🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩

Этот поцелуй отдаленно напоминает о том, что произошло после клуба. Потому что тогда Гермиона тоже ощущала голод. Но в ту ночь он постегивался азартом. А теперь злостью. Яростью.

Это не нежный поцелуй. Это столкновение. Атака. Его губы обрушиваются на ее жестко, требовательно, без права на отказ. Пытаясь доказать свою правоту, которую Гермиона пытается отрицать, как может.

Малфой отпускает ее запястья, и его пальцы тут же зарываются в распущенные кудри, притягивая ближе и не давая возможности отвернуться. Его губы кажутся беспощадными, а напор просто сбивает с толку.

И все ощущалось бы мерзким, противным, если бы не одно «но». То самое «но», что сводило ее с ума. То самое «но», из-за которого Грейнджер и оказалась тут.

Гермиона замирает на долю секунды. В голове вспыхивает миллион мыслей.

Это неправильно.

Это катастрофа.

Это то, чего она боялась больше всего.

Нужно все срочно остановить!..

Но тело реагирует раньше разума. Оно помнит. Оно хочет.

Гермиона кусает Драко за губу. Сильно, до привкуса металла на языке и какого-то безумия в голове. Малфой издает глухой, гортанный звук. Не то стон, не то рык, но это не заставляет его отстраниться. Наоборот. Его хватка становится только жестче, а поцелуй — яростнее. Драко не позволяет ей оттолкнуть себя. Он просто берет то, что хочет.

Ладони Гермионы упираются ему в грудь. Где-то внутри еще кричит здравый смысл, который говорит о слишком многом. Например, что в кабинет могут войти. Более того, очень высока вероятность, что этим «кто-то» может стать и его жена. Жена, черт возьми!

Но впервые за несколько лет Гермиона не может взять под контроль собственное тело. Лишь долю секунды она упирается в грудь Малфоя, а затем просто сжимает пальцы, комкая ткань пиджака, и в этом жесте больше отчаяния, чем сопротивления.

И в этот момент Драко подхватывает ее под бедра.

Рывок.

Гермиона ахает, и этот вздох тонет в его рту, позволяя Малфою углубить поцелуй. Мир переворачивается, просто стираются грани реальности.

Гермиона в следующий миг оказывается сидящей на столе. Ноги сами раздвигаются, преодолевая сопротивление ткани юбки, пропуская Малфоя близко. Настолько близко, что это смешно. Опасно. Безумно.

Он встает вплотную. Большие ладони скользят по ее бедрам, задирая ткань и обнажая облаченные в чулки ноги. Ему хватает силы притянуть Гермиону на самый край деревянной поверхности и прижаться к ее промежности.

Твердым бугром, что оттягивает ткань его брюк.

Его язык скользит в ее рот, и Гермиона сдается. На секунду. Всего на одну секунду, но этого достаточно, чтобы Драко понял — она не оттолкнет. Не сейчас. Сейчас он действительно победил в этой схватке

Ее пальцы все еще сжимают лацканы пиджака. Дыхание сбилось. Сердце колотится где-то в горле. Грейнджер обхватывает его бедра ногами. Бесстыдно прижимаясь сильнее. Она чувствует, как сильные пальцы впиваются в ее кожу. Вроде бы и сдерживаясь, но показывая, что им тоже овладевает это безумие.

Она должна остановиться.

Должна сказать «нет».

Должна вспомнить, кто он и кто она.

Но вместо этого Гермиона прикусывает его нижнюю губу вновь, только уже мягче, и чуть подается бедрами навстречу, пока языком зализывает ту ранку, что сама и нанесла

Малфой вновь стонет и первый разрывает поцелуй. Отстраняется ровно на миллиметр. Так, чтобы можно было увидеть ее взгляд. Губы влажные, припухшие. На нижней — след от ее укуса. Он смотрит на нее сверху вниз, и в этом взгляде нет ни капли триумфа. Только голод.

— Значит, не убегаешь? — хрипло спрашивает он.

— Заткнись, — выдыхает она и сама притягивает его обратно.

#mikaray_госпожа_адвокат

🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦

Местная легенда

Экран ноутбука бросал холодный голубоватый свет на разбросанные по столу распечатки судебных прецедентов. На часах светилось 02:14. В комнате студенческого общежития пахло остывшим растворимым кофе, яблочным шампунем и сырым ветром, который поддувал сквозь приоткрытую оконную раму.

В углу экрана всплыло уведомление студенческого телеграм-канала «Подслушано: Юрфак».

Гермиона щелкнула по тачпаду. На размытом, зернистом снимке в свете желтого уличного фонаря темнел силуэт тяжелого черного мотоцикла, припаркованного впритирку к парапету университетской библиотеки. На баке, вытянув длинные ноги в тяжелых армейских ботинках, сидел парень в черной косухе с поднятым воротником. Платиновая челка падала на лоб, скрывая верхнюю часть лица, но резкую линию челюсти и дымящуюся в тонких пальцах сигарету невозможно было спутать ни с кем.

Подпись под фото гласила:

«02:00. Он снова там. Третий раз за неделю. Кто-нибудь вообще знает, на каком курсе учится этот психопат или он просто караулит чужие души? Администрация грозилась вызвать эвакуатор, но охранник просто обошел его по дуге».

В комментариях сыпались десятки предположений: от наследника игорного бизнеса до отчисленного за драку третьекурсника.

Телефон на столе сухо завибрировал на деревянной столешнице, отползая на четверть дюйма от края.

[Telegram // Личные сообщения]

Драко:

В комментариях к моей персоне какая-то второкурсница утверждает, что у меня судимость за контрабанду. Твой факультет деградирует с пугающей скоростью, Грейнджер.

Гермиона:

Ты припарковался прямо под знаком «Зона разгрузки служебного транспорта», Малфой. Знак выкрашен светоотражающей краской. Тебе выпишут штраф в сто двадцать фунтов.

Драко:

Знак перекрывала ветка каштана. Юридически протокол не имеет силы. И мне плевать на штраф.

Гермиона:

Почему ты не спишь в своей съемной квартире на Челси? Завтра в девять утра лекция по конституционному праву.

Драко:

В Челси нет круглосуточной пекарни с нормальной выпечкой. Скриншот из твоего паблика забавный. Какая-то идиотка написала, что я похож на наемного убийцу.

Гермиона:

Ты одеваешься как наемный убийца. И сидишь ночью на чужом транспорте с видом человека, презирающего человечество.

Драко:

Я презираю не человечество, а температуру за окном. Тут плюс четыре и сырость с Темзы. Если эта

местная легенда

простоит на ветру еще пять минут, у нее отвалятся пальцы, и на лекции некому будет оспаривать твои дурацкие тезисы о правах профсоюзов.

Гермиона:

О чем ты говоришь? Ты на парковке библиотеки.

Драко:

Выгляни в окно, заучка.

В тишине двора раздался глухой металлический скрежет.

Гермиона оттолкнулась от стола, босиком перешагнула через стопку книг на ковре и рывком распахнула белую створку. В лицо ударил порыв влажного октябрьского воздуха.

На железной площадке пожарной лестницы второго этажа, прямо напротив ее подоконника, стоял Драко.

Его темная кожаная куртка промокла на плечах от осевшей мороси, пальцы без перчаток покраснели от холода, а под глазами залегли резкие тени от бессонницы. В левой руке он держал помятый крафтовый пакет с жирным пятном от масла на дне, от которого на холодном ветру поднимался густой, одуряюще сладкий пар свежей выпечки и черники.

— Ты с ума сошел? — шепотом выдохнула Гермиона, сжимая пальцами влажный подоконник. Голос сорвался, пульс у горла забился часто и неровно. — Комендант делает обход в половине третьего! Если тебя заметят на лестнице женского крыла…

— Пакет горячий, Грейнджер, — перебил он, переступая через железную перекладину ограждения. Его ботинок с глухим стуком встал на внешний карниз. — Твои соседки снизу гремят чайником уже полчаса, они глухие. Либо ты впускаешь меня, либо я роняю пирог на клумбу завхоза.

Драко перехватил раму свободной рукой, подтягиваясь вперед. От него пахло бензином, крепким кофе, терпким табаком и уличной свежестью. Взгляд серых глаз — насмешливый, колючий и откровенно голодный — скользнул по ее распущенным растрепанным волосам и мешковатой фланелевой пижаме.

Продолжение в комментариях
🤩 🤩 🤩 🤩 🤩

#fp_зарисовка
#writober_2026

🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩

Новая часть уже на сайте!

🤩🤩🤩🤩🤩 🤩 читаем тут 🤩

— Мы хотим, чтобы ты запомнила каждый миг, — его голос звучит пугающе ровно для человека, чей взгляд обещает разрушение. — Чтобы ты чувствовала нас каждой клеточкой своего тела.

Полностью уже можно прочесть на бусти! 🤩

Буду благодарна вашей поддержке 🤩

#mikaray_анонс

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

Поддержать новую часть на фикбуке:


🤩🤩🤩🤩🤩 🌺🌺«Болгария»


Буду рада, любой обратной связи после такого долгого отсутствия 🐱


Все главы до были отредактированы и завтра пойдут на фб. Следующая часть на этой недели🐱

#родитьсямагломнеприговор

🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦

Обручальное кольцо не на том пальце

В зимнем саду Министерства пахло влажной землей, цветущими камелиями и холодным камнем. Через высокие стрельчатые стекла пробивался блеклый свет фонарей заснеженного Лондона. Из парадного бального зала доносились глухие раскаты струнного квартета и звон хрусталя, но здесь, за тяжелыми бархатными портьерами, воздух казался разреженным и стылым.

Пэнси стояла у мраморной балюстрады, отвернувшись от света.

Темно-изумрудный шелк платья струился по бедрам, открывая худые бледные лопатки. Она держала тонкую ножку бокала с шампанским кончиками пальцев, идеальной аристократической осанкой отгораживаясь от всего зала. Но стоило тяжелым портьерам за спиной колыхнуться, впуская в оранжерею чужие шаги — четкие, неторопливые, без светской суетливости, — как пальцы на стекле невольно сжались.

Пульс в ямке у ключицы сорвался на глухой, частый перестук.

Она не повернула головы. Она тренировала эту маску равнодушия годами: чуть приподнятый острый подбородок, холодный разрез темных глаз, легкая насмешливая линия губ.

Гарри подошел без стука. Он остановился в полушаге от нее, опершись ладонью о холодный мрамор перил. От него пахло морозным ветром, терпким кедром и едва уловимым дымным осадком министерского огневиски. Черная парадная мантия распахнута, верхняя пуговица рубашки расстегнута, взъерошенные темные пряди падали на лоб, прикрывая старый шрам.

— Прячешься, Паркинсон? — его голос прозвучал низко, с хрипотцой, отдаваясь в груди Пэнси резким, тянущим теплом.

— Спасаю слух от министра и его фальшивых тостов, Поттер, — она медленно, с ленивой грацией повернула к нему лицо, не разрывая зрительного контакта. Сердце предательски колотилось о ребра, но голос звучал безупречно сухо. — А вот твоему героическому лицу положено сиять во главе центрального стола. Уизли не потеряет своего золотого мальчика?

Гарри не ответил. Его взгляд — тяжелый, цепкий, слишком внимательный — скользнул по ее оголенным плечам, шее и опустился на ее правую руку, лежащую на мраморе.

На безымянном пальце правой руки тускло мерцал тонкий платиновый ободок с сапфиром. Фамильное кольцо рода Фоули.

— Смотри-ка, — Гарри чуть наклонил голову, и уголок его губ дрогнул в едва заметной усмешке. — Твое обручальное кольцо не на том пальце.

Пэнси опустила взгляд на свою ладонь. Кольцо, которое четыре года давило безымянный палец левой руки, сегодня утром перекочевало на правую. Простая, понятная посвященным чистокровная формальность: знак расторгнутого брачного союза.

— Глазастый аврор, — протянула она, делая крошечный глоток и глядя на него поверх края бокала. Тонкие брови насмешливо взлетели. — Можешь передать отделу магической юстиции, что контракт аннулирован. Совет старейшин подписал бумаги во вторник. Я вернула себе девичью фамилию и полное право не отчитываться перед очередным высокородным идиотом, где я провожу ночи. Так что теперь я абсолютно свободна, Поттер.

Она ожидала дежурного сочувствия или неловкого молчания. Но Гарри вдруг сократил разделявшие их дюймы, шагнув вплотную. Его плечо почти коснулось ее обнаженной кожи, обжигая сухим жаром через ткань.

— Свободна, значит? — протянул он, глядя прямо ей в губы. Его зеленые глаза в полумраке оранжереи потемнели, в них вспыхнуло то самое опасное, голодное пламя, которое когда-то, в полутемных комнатах Гриммо, сносило им обоим крышу. — Это опасная новость для этого вечера, Пэнси. Ты ведь знаешь, что мне никогда не нравился этот сапфир на твоей руке.

В горле у Пэнси пересохло. Воздух между ними за секунду стал плотным, наэлектризованным до предела. Воспоминания о тех сумасшедших месяцах после войны — о тайных встречах, сорванных поцелуях, яростных спорах и глухом, невыносимом разрыве, после которого ее силком выдали замуж за чужого человека, — накрыли с головой.

Она сделала над собой усилие, выставив бокал между ними как хрупкую стеклянную преграду.

Продолжение в комментариях
🤩🤩🤩🤩🤩

#fp_зарисовка
#writober_2026