Несколько лет назад читала нон-фикшн «В саду чудовищ» — про то, как жили люди в гитлеровском Берлине 1930-х. Так как повествование выстроено вокруг американского посла и его семьи, текст больше про политику и социум, но иногда промелькивает интересное про город. Например, как одна из героинь ходит на Потсдамер-плац смотреть на первый светофор — его установили только в 1924-м, причем не на столбе, а на целой башне-ротонде по проекту архитектора Жана Кремера, и огни переключали вручную. В те годы светофоры в Европе почти не встречались — массово их установили уже после Второй мировой.

Так как механизм был диковинкой, с ним даже выпускали открытки, но в 1937-м его демонтировали для строительства с-бана. К 2000-м Потсдамскую площадь заново застроили после сноса Берлинской стены и установили реплику.

В конце XVI века в Риме в типографии Медичи напечатали Евангелие на арабском. Изготовили его для христиан Востока, чтобы донести писание на их языке, но в самой католической Европе к арабскому относились по-разному. За пару десятилетий до того испанский король Филипп II запретил говорить и писать на нем, хотя на Иберийском полуострове язык использовали больше восьми веков (если вы, как и я, учили испанский, то обращали внимание на обилие арабизмов).

При этом архитектура от арабского влияния избавлялась куда медленнее: когда христиане только отвоевывали эти земли, строительную и декоративную технику не меняли — подозреваю, больно хороша она для специфического климата — и потом колокольни церквей еще долго походили на минареты; так сложился стиль мудехар. И даже когда морисков, потомков мусульман, окончательно изгнали в 1609-м, плотники и каменщики продолжали работать по их технологиям, а мудехар перекочевал с колонистами в Америку.

В Москву арабское влияние попало в другом виде, через цифры. В 1703 году Леонтий Магницкий выпустил «Арифметику», учебник для Навигацкой школы, и записал в ней числа арабскими цифрами рядом с привычной кириллической записью. Школа располагалась в легендарной Сухаревой башне, снесенной в 1934 году, когда расширяли движение по Садовому кольцу.

Интересно, что и Евангелие, и «Арифметика» в итоге встретились в Москве: сегодня их выставляют на торгах «Литфонда» вместе со вторым изданием «Диалога о двух главнейших системах мира» Галилея и другими редкими книгами.

The Backrooms (2026) / Kane Parsons
Control Resonant (2026) / Remedy Entertainment

Быть трикстером в архитектуре сложно, но некоторым удавалось. Пока в Европе 1968-го шли протесты, в Сан-Франциско и Хьюстоне основали «Муравьиную ферму» (Ant Farm) — радикальную группу дизайнеров, философов, киношников, художников и архитекторов во главе с Чипом Лордом и Дугом Майклсом. Название родилось, когда их сравнили с подпольным движением, похожим на пластиковые муравьиные фермы, популярные в США 1950-х.

Следующее десятилетие они создавали экспериментальную архитектуру в сочетании с перформансами и сатирой на общество потребления и «американскую мечту» — была у них даже собственная партизанская радиостанция. «Муравьи» много работали с надувными конструкциями: во-первых, это дешево, а во-вторых, ставит под сомнение стандартные методы строительства — здесь тебе ни постоянной формы, ни прочности. Их техасский жилой «Дом века» (House of the Century, 1972) на озере Моджо тоже похож на надувной, но на самом деле из монолитного железобетона. Проектировали его совместно с Ричардом Йостом (пятое фото). Форму заимствовали у кузова автомобиля Ford и аллигатора, добавив фаллические аллегории; немножко ар-деко, немножко ретрофутуризма и биоморфизма, немножко секса-наркотиков-рок-н-ролла. Мне все это конечно напоминает лебедя из шин. Смешно, что при такой многообещающей внешности топили его дровами в открытом камине, и интерьеры неожиданно домашние, из обтекаемого лакированного дерева и яркого пластика. Наружу смотрят окна из плексигласа, похожие на огромные глаза на выкате.

В 1980-е здание пострадало от наводнения и восстанвливать его не стали; эпоха хулиганства кончилась (сдулась). Но Йост успел задокументировать дом на видео, оно неплохо передает дух тех лет. Кстати, через 40 лет ролик включили в постоянную коллекцию МоМА.

В Шотландии можно арендовать на короткий срок квартиру в городке Уигтаун и получить ключи от книжного The Open Book внизу. На время аренды жильцы сами определяют часы работы, меняют оформление витрин и общаются с покупателями.

Я в последние годы много читаю про сверхтуризм (и, чего уж там, вижу его плоды в Европе) и все меньше люблю Airbnb. Но тут, кажется, получилось выработать достаточно устойчивую модель, которая заодно поддерживает и популяризирует малый бизнес. Обычно домик забронирован на месяцы вперед.

А поскольку формат пришелся по вкусу, в Великобритании создали еще несколько похожих вариантов: Read and Rabbit в Лофтусе, где по условиям нужно стоять за прилавком минимум три часа в четверг и субботу, и The Book Nook в Уинчкомбе — здесь работать не нужно, но у жильца есть неограниченный доступ к книгам из лавки.