Небо — темное на востоке, но испещренное темно-оранжевыми, красными и фиолетовыми полосами света на западе — нависло над головой, словно готовая закрыться крышка коробки.

Койоты продолжали выть.

И кто-то в ночном лесу завывал в ответ.

Кугуар, подумал Лем, отчетливо понимая, что он лгал самому себе.

(с) Дин Кунц "Ангелы-Хранители"

Оглушительный выстрел эхом прокатывается по моим плечам.
Я вздрагиваю, резко открываю глаза и вижу запыленное лобовое стекло военного грузовика, который за последние пару лет стал мне роднее, чем выданная правительством квартира.
Проходит секунда… другая…
Постепенно реальность проникает в мой разум остро наточенным клинком: я больше не рядом с Лорой после… всего, что произошло. А впереди меня ждет очередной полунаселенный город, каким то неведомым образом остающийся на плаву после начала пандемии.
***
Внезапно с площади звучит выстрел. Я вздрагиваю и резко оборачиваюсь, но ничего не вижу из за толпы.
Еще толком не осознав, что на проверке как раз находился последний ряд, я уже предчувствую беду и начинаю пробираться между трепещущих от страха людей. Я прорываюсь вперед, расталкивая их руками, и, когда вываливаюсь в более менее свободное пространство на площади, мое сердце обрывается и летит вниз – на дно самой бездонной пропасти.
Лиам…
Меня сотрясает от крупной дрожи, а ноги едва не подгибаются в коленях, когда я вижу человека на асфальте – он лежит лицом вниз, но я и отсюда узнаю эту светлую лохматую голову.
– НЕТ! – истошный крик вырывается из моей груди вместе с плачем. Я бегу вперед, наплевав на горожан вокруг и на военных. Даже если подстрелят, мне все равно.
Я подбегаю к Лиаму, падаю рядом с ним на колени и пытаюсь перевернуть его на спину.
– Нет, нет, нет, пожалуйста, нет!
(с) Самый темный час