🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦

Местная легенда

Экран ноутбука бросал холодный голубоватый свет на разбросанные по столу распечатки судебных прецедентов. На часах светилось 02:14. В комнате студенческого общежития пахло остывшим растворимым кофе, яблочным шампунем и сырым ветром, который поддувал сквозь приоткрытую оконную раму.

В углу экрана всплыло уведомление студенческого телеграм-канала «Подслушано: Юрфак».

Гермиона щелкнула по тачпаду. На размытом, зернистом снимке в свете желтого уличного фонаря темнел силуэт тяжелого черного мотоцикла, припаркованного впритирку к парапету университетской библиотеки. На баке, вытянув длинные ноги в тяжелых армейских ботинках, сидел парень в черной косухе с поднятым воротником. Платиновая челка падала на лоб, скрывая верхнюю часть лица, но резкую линию челюсти и дымящуюся в тонких пальцах сигарету невозможно было спутать ни с кем.

Подпись под фото гласила:

«02:00. Он снова там. Третий раз за неделю. Кто-нибудь вообще знает, на каком курсе учится этот психопат или он просто караулит чужие души? Администрация грозилась вызвать эвакуатор, но охранник просто обошел его по дуге».

В комментариях сыпались десятки предположений: от наследника игорного бизнеса до отчисленного за драку третьекурсника.

Телефон на столе сухо завибрировал на деревянной столешнице, отползая на четверть дюйма от края.

[Telegram // Личные сообщения]

Драко:

В комментариях к моей персоне какая-то второкурсница утверждает, что у меня судимость за контрабанду. Твой факультет деградирует с пугающей скоростью, Грейнджер.

Гермиона:

Ты припарковался прямо под знаком «Зона разгрузки служебного транспорта», Малфой. Знак выкрашен светоотражающей краской. Тебе выпишут штраф в сто двадцать фунтов.

Драко:

Знак перекрывала ветка каштана. Юридически протокол не имеет силы. И мне плевать на штраф.

Гермиона:

Почему ты не спишь в своей съемной квартире на Челси? Завтра в девять утра лекция по конституционному праву.

Драко:

В Челси нет круглосуточной пекарни с нормальной выпечкой. Скриншот из твоего паблика забавный. Какая-то идиотка написала, что я похож на наемного убийцу.

Гермиона:

Ты одеваешься как наемный убийца. И сидишь ночью на чужом транспорте с видом человека, презирающего человечество.

Драко:

Я презираю не человечество, а температуру за окном. Тут плюс четыре и сырость с Темзы. Если эта

местная легенда

простоит на ветру еще пять минут, у нее отвалятся пальцы, и на лекции некому будет оспаривать твои дурацкие тезисы о правах профсоюзов.

Гермиона:

О чем ты говоришь? Ты на парковке библиотеки.

Драко:

Выгляни в окно, заучка.

В тишине двора раздался глухой металлический скрежет.

Гермиона оттолкнулась от стола, босиком перешагнула через стопку книг на ковре и рывком распахнула белую створку. В лицо ударил порыв влажного октябрьского воздуха.

На железной площадке пожарной лестницы второго этажа, прямо напротив ее подоконника, стоял Драко.

Его темная кожаная куртка промокла на плечах от осевшей мороси, пальцы без перчаток покраснели от холода, а под глазами залегли резкие тени от бессонницы. В левой руке он держал помятый крафтовый пакет с жирным пятном от масла на дне, от которого на холодном ветру поднимался густой, одуряюще сладкий пар свежей выпечки и черники.

— Ты с ума сошел? — шепотом выдохнула Гермиона, сжимая пальцами влажный подоконник. Голос сорвался, пульс у горла забился часто и неровно. — Комендант делает обход в половине третьего! Если тебя заметят на лестнице женского крыла…

— Пакет горячий, Грейнджер, — перебил он, переступая через железную перекладину ограждения. Его ботинок с глухим стуком встал на внешний карниз. — Твои соседки снизу гремят чайником уже полчаса, они глухие. Либо ты впускаешь меня, либо я роняю пирог на клумбу завхоза.

Драко перехватил раму свободной рукой, подтягиваясь вперед. От него пахло бензином, крепким кофе, терпким табаком и уличной свежестью. Взгляд серых глаз — насмешливый, колючий и откровенно голодный — скользнул по ее распущенным растрепанным волосам и мешковатой фланелевой пижаме.

Продолжение в комментариях
🤩 🤩 🤩 🤩 🤩

#fp_зарисовка
#writober_2026

🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩

Новая часть уже на сайте!

🤩🤩🤩🤩🤩 🤩 читаем тут 🤩

— Мы хотим, чтобы ты запомнила каждый миг, — его голос звучит пугающе ровно для человека, чей взгляд обещает разрушение. — Чтобы ты чувствовала нас каждой клеточкой своего тела.

Полностью уже можно прочесть на бусти! 🤩

Буду благодарна вашей поддержке 🤩

#mikaray_анонс

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

Поддержать новую часть на фикбуке:


🤩🤩🤩🤩🤩 🌺🌺«Болгария»


Буду рада, любой обратной связи после такого долгого отсутствия 🐱


Все главы до были отредактированы и завтра пойдут на фб. Следующая часть на этой недели🐱

#родитьсямагломнеприговор

🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦🇿🇦

Обручальное кольцо не на том пальце

В зимнем саду Министерства пахло влажной землей, цветущими камелиями и холодным камнем. Через высокие стрельчатые стекла пробивался блеклый свет фонарей заснеженного Лондона. Из парадного бального зала доносились глухие раскаты струнного квартета и звон хрусталя, но здесь, за тяжелыми бархатными портьерами, воздух казался разреженным и стылым.

Пэнси стояла у мраморной балюстрады, отвернувшись от света.

Темно-изумрудный шелк платья струился по бедрам, открывая худые бледные лопатки. Она держала тонкую ножку бокала с шампанским кончиками пальцев, идеальной аристократической осанкой отгораживаясь от всего зала. Но стоило тяжелым портьерам за спиной колыхнуться, впуская в оранжерею чужие шаги — четкие, неторопливые, без светской суетливости, — как пальцы на стекле невольно сжались.

Пульс в ямке у ключицы сорвался на глухой, частый перестук.

Она не повернула головы. Она тренировала эту маску равнодушия годами: чуть приподнятый острый подбородок, холодный разрез темных глаз, легкая насмешливая линия губ.

Гарри подошел без стука. Он остановился в полушаге от нее, опершись ладонью о холодный мрамор перил. От него пахло морозным ветром, терпким кедром и едва уловимым дымным осадком министерского огневиски. Черная парадная мантия распахнута, верхняя пуговица рубашки расстегнута, взъерошенные темные пряди падали на лоб, прикрывая старый шрам.

— Прячешься, Паркинсон? — его голос прозвучал низко, с хрипотцой, отдаваясь в груди Пэнси резким, тянущим теплом.

— Спасаю слух от министра и его фальшивых тостов, Поттер, — она медленно, с ленивой грацией повернула к нему лицо, не разрывая зрительного контакта. Сердце предательски колотилось о ребра, но голос звучал безупречно сухо. — А вот твоему героическому лицу положено сиять во главе центрального стола. Уизли не потеряет своего золотого мальчика?

Гарри не ответил. Его взгляд — тяжелый, цепкий, слишком внимательный — скользнул по ее оголенным плечам, шее и опустился на ее правую руку, лежащую на мраморе.

На безымянном пальце правой руки тускло мерцал тонкий платиновый ободок с сапфиром. Фамильное кольцо рода Фоули.

— Смотри-ка, — Гарри чуть наклонил голову, и уголок его губ дрогнул в едва заметной усмешке. — Твое обручальное кольцо не на том пальце.

Пэнси опустила взгляд на свою ладонь. Кольцо, которое четыре года давило безымянный палец левой руки, сегодня утром перекочевало на правую. Простая, понятная посвященным чистокровная формальность: знак расторгнутого брачного союза.

— Глазастый аврор, — протянула она, делая крошечный глоток и глядя на него поверх края бокала. Тонкие брови насмешливо взлетели. — Можешь передать отделу магической юстиции, что контракт аннулирован. Совет старейшин подписал бумаги во вторник. Я вернула себе девичью фамилию и полное право не отчитываться перед очередным высокородным идиотом, где я провожу ночи. Так что теперь я абсолютно свободна, Поттер.

Она ожидала дежурного сочувствия или неловкого молчания. Но Гарри вдруг сократил разделявшие их дюймы, шагнув вплотную. Его плечо почти коснулось ее обнаженной кожи, обжигая сухим жаром через ткань.

— Свободна, значит? — протянул он, глядя прямо ей в губы. Его зеленые глаза в полумраке оранжереи потемнели, в них вспыхнуло то самое опасное, голодное пламя, которое когда-то, в полутемных комнатах Гриммо, сносило им обоим крышу. — Это опасная новость для этого вечера, Пэнси. Ты ведь знаешь, что мне никогда не нравился этот сапфир на твоей руке.

В горле у Пэнси пересохло. Воздух между ними за секунду стал плотным, наэлектризованным до предела. Воспоминания о тех сумасшедших месяцах после войны — о тайных встречах, сорванных поцелуях, яростных спорах и глухом, невыносимом разрыве, после которого ее силком выдали замуж за чужого человека, — накрыли с головой.

Она сделала над собой усилие, выставив бокал между ними как хрупкую стеклянную преграду.

Продолжение в комментариях
🤩🤩🤩🤩🤩

#fp_зарисовка
#writober_2026

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩

Он только разогнался, как Тео резко остановился, из-за чего Рон почти влетел в него и чуть не сбил с ног. Нотт неодобрительно глянул на него, переводя уже совершенно беззаботный взгляд на стол перед ними.

— Давыд, дорогой! — громко воскликнул Теодор, широко разводя руки.

С кресла поднялся высокий крепкий парень, который выглядел значительно старше их, хоть и был ровесником. Он был коротко стрижен, почти налысо. Широкое лицо с небольшой бородой. Маскулинное тело, которое сильнее подчёркивалось бежевой рубашкой на тон светлее его загорелой кожи.

Рон почти ахнул, когда новый знакомый выпрямился во весь рост. Хоть Уизли и Нотт были далеко не низкого роста, но болгарин казался минимум на голову выше.

— Теодор! — чуть тише воскликнул он. — Как я рад, что ты снова здесь. Уизли, приветствую, зови меня Давыд! — Он протянул ему свою ладонь, сжимая ту в приветствии так крепко, будто проверяя хват.

— Добрый день. Откуда ты меня знаешь? — Рональд выглядел таким растерянным, словно впервые с кем-то знакомился.

— Да кто ж в волшебном мире тебя не знает, — он хохотнул низким тембром. — А ты выбрать одежду неприметнее не мог?

Тео с насмешкой оглянул его. Если Уизли отметил, как шикарен его наряд для этого места, то он был буквально кричащим восклицательным знаком в своей аврорской форме.

— Благодари его, что он хотя бы мантию оставил, — Теодор слегка посмеялся и последовал за стол вместе с Давыдом.

— Забыл… — Рональд почти ударил себя ладонью по лбу, но вовремя опомнился. — А что здесь так темно? Электричество до вас не дошло?

— А ты давно успел к нему привыкнуть? — Давыд в общении оказался такой же язвой, как и все слизеринцы. — Уж потерпишь немного.

— Пф, — Уизли опустился на кресло напротив нового знакомого.

Тео заметил, как изменился его взгляд, возвращая ему аврорскую профессиональность. Он бегал взглядом по деталям паба.

— Интересное местечко…

Заведение было оформлено под пещеру. Вся мебель деревянная, в стенах — углубления с полками, на которых расставлены разные книги. Кружки тоже деревянные, словно маленькие бочки. Посуда не имела чёткой формы, будто копировали необработанный камень.

— Раз мы здесь по делу, времени на разглагольства нет, — Давыд призвал к ним по кружке пива. — Вы кого-то ищете?

— Ищем, только вот не знаем кого именно, — Тео сделал глоток, чуть поморщившись от насыщенного хмельного вкуса.

— Это как? — Давыд свёл брови на переносице, не понимая друга.

— Появился тут у моей подруги, — Рональд цыкнул на последнем слове, перебивая тем самым Нотта. — Он представился Джонотаном с Дурмстранга.

— Хм, Джонотан… — Давыд запрокинул голову, несколько секунд смотря в потолок. — Наш ровесник?

— Говорит, что да…

— Но мы ему не можем так просто верить, — Уизли снова вклинился в разговор, получая за это удар ногой по своей под столом.

— Были поводы? — Болгар делал по несколько больших глотков почти без остановки. Его кружка только закончилась, как официант принёс новую.

— Недавно узнали, что, возможно, его зовут Дарси, — Тео постукивал пальцами по столу. — Он упоминал, что приезжал с вами на Турнир трёх волшебников, поэтому я подумал, ты можешь его знать.

— На турнире с нами его точно не было, я лично составлял список нашего года, — Давыд снова задумался. — Но имя какое-то знакомое…

Он прикрыл глаза, будто уходя в себя. Рональд хотел что-то сказать, но Тео успел его остановить. Через пару минут глаза Давыда распахнулись.

— Не могу вспомнить. Может, у вас есть фото?

— Да, я смог достать кадр, где виднеется его лицо, — Рон полез в свой карман.

Тео обрадовался, что это отличная зацепка, но, посмотрев колдографию, радость быстро ушла. На снимке силуэт Джонотана почти скрыт, можно было разглядеть лишь правую сторону его лица, когда тот поворачивается к камере.

— У Скитер не нашлось колдографии лучше? — Он злился то ли на само фото, то ли на безуспешность Уизли в этом деле.

— Не поверишь, она спросила, нет ли у меня его фото, — Рональд возмущённо выдохнул. — Я думал, что прибью её за такие вопросы.

#родитьсямагломнеприговор

🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩

Это было утро, которое началось с ошибки. Гермиона поняла это ещё до того, как открыла глаза. Тело ломило. Приятно, тягуче. И это было тем, что Гермиона не хотела чувствовать.

А потом нахлынуло остальное.

Она резко села в постели, прижимая ладонь к лицу. Стыд растекался по телу медленной волной, заполняя каждую клетку. Не просто стыд. Липкое, тошнотворное осознание собственного идиотизма. Она, взрослая женщина, адвокат с отличной репутацией, вчера ворвалась в офис клиента, устроила скандал, а закончила тем, что позволила ему трахнуть себя на рабочем столе.

— Боже, — прошептала она, глядя на своё отражение. — Ты просто озабоченная идиотка.

Прошлый день прошёл в тумане. Она что-то готовила, ела и не чувствовала вкуса. Смотрела в телевизор и не слышала ни слова. Живоглот тёрся о ноги, требуя внимания, и она машинально гладила его, не отрывая взгляда от мерцающего экрана. Мысли шли по кругу, как игрушечный поезд по рельсам.

Пэнси так и не позвонила. Не написала. А это было красноречивее любых слов. Однако надежда всё ещё теплилась груди. Не зря же говорят, что эта сука сдыхает последней.

Утром она поднимается в лифте, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Волнение настолько сильное, что иногда перерастает в откровенную тревогу. Та стискивает грудную клетку в тиски.

Этаж встречает её привычной суматохой. Кто-то спешит с документами, кто-то ругается по телефону, кофемашина в углу гудит, уже явно гоняемая за это утро не в первый раз. Жизнь кипит, и Гермиона на секунду позволяет себе ощутить эту привычную рутину и расслабиться.

— Гермиона, — голос Лавгуд настигает её сразу, как только Грейнджер тихо здоровается с Полумной. — У тебя в кабинете клиент.

Гермиона замирает.

— Кто? — спрашивает она, хотя уже знает ответ.

— Мистер Малфой.

Ком в горле становится слишком плотным. Гермиона кивает, стараясь не выдать лицом панику. Надежда на то, что Пэнси с утра пораньше подсунула ей нового клиента, рассыпается в пыль. Это был он. Конечно, он.

Он сидит в кресле для посетителей, спиной к входу, и свет очерчивает его силуэт. Светловолосая макушка, широкие плечи, прямая спина. Он лишь поворачивает голову в её сторону, когда Гермиона входит, и в этом жесте было столько спокойствия, что Грейнджер хочется закричать.

— Доброе утро, мистер Малфой, — говорит она. Получается даже практически безразлично. Гермиона закрывает дверь и идёт к своему столу.

— Доброе, мисс Грейнджер.

Гермиона опускается в своё кресло, чувствуя, как подгибаются колени, и кладёт руки на стол, сцепив пальцы в замок.

— Чем могу помочь?

Драко смотрит на неё несколько секунд, прежде чем ответить. Его лицо непроницаемо. Ни насмешки, ни недовольства, ни тени вчерашнего голода. Стало ли немного спокойнее? Ни черта подобного!

— Вчера мы так и не обсудили то, что вас возмутило, — говорит он. — У меня действительно есть компромат на отца моей жены. Я готов признать, что был не прав, скрыв это. И раз уж мы продолжим работать над моим разводом, я расскажу вам всё.

Гермиона тяжело вздохнула. Она смотрит на Драко и чувствует, как внутри поднимается раздражение. Она никак не может взять в толк, ему действительно настолько плевать на происходящее? Хотя о чём это она? Проблемы будут именно у неё, вскройся всё для общественности.

— Почему бы вам просто не облегчить нам обоим жизнь? — спрашивает она, не лукавя, прекрасно зная, что он и так всё поймёт.

Драко наклоняет голову чуть вбок, как будто обдумывая её слова.

— Я понял, что нам стоит разделить профессиональное и личное. И я не хочу работать с другим адвокатом.

— Никакого личного быть не может, — отрезает Гермиона.

— Это я предлагаю обсудить. Позже.

— Нет. Я уже пробовала, — она подаётся вперёд, чувствуя, как краска снова приливает к лицу. — Откинуть личное. Перейти только на профессиональное. И закончилось это…

Слова застревают в горле. Она замолкает, чувствуя, как язык прилипает к нёбу. Однако если Гермиону что-то смутило, то только не Малфоя.

— Ахриненным сексом на моём столе.

#mikaray_госпожа_адвокат

1 часть

🤩🤩

Послеполуденное солнце косыми золотистыми полосами прорезало пыльный полумрак библиотеки, высвечивая миллионы танцующих в воздухе пылинок. В дальнем углу за Запретной секцией, где пахло сухой кожей переплетов, горьковатым пергаментом и старым воском, царила почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь редким скрипом перьев.

Гермиона методично выводила рунические символы на длинном свитке. Кончик ее пера двигался с размеренной четкостью, но строчки предательски расползались в стороны. Внутри все еще звенело утреннее напряжение — обещание, данное себе перед зеркалом, требовало колоссальных усилий.

Напротив, подперев точеный подбородок ладонью с безупречным темным маникюром, сидела Пэнси Паркинсон. Перед ней лежал раскрытый трактат по Высшей Трансфигурации, в который слизеринка не заглядывала уже добрых полчаса. Вместо этого она лениво крутила в пальцах тяжелое черное перо и с показным страданием закатывала глаза.

— Если мадам Пинс сделает мне еще хотя бы одно замечание за громкое дыхание, я превращу ее любимый формуляр в стаю летучих мышей, — негромко протянула Пэнси, даже не пытаясь понизить голос до положенного шепота. — Грейнджер, скажи честно, как ты выживаешь в этом склепе годами? Здесь же тоска смертная.

— Это библиотека, Пэнси, здесь положено соблюдать тишину и учиться, — машинально отозвалась Гермиона, не поднимая головы от пергамента. — И если ты не сдашь эссе к пятнице, Макгонагалл заставит тебя переписывать его на отработках.

— Какая ты зануда, святые угодники, — фыркнула Пэнси, но в ее голосе не было прежней ядовитой злости — лишь ленивая дружеская ирония, ставшая привычной за последние полгода. — Иногда мне кажется, что в твоих жилах течет не кровь, а чернила.

Гермиона хотела парировать, но слова застряли в горле.

Тяжелая кованая дверь в начале секции бесшумно приоткрылась. По каменным плитам пола раздались ровные, неторопливые шаги — четкие, слишком знакомые, чтобы их спутать.

Сердце Гермионы совершило болезненный кульбит и провалилось куда-то в район солнечного сплетения. Она заставила себя не дергаться, вцепившись пальцами в древко пера так, что побелели костяшки. Не смотри. Не смей поднимать глаза.

— Паркинсон, — раздался негромкий, чуть прохладный голос прямо над их столом.

Драко остановился в полушаге. На нем не было школьной мантии — только темно-серый шерстяной джемпер поверх белой рубашки и идеально выглаженные брюки. Рукава джемпера были слегка закатаны, обнажая бледные запястья. Он выглядел собранным, отстраненным и пугающе спокойным.

Пэнси лениво вскинула идеальную бровь:

— Малфой. Живой? А я уж грешным делом решила, что Слизнорт запер тебя в лаборатории и варит из тебя сыворотку вечной угрюмости.

Уголок губ Драко едва заметно дрогнул в тени привычной усмешки:

— Не надейся так легко от меня избавиться. Мне нужен третий том «Теории концентрированных ядов», старик забыл вернуть его на кафедру.

Он перевел взгляд на соседний стул. Серые, цвета грозового неба глаза на долю секунды скользнули по лицу Гермионы. Сухой, выверенный наклон головы:

— Грейнджер.

Воздух в легких Гермионы застыл. Горло пересохло так, словно она проглотила горсть песка.

— Малфой, — выговорила она, надеясь, что голос звучит достаточно ровно, хотя в ушах стоял оглушительный гул собственного пульса.

Драко больше ничего не сказал. Развернувшись на каблуках, он сделал два шага в сторону и замер у высокого дубового стеллажа, заставленного массивными фолиантами в тисненых кожаных обложках.

Все утренние клятвы, все разумные доводы и выстроенные защитные стены рассыпались в прах за одно мгновение.

Гермиона замерла. Перо застыло над пергаментом в полудюйме от бумаги, и с его кончика сорвалась круглая темная капля, медленно расплываясь по чистому тексту чернильной кляксой. Она этого даже не заметила.

Она смотрела. Не могла не смотреть.

Продолжение в комментариях
🤩 🤩 🤩 🤩 🤩

3 часть

#fp_зарисовка
#КупидонВЮбке