Проект, от которого у многих подгорело (простите за тупой каламбур, простите). В Валенсии на прошлой неделе отмечали Фальяс — праздник огня (от латинского fax — «факел»). Истоки традиции восходят к плотникам, которые по весне сжигали деревянный хлам, и к карнавалам, которые проходят в феврале-марте по всей Европе.
Главные атрибуты и символы Фальяса — гигантские фигуры; их ставят в каждом квартале и сжигают в последний день празднеств. В этот раз местная художественная группа PichiAvo соорудила инсталляцию «Per Ofrenar» («В дар»). Как они объясняют, «мы хотели создать пространство, специально предназначенное для этого, место, куда люди могли бы физически войти и оставить подношение божествам».
У павильона были деревянные крыша и цоколь, а для капителей и оснований колонн использовали переработанную бумагу. Внутри соорудили «алтарь» из кип бумаги и свечей. В течение пяти дней посетители фестиваля писали на стенах свои мысли и пожелания или просто разрисовывали их граффити. Затем постройку сожгли.
Все бы ничего, но проект отталкивался от конкретной исторической классики — афинского храма Ники Аптерос на Акрополе. PichiAvo заявили об этом напрямую и предсказуемо получили по мозгам от консервативной части аудитории. Помню, когда в 2019-м сжигали «готический храм» в Никола-Ленивце, тоже многие возмущались — хотя там вообще не шла речь о конкретных референсах. Да и объекты всемирного наследия полыхали не так часто, как сейчас
Главные атрибуты и символы Фальяса — гигантские фигуры; их ставят в каждом квартале и сжигают в последний день празднеств. В этот раз местная художественная группа PichiAvo соорудила инсталляцию «Per Ofrenar» («В дар»). Как они объясняют, «мы хотели создать пространство, специально предназначенное для этого, место, куда люди могли бы физически войти и оставить подношение божествам».
У павильона были деревянные крыша и цоколь, а для капителей и оснований колонн использовали переработанную бумагу. Внутри соорудили «алтарь» из кип бумаги и свечей. В течение пяти дней посетители фестиваля писали на стенах свои мысли и пожелания или просто разрисовывали их граффити. Затем постройку сожгли.
Все бы ничего, но проект отталкивался от конкретной исторической классики — афинского храма Ники Аптерос на Акрополе. PichiAvo заявили об этом напрямую и предсказуемо получили по мозгам от консервативной части аудитории. Помню, когда в 2019-м сжигали «готический храм» в Никола-Ленивце, тоже многие возмущались — хотя там вообще не шла речь о конкретных референсах. Да и объекты всемирного наследия полыхали не так часто, как сейчас
❤116
Сейчас много шутят, что мы застали собственные «ревущие 20-е», а я вам сейчас покажу еще одно тому подтверждение: для дирижаблей снова строят ангары! Правда, если раньше основным материалом для таких конструкций был металл, то сейчас — дерево. Связано это не только с большей экологичностью, но и с тем, что теперь это решение считается пожаробезопасным: век назад аэростаты накачивали легковоспламеняющимся водородом, а сейчас инертным газом гелием.
В ангаре на фото постоянно хранится 58-метровый дирижабль «Тео» (Luftschiff Theo); сейчас он выведен из эксплуатации и, вероятно, больше не взлетит, но в летние месяцы можно полетать на его преемнике, «Хьюго».
Архитекторы и инженеры Smyk Fischer Architekten PartG mbB, Ripkens, Wiesenkämper Beratende и Ingenieure PartGmbB. Мюльхайм, Северный Рейн-Вестфалия, 2023
В ангаре на фото постоянно хранится 58-метровый дирижабль «Тео» (Luftschiff Theo); сейчас он выведен из эксплуатации и, вероятно, больше не взлетит, но в летние месяцы можно полетать на его преемнике, «Хьюго».
Архитекторы и инженеры Smyk Fischer Architekten PartG mbB, Ripkens, Wiesenkämper Beratende и Ingenieure PartGmbB. Мюльхайм, Северный Рейн-Вестфалия, 2023
❤141
Одна из причин, почему Fallingwater House Фрэнка Ллойда Райта до сих пор очаровывает — его железобетонные консоли над ручьем Беар-Ран. С определенных ракурсов кажется, что они парят над водой.
Тогда, в 1930-е, инженеры и строители практически впервые работали с такой задачей. Справились не идеально: после снятия опалубки консоль первого этажа провисла на 1,75 дюйма (44.45 мм), а из-за влаги и вибраций от водопада конструкции со временем износились настолько, что на рубеже XX-XXI столетий пришлось установить подпорки и капитально реставрировать их. Причем прогиб нижней консоли так и не устранили: инженерная компания Robert Silman Associates укрепила ее, но отметила, что «это провисание — часть истории здания». Существует даже радикальное мнение, что, подобно Пизанской башне, «Дом над водопадом» стал уникальным именно благодаря, а не вопреки своим структурным недостаткам.
Тогда, в 1930-е, инженеры и строители практически впервые работали с такой задачей. Справились не идеально: после снятия опалубки консоль первого этажа провисла на 1,75 дюйма (44.45 мм), а из-за влаги и вибраций от водопада конструкции со временем износились настолько, что на рубеже XX-XXI столетий пришлось установить подпорки и капитально реставрировать их. Причем прогиб нижней консоли так и не устранили: инженерная компания Robert Silman Associates укрепила ее, но отметила, что «это провисание — часть истории здания». Существует даже радикальное мнение, что, подобно Пизанской башне, «Дом над водопадом» стал уникальным именно благодаря, а не вопреки своим структурным недостаткам.
❤92
По истории выше хорошо видно, насколько далеко продвинулись технологии за прошедший век. Теперь консольные конструкции есть во многих современных домах, и это выполнимый, пусть и амбициозный . СТМК в одном из своих сложнейших проектов подвесили на фасад «баннер» весом более 100 тонн на всего 5 точек крепления. Решение требовало ювелирной точности, расчета нагрузок и безупречного качества монолитных работ. Как им этом удалось — видно в ролике, который приекрепили к этому посту
❤52
В прошлом году в Париже открыли La bibliothèque de la Cité de l’architecture — библиотеку современной архитектуры c 56 тысячами книг. Читальный зал расположили под сводом с репродукциями фресок из аббатства Сен-Савен, «романской Сикстинской капеллы», как этот монастырь иногда называют.
Библиотеке присвоили имя Жана-Луи Коэна, одного из крупнейших французских исследователей и теоретиков архитектуры XX века. У Коэна есть минимум две работы, которые стоит прочитать каждому, кто интересуется темой: "Architecture in Uniform" про теснейшие связи архитектуры с технологиями, образом жизни и массовой культурой во время Второй мировой; и более узкоспециальную "Building a new New World: Amerikanizm in Russian Architecture" к одноименной выставке 2019 года о том, как советские архитекторы черпали в США идеи несмотря на официальное противопоставление буржуазному дискурсу.
Библиотеке присвоили имя Жана-Луи Коэна, одного из крупнейших французских исследователей и теоретиков архитектуры XX века. У Коэна есть минимум две работы, которые стоит прочитать каждому, кто интересуется темой: "Architecture in Uniform" про теснейшие связи архитектуры с технологиями, образом жизни и массовой культурой во время Второй мировой; и более узкоспециальную "Building a new New World: Amerikanizm in Russian Architecture" к одноименной выставке 2019 года о том, как советские архитекторы черпали в США идеи несмотря на официальное противопоставление буржуазному дискурсу.
❤98
Как вы понимаете, такое место в честь плохого специалиста не назовут, но на русский его лучшие работы не переведены. Зато большинство есть на английском. Чтобы свободно читать его книги и других архитектурных авторов, приходите к Дарико— она вела английский для архитекторов в МАРШ и ведущих бюро масштаба Wowhaus и Brodsky, а сейчас набирает мини-группу — старт уже на этой неделе.
Помимо уверенного владения лексикой, в мини-группе вы научитесь:
✷ презентовать проект иностранному клиенту
✷ переписываться с производителями и подрядчиками
✷ обсуждать концепцию с зарубежной командой
✷ готовиться к собеседованию или обучению за границей
Чтобы понять свой уровень и запрос, забронируйте бесплатную консультацию — напишите напишите @darikotion «Хочу на консультацию!»
И обязательно подпишитесь на канал Arch & Design English ✷ Dariko— после него захотите присоединиться к профессиональному разговорному клубу, который Дарико также ведет для архитекторов.
Это партнерский материал
Помимо уверенного владения лексикой, в мини-группе вы научитесь:
✷ презентовать проект иностранному клиенту
✷ переписываться с производителями и подрядчиками
✷ обсуждать концепцию с зарубежной командой
✷ готовиться к собеседованию или обучению за границей
Чтобы понять свой уровень и запрос, забронируйте бесплатную консультацию — напишите напишите @darikotion «Хочу на консультацию!»
И обязательно подпишитесь на канал Arch & Design English ✷ Dariko— после него захотите присоединиться к профессиональному разговорному клубу, который Дарико также ведет для архитекторов.
Это партнерский материал
❤32
Приехала в Вену по работе, и на счастье мое свободное время выпало на редкие часы, когда открыта музей-квартира Маргарете Шютте-Лихоцки. Кто не знает, она автор «Франкфуртской кухни», первопредка современных кухонных гарнитуров. До Шютте-Лихоцки кухни обставляли отдельными разрозненными элементами, и даже в небольшой городской квартире домохозяйка могла проходить до нескольких километров в день, снуя между плитой, шкафами и разделочным столом, — и, соответственно, больше уставала. Маргарете это учла и рационализировала, когда присоединилась к мастерской Эрнста Мая и разрабатывала типовые дома для рабочих на окраинах Франкфурта-на-Майне (собственно, отсюда название гарнитура). Случилось это ровно сто лет назад — в 1926 году.
В 1930-е Май с группой немецких архитекторов поехал работать в СССР; Шютте-Лихоцки тоже была среди них — и привезла из Кыргызстана вышитое полотно сузани, которое до сих пор висит в ее квартире. Потом было еще много всего: она вступила в Сопротивление, выжила в концлагере, после войны жила в опале из-за коммунистических взглядов, а затем, ближе к концу 102-летней жизни, вновь обрела признание. Когда ей исполнилось 100, она пошутила: «Если бы я знала, что мне придется всю жизнь говорить об этой проклятой кухне, я бы никогда ее не построила!»
С 1970-х Шютте-Лихоцки жила в этой квартире. После ее смерти в 2000 году здесь поселилась ее подруга, историк искусств Ульрике Дженни, которой не стало во время пандемии. Затем квартиру музеефицировали, привели к изначальному облику и открыли для посещений. А на фасаде дома изобразили портрет Маргарете
В 1930-е Май с группой немецких архитекторов поехал работать в СССР; Шютте-Лихоцки тоже была среди них — и привезла из Кыргызстана вышитое полотно сузани, которое до сих пор висит в ее квартире. Потом было еще много всего: она вступила в Сопротивление, выжила в концлагере, после войны жила в опале из-за коммунистических взглядов, а затем, ближе к концу 102-летней жизни, вновь обрела признание. Когда ей исполнилось 100, она пошутила: «Если бы я знала, что мне придется всю жизнь говорить об этой проклятой кухне, я бы никогда ее не построила!»
С 1970-х Шютте-Лихоцки жила в этой квартире. После ее смерти в 2000 году здесь поселилась ее подруга, историк искусств Ульрике Дженни, которой не стало во время пандемии. Затем квартиру музеефицировали, привели к изначальному облику и открыли для посещений. А на фасаде дома изобразили портрет Маргарете
❤167