теперь есть два неодинаковых похожих текста – оригинальный и воспроизведенный. вот они:
)

Очень нервничала до и после интервью у Дудя, оно долго не выходило.
Нервничала, что покажут пыль на полках, или как выгляжу, или что сказала, или как смонтируют, или когда прокуратура начнет расследование. Хотя, конечно, там фокус на Айгель, а мы пару минут, но все равно волнительно.
После выхода смотреть не стала, конечно, и комменты не читаю, но облегчение пришло.
Узнала от подруг, что он вырезал важные слова о законах и с цифрами и статистикой — как последовательно и мощно падает количество говорящих на татарском — и может быть, если бы это не вырезали, меньше было бы реакций «никакой проблемы нет, не надо нам диктовать из Берлина, что у нас не так», при том, что из 7 миллионов татар только пять живут на территории России, а говорю я только о своём опыте.
Я говорю о том, как стыдно было в детстве говорить на татарском, и этот стыд прививался не из семьи — в семье наоборот настаивали, чтобы я говорила по татарски — а существовал в дискурсе, в пространстве, дихотомия «колхозного деревенского» и «интеллигентного городского» языка — так, что когда я начала писать стихи и повести в 7-8 лет я даже не задумалась, на каком языке писать — было очевидно, что выбора нет, язык для этого только один — русский.
Я слышала, что некоторые татары и татарки недовольны моим рассказом и считают, что каждая сама ответственна за сохранение своего языка у себя и своих детей. Но мои родители и әби говорили со мной на татарском, как же вышло, что я как только пошла в школу (в садик я не ходила) стала им отвечать на русском при одноклассницах, потому что мне было стыдно при русских произносить татарские слова?
Написала об этом и о проекте Lostlingual эссе для шведского ПЕНа, написалось почему-то на английском, будто на русском говорить об этом все ещё сложно. А на татарском сказать об этом в 3000 знаках я все ещё не могу.
Еще, кажется, Дудь не использовал слово «поэт_ка», которым я попросила себя назвать (он спрашивал кого как представить), и назвал меня поэтессой. Перепроверять не буду. Рада, что Буря с Мурей вошли в кадр, а также украинская тарелочка «fuck the patriarchy“.

Я забываю. У меня нет базы теоретических знаний, особенно поэтических – те знания, что были получены или получаются в течение жизни, постоянно непрерывно уходят в небытие, исчезают из памяти. Но иногда остаются в подсознании неописуемыми, но понимаемыми.
Поэтому пишу и делаю многие вещи интуитивно и иногда потом нахожу термины тому, что я описывала на лабораториях своими словами (из последнего: деколониальный эстезис Тлостановой, отрицание закрытости Лин Хеджинян).


И проект lostingual я начинала без понимания и знания, что поэтические эксперименты уже проводились.
Из-за психических и нейро-особенностей мне трудно опираться на внешнее и найти интерес в изучении того, что я собираюсь сделать сама. Поэтому я просто делаю.

Думаю, у этого есть и плюсы и минусы. Люди, подкованные знаниями о множестве разнообразия существования предыдущих опытов, могут вдохновляться и брать все, что хотят, в свои тексты и работы. Но у тех, у кого нет перед глазами множества, может получиться что-то unbiased, наивное, свежее и удивительное.

Вероятно, что имея теоретические знания об исследовательской поэзии через эксперименты, но без большого внутреннего напора, который годами разрастался на пути к lostlingual, этот вид поэтики мог меня не заинтересовать, а lostlingual мог не родиться, потому что я не смогла бы его "придумать", а в придумывании для меня особое удовольствие. То есть незнание для меня – это возможность придумывать.

Я забываю. О днях рождения и смерти родителей и әбики. Близких подруг. Забываю лица. Голоса. Почти не помню детства, студенчества, почти не помню жизни в Казани. Почти не помню, что было семь, пять лет, даже год назад. Часто люди говорят мне, что им неловко со мной знакомиться, потому что мы знакомились уже неоднократно. Возможно, причина такой плохой памяти в травме – физической или психологической.
Параллельно с продолжающимся lostlingual (где память и забывание также являются центром) я буду исследовать свою память через поэзию. Один из текстов вы видели выше.

Вытаскивание воспоминаний на разных языках в зависимости от того, с каким языком связано воспоминание. Пробелы. Подсвечивание и исследование пробелов и незнания о себе и о своем прошлом.

Начинается с интерактивной поэмы – вот ее первая часть

Memory is a foam
in the pillow under my head that i always forget to take to my flights
Memory is always gone gone gone
Хәтерләмим
мин
Онытам онытам онытам
Она там она там она там где-то в глубинах памяти
улыбается или плачет но нет видео нет аудио
И дыхания не хватает доплыть до этих глубин
И вино из воды превращается в чувство вины
Нейронные связи ходят по кругу замкнутому как в настольной игре когда выпадает восемь
Память носит в себе очень немного
Она там она там она там где-то
Онытам онытам онытам – ее там нет

Memory is a game that sometimes gives you hints of random flashbacks
:to dig into plastilin flashback jump to one TW child abuse
:to dig into masturbation flashback jump to zwei TW sex shaming
:to dig into dacha flashback jump to өч
:to dig into comic book flashback jump to четыре TW cancer child death

one
zwei
өч
четыре
five
шерсть

мы писали, мы писали, много транслингвальной поэзии и прозы написали, если вы в Берлине, приходите 15.12 на второй выпуск лаборатории TEL:L (родившейся из проекта lostlingual) по письму на забытых и украденных родных языках:

татарском
саха
бурятском
чувашском
украинском
беларуском
идиш
иврите
эстонском
и др


Подробности и участни_цы:
https://www.instagram.com/p/C0UiShpLyO_/?igshid=N2ViNmM2MDRjNw==

Тот самый разговор для подкаста Марселя, когда я думала, что не смогу так долго говорить на татарском, и мы перейдём на другой язык. Но мы проговорили полтора часа, и после я не могла остановиться думать на татарском ✨

"Мой татарский — неидеальный, но он имеет право быть услышанным". Как поэтесса Динара Расулева возвращает родной язык

Поэтесса Динара Расулева большую часть жизни писала стихи на русском языке. После отъезда из Татарстана и эмиграции в Берлин в 2014 году она всё чаще начала задумываться о своей национальной идентичности и предприняла первые попытки возвращения родного языка. Сейчас Динара пишет стихи на татарском и многоязычные произведения в рамках поэтического исследования lostlingual, пишет тексты для совместного с Allapopp музыкального электронного проекта TATAR KYZ:LAR и чаще использует язык в жизни.

"Idel.Реалии" поговорили с Расулевой о лучших проектах и практиках сохранения татарского языка, о влиянии на него войны в Украине и о том, может ли искусство спасти национальную культуру.

"Я помню, как Марсэль Ганеев позвал меня на свой подкаст Tatar Identity. Это подкаст на татарском, но Марсэль сказал, что при необходимости мы можем перейти на русский или английский. Я была уверена, что так и будет, что моего татарского не хватит. Но так получилось, что мы полтора часа проговорили на татарском безостановочно. Конечно, я замещала некоторые забытые слова на более простые или слова на другом языке, и потом еще несколько дней они вспоминались, всплывали у меня в голове.

Мы попрощались, и я поехала на встречу на велосипеде. И у меня мысли переключились на татарский — наверное, впервые с детства! Было ощущение, что я существую в каком-то параллельном мире, в другой реальности — настолько, что я боялась попасть в аварию и ехала особенно осторожно".

— Насколько сложно полностью с нуля выучить татарский?

— Мне кажется, тут важно понимать, о ком речь. Разные подходы для татар, у которых с детства есть какие-то воспоминания и корни, и для тех, кому татарский — иностранный язык. Те, у кого есть связь с языком через детство, через колыбельные, сказки, считалочки, — могут много писать, читать, слушать и постепенно возвращать язык через простые практики. Это именно то, что делаю я: если я буду учить татарский целенаправленно, получается, это ставит меня в положение "иностранца". Поэтому я его не учу, а возвращаю.

Подробнее читайте:

🔸На сайте
🔸По зеркальной ссылке

Кстати, изучать татарский язык можно в Telegram-канале "Әйдә! Online". Недавно коллеги рассказали историю Дины, живущей в Берлине, которая поделилась своим стремлением вернуться к изучению родного языка.

@idelrealii

Поговорила с татар(стан)ским СМИ, запрещенным в Татарстане

Пишу сейчас большой текст, выбрала язык русский 90% с татарским 10%. Оказалось сложнее, чем роман на английском, который я писала 2 с половиной года с 2020 до 2022. Собственно поэтому тогда я и выбрала английский, и со всеми этими сложностями столкнулась. оказалось очень сложно рефлексировать на тему отношений с родителями в детстве, потому что невыносимое чувство вины выставлять их как монстров (которыми они не были), и один раз от чувства вины я даже приписала в конце такого эпизода "но папа меня очень любил как и я его" 😅 описывать процессы смертей и прощания тоже сложно, но не так, просто рыдаешь и пишешь. а тут приходилось делать паузы: уходить от текста на несколько дней. чтоб как-то оградиться и суметь писать без чувства вины, я придумала огранку, в которой текст теряет реалистичность. Первую неделю все шло хорошо, я написала 12 страниц, а теперь стало опять плохо. Дала почитать коллеге и получила фидбек, что слабо связаны между собой реальная и нереальная части. Это я сначала писала две недели реальную, а потом неделю нереальную. Но подумав, поняла, что даже если писать параллельно, то нереально сложно их связать, и дальше будет сложнее. Тепер руки опустились вообще. При этом текст на англ из-за того, что писался раз в неделю-три, не имеет для меня цельности, и я думала, что в этом ее получается сохранить. Таня Замировская вчера сказала, что читала тот английский роман, и он ей нравился (я делала рассылку в имейлы). Но с ним я уже распрощалась, как с каким-то черновиком. В общем, была три недели фаза подъема, а теперь ощущение, что брошу текст прямо сейчас из-за сложности впереди, непонятно с которой справлюсь ли.

Тут по-шведски (и по-английски) можно почитать мои перевода из Мяса и эссе Динары Расулевой в татарско-деколониальном выпуске журнала PEN/Opp. Спасибо Динаре за то, что решила включить мою поэзиию в этот выпуск. А вообще так удивительно, кто-то сегодня в Швеции узнанет, что такое өчпочмак

Вместе с Микаелем Нюдаль и Галей Рымбу делаем серию публикаций: эссе/поэзии/прозы коренных народов в переводах на шведский и английский. Оригиналы тоже можно будет почитать там же. В первом выпуске вступительное редакторское слово, написанное Микаелем на основе наших с ним и Галей размышлений, мое эссе про потерю языка и поэма Эльвины Валиевой мясо.

ПАСПОРТ

Овцы лежат
Мухи жужжат
Я постоянно считаю дни
Чтобы они
Всегда были сочтены
Москиты кружат
Не видно ежат
Мир в махровый листочек душицы сжат
Я каждое утро считаю дни
каждый вечер считаю дни
мы одни в середине леса,
Мы одни
Без үзебез
Үзебездән йөгерәбез
Чабабыз
Качабыз
Кайчан боз
Йөрәктә өрәсе
Әнисе, әнине әти атаган иде,
Килә мунча иясе
Чистарта кеше келкесен
Чип-чиста буласың
Мәтрүшкәле чәй очәсең ме?
Кызым
Гомерең озынрак булсын
От папы осталось в паспорте отчество, на фотографии у фонтана — усы,
Улыбка и загорелые руки.
Поэзия лезет от скуки
Любовь — от нестерпимости одиночества
В немецком паспорте у меня не будет ни отчества ни отечества
Ни звука
Только мухи жужжат
как трансформаторная будка
Во дворе на Габишева
вОда считает до ста
Я бегаю вокруг трансформаторной будки
И не нахожу себе места
Московские прятки это прятаться в Германии от Москвы
После допроса обыска химии и ареста.
Бегаю вокруг трансформирующейся себя, наблюдая как орёл-горыныч ест его
Печень
И без печени тело наконец очеловечивается

вОда считает до ста
Уже девяносто два
Без печени в животе размером с небольшого бога дыра
Девяносто четыре
В эту дыру я и спрячу
Себя настоящую
Девяносто девять
Спрячу, буду лелеять, так справимся
И вдруг
Счет не прекращается
Восемь, четырнадцать, двадцать два
Тысяча пятьсот пятьдесят два
1921
1937
Я сжалась в дыре от печени телом всем
тут тепло и едва
Слышно этот счёт
Я останусь тут и никто не умрет
Спрячусь тут и не увижу крови
Московские прятки это прятаться от Московии
От бомбежек войны изнасилований убийств от
Украденного языка ксенофобии от расизма
От украденной неслучившейся себя
От стыда говорить на чужом языке с акцентом
От боли от застрявшего языка в горле
От невозможности вернуться домой потому что дом разбомблен
и оккупирован московской интеллигентной семьей

Какой была семья моей даваники пока у них все не отняли пока ее не украли замуж пока им не пришлось бежать из Москвы в Казахстан потому что Россия для русских

Будка трансформирует электричество
В кашу, которую кушают духи
Тех, что всегда со мной
Жужжит
Жужжит
Я прячусь в дыре в своем животе, кормлю своих духов и считаю дни

Приходите в эту пятницу в 20:00 в Panda Platforma послушать экспериментальный электронный панк idm габбер на татарском (и не только). Мы познакомились с Аллой в 2010 в Казани, десять лет ничего не знали друг о друге, в 2020 встретились на митинге в Берлине, и слились в TATAR KYZ:LAR.

Вышел мой абсурдистский роман на русско-татарском (с переводами) — очень довольна, очень рекомендую 🫀🧿