Хорошая какая история: в 1943-46 годы в Апостольском дворце Ватикана реставрировали фрески. И в одном из залов кто-то вплел в лиственный орнамент оконного проема фразу «Mortemussolini» — пожелание смерти Муссолини.
Неизвестно, нацарапали ее после казни диктатора 28 апреля 1945 года или до нее в качестве инвективы. Кто это сделал, тоже непонятно, но вроде как среди маляров был миланский еврей Улисс Финци, антифашист, тесно связанный с итальянским Сопротивлением, — он скрывался под вымышленным именем Марио Бьянки и реставрировал тот самый зал.
Так или иначе, надпись сохранили.
Неизвестно, нацарапали ее после казни диктатора 28 апреля 1945 года или до нее в качестве инвективы. Кто это сделал, тоже непонятно, но вроде как среди маляров был миланский еврей Улисс Финци, антифашист, тесно связанный с итальянским Сопротивлением, — он скрывался под вымышленным именем Марио Бьянки и реставрировал тот самый зал.
Так или иначе, надпись сохранили.
❤160
Босоногие танцовщицы репетируют в Небесном зале (Himmelssaal) дома «Атлантис» в Бремене. Автор — Бернард Хёгтер. Темные стеклоблоки синие, здание сохранилось — на втором фото его современный вид. Сейчас это часть бременского «Рэдиссона», сдают в аренду под всякие мероприятия.
Сама история «Атлантис» любопытная. Заказчик, промышленник Людвиг Розелиус (владелец Kaffee HAG, изобретатель кофе без кофеина) симпатизировал нацистам задолго до их прихода к власти и увлекался идеями нидерландского исследователя Германа Вирта. Тот в 1928 году опубликовал работу "Aufgang der Menschheit" («Восхождение человечества»), где, грубо говоря, доказывал, что скандинавы, а вместе с ними и немцы — потомки могучей расы атлантов.
Преисполнившись, Розелиус заказал своего рода храм-музей-лекторий несуществующей цивилизации у Хёгтера — ему тоже нравилась расистская теория об Атлантиде. Проект закончили к 1931 году. Первые два года в Небесном зале молодые люди практиковали экспрессионистские танцы. После 1933 года всякие вольности закончились и в здание переехал «музей изучения предков». Пресса тем временем клевала Хегтера и призывала перестроить или воообще разрушить здание. О ирония, ситуацию спас Альберт Шпеер: по его инициативе проект сохранили как «образец дегенеративного искусства» — в назидание потомкам.
Вирт стал соучредителем «Аненербе» — псевдонаучной организации, доказывавшей превосходство арийской расы. Хёгтера, несмотря на все приспособленчество, выгнали из НСДАП, а Розелиус не дожил до конца Второй мировой войны и не увидел, как «Атлантис» сгорел во время одной из бомбардировок союзников. Потом его восстановили — с некоторыми коррективами. Не стали воспроизводить гигантское деревянное колесо года с солнцеворотами и распятой фигурой — нордическим Христосом, отождествленным с Одином (иногда его также называют «арийским Иисусом»). До войны оно украшало главный фасад.
Первые фото из фб дорогой коллеги Анны Броновицкой
Сама история «Атлантис» любопытная. Заказчик, промышленник Людвиг Розелиус (владелец Kaffee HAG, изобретатель кофе без кофеина) симпатизировал нацистам задолго до их прихода к власти и увлекался идеями нидерландского исследователя Германа Вирта. Тот в 1928 году опубликовал работу "Aufgang der Menschheit" («Восхождение человечества»), где, грубо говоря, доказывал, что скандинавы, а вместе с ними и немцы — потомки могучей расы атлантов.
Преисполнившись, Розелиус заказал своего рода храм-музей-лекторий несуществующей цивилизации у Хёгтера — ему тоже нравилась расистская теория об Атлантиде. Проект закончили к 1931 году. Первые два года в Небесном зале молодые люди практиковали экспрессионистские танцы. После 1933 года всякие вольности закончились и в здание переехал «музей изучения предков». Пресса тем временем клевала Хегтера и призывала перестроить или воообще разрушить здание. О ирония, ситуацию спас Альберт Шпеер: по его инициативе проект сохранили как «образец дегенеративного искусства» — в назидание потомкам.
Вирт стал соучредителем «Аненербе» — псевдонаучной организации, доказывавшей превосходство арийской расы. Хёгтера, несмотря на все приспособленчество, выгнали из НСДАП, а Розелиус не дожил до конца Второй мировой войны и не увидел, как «Атлантис» сгорел во время одной из бомбардировок союзников. Потом его восстановили — с некоторыми коррективами. Не стали воспроизводить гигантское деревянное колесо года с солнцеворотами и распятой фигурой — нордическим Христосом, отождествленным с Одином (иногда его также называют «арийским Иисусом»). До войны оно украшало главный фасад.
Первые фото из фб дорогой коллеги Анны Броновицкой
❤89
(Пока лето) посмотрела список, для которого известных архитекторов и урбанистов попросили назвать лучшие архитектурные проекты, повлиявшие на развитие территорий за последние 5 лет. Что мне бросилось в глаза: во-первых, очень разный масштаб и тип заказчика: свежий и очень камерный Музей ОБЭРИУ в Петербурге, парк «Кудыкина гора» любимок из Megabudka, «МИРА центр» в Суздале, потом вдруг проект благоустройства — Советский проспект в Череповце.
Во-вторых, в Москве и области только треть проектов: среди них, например, «Веретьево» Александра Бродского, ДК «Рассвет» Meganom, спичевский «Зотов». Есть немножко Нижнего и Перми («Пакгаузы» и Пермская галерея, снова СПИЧ), Самара (фабрика-кухня и «Виктория» — о них я недавно писала в контексте Виталия Стадникова). И есть какие-то совсем неожиданные вещи вроде «Бетонных садов» в Острогожске и культурного центра «Башня» в Норильске.
Маленькое замечание на полях. Любопытно, что практически нет жилых зданий — все больше про культуру, отдых и пространства для мероприятий. Но это, мне кажется, не столько недостаток списка, сколько инертность современной жилой архитектуры и то, что у архитекторов здесь мало шансов на социальные эксперименты. И что ценно — много примеров ревитализации прома, что, как отмечают сами составители, особенно полезно в дискусси вокруг Электрозавода.
В целом перечень легко можно использовать для путешествий или выходных. Сделали в ЦСП «Платформа», называется «Современная архитектура как смысл, сообщение и символ». Пользуйтесь, пока хорошая погода
Во-вторых, в Москве и области только треть проектов: среди них, например, «Веретьево» Александра Бродского, ДК «Рассвет» Meganom, спичевский «Зотов». Есть немножко Нижнего и Перми («Пакгаузы» и Пермская галерея, снова СПИЧ), Самара (фабрика-кухня и «Виктория» — о них я недавно писала в контексте Виталия Стадникова). И есть какие-то совсем неожиданные вещи вроде «Бетонных садов» в Острогожске и культурного центра «Башня» в Норильске.
Маленькое замечание на полях. Любопытно, что практически нет жилых зданий — все больше про культуру, отдых и пространства для мероприятий. Но это, мне кажется, не столько недостаток списка, сколько инертность современной жилой архитектуры и то, что у архитекторов здесь мало шансов на социальные эксперименты. И что ценно — много примеров ревитализации прома, что, как отмечают сами составители, особенно полезно в дискусси вокруг Электрозавода.
В целом перечень легко можно использовать для путешествий или выходных. Сделали в ЦСП «Платформа», называется «Современная архитектура как смысл, сообщение и символ». Пользуйтесь, пока хорошая погода
❤69
Продолжаю про Восток. Фасады из стеклоблоков для люкса первыми придумали в Hermes — в 1998-м Ренцо Пьяно спроектировал залюбленный всеми «пенал» в токийской Гинзе. 13 000 полупрозрачных блоков, значительно превосходящих по размерам стандартные, обеспечили половину успеха; вторая половина — в вытянутой форме (56 метров в длину и всего 10 в ширину) и аккуратно закругленных углах с блоками меньшего размера. Все вместе, по замыслу Пьяно, должно напоминать традиционные японские ширмы и фонари из рисовой бумаги.
❤129
А вот это можно считать развитием темы: шоурум японо-канадского бренда Ports 1961 в Шанхае, 2015 год. Блоки тут двух типов: стандартные плоские 300×300 мм и трехмерные угловые в тех же пропорциях. Из них собрали скульптуру с навесом и затягивающим внутрь входом. Проект канадского архитектурного бюро UUfie
❤106